Глава 65. Илайн
Семья – это твои люди, а не просто одно ДНК.
Bebe Rexha - I'm gonna show you crazy 💚
Моя подготовка ко дню рождения была тщательной, хоть и поспешной. Я не хотела ехать с пустыми руками, потому что знала, что там будут малыши. Я планировала подарить им что-то такое, что будет развивать их, а не жалкие конфеты, от которых будут портиться зубы. Слишком очевидно, что не владела информацией о людях, чтобы стать уверенной в правильности подарков. Расспрашивать Себастьяна не стала, ведь парень хотел отдохнуть. В голове были мысли... Хорошо... Есть идея... В один день помог Хэйз, но мы виделись не единожды. Крайний раз был...
2 апреля.
Мы с Каэтани уснули, но мой телефон зажужжал. Сообщение.
Д.: нужно поговорить. Выходи на улицу.
Минуту.
Дамиан Хэйз был мне каким-то другом, хотя и не знал мое нутро. На улице было ярко, потому что луна заменяла солнце. Прищурив глаза, увидела черную машину, что стояла возле ворот, но чуть сбоку, под деревом. Шифровка. Посильнее укуталась в кофту и подошла.
— Как дела Хела? — тихо проговорил он.
— Хорош-шо, — его карие глаза блеснули удивлением.
— Не спросишь, почему я здесь? На часах 3:17, невидимка, — напряглась от таких слов.
— Поч-чему? — незаметно сглотнула.
— Я все знаю, Илайн Ларентис, Ариэлла Ларентис, но ты удивила, когда прочел... — закрыла ему рот.
— Мол-лчи, — шипела.
— Эти трое убьют тебя, и у каждого будут свои причины, — пожевала губу.
— Что ты з-знаешь? — и уши улавливали горькую правду, что скрывала. Хэйз достаточно неплохо описал настоящую биографию и мои мысли...
— Это так? — кивнула. — Это далеко не все. Илайн, о том месте... — махнула рукой... Хватит...
— С-садись поудоб-бнее, — Дамиан накинул на меня куртку, а я поведала о жизни одной девочки, что стала самой большой лгуньей.
— Ох, Хела... — он смотрит странно. — Иди сюда, девочка. Я помогу... Я буду рядом... — раскрывает руки, а я плачу и обнимаю его... Хэйз стал тем, кто поверил, но я все равно держала часть правды под куполом... Хорошая ты лгунья, Ари.
Мне нравилась их компания, рассказы, приколы, дурацкие подколы и игры в покер. Глазами поглядывала на Себастьяна, который был вовлечен в разговор со своими друзьями. Меня прожигала чертова вина... Скоро грядет решающая битва, потому что источники шевелились. Каэтани был в курсе, что Манчини не успокоился, а что-то задумал. На танец меня пригласил Дамиан.
— Как ты? — прошептал парень.
— Норм-мально, — кое-как проговорила.
— Не переживай так, — легко говорить.
— Путей отх-хода нет, — облизала губы.
— Послушай, — серьезно сказал Хэйз, — я хочу, чтобы ты меня услышала, — подняла глаза на мужчину. — Если ты думаешь, что у тебя не будет союзников, то ошибаешься, Джерри, — это с тех пор, как я убила Марка. — Мне плевать, что и кто будет говорить, потому что каждый человек ошибается. Я, блядь, в шоке от того, что ты делала, Илайн. Свернуть с дороги, утопая в воде, сможет не каждый... — замолчал. — Мы с тобой прорвемся, — спокойно произнес, будто бы мир не крушился вокруг нас. Мне не понятно, зачем ему это.
— Поч-чему? — одно слово.
— Потому что бы сделал то же самое. Я понимаю твои мотивы, мысли и действия... Ты не плохая... — закрываю глаза, а музыка прекращается.
— Не пред-дай. Не гов-вори ему... — нечестно такое просить.
— Ни за что, Хэла, — и быстро уходит за стол.
