ПОЛЮБИ МЕНЯ

Проснувшись в обшарпанном придорожном трактире, Майк в растерянности осматривался по сторонам. Он сразу заметил на прикроватной тумбочке сложенную одежду и полотенце. Поежившись, парень направился в душевую, но хотя бы просто освежиться не решился.

— Здравствуйте, — Майк нерешительно протянул руку женщине за стойкой, чуть быстрее, чем это требовалось.

— Добрый день, — улыбнулась владелица заведения, — Удалось отдохнуть? У меня почти готов лагман, моему мужу он очень помогает от похмелья.

Майк был не в восторге от предложения женщины, но согласился поесть. Нельзя было открыто высказывать брезгливость, когда человек так о тебе позаботился. Сжав губы, Майк следовал за хозяйкой к дальнему столу.

Мысли о Тайлере вернулись, как только он увидел миску с лагманом, что поставила тетушка. Яркий и ароматный, идеальной прозрачности бульон, насыщенный вкус которого действительно способен вернуть к жизни. Тайлер, как эта пища богов – невероятно прост с виду, но имел исцеляющий эффект для души Майка. Общаясь с ним, парень чувствовал себя живым и нужным.

Вскоре с номера вышел Матис, его вид был тоже не очень, но он как мог поддерживал разговор с хозяйкой трактира, в то время как Майк лишь отвечал невпопад.

— Откуда ты знаешь мысли другого человека? Ты телепат? Или ты трус?

— Почему трус сразу? — вклинился он в разговор, не разобрав сути сказанного.

— Только смелый человек может признать свои ошибки и принять последствия, — с искренней заботой и желанием помочь, говорила она.

— За прощение любимых не стыдно и голову склонить, а ты даже встретиться не хочешь. Когда наступит точка невозврата, а из-за пустяка, бессмысленной гордыни, желания остаться правым, ты потерял близкого человека, придет осознание.

За своими мыслями он мог сконцентрироваться только на части слов женщины, но и их хватило чтобы депрессия и отчаяние усугубились. Майк взглянул на свою тарелку, пытаясь сосредоточиться на лагмане, но мысли о Тайлере снова взяли верх. Он действительно осознавал свою гордыню, но горечь от осознания, что просто прийти и сказать: «Прости» после того, как наговорил гадостей, это все равно, как встав посреди стадиона, признать равенство слоев общества, не давала переступить через себя.

Матис, решил немного подбодрить друга: — Иногда нужно рискнуть, Майк. Ты же говорил о том, что тебе с ним нравится находиться. Это более важно, чем сохранить лицо, наверное. Я бы рискнул.

— Сам-то давно такой смелый?

Хозяйка трактира, что-то поняв, поставила перед ним стакан с холодной минералкой — она чувствовала, что в этом разговоре есть больше, чем просто неудачные попытки успокоить гостей.

— Знаете, — продолжала она, — иногда то, что кажется концом, может стать началом. Иногда прощение происходит не сразу, но с каждой попыткой, с каждым шагом это становится легче. Главное — не бояться делать шаги к ним, — давала напутствие растерянным молодым людям на прощание женщина.

Майк обдумал её слова и вдруг понял, что всё это время держался за свои страхи, как за тростник, утопая в непростой ситуации. Тайлер был его надеждой, его светом, и он не может позволить себе продолжать прятаться в тени своих эмоций. По возвращению домой, он направился в кабинет первого этажа, где обычно делал домашнее задание.

Анализ и планирование были сильной стороной Майка и, решив идти по привычному пути, он подошел к маркерной доске.

— Кого оцениваем сегодня? — Майк в темноте даже не заметил маму, что сидела в кресле в углу.

— Мама, что ты тут делаешь? — смутился парень, будто его застали за чем-то непристойным.

— Смотрю твои детские фото, думаю, правильно ли я тебя воспитывала... — голос женщины был тихим, а во взгляде читалась грусть.

В отблесках торшера Майк заметил, что ресницы матери блестели и немного слиплись, видимо, услышав шаги, она спешно вытирала лицо. Парень прикусил губу, перебирая маркеры в руке.

