Голдштейн

*10 июля. 11:15. Дорсет*

Кажется, в Дорсете еще никогда не было так жарко.

Тина и Куинни сидели в саду и пили лимонад со льюдом, разговаривая.

- Боже,- выдохнула Тина, - Так жарко еще никогде не было!

- И не говори,- тоже выдохнула Куинни, убирая стакан с лимонадом. На ней было легкое короткое платье, соломенная шляпа и босоножки, которые она сняла.

Тина выглядела почти точно так же: на них были одинаковые платья, такие же соломенные шляпы, только вот у Скамандер были еще и солнечнозащитные очки.

Тина выпрямилась и сняла их, убрав на столик, и Куинни, посмотрев на нее, улыбнулась:

- Ой, Тина, у тебя нос раскраснелся!

Девушки рассмеялись, а потом Куинни спросила:

- Как там дела у них? - она специально сделала акцент на слове " них", но Тина поняла ее и без этого.

- Да так. Они стали ближе друг к другу, но этот холодок между ними очень чувствуется.

- Я-ясно... - протянула Куинни.

- Все наладится. Надеюсь.

- Конечно, все наладится! Просто нужно время. Нужно лишь набраться терпения.

Тина вздохнула.

Отношения с матерью действительно были большой проблемой для Ньюта, а значит, и для Тины тоже.
И сейчас, Ньют и Луи были в доме номер 50, где с недавнего времени живет миссис Скамандер. По крайней мере, в Луи она души не чаяла.

- Эх. Ладно, Тин,- сказала Куинни, минуту погодя и вставая,- Я пойду. Якоб и Ник там дома одни, посмотрю, чем они там дома занимаются.

Куинни ушла, а Тина зашла в дом. Она взяла книгу с полки и снова вышла в сад.

Послышались шаги, голос Ньюта и лепетание ( и некоторые слова и фразы) Луи, и вот они уже были в саду.

- Мама!- радостно сказал Луи, стоило ему только увидеть Тину, которая все еще была в саду и читала книгу.

Она встала и подошла к ним, а Луи потянулся к Тине, и та взяла его на руки, сладко поцеловав сына в шею.

- Ну как дела?- спросила она у Ньюта.

- Да как всегда. Куин давно ушла?

- Да нет, пятнадцать минут будет, не больше. Вы так толком и не поговорили?- вернулась к теме Тина.

- Практически, нет,- ответил Ньют, садясь,- Ну, она играла с Луи, рассказывая что-то, но это вообще никак не касалось ни ее, ни меня, ни Тесея, ни даже папы. И даже не Хогвартса.

Тина вздохнула и села к Ньюту. Они просидели в тишине около двух минут, и даже Луи молчал (что ему несвойственно). Он играл с чем-то, и Тина тихо спросила у него:

- Что это у тебя?

Луи улыбнулся и показал маме то, что было у нее в руке: маленький белый ангелочек.

Тина улыбнулась и как же тихо спросила:

- Тебе это бабушка дала, да?

Луи не ответил, а лишь улыбнулся и продолжил играть с ангелочком.

22:16

Чета Скамандеров была в сарайчике их чемодана. Ньют сидел за столом и писал что-то в блокноте, а Тина стояла рядом и разбирала ненужные бумаги. Под руку ей то и дело попадались разные фотографии, сделанные когда-то очень давно. Некоторые из них Тина вставляла в рамки, некоторые аккуратно вставляла в фотоальбом, кое-какие бумаги разбирала по коробкам, что-то клала в шкаф или на полки.

- Ньют, смотри. - позвала она, беря в руки фотографию.

Она была сделана больше двух лет назад, в 1927 году, в день выхода в свет второго издания "Фантастических Тварей".

- Это где?- спросил Ньют.

Тина рассмеялась и ответила:

- Конференция твоей книги, Ньют. Второе издание.

- А-а, да, точно,- усмехнулся он.

Тина находила тут те фотографии и письма, о которых давно благополучно забыла.

Некоторые были сделаны так давно...

Так прошло около получаса.

Тина уже на ходу засыпала, ее глаза слипались, и она сидела за столом, подперев голову ладонью.

Ньют все так же писал что-то, а потом закрыл блокнот, выключил лампу и сказал, взяв Тину за руку:

- Тинни, пойдем.

- Что?- Тина и сама не заметила, как задремала.

- Пойдем спать. Прямо здесь. Тем более Лу тут спит, перекладывать его рискованно.

- Да,- Тина встала и они оба зашли в спальню.

- Спокойной ночи,- сказали они одновременно, ложась в кровать.