Я видела, как Себастьян что-то спрашивает у Дамиана, пытаясь выбить информацию, но тот лишь загадочно улыбается и молчит. Дальше мы садимся за покер. Господи... Обожаю... Я научилась этой жаркой игре, когда работала в шикарном казино, подрабатывая там ночами. Неплохие деньги, особенно, когда приоткрыть зону декольте. Однажды, когда все ушли, а я заканчивала с натиранием стеклянных стаканов, то пожилой мужчина, который владел этим местом, подозвал к ломберному столу.
— Знаешь, эта игра для умных. Покер – игра на ловкость, а остальная часть азартных игр меньше зависит от этого качества. Данная игра учит вознаграждать хорошие действия, такие как логическое мышление и понимание других людей; наказывая за плохие действия, такие как игнорирование шансов и импульсивные действия, — размеренно говорил мужчина. — Например, если ты нетерпелив, нелогичен или не можешь анализировать риски и выгоды, то проиграешь и сделаешь много ошибок, например, в деловых и личных отношениях, — села на небольшое мягкое кресло. — Поэтому, если покер учит нас контролировать свои эмоции, это можно экстраполировать, чтобы быть более эффективным в любой ситуации, — глазами рассматривала разные знакомые фишки. — Я научу тебя, а ты будешь играть лишь с победителем. Как тебе такая идея, девочка? — не думаю, что могла бы отказаться. — Часть выигрыша будет твоей, — молча киваю. — Чудесно, — довольно улыбнулся.
Каждый вечер я приходила к нему, хотя работала лишь 4 раза в неделю. Мужчина показывал скрытые приемы и рассказывал секреты, которые явно помогут победить противника. Я, как губка, впитывала знания, чтобы обыграть соперника. Месяц учебы, а потом первая игра.
— Тебе нужна маска, красавица, — радостно сказал джентльмен. — Волосы выпрямим и элегантно уложим. Еще... — начал рыться в огромном шкафу своей гардеробной.
На листике пишу: «Откуда Вы все это знаете?» — низкий хохот.
— Я выиграл это казино у известного мужчины. Скажем так, годы практики и наблюдения, — офигеваю. — Давай-давай, поторапливайся, — он шуршит возле меня, а потом кисточками наносит макияж. Страшно... — Готово, — и глаза сияют. — Тебя будут называть Лэйлой, — восхищается мной, но я еще не видела свое отражение. — Рожденная тьмой, — срывает из огромного зеркала, что стоит на полу, синюю бархатную ткань, преподнося меня себе.
Длинное красное платье, что имеет кливидж, который доходит до пупка, умело скрывая самые интимные моменты, но показывая достаточно, чтобы залиться слюной. На шее красуется ожерелье с алыми камнями, в виде капель, длинные полы прикрывают не все, потому что есть вырез, что открывает черные босоножки и бедро. Черт возьми, я божественна! На глазах голубые линзы, чтобы никто не понял, кто перед ними. Волосы были выпрямленными, но довольно дерзко сложены в прическу. Передние пряди накручены на широкую плойку, а оставшаяся часть – закручена в глянцевый пучок, что был украшен черными цветами. Я протянула руку, куда вложили контурную черную маску. Образ завершен.
— Ты готова, — прошептал мужчина. Лишь кивок. На пальцах сверкали дорогие кольца, а на запястье – браслет.
Мои шаги были неспешны, а эхо каблуков расходилось по всему зданию. Многие люди завороженно провожали взглядами. Спина идеально ровная, а все тело гудит от адреналина. Большинство мужчин оборачиваются и открывают рты. Медленно дохожу к ломберному столу, а впереди уже сражаются джентльмены, чтобы отодвинуть кресло. Мне запрещено общаться. Не то, что бы я могла, но все же.
— Я хочу представить своего лучшего игрока, точнее, победительницу. Лэйла, — в микрофон произнес владелец клуба.
— Лэйла, — пробовал имя на вкус мужчина. — Та, что рожденная тьмой? — хриплый голос щекотал нервы. Поднимаю глаза и вижу серый туман. Мертвый. От страха растягиваю улыбку. — Ты красива, Лэйла, но так ли хороша? — не отвожу взгляд от соперника. У него огромный шрам на лице и такие безжизненные серые глаза. Показываю идеальные зубы и трясу головой, заставляя волосы распадаться... Пучок превращается в огромную копну волос, что свободно падает на спину и плечи. Черные цветы остаются на полу и столе...
