Голдштейн

- Пропало еще два человека.

- Снова? - озабоченно спросила Тина. 

- Да. Уже никто еще не возвращался живым оттуда, куда его забирали фанатики. 

Тина в ужасе прикусила губу. 

- И еще одна новость. - сказал Ньют, выключая лампу. - Я сегодня разговаривал с Тесеем. 

- И что он сказал? - с волнением спросила Тина, моля Бога о том, чтобы это не было очередной вселенской трагедией.

- Моего отца убили вчера. В схватке с Грин-де-Вальдом.

Тина с ужасом взглянула на него, не сумев сдержать поразившего ее шока и ужаса. 

- Да. - ответил Ньют, глубоко вздохнув.

- Ньют, ты срочно должен ехать к маме. 

Ньют снова вздохнул и посмотрел Тине в глаза:

- Она не захочет меня видеть. Она не хотела видеть меня все эти годы. И сейчас все будет точно также.

- Ньют, именно сейчас ты  нужен ей, как никогда иначе.

Ньют хотел было что-то сказать, но потом передумал и согласился:

- Ладно. Завтра я поговорю с Тесеем и мы вместе поедем к ней.

Тина вздохнула и прижалась к мужу.

Он поцеловал ее в голову и сказал:

- Все будет хорошо. Спи спокойно.

Прошло полчаса. Ни один из них еще не спал, однако не показывал этого.

Тина ворочалась и даже на пять секунд не могла сомкнуть глаз.

Она думала о том, какая опасность нависла над ее семьей, и что у Грин-де-Вальда сейчас такая сила и власть, какой у него еще никогда прежде не было.

На ее глаза навернулись слезы и она не стала даже пытаться их сдержать.

Она плакала, уткнувшись лицом в подушку, а Ньют слышал все, и изо всех сил боролся с желанием прижать ее к себе и утешить. Сейчас единственное, что ей нужно было - это побыть наедине с собой и просто выплакаться.

Минут через пятнадцать Тина встала и направилась в комнату Луи. Через несколько минут она снова вернулась в спальню, на руках у нее был спящий Луи.

Она снова легла на кровать, расположив сына между собой и мужем.

На следующее утро.

Тина открыла глаза и посмотрела на часы.

Большие дубовые часы, что висели на стене, показывали ровно восемь утра.

Она взглянула на мужа и сына, которые спали рядом, и слабо улыбнулась.

Помня обещание, данное Ньюту на следующий день после их свадьбы, она нагнулась к его лицу и легко поцеловала его.

Ньют проснулся и обнял ее, а потом сказал:

- Как ты?

- Нормально, а что?

Тина действительно думала, что Ньют спал тогда, но он слышал все.

Тут Луи тихо захныкал, лежа между подушками родителей, и потом проснулся.

Он медленно перевернулся и поменял свою позу, а потом посмотрел на родителей и улыбнулся им.

- Пойдем вниз, - сказал Ньют, улыбнувшись и встав с кровати.

Через полчаса Тина, с Луи на руках, провожали Ньюта на работу.

- Будь крайне осторожен, хорошо?- сказала Тина, приподнимаясь на цыпочки и целуя мужа.

- Хорошо,- обещал он, поцеловав сына в голову.

Он взял чемодан, открыл дверь и, еще раз попрощавшись с семьей, вышел.

Тина закрыла дверь и поднялась наверх, к Луи в комнату. Она села в кресло, а Луи сидел у нее на коленях. Тина провела рукой по его светлым волосам и Луи улыбнулся ей. Он обнял ее и Тина поцеловала сына в голову, продолжая гладить его по волосам.

* 21:57. Чемодан.*

- Я сегодня разговаривал с Тесеем, - сказал Ньют, делая что-то за столом.

- И что?- Тина убрала книгу, которую она читала, и с вниманием стала слушать мужа. 

Ньют вздохнул и ответил:

- Мама среди пропавших. Министерство усиленно ищет их всех, но особых результатов это пока не дает.

Тина молчала, не зная, что и сказать. Она была просто убита, все это было словно ударом в спину.

- И еще. Ты не представляешь, кто сегодня ко мне зашел!

- Кто?

- Профессор Дамблдор.

- Дамблдор?! - удивилась она,- Твой учитель? Но... что ему вдруг понадобилось?

Ньют слабо усмехнулся и сказал:

-  Он просит помощи. В поимке Грин-де- Вальда. И попытках остановить его. Он ищет Дары Смерти.

- Погоди. Дары Смерти?

- Да.

Тина прикусила губу, а потом спросила:

- И что ты ответил?

- Я сказал, что мне нужно подумать и обсудить это все с тобой.

Минуту погодя, Тина сказала:

- Я не знаю, Ньют. Знаешь, если вступишь ты, сразу же за тобой вступлю и я. Но ты же понимаешь, мы не можем так рисковать.

- Ты о чем?

- Я имею в виду, что... - Тина вздохнула,- Ну мало ли что, кто знает, вдруг мы оба уйдем на задание, и оба не вернемся. Это слишком большой риск. Мы не можем так рисковать из-за Луи.

Ньют кивнул, а потом спросил:

- Что будем делать?

- Не знаю. Наверное, нам стоит подождать и не делать спешных выводов и действий.

Ньют еще раз кивнул и сказал:

- Да. Да, ты права.

Он встал, поцеловал Тину в голову и вышел из сарайчика к животным.