Стоило только Тине закрыть глаза, как она провалилась в сон.

Неделю спустя. Париж.

Корабль держал курс в Парижский порт.

Тина и Куинни стояли у носа корабля, смотря на приближающуюся землю.

Это было похоже на то путешествие 1927 года, но только сейчас на руках у них были их дети, и вообще, многое изменилось.

- Помнишь тот бал?- спросила Куинни.

Тина улыбнулась:

- Помню.

- Да... Или как вы с Ньютом по "чистой случайности" встретились? Или то, как мы у Якоба дома оставались!

- Хорошие времена были,- просто сказала Тина.

- Приятно вспомигать,- улыбнулась Куинни.

Наконец, корабль причалил.

Пассажиры стали быстро выходить на сушу.

Пройдя паспорт-контроль, все вшестером поехали в отель.

Луи и Доменику очень нравились виды Парижа. Они восхищенно смотрели из окон машины, умиляя этим родителей.

- Доехали! - сказал Якоб, останавливая таксиста.

- Выходим,- сказала Куиннии сыну, выходя из машины.

На этот раз Париж был еще прекраснее, чем тогда. 

Аромат цветов, прекрасные сады, французы и француженки в шляпах, шелковые платья, всюду зелень, не было и дома, в котором не сажали бы цветы. 

Ах, как же это прекрасно! 

Получив ключи от своих номеров (25 и 26) и поднявшись на третий этаж они договорились, что через полчаса они встречаются у фонтана на первом этаже. 

*номер 26* 

Куинни открыла чемодан и достала оттуда свое красивое яркое платье. 

- Як! - позвала она. 

- Да, Куин? 

- Как вижу, вы уже готовы. - улыбнулась она. 

- Да. Ника ты уже одела, он готов, да и я тоже вроде. 

- Ну отлично. 

Она переоделась, а потом встала у зеркала и заплела новую, более свободную прическу. 

Наконец, через полчаса они вышли из номера. Якоб запер дверь и спрятал ключ в карман. 

- Пошли? - спросила Куинни у Ника, которого она держала на руках. 

Доменик улыбнулся и они все вместе спустились на первый этаж. 

У фонтана их уже ждали Скамандеры: Ньют и Тина о чем-то разговаривали, А Луи стоял ( правда, не без поддержки Тины) и смотрел куда-то. 

- Ну что, какие планы? - спросила Тина, поднимая Луи на руки. 

Куинни ответила: 

- Я тоже не знаю. Можно пойти в город. Посмотреть на красоты Франции. Или сходить на пикник. На лавандовые поля! 

- Мне больше всего нравится последний вариант. - сказал Якоб. 

- Сейчас пойдем? - спросил Ньют. 

- Да. Можно и сейчас. Но до лавандовых полей еще нужно доехать. 

Через полчаса. Лавандовые поля.  

Как же это прекрасно! 

Волшебно! 

Изумительно! 

Франция таит в себе такие секреты и тайны, которые, наверное, не могут раскрыть  даже французы, ни разу не выезжающие за пределы их страны. 

Аромат лаванды, мягкая трава под ногами, безоблачное голубое небо... м-м-м... так и выглядит настоящая Франция. 

Тут она чувствовалась даже лучше, чем красивом Париже или помпезной Ницце.

Доменик быстро полз по траве, вымазываясь в земле. Он убегал от своей мамы и поймать его было не так уж и легко. 

Они расположились  в середине Лавандового поля, расстилили большой плед и разложили сэндвичи, что Куинни и Тина приготовили в гостинице перед выходом. 

- Ник! - смеясь, сказала Куинни, поймав сына. 

Ребенок рассмеялся, а Куинни расцеловала его в обе щеки. 

- Ты весь вымазался! - улыбнувшись, сказала Куинни, стряхивая с его маленьких ладошек и коленок землю. 

Они сели на плед, вернувшись к остальным.

Луи сидел у Тины на коленях, смотря куда-то вдаль. 

Тина целовала его в голову, каждый раз он поворачивался, смотрел на нее и улыбался. 

Доменик играл с лавандой и, сам того не заметив, вымазался в ее пыльце. 

- Ты что тут делаешь? - спросил Якоб, подсаживаясь к нему.

Ник улыбнулся, и Якоб рассмеялся, увидев лицо сына, почти полностью вымазанное в пыльце. 

- Куин! - позвал он.

- Да? - повернулась к ним Куинни. 

- Смотри на его лицо. 

Куинни рассмеялась, обняв Доменика. Он тоже рассмеялся, а потом, коснувшись лица мамы, тихо, но четко сказал первое в его жизни слово: 

- Мама...