Голдштейн

23:14

Куинни сидела на диване, подобрав ноги под себя, и водила пальцем по подлокотнику, смотря на него невидящим взглядом.

Якоб вообще никогда не задерживался на работе. Он всегда возвращался в половину седьмого, максимум - в семь. Но то, чтобы его не было дома в двенадцатом часу...

Она очень волновалась, но не могла выйти из дома и пойти в булочную, дома спал Доменик, она не могла его бросить.

Куинни вздохнула.

Ее "спокойная жизнь" продлилась всего два месяца...

Она встала и поднялась наверх. Куинни приоткрыла дверь комнаты сына, и убедившись, что он спит, спокойно, мирно и крепко, закрыла дверь. Она прошла в спальню, и села на кровать.

Что такого могло случиться, что Якоб настолько сильно задержался.

" Ну, он увлеченный человек,- подумала Куинни,- Может, он просто пек и не заметил, как время пролетело"

Самой большой проблемой было то, что Куинни не слышала его мысли, ибо он был слишком далеко - булочная находилась в другом конце Дорсета.

- Боже, - прошептала Куинни и снова спустилась на первый этаж.

Она просто слонялась по квартире, думая, чем бы занять себя, но девушка не могла придумать абсолютно ничего.

- Ну где же ты,- прошептала Куинни, стоя у окна.

Наконец, в половину двенадцатого, в дверь постучали.

Куинни буквально сорвалась с места и поспешила открыть мужу дверь.

Стоило ей только увидеть Якоба, как она бросилась к нему на шею, одновременно затаскивая его в дом.

- Боже, Як, ну где... ну где же ты был?!- причитала она, а потом, строго посмотрев на него, сурово спросила: - Ты видел уже, который час?!

Якоб ответил:

- Извини, я правда не заметил, что уже так поздно.

- Ты не мог меня предупредить?- разозлилась Куинни,- Я волновалась! Очень сильно.

- Знаю, прости, виноват. Но я и сам не знал, что он зайдет.

- Клянусь, Якоб, о чем ты только думал! - уже более мягко сказала Куинни,- Это же просто безумие какое-то. Я понимаю, вы не виделись столько лет, вы вместе воевали и все такое, но ведь ты мог хотя бы записку отправить, да хоть немагическим способом!

Якоб поцеловал Куинни в голову и сказал:

- Куин...

- А вот за это тебя вообще казнить можно, Ковальски! - ответила Куинни, но уже не рассержено.

Оказалось, что Якоб абсолютно незапланировано встретился со своими друзьями, товарищами в бою.

- Хорошо, господин Ковальски. - сказала Куинни. - У нас будет званый ужин. Убедил!

Они поднялись наверх и через пятнадцать минут уже лежали в кровати, обнявшись.

Якоб уже практически заснул, а Куинни не могла и глаз сомкнуть.

- Спокойной ночи. - тихо промямлил Якоб.

- Спокойной ночи.

Куинни выключила свет и попыталась заснуть, но все было тщетно.

Наконец, она встала с кровати и спустилась на кухню. Она выпила стакан воды и поднялась обратно в спальню. Девушка прильнула к плечу уже спящего мужа и, наконец, заснула.

... Темнота.

Здесь не было ничего.

Куинни была, как ей казалось, одна в этой ужасной комнате, где стоял лишь один стол в углу. И ничего больше. Не считая темноту.

- Куин... - убитым голосом прошептал Якоб.

- Як... Якоб, где ты?

- Я... я тут. - Куинни показалось, что он плачет.

- Якоб, что случилось? Что происходит! Где мы?!

- Я... не знаю... но... Ник... Боже, Куинни! Ник, нет!

Но Куинни больше не слышала.

- Помогите! Кто- нибудь......

Куинни вскрикнула, упав с кровати и запутавшись в одеяле.

Якоб сидел перед ней на корточках, его лицо было обеспокоено и бледно.

- Як...

- Куин, все хорошо, это был всего лишь плохой сон, всего лишь ночной кошмар.