— Все готовы? — спрашивают нас.
— Конечно, — отвечает незнакомец с хриплым голосом. Темная улыбка приклеивается ко мне... Кто знал, что снова придется сразиться... Выигрыш был моим... Впервые он проиграл. Я свергла Короля...
Лука сидел напротив меня и детально рассматривал. Парень наклонил голову и изучал. Вокруг нас его друзья восхищались игрой, но не головорез. Мы истязали друг друга, но было прекрасно, когда победила.
— Какая интересная тактика и мысли, — холодная хрипота.
— Мы думали, что этот парень никогда не проиграет, — смеялся Киллиан.
— Тебя обыграли, — произнес Себастьян и погладил мою руку.
— Это третий раз за всю жизнь, — вдумчиво сказал Феррара.
— Кто? — спросила.
— Тюремщик, которого считали безумцем, Лэйла и ты, — о-о-о-о... Улыбаюсь...
— Слоуп-плей – ош-шибка, — и растянула губы также, как и тогда.
— Вот оно... Похожая... Рожденная тьмой, — киваю. — Самая известная в покере. Золотая карта Широ, — Лука был страшно обаятелен, но и чрезвычайно опасен. В нем ощущалась чрезмерно спокойная энергия, но которая душит.
— Что? — все смотрят на нас странно.
— Они знакомы, — произносит вслух Николь.
— Какого? — Себастьян серьезно нахмурился.
— Хорошие игры разума, Илайн, — Лука не сводит с меня глаз. Все тот же шрам...
— Старал-лась, — свою речь начала тренировать каждый день. По ночам мне звонил Дамиан, чтобы приходилось побольше разговаривать. В стрессе могла говорить без запинок. Скоро все пройдет. Бьянка проводила онлайн-консультацию и просто радовалась.
— Ларентис у нас загадка, — Доменико как-то странно сказал, а Ванесса внимательно меня рассматривала.
— Обычная, — быстро ответила.
— Не уверена, — прошептала Келли.
Мы еще некоторое время поиграли, а потом сели смотреть видео из гор и мест, где они бывали. Николь красиво смонтировала эти поездки, профессионально соединяя в один фильм. Было круто наблюдать, как Себастьян прыгал со скалы в глубокое озеро, а другие орали: «А труп кто будет доставать позже?» Светловолосый мужчина лишь хохотнул, а потом скрылся за обрывком. Ванесса снимала отпуск на профессиональную камеру, поэтому встала на последнем камешке и показывала темные воды. Тишина. Минуту было просто тихо... А потом, из самых глубин, появилось симпатичное лицо с кривой улыбкой. Он прокричал: «Вода – лед, но здесь нереально ахуенно!» Громкий хохот прозвучал в динамиках. Голоса смешивались. Также были кусочки из похода, когда они пошли в лес. Вокруг было много зеленых деревьев, а птицы так громко чирикали.
— Эй, Итан, а мы точно идем в нужном направлении? — спрашивала Айда.
— Минут как 40 уже заблудились, но я делаю вид, что знаю, куда бредем, — рассмеялся адвокат.
— Ну-у-у-у... посмотрите какая полянка! — пролепетала Николь, прихватив с собой Ванессу. Две девушки побежали, а Доменико стал видеографом.
— Не моргайте, зрители, перед вами крупным планом опасные женщины. Эти двое недавно обвели вокруг пальца крупного мафиози, связали его и узнали все, что необходимо, оставив козлину сидеть голяка на стульчике. Ему ведь нравилось приставать к несовершеннолетним. Мы не скажем им, что Келл, Себ, Лука и я нарисовали его кровью рисунки. Много картин... Карлос тоже был снами и поговорил с ублюдком перед нашим приездом. Чувак был обосранным. Ой, простите, не буду портить милый влог, где двое дамочек собирают цветочки. Красота какая, — засмеялся.
— Эй, Дом, кажется меня укусила пчела, — прошептал охотник.
— БЛЯДЬ, КЕЛЛ! Я не брал пакет для трупа. Да и мертвое тело на себе тащить не хочу, — простонал мужчина.
