Голдштейн

Настал день, когда им приходилось покидать Америку и снова возвращаться в Англию.

Дело было в десятом часу ночи.

- Мы едем в До'сет?- спросил Ник у папы, когда они сели на корабль.

- Нет, Ник. Мы едем в Лондон. Там тоже наш дом.

- Да, но я скучаю по До'сету! Когда уже мы ве'немся туда? - спросил Ник.

- Скоро, малыш, - ответил Якоб, вздохнув,- Надеюсь, что очень скоро. А тебе что, не нравится в Лондоне?

- Н'авится, конечно! Там очень весело! Но в До'сете тоже хо'ошо!

Приблизительно минуту они стояли на палубе и смотрели, как отдаляется Америка, а потом Якоб предложил:

- Может пойдем в каюту? А то мама там одна.

Около трех секунд Ник молчал и никак не отвечал на предложение папы, как вдруг воскликнул:

- Бежим! Ско'ее, бежим!

Якоб улыбнулся и ответил:

- Ну пойдем!

И они вместе направились в каюту.

Якоб только хотел постучать , как Доменик остановил его:

- Мо'но я?

- Конечно! Давай.

И Доменик постучал.

Куинни открыла дверь и улыбнулась. Якоб и Ник зашли в каюту и последний сказал маме:

- Мам, я спать хочу.

- Ну тогда давай спать,- улыбнулась Куинни и взяла сына на руки.

Через пятнадцать минут Доменик уже лежал на кровати, повернувшись лицом к стене.

Куинни улыбнулась, посмотрев на сына, а потом тоже легла на кровать и, обняв Ника.

- 'покойной 'очи, мам,- пролепетал Доменик.

Куинни провела рукой по его волосам, поцеловала и ответила:

- Сладких снов, милый.

Они заснули, и спустя пару минут Якоб укрыл жену одеялом, поцеловал их обоих и тоже лег. Волны приятно укачивали и он тоже в скором времени заснул. 

*В то время в соседней каюте*

Каюты у всех были одинаковые- на стене висело зеркало, у стены стояла большая кровать на двоих и довольно больших размеров тумбочка, куда можно было положить необходимые вещи.

Было уже довольно поздно. Время близилось к одиннадцати, когда Луи наконец расположился в середине кровати.

Тина села на кровать и сказала:

- Неужели ты за целый день не устал? Ты ведь еще и рано встал.

Луи улыбнулся и отрицательно покачал головой, показывая, что вовсе не устал и полон сил и энергии.

Однако ровно через десять минут он уже спал сладким крепким сном без сновидений. Луи сильно вымотался за день, они все встали рано, а потом он вместе со своим кузеном целый день пробегали по палубе.

Тина улыбнулась, а потом легла на кровать, расположившись у стены.

- Ньют,- позвала она мужа,- Ты ложишься?

- Да,- ответил Ньют, ложась.

Тина же все смотрела на лицо сына с улыбкой, и сказала мужу:

- Готова вечно на него смотреть,- она провела рукой по его волосам,- Прям твоя копия. Но только детская. 

Ньют кивнул, улыбнувшись и сказал:

- Только глаза твои.

Тина улыбнулась еще шире, а потом Ньют выключил свет и произнес шепотом:

- Спокойной ночи.

- Спокойной, Ньют.

Они легли, но сна все не было.

Наконец, приблизительно полчаса спустя Ньют встал и начал переодеваться.

- Ты куда? - спросила Тина, открывая глаза и слегка приподнимаясь.

- На палубу. Хочу пройтись, может и сон придет.

- Ладно. Я с Луи останусь, хорошо?

- Да, конечно.

Он наклонился к ней, чмокнул в щеку и вышел из каюты.

Тина снова легла, приобняв Луи, как вдруг он что-то настороженно пролепетал.

- Все в порядке, Лу. Все хорошо.

На минуту он успокоился, но потом снова тревожно прошептал что-то непонятное и открыл глаза.

Он озирался по сторонам и Тина прошептала, гладя его по волосам:

- Все хорошо, милый, все хорошо. Спи спокойно. Я рядом.

Луи посмотрел на мать, а потом обнаружил, что папы рядом нет.

- А где папа? - спросил он.

- Папа здесь, он на палубе, не волнуйся.

- А мо'но пойти к нему?

- Конечно,- ответила Тина,- Конечно. Давай.

Они вышли из каюты и Луи сразу побежал к Ньюту, который смотрел вдаль.

- Все-таки не спишь, да? - с улыбкой спросил Ньют, поднимая сына на руки.

- Я спал. Бо'ше не могу.

Тина подошла к ним и Ньют притянул ее к себе за талию. Тина прижалась к нему и вздохнула.

- Все хорошо? - спросил Ньют.

Она улыбнулась:

- Да. Все просто прекрасно. Я просто думаю.

- О чем?

- Да так. Просто.

Тине нравится плавать на корабле вместе с Ньютом. Ей хотелось быть с ним на судне тогда, когда он уезжал из Нью-Йорка много лет назад, после их знакомства и спасения всего волшебного сообщества, когда им с трудом удалось расстаться. Теперь Тина прижималась к мужу, на руках у которого удобно расположился Луи, боясь отпустить и снова оказаться в порту, ожидая его возвращения неизвестно сколько времени.

Они так и стояли так, пока Луи снова не заснул, а после, когда они легли в постель, то тоже заснули.

Впереди их ждали десять дней плавания.