- О, Якоб! - выдохнула Куинни, обвивая шею Якоба руками и начиная плакать.

- Куин, милая, все хорошо. Это был всего лишь плохой сон. Ничего не значащий ночной кошмар.

- Я кричала? - спросила Куинни, минуту погодя.

- Да. - кивнул Якоб. - Хорошо, Куинни, Солнышко, успокойся.

- Хорошо. Но...

- Куин, давай спать.

- Да. Давай. - Куинни встала с пола. - Я лишь должна умыться.

- Хорошо. - ответил Якоб, тоже вставая и ложась обратно в кровать.

Куинни зашла в ванную, умылась, а потом сказала своему отражению в зеркале:

- Ты что, слаба? Боишься своего же собственного сна? Это же все неправда. С Ником все хорошо. С Якобом все тоже хорошо. Почему ты внушаешь сама себе такие ужасные вещи?!

Она вышла из ванной, заглянула в комнату сына и после вернулась в спальню.

- Все нормально? - спросил Якоб.

Она улыбнулась:

- Да. Спокойной ночи. Снова.

- Спокойной.

Куинни закрыла глаза и заснула.

....Нью-Йорк. 24-ая Вест Стрит.
Куинни вышла из комнаты и улыбнулась. Якоб стоял у плиты и готовил завтрак. Куинни тихо подошла к Якобу и обняла его сзади:

- С добрым утром, Якоб,- прошептала она ему на ухо.

- С добрым утром,- ответил он, целуя ее в голову,- Как спалось?

- Шикарно. А тебе?

- Точно так же, как и тебе.

Они улыбнулись друг другу и Якоб сказал:

- Присаживайтесь, мадам. Завтрак. Специально для вас.

Куинни села за стол и Якоб подал ей на подносе клубничный милк-шейк и малиновый йогурт.

- Прошу!...

Куинни вновь проснулась.

Какая ужасная ночь... Сначала переживания за мужа, потом кошмар, а теперь еще и это.

Куинни даже не знала, как назвать то, что она только что увидела во сне.

Это был момент из ее жизни, то что она уже проживала. Во сне она еще никогда не видела какой-либо день снова.

Кажется, когда-то она слышала в мыслях у Тины, что с ней происходит то же самое.

Скоро они как раз увидятся. Тогда-то она и расскажет ей обо всем.

Спустя 2 дня

Сегодня целый день Куинни была очень взволнованна. У них сегодня будет "пир на весь мир" и она очень волновалась.

- Якоб! - позвала она с кухни.

- Да, Куин?

- Напомни- ка еще раз, сколько человек придет?

- Пятнадцать. Вернее, тринадцать, у Дилана и Марка совсем маленькие дети. Плюс еще наши.

- Ясно, спасибо.

Куинни хотела взять палочку и наколдовать большой стол в середине зала, как Якоб ее остановил и сказал, что сам поставит стол.

Куинни согласилась и поднялась в комнату Доменика. Он все еще спал в своей красивой миленькой люльке и Куинни, подняв его на руки, прижала к сердцу, вспоминая свой недавний кошмар.

- Куинни, все готово. - сказал Якоб, входя в детскую.

Увидев жену, обнимающую сына, Якоб не смог удержать улыбки.

Куинни улыбнулась ему и его мыслям, и тут же в дверь постучали. Вероятнее всего, это были Скамандеры.

- Я открою. - сказал Якоб, спускаясь вниз.

Куинни хотела вновь уложить Ника в кровать, но тот проснулся и улыбнулся маме, посмотрев на нее своими сонными глазами.

- Проснулся, хороший мой?

Они вместе спустились вниз и встретили гостей.

- Привет, проходите! - поприветствовала Куинни сестру и ее семью.

- Как дела? - спросила Тина, обнимая сестру.

Они не виделись уже около двух недель, и даже успели немного соскучиться друг по другу.

- Все нормально, вы как? Да ты что! Тинни, это так мило, поздравляю!

Тина поняла, о чем говорит сестра и улыбнулась.

- А у вас что нового?