— Как ты поняла, что у меня кто-то... Что я хочу кого-то оценить? — спросил он, глядя в глаза Саманты.

Она улыбнулась, и в её взгляде было что-то мудрое и глубинное, что зацепило его по-настоящему и заставило беспрекословно поверить: — Мамы всегда чувствуют, когда в жизни их детей появляется кто-то важный. Твое молчание и тоска в глазах говорят сами за себя. Мне остается надеяться, что это достойный человек.

— Давай вместе решим? — Майк почувствовал необычную легкость и предлагал матери десяток положительных качеств Тайлера, что он успел заметить, которые можно противопоставить его происхождению.

— Сынок, ты сейчас меня или себя уговариваешь?

— Я просто не могу принять тот факт, что он не нашего уровня, понимаешь? Я не хочу, чтобы в нас тыкали пальцем, или это как-то повлияло на ваш с папой имидж. Не хочу остаться в итоге облапошенным. Да? Ты меня понимаешь? — искал Майк поддержки в глазах матери: — Ведь столько людей хотят с нами общаться, не потому что им нравимся мы, а потому что любят деньги. Папа много раз об этом говорил и предостерегал.

— Отчасти папа прав, охотников на богатые партии много. Но подумай... с другой стороны, — мама подошла к Майку, приобняв:— если вот здесь стереть, и первым пунктом написать «исключительный», получится что этот мальчик не относится к какой-то определенной категории людей, он вне системы.

Майк с удивлением наблюдал, как мать стирает плюс и минус, стирает запись о социальном статусе и разделительную линию. Это ощущалось как освобождение от старых устоев. В этот момент сердце его забилось быстрее, а ладошки вспотели. Такое простое действие и такой эффект...

— Спасибо, — тихо произнес он, изо всех сил стараясь собрать мысли в кучу, — Возможно, это и есть тот самый момент, когда нужно менять образ мышления.

Зная, что ему предстоит непростой путь, он ощутил легкость, впервые за долгие недели. Теперь единственное, что оставалось — начать действовать и вернуть Тайлера.

— А что делать, чтобы он меня простил? Хозяйка трактира сказала, что это сложно.

— Судя по тому, что он есть в списке, кто тебе писал эти дни, надежда еще есть, — передавая сыну телефон, Саманта мягко улыбнулась, похлопав его по плечу, — Расскажешь, где был? Я очень переживала.

Впервые за несколько месяцев, Майк увлеченно делился с матерью тем, что происходило с ним, что чувствовал. Даже присоединившийся за ужином отец, неожиданно для Майка, пытался понять сына. Он не знал было ли это внушение матери или собственная инициатива родителя, но было очень приятно окунуться в атмосферу поддержки семьи.

Вернувшись в спальню, Майк вспомнил о телефоне, и что мама говорила о сообщение Тайлера. Весь настрой тут же растворился, как только он увидел текст.

«Жди меня завтра в три у входа в основной корпус университета», — отправил Майк в ответ на сообщение Тайлера.

Он был готов швырнуть телефон в стену, но это был единственная ниточка к парню. Майк еле дожил до утра и высидел пары. Если бы не Шон, то пошел бы искать Тайлера на его факультет.

— Помни, ты собираешься с ним поговорить и начать все сначала, а не убить его. Дыши глубже, думай о хорошем.

— Думаешь, придет? Он ведь так и не ответил на мое сообщение. Ни на одно...

— Я бы тоже не ответил. Ты же не на свидание его приглашаешь, а приказы раздаешь.

— Я всегда так разговариваю, раньше его это не смущало, — Майк с негодованием посмотрел на Шона, проклиная его в душе.

Лекция все никак не заканчивалась, напряжение парня было уже не сдержать, конспект, что старался вести Майк последние полтора часа — был изорван в мелкие клочки и возвышался над сломанными до этого карандашами. Он бросил все и рванул из кабинета, как только профессор объявил о завершение занятия. Шон неодобрительно покачал головой, собирая устроенный другом беспорядок.

Майк бежал сломя голову, перепрыгивая через ступени в предвкушении увидеть Тайлера. Представляя себе его нежный и счастливый взгляд, когда скажет Тайлеру, что прощает его, что тот поцелует в ответ, и в небе Майка снова будет солнечно. Выскочив на улицу, Майк облегченно вздохнул, заметив силуэт Тайлера.

