Эпоха звёзд

Снова проверяю почту в ожидании хоть малейшего письма от издательства. Тихо и пусто, как всегда. Постоянная стабильность приводила меня в отчаянье. Снова пролистываю соцсети, где многие делятся своими яркими достижениями. Мне нечего показать. Единственная моя гордость — это Роуз, но им я не хочу хвастаться. Боюсь осуждения, я не знаю, чего боюсь...Может быть дело в том, что я боюсь, что мне начнут завидовать?

За эти полгода я преобразилась. Стала выглядеть ярче, я стала себя любить и не бояться, а значит, что я приняла себя такую какая я есть. Я люблю свои лучшие качества и все недостатки, что есть во мне.

Роуз не особо любит соцсети и поэтому у него всего лишь несколько фотографий на профиле и пару сторис с концертов.

Раньше я боялась публиковать свои фото. Я стыдилась себя. Хотя теперь с этим сала усердно бороться и выкладывать свои фото, я часто любила фотографировать пейзажи, эстетику. Мне это нравилось. По фотографиям можно понять, чем одержим человек. Мои же, это закаты, небо, город и конечно же кружка кофе и книга.

Под этими несколькими постами у Роуза несколько тысяч комментариев, среди них вижу восхищенные замечания от Эшли Аллен, на ее же профиле куча отвратительных фотографий, настолько кричащих, но многим это нравиться, судя по тысячам лайкам на ее лишь полуголых фото. Я морщусь, чувствуя неприятное чувство ревности. И, что только Роуз в ней увидел? Сет был прав про нее, тех кто любит поторговать телом видно издалека. Я крепко сжимаю кулаки, мои челюсти напрягаются, я откладываю телефон в сторону и снова берусь за свою работу. Бесполезно смотреть на все это, трата времени от которой не получаешь никакой пользы, лишь только портишь нервы.

Снова делаю глубокий вдох-выдох.

Все будет хорошо, Нэнси. Ты справишься.

Пишу наброски глав в черновике, но чувствую, что что-то не то и беспощадно рву их на мелкие кусочки и отправляю в мусорное ведро. Хватаюсь за голову пытаясь выжить из себя хоть какую-то идею, но ничего не выходит.

Хожу по комнате, периодически поправляя книги на полке, смотрю за окном, где напротив через небольшую дорогу располагаются соседние дома.

Упираюсь лбом в холодное стекло и недовольно мычу, потирая виски.

Ну же соберись!

Злюсь на себя, заламывая руки. Я не знаю куда деться, кажется, что помещение сжимает меня со всех сторон.

Спускаюсь вниз и там уже накидываю пальто и собираюсь выходить на улицу, но Делон начинает путаться у меня под ногами от чего я соглашаюсь взять его с собой.

Выхожу на крыльцо и позволяю свежему воздуху пробираться в мои легкие, ерошить темные волосы. Делаю вдох-выдох. Привожу мысли в порядок.

Из любой ситуации есть выход. И все же не стоит злиться на себя, я тоже время зря не тратила. Я усердно работала. Много писала. И да хоть они и не были приняты издательством, но они были приняты читателями, что их читали и проходили этот путь вместе с главными героями. А это самое главное.

Бегу за псом, чувствуя себя, как когда-то в детстве, когда он был щенком, а я беззаботно бежала вдоль домов...

Но тогда...дома меня ждал отец...сейчас же на сердце была пустота.

Нет ни одного утешительного слова способного утешить боль человека, что потерял своего близкого. Совершенно нет. Боль можно лишь заглушить, но не убрать навсегда из сердца.

Пес чувствует мою боль и подняв морду заглядывает мне в глаза. Он до сих пор не знает куда мог деться его хозяин...

***

В последнее время с активом у меня в соцсетях было все плохо. Казалось, что все снова стало иметь черно-белые оттенки. Все, что бы я не делала не приносило мне никакой отдачи. Закутавшись в плед, я отвернулась к стене.