Тина тихо зашла в спальню, чтобы проверить, как Луи, но тот спал спокойно.

Тина вышла из спальни и села на лестницу. Ньют сел к ней и взял ее руку в свою. Ровно через минуту из соседней комнаты послышалось детское лепетание.

Тина поднялась и уже у нее на коленях сидел Луи, и играл с родителями.

К ним постепенно подбирались животные, самым первым из них оказался нюхль. Он медленно подполз к ним и стал " шуршать" носом. Заметив его, Луи улыбнулся и протянул к нему свою маленькую ручку, но стоило только нюхлю сделать шаг вперед, как Луи одернул руку назад и уткнулся лицом в Ньюта.

Ньют провел рукой по его спине, успокаивая, а в это время нюхль был уже где-то в своей золотой норке.

*23:25*

Уже около двадцати минут Скамандеры лежат у себя в спальне, но только вот сон к ним никак не приходил. Его ладонь, лежащая на спине девушки, греет даже через ткань пижамы, а ее голова, лежащая у него на груди поверх помятой белой рубашки, легче перышка.

У Тины вообще была такая привычка - смотреть на лицо Ньюта перед сном.

Она могла прикасаться к его волосам, к каждом веснушке на его лице, а когда Ньют засыпает, она едва ощутимо дотрагивается до его губ, целует в лоб перед сном.

Эта " привычка" появилась у нее еще до замужества, и она постоянно смеялась сама над собой из-за этого. Это же надо так влюбиться...

Тина только начала засыпать, как вдруг из соседней комнаты раздался плач. Она только хотела встать, как рука мужа легла на ее плечо, останавливая.

Тина снова легла, а Ньют встал и пошел к Луи. Через несколько минут Ньют вернулся в спальню. Он уложил Луи в середину и лег сам.

- Ну что?- улыбнувшись, спросила Тина, посмотрев на сына,- Опять ночные посиделки?

Луи улыбнулся и зевнул. Он смотрел на маму и будто бы ждал чего-то.

Тина провела рукой по его светлым волосам и тихо запела ему колыбельную:

- Спасибо, Бог, за лунный свет,
За дивный мир других планет,
За каждый миг, который проживу я.
За радость, грусть, за свет и тень,
За самый лучший в жизни день,
За каждый новый вздох мой - Аллилуйа!

Аллилуйа, Аллилуйа,
Аллилуйа, Аллилуйа....

Спасибо, Бог, что ты со мной,
За каждый новый день земной,
За все, что в этом мире так люблю я.
За шум листвы, за дождь и снег,
Минут неумолимый бег,
За свет в моем окошке - Аллилуйа!

Аллилуйа, Аллилуйа,
Аллилуйа, Аллилуйа....

Прости, что эти люди злы,
Что в мире сумрака и мглы
Живут всем вопреки, с собой воюя.
Позволь забыть, простить, любить
И жить добром и просто быть
Во благо этой жизни - Алилуйя!

Аллилуйа, Аллилуйа,
Аллилуйа, Аллилуйа....

На следующий вечер. Воскресенье.

Тина и Куинни сидели в сарайчике в чемоданеи пили чай, разговаривая и обсуждая последние новости.

- Кстати, Куин,- сказала Тина.

- Да, если честно, - ответила Куинни, прочитав мысли сестры наперед,- Но мы же не можем так рисковать. Уже.

- Я сказала точно так же, постоянно бороться с Грин-де-Вальдом, когда на руках двое детей, это уже слишком.

- Это всегда было опасным делом, Тин.

- Но тогда на нас была ответственность только за свою жизнь.

Их разговор прервал вошедший в сарайчик Якоб с Домеником на руках.

Он передал ребенка Куинни и, стараясь изобразить спокойствие, сказал:

- Аккуратно выходите из дома, хорошо?

- Что?! - испуганно переглянулись сестры.

- Просто выходите, - быстро сказал Ньют, только что вошедший в сарайчик. Он быстро передал Луи Тине.

- Но...

- Потом, хорошо?

Тина и Куинни вышли из чемодана и поспешили скрыться в лесу. На Бландфорд- Форум напали фанатики. Они выбивали двери, ломали стекла,  крушили все, что попадалось им под руку, и убивали всех, кто вставал у них на пути.

Куинни успокаивала плачущего сына, а Тина гладила Луи по волосам. Тот лишь сильнее прижимался к ней и боялся посмотреть на то, что творится на улице.

- Что нам делать?! - спросила Куинни. Ее голос дрожал.

- Нам нужно дождаться Ньюта и Якоба.

Куинни пыталась услышать мысли хоть одного из них, но те будто сквозь землю провалились.

- Тина, я их не слышу! - говорила Куинни. Доменик наконец перестал плакать и дети с опаской вслушивались в тишину.

Через десять минут Куинни воскликнула:

- Тина! Тина, я их слышу! И они идут сюда.

Тина облегченно вздохнула и ровно в тот же момент показались Ньют и Якоб.

- Слава Богу,- прошептали бывшие сестры Голдштейн одновременно.

Ньют подошел к жене и взял Луи к себе.

- Что будем делать?- спросил Якоб, обнимая Куинни за плечо.

Ньют сказал:

- Мы можем...

Но он не успел договорить. Его прервал хололный голос, который зловеще говорил что-то. Никто не мог понять, о чем идет речь, но от одного звука, что он издавал, мороз бежал по коже.

Когда звук наконец прекратился, все с ужасом переглянулись.

Тины среди них уже не было.