- Все хорошо, Ник делает свои первые шаги. Да, я безумно рада. Чувствую себя неописуемо счастливой.

Тина улыбнулась и они все прошли на кухню.

- Неплохая идея, Якоб, - заметила Куинни, читая мысли мужа, - Можете пойти куда-нибудь.

- Что? - не поняли сначала Якоб и Ньют, а потом Якоб сказал:

- А-а, да, точно. - он посмотрел на сына и сказал: - Твоя мама всех услышала.

Через пятнадцать- двадцать минут дома остались лишь Тина и Куинни. Они продолжали готовить обед, разговаривая и обмениваясь последними новостями.

- Кстати, Тина, - сказала вдруг Куинни более тихо и настороженно. - Тебе когда-нибудь снились моменты из твоей же жизни?

- Да. - ответила Тина. - И не один раз. Иногда такие сны обращаются в кошмары, и это сильно мучает.

- Еще как мучает...

Куинни не успела договорить. В дверь кто-то постучал.

Куинни открыла дверь и удивленно спросила:

- А что вы так быстро?

- Ну как бы полтора часа прошло. - ответил Якоб, проходя в дом.

- Да ты что! Час с половиной! Тина! - она вернулась на кухню и сказала: - Ты знала, что уже полтора часа прошло?

*2 часа спустя*

Наверное, в доме Якоба и Куинни Ковальски ( а точнее было бы выразиться, еще и Доменика) никогда не было так много людей.

Шум- гам, смех, детское лепетание.

Наконец, Якоб встал, чтобы представить всех.

- Моя любимая жена. - он посмотрел на Куинни, потом посмотрел на Ньюта и Тину: - Наши лучшие друзья, по совместительству еще и родственники.

...Представив всех, Якоб сел, а после ко всем присоединилась и Куинни.

Так прошел час. Когда пиршество закончилось, Мартин, лучший друг юности Якоба, первым встал из-за стола и вышел во двор, словно бы проветриться. Якоб пошел за ним.

- Как дела? - спросил он, подходя к другу.

- А, Якоб. - ответил Мартин, выныривая из собственных мыслей. - Спасибо, все нормально, у тебя как?

- Все отлично. А что ты тут один?

- Да так. Думаю. Скажи, как тебя вообще занесло в Англию?

Якоб усмехнулся. Он бы сказал ему всю правду, но не мог, и поэтому быстро придумал:

- Англия была мечтой Куинни.

- А-а. Ясно.

- Напомни, сколько уже Лизе лет? - переменил тему Якоб с волшебников на дочь Мартина.

- Пять. В этом году пошли в школу, Сталкиваемся с некоторыми проблемами. И она стала задавать вопросы, которых я всегда боялся. Но она все равно рано или поздно спросила бы, почему у нет матери.

- А что ты отвечаешь?

- Никак. Знаю, это ранит ребенка, но я не знаю, что отвечать. Делаю вид, что не слышу. Но я долго не продержусь. Есть идеи?

- Ну... ну ты можешь... Знаешь, а спроси это у моей жены. Или у ее сестры. Они- то уж точно что-нибудь придумают.

- Спасибо. - ответил Мартин. - У тебя волшебная семья, Якоб. Такая, о которой ты всегда мечтал.

Яко улыбнулся. О таком он действительно мечтал после смерти брата и бабушки.

- Ты изменился, Якоб. - сказал Мартин, минуту погодя. - В лучшую сторону.

- Мы все очень изменились.

Перед глазами Якоба пронеслись картины военных лет, умирающий на его глазах брат, друзья, письмо, в котором говорилось, что дом его бабушки подорвали...

Якоб вздрогнул. Ему вдруг стало очень плохо, а по телу пробежал холодок.

- Якоб! - позвала Куинни из дома.

Он обернулся и спросил, подходя к двери:

- Да, милая?

- Идите в дом. Мы уже налили чай.

- Хорошо, Солнышко, идем.

Куинни улыбнулась и снова зашла в дом.

- Мартин! - позвал Якоб, прежде чем открыть дверь - Пойдем, друг. Пора уже выныривать из прошлого.