— Он пришел, он не отказался от меня, — улыбался сам себе Майк, ступив на дорожку сквера, которая вела к его воссоединению с парнем.

Всего долю секунды понадобилось, чтобы нервозность и предвкушение переросло в слепую ярость. Джек, что решил поддержать друга, подошел к Тайлеру. Друг стоял на ветру уже минут пятнадцать, и парень, заметив у входа Майка, стремительно направился к Тайлеру. Он знал, что эту неделю Тайлер очень переживал из-за того, что сказал Майк в тот вечер, и о новостях, что ходили о Хогане. А подслушанный разговор на стоянке Майка с Шоном лишь усилии тревожность Джека, план по завоеванию Тайлера вот-вот мог рухнуть.

Джек демонстративно и нарочито заботливо укрывал Тайлера своей курткой, потрепав его по волосам, он шепнул, что рядом Тайлеру на ухо, но со стороны Майка это выглядело как поцелуй. Хоган нарисовал слишком реалистичный исход событий, убедив себя, что разговор это лишь формальность, а Тайлер уже принадлежит ему. Майк ведь его уже простил, что еще может пойти не так? Он и думать забыл о том, что вокруг малыша крутится кто-то еще.

— Я собирался предложить тебе отношения, но я смотрю, ты быстро нашел членоприемника. Это так ты меня любишь, — скидывая куртку с плеч Тайлера, сорвался на парня Майк.

— Ты о чем? — испытывая боль от стальной хватки, спросил Тайлер.

Майк был готов растерзать Тайлера, представив как Джек касается его, воруя внимание того, кто должен был принадлежать только ему. В голове крутились мысли о предательстве, о том, как Джек медленно и уверенно вторгался в его мир, разрушая планы. Порыв злости и ревности захлестнул его, лишил его рассудка, а чувства стали неуправляемыми.

— Ты о чем? — снова переспросил Тайлер, не в силах понять, что такого страшного он сделал, чтобы вызвать подобную реакцию.

— Я вижу, как ты с ним флиртуешь! — выдохнул Майк, его сердце колотилось в груди, словно стараясь вырваться наружу, — Он подошел к тебе и поцеловал! И ты что, успел забыть обо мне так быстро?

Тайлер закрыл глаза, пытаясь справиться с эмоциями. В его голове звучал только один вопрос: «Почему?»

Он не понимал, почему Майк так злится. Почему, всматриваясь в его лицо, он не узнавал взгляда этого человека, сейчас в нем было намешано столько незнакомых эмоций. Ранее Майка было очень легко читать, он был прямолинеен в своих чувствах и желаниях, было сразу понятны его эмоции, стоит только взглянуть в глаза. Тайлер предугадывал Майка с малейшего жеста, но теперь он не мог понять этого человека.

— Что он тебе пообещал? М-м-м? Каких гадостей он тебе наговорил, чтобы выглядеть на моем фоне лучше? Он хочет тебя только потому, что ты был со мной, галочку поставить, а ты как идиот развесил уши, кретин доверчивый! — кричал на Тайлера Майк, не в силах совладать с собой, — Ты уже влюбился в него? А может и переспал с ним? Ну, чего ты молчишь? Влюбился, да?

Майк неосознанно сжимал плечи Тайлера все сильнее, потряхивая испуганного парня с каждым вопросом все сильнее.

— Майк, подожди, отпусти меня. Между нами ничего нет, это просто поддержка, он мой друг! Я не... не чувствую к нему ничего, — пробормотал Тайлер, рывком высвобождаясь из рук Майка, когда тот ослабил хватку, — Мы обсуждали то, что ты мне наговорил, а не строили планы на будущее! Почему во всех твоих выводах, я лишь удобная подстилка для всех? Ты только дырку во мне видишь? Но я человек, у меня есть сердце, чувства, ты хоть раз думал, как сильно ранишь меня?

Тайлер от обиды перешел на крик, а Майк смотрел на него и не знал, что делать. Он был полон страха потерять то, что уже по праву наличия чувств, считал своим. Слова о прощении, которые он так тщательно готовил, разбились о брусчатку, когда он спешил выбить правду.

— Так это правда? Ты не хочешь отношений с ним? — осторожно спросил он, заметив, как взгляд Тайлера меняется, а по щекам покатились слезы.

— После того, как ты со мной поступил, я не хочу больше отношений, вообще, ни с ним, ни с тобой, ни с кем либо еще! — произнес Тайлер так, будто у него отобрали воздух. — Но я не знаю, что делать с твоей ревностью и жестокостью. Лучше бы я никогда не влюблялся в тебя, чем бороться с твоим желанием изо дня в день меня унижать! Все, чего я хочу, придя сюда, узнать — как нам больше не пересекаться. Что я должен сделать, чтобы ты при встрече делал вид, что не знаешь меня?

Майк замер в нерешительности, вслушиваясь в эти слова. Он понимал, что такая ситуация сложилась, потому что он снова облажался. И именно это осознание заставило его сердце немного успокоиться.

— Прости, я не должен был так реагировать, — произнес он, чувствуя, как в его голосе разливается искренность, — Я просто... Я испугался...

Майк так нежно коснулся щеки собеседника, утирая слезы, что у парня перехватило дыхание. Тайлер посмотрел на него, в его глазах мелькнула надежда. Он знал, что Майк был не идеален, но именно в такие моменты он был настоящий. Именно в порывах эмоционального взрыва он был честен. Майк глубоко вздохнул, обдумывая, что сказать.

— Хоган, тебя вызывает профессор, это срочно! — подбежала к ним сокурсница, — Это правда срочно, — добавила она виноватым тоном.

— Стой тут, я скоро вернусь, — возвращая себе самообладание, Майк выдохнул и направился обратно в учебный корпус, он и представить не мог, что оставив Тайлера на улице, совершает большую ошибку.

Видя, насколько эмоционален Тайлер, Джек набрал номер Стейна. Рассказав, что Майк напал на Тайлера, он с самодовольной улыбкой засек время за какое громила доберется со своего факультета. Майка не было около пяти минут, когда у входа в сквер послышался скрип тормозов. Стейну не составило труда из толпы любопытных зрителей, жаждущих продолжения представления, выцепить содрогающуюся на траве фигуру Тайлера.

— Он наорал и вернулся на факультет, — сообщил Джек Стейну, перехватив его.

Если пустить его сейчас к Тайлеру, то желаемого эффекта не будет, а вот если дополнительно поднажать, столкновения не избежать.

— Тайлер так плакал, просил его отпустить, а потом он его просто оставил, как тогда...

— Ты видела Хогана? – взяв первую попавшуюся девушку за руку, спросил Стейн, зайдя в корпус факультета.

— Пятьсот пятый, — с готовностью сообщила девушка.

Стейн мог стерпеть глухие всхлипы каждую ночь, но чтобы кто-то применял к другу физическую силу, заранее зная о его чувствах и невозможности ответить – терпеть не стал. Поднявшись на пятый этаж, искать Хогана не пришлось, он шел, переговариваясь с незнакомым парнем, широко улыбаясь. Секунда на раздумье и четкий удар в челюсть.

Майк даже не успел сгруппироваться или защититься, когда под шум толпы его скрутили и потащили по лестнице вниз. Стейн не слушал проклятий и обзывательств, а просто тащил обидчика исправлять содеянное. Парень даже не обратил внимания, что Майк неоднократно оступался и на улице он не просто ведет его, а фактически тащит по мокрому газону. И только когда он бросил его у ног Тайлера, заметил на дорогущих брюках следы травы, а на белоснежной рубашке капли крови.

— Стейн... — ахнул Тайлер, когда открыл глаза.

— Давай, извиняйся, и нам пора домой, — рыкнул парень над ухом Майка, что сейчас сидел на газоне, не понимая, что вообще происходит.

Еще несколько минут назад он радостно сообщал Шону, что возможно уже сегодняшнюю ночь он уснет в объятиях Тайлера, а сейчас был унижен каким-то малолетним громилой, что собирается с его парнем домой.