Ужас.

Что, если я действительно сама себя назвала писателем? Что, если я никто...

Слезы потекли по моим щекам. Сердце больно щемило. Мне совершенно не хотелось ничего делать, ни писать, ни выкладывать посты. Просто взять и все удалить и забыть, как сон. Начать все с нуля. Быть простым человеком, как все.

Я хочу быть обычным человеком, но я не могу им быть. Так как обычные люди не пишут книги, у них нет этого навязчивого желания, а у меня есть. Значит, я необычный человек?

Я стала зависима от них. Мне нравиться создавать истории, мне нравиться сам процесс. А не это ли главное, любить, то что делает тебя счастливым?

С грустью обновляю страницу с книгой, но ничего не меняется. У книги так и держится сто тысяч прочтений и никуда не сдвигается. Откладываю телефон и снова переворачиваюсь на бок. Настроения просто нет. Становиться противно от самой себя.

Навязчивые и глупые идеи. Я ни на что не способна...полная бездарность с большими амбициями.

Слышу, что в дверь кто-то звонит, для мамы еще рано, с работы она должна была вернуться только через час. Медленно сползаю с кровати и закутавшись в плед иду вниз.

— Нэнс, ты дома? — слышу голос Роуза за дверью от чего начинаю быстрее идти к двери. — Привет, — улыбается Роуз, перешагивая порог моего дома, как только я отворила ему дверь.

— Привет. — отвечаю я, поправляя непослушную прядку за ухо.

— Ну, так что придешь на вечеринку? — спрашивает он, — Отказ не принимается.

— Я и не собиралась отказываться, — усмехаюсь я.

Я знала, как это все было важно Роузу, также, как и мне, только у него все намного проще. Его уже все знают, а меня нет.

— Сегодня в восемь вечера на моем особняке. — напоминает Роуз и целует меня в губы.

— Да-да, — ты мне уже кучу раз об этом говорил.

— Ну, а вдруг ты забыла? — смеется он, ласково теряясь об мою щеку, — Печально выглядишь, что-то случилось?

— Нет. Все в порядке. — качаю головой, — Просто...немного нет актива на моем творчестве.

— Когда-нибудь, ты будешь говорить, что слишком много актива, — Роуз улыбается, заглядывая мне в глаза, — До вечера, Нэнси.

На работе у меня полнейший завал и немного натянутое отношение, словно меня нет. Словно какой-то начался кризис в моей жизни...снова. В университете, все тоже самое, только теперь Роксана больше ко мне не суется.

С одной стороны, я рада, что меня никто не трогает, но с одной стороны от этого ужасно грустно.

Вечером примеряю перед зеркалом синие платье, что надевала на вечеринку в феврале, делаю макияж и укладку. На улице уже начинает становиться тепло. Все везде начинает распускаться и цвести. Хоть в моей жизни и проходит черная нудная полоса, но все же внутри я чувствую, что цвету вместе с весной.

Приятная свежесть и тепло на улице, поднимают настроение. Хочется танцевать от счастья.

Чтобы в жизни не происходило, чтобы не менялось. Но, рядом всегда будут оставаться лишь те, кому мы действительно дороги.

***

Весь дом Роуза, светиться все возможными фонарями, играет музыка, куча народа бегает по его саду. Машины всевозможных моделей стоят вдоль забора. Все одеты по последней моде, обаятельные и известные. И все они кем-то являются. Продюсеры, рок-звезды, актеры...они не я.

Я печально жмусь у входа, где курят какие-то мужчины в элегантных костюмах. Тихо здороваюсь, на что они лишь едва заметно кивают. Официант разносит бокалы шампанского на серебряном подносе, снуя туда-сюда среди огромной и шумной толпы. Казалось бы, это совершенно не мое место.

Вульгарные девицы бросают в мою сторону оценивающий взгляд и о чем-то начинают шептаться. Так и вертеться на языке, что ехидное, что может поставить их на место, но я сдерживаюсь, прикусывая кончик языка.

Я пробиваюсь сквозь толпу в поисках Роуза. В этой ужасной бузе он может быть, где угодно.

— Нэнси, детка! — сзади меня раздается веселый голос Сета. Он стоит с бокалом шампанского и в забавной цилиндровой шляпе на голове. Одет он по повседневному, в вытянутые у колен светло-голубые джинсы и черную куртку-косуху прям на голое тело.

— Привет. — улыбаюсь я, и обнимаю его при встрече, — А где Роуз?

— Там, — он указывает бокалом на особняк, — В гостиной. — Ты просто обворожительно выглядишь...— бросает он и целует мою руку.

— Опять твоя слабость, да? — усмехаюсь я.

— Да...— бормочет тот не переставая целовать мою руку.

— Ладно, ладно. — вырываясь бросаю я, — Еще подумают тут на нас...

— Не подумают, — машет рукой Оуэн, — Тут все заняты своими мыслями и просто пришли выпить шампанского на халяву.

— Ясно. — изрекаю я, оглядываясь по сторонам.

Иду в сторону входа в сопровождении Сета. Дом Роуза выглядит чем-то слишком крутым по сравнению с моим стареньким жильем. Все вокруг слишком такое...эстетичное, словно картинки из Pinterest, а не какая-то реальность. Большой камин с кучей статуэток и большими часами, ковер, книги на полках о каких я могла только мечтать.

Роуз встречает меня в том же виде, что и был с утра. Иногда кажется, что со своим образом он никогда не расстается.

— Нэнси! — восклицает он и крепко обнимает меня, целуя в щеку, — Как я рад тебя видеть...ну, как тебе вечеринка?

— Очень крутая, — улыбаюсь я, — Я еще никогда не видела столько народу и роскоши.

— Я тоже, давно не видал такой вечеринки, — прыскает со смеху Сет, — Когда мы последний раз отмечали наш первый альбом, который считали провальным?

— Нашел с чем сравнить. — усмехается Роуз, — Простая вечеринка с колой и дешевым виски? Вот так вечеринка.

— Но тогда мы чувствовали себя неудачниками каких видел свет. — бросает Оуэн, отпивая из бокала шампанское, — Мы не верили в свою победу...

Они тоже не верили.

Чувствую, что-то схожее со своей ситуацией. Я тоже утратила всякую веру в свое творчество. Уже сколько времени, но ни одну из моих книг, так и не одобрили. Видимо они никому не нужны.

В этот момент Роуз садиться за черный рояль, стоявший в углу гостиной и начинает что-то играть из своих песен при этом напевая в полголоса. Сет и Фрэнки начинают тоже принимать в этом участие. Я обнимаю Роуза со спины и наблюдая за его легкими движениями по черно-белым клавишам. Под крышкой видно, как молоточки ударяют по струнам нужной клавиши. Все же музыка прекрасное искусство.

Роуз действительно заставил меня полюбить музыку. Ее прекрасные звучания, песни. Я влюбилась в звучание рояля. Мне стал нравиться это чудесный инструмент.

— Научишь меня играть? — тихо спросила я, потеревшись об его слегка колючую щеку.

— С большим удовольствием. — Роуз целует меня в плечо и все также продолжает играть, а я вслушиваюсь в его бархатистый голос.

Сет Оуэн опустошает очередной бокал с шампанским и пошатываясь, и икая заваливается на кожаный диван на против камина.

— Эй, Сет, — обращается со смешком Фрэнки, — Смотри не запачкай ковер.

— А вот мою собственность пачкать не надо! — бросает Роуз, отвлекаясь от игры.

— Да нормально все, — фыркает недовольно Сет, ложась на диван и вытягивая длинные ноги, — Не придумывай на меня, Фрэнки.

— Да, но после одного случая, — усмехается тот, — Ты так и останешься с клеймом на всю жизнь