— Дом, я серьезно. Горло уже опухло, — со скрипом сказал Бейкер.
— Доставай укол, блин, — приказал брюнет.
— Пусть Себ сделает, — камера была наведена на неудержимого Принца Ада.
— Я не умею в задницу делать. Мои навыки сосредоточены на венах, — подмигнул. Невинная шутка... но года наркотиков.
Дальше было видео из небольшого домика, что мило обустроен. Мягкий серый диванчик, в уголку стояла елочка, а под ней лежали подарки, из колонки играла новогодняя музыка. Камера кружилась повсюду, показывая все, что находилось в уютном помещении.
— Себастьян и детский сад, — тихий голос Айды.
— Это должно быть обязательно запечатлено, чтобы он не отрицал, — тихо добавляет Николь, которую не видно.
— Вы только посмотрите на это, — смеется Ванесса почти неслышно.
И вот теперь стало видно причину. Себастьян сидел на полу, а вокруг него, на подушках, разместились дети. Им было где-то по 1.5 – 2 годика. Совсем крохи. Брендон лежал спиной на подушке, а голова упиралась в пол, рассматривая потолок вверх ногами, дергая ножками. Артур что-то крутил в своих руках, а Эстер дергала Себастьяна за штанину, привлекая внимание.
— И со с длаконом? — с недовольством спросила.
— Со-со? — бурчит Артур, подражая словам девочки. — Мерлтвый, — неправильно выговорил, но зато так серьезно.
— Не-е-е-е. Он полетел по цветы, глупые, — мудро добавил Брендон. — Ему нуфно скушать их, стобы это... как оно... — пытался вспомнить и поднял голову.
— Превратиться в человека, — дополнил Себастьян.
— Вот, благодаръю, — кто-то засмеялся.
— Хо-хо-хо, ребята, ждали Санту? — высокий мужчина, одет в красный костюм, бороду и шапку, прошелся через комнату и подошел к малышам.
— НАСТОЯСИЙ САНТА КЛАУС? — с неимоверным восхищением спросила Эстер.
— Вот пролетал мимо милого домика. Посмотрите, даже сани у окна, — трое детей быстро приклеились к окну. Кадры меняются, потому что кто-то снимал с улицы. Там припарковались огромные сани, что были упряжены оленями. Блядь. У них колокольчики на рогах, пока сами жевали что-то вкусное. Вокруг лежал снег, а заснеженные деревья тяжело махали ветвями, когда дул ветер. Сказочная атмосфера была невероятной.
— Ты читал мое письмо? — сузил глаза самый младший. Брюнет недоверчиво разглядывал Санту.
— Да, но почему ты не захотел подарок? — просил низким голосом Зак. Его было не узнать.
— Я попр-р-росил, — долго молчал. — Чтобы мама и папа никогда не умир-рали, а у Алти не болело селдце. Я не плакал тогда над хомячком, но хотел. Я люблю мамочку, папочку и Алта, — синие глаза стали большими. Искренний детский взгляд.
— Хорошо, а ты, Артур? — повернул голову к светловолосому мальчику.
— Подари что-то рлодителям и Бленни, а у меня все есть, — двое парней были слишком умными и готовыми отдать все, что имели, тем взрослым, что их воспитывали, и друг другу.
— Будет сделано. Эстер? — маленькая девочка с длинными черными волосами и серыми глазками поджала губы.
— Мозно кое-что позелать? — Санта кивнул.
— Блатьев. Двоих. И пусть никто не болеет, — первое желание точно сбудется...
Мы закончили с видео поздней ночью, поэтому я шла уже в кровать, которую нам подготовили, но увидела Ванессу, что стояла у дверей, ожидая на меня. Не то, чтобы я боялась девушки, но зная ее подвиги... Красивые длинные пальцы с красным маникюром сломают мою шею. Выдыхаю и подхожу. Она кивает подбородком на другую комнату, куда и движемся. Внутри был Доменико, который улыбнулся и вышел. Молча.
— Илайн Ларентис – это твое настоящее имя и фамилия? — сразу вопрос в лоб.
— Нет, — спокойно и правдиво отвечаю.
— Знаю, — подходит ближе. — Твои данные невозможно найти, Илайн. Знаешь, они будто бы скрыты, — тяну улыбку.
— Всему свое время, — без остановок говорю.
— Вот она, сильная и храбрая девушка. Ты мне нравишься, правда. Только, хирург, есть момент... — чуть наклоняю голову.
— Слушаю, — произношу.
— Себ – мой родной брат, которого встретила, будучи взрослой. То, что причиняет ему боль, отражается и на мне. Людям свойственно ошибаться... но в нашем мире за это можно умереть. Я не была хорошей, Илайн. Ни при рождении, ни при взрослении, а уж особенно сейчас. Насилие воспитало меня, смерти давали пощечину, а боль была специей, которой кто-то кинул слишком много. Если ты влюблена в него, то значит я буду тебе союзником, но, Ларентис, если ты сделаешь ему больно... Ты не Джулия, Илайн, мы знаем это. Она разбила Себастьяна, но ты сможешь уничтожить. Этому не бывать, запомни, — восхищаюсь ею. Я знаю, что за Айзека смогла бы убивать каждый день, сидеть в тюрьме и стать худшим человеком.
— У меня был брат, Ванесса. И я убила тех, кто поиз-здевался над ним. Мои глаза рас-сматривали их широкие зрачки, кода прострел-лила две головы, — ровно сказала.
— Ты прячешься, Илайн, но от темноты не убежать, — делает шаг назад, и я ухожу.
Спокойно иду к комнате, а передо мной пробегает Артур, но останавливается. Светло-голубые глаза рассматривают меня. Его волосы чуть в беспорядке, но парень слишком красив.
— Не спишь? — присаживаюсь на корточки.
— Сон плохой, — нахмурился. За целый вечер мне удалось увидеть всего 3 улыбки, которые мальчик подарил брату, Себастьяну с Николь и родителям. Холодный ребенок, который не проявлял чувств.
— Хоч-чешь волшебный нап-питок? — недоверие было очевидным. Кивок. Удивительно.
— Чудес не бывает, — тихо добавляет, а потом я протягиваю руку. Артур не возьмет ее, но пытаюсь.
— Любишь малину? — спрашиваю, а его теплая ладошка трогает мою.
— Да. Мама с папой тоже, а Брендон обожает землянику, — идем на кухню.
— Моя любимая – черника, — улыбаюсь. Малыш садится на стульчик, а я беру чашку.
— Почему так говоришь? — заикание.
— Ран-ньше вообще не гов-ворила. Из-за плох-хой ситуац-ции, — объясняю.
— Ты ведь не обидишь дядю? — вопрос застает врасплох. — Он раньше не улыбался так много. Папа говолит, что сейчас ему намного лучше, и он больше не грустит так сильно, — заливаю сушенную малинку и джем кипятком, добавляя туда чуть лимона и мяты.
— Он мне нравится, — Артур чуть улыбается.
— Тогда все будет в полядке, — быстро поворачивает голову, а сюда заходит Себастьян.
— Чай и без меня? — подходит к крестнику и целует в макушку. Ребенок смотрит на него и дарит одну из самых красивых улыбок.
— Не могу уснуть, — тихо говорит маленький Келли или Моретти.
— Мы поможем, — подмигивает Каэтани.
Втроем сидим и болтаем, пока мальчик пьет чай с булочкой. Я видела, что отец Артура заглянул и кивнул, а потом быстро исчез. Себастьян посадил мальчика себе на руки, придумывая какую-то новую сказку. Они очень похожи, кстати... Каэтани был таким умиротворенным и радостным, рассказывая историю. Светлые глазки вскоре закрылись, а мой Аид покрепче обнял племянника.
— Я убил его отца, Илайн... — очень тихо открыл правду мне.
— Мы все делаем ошибки, — подошла и поцеловала в висок.
— Хорошо, что мы встретились, — приобнимаю его, пока прячу глупые слезы.
— Мой Себастьян, — шепчу и вдыхаю сладковато-горький запах парфюма. Я была готова терять части себя, чтобы спасти его... Я бы сделала это... У каждого поступка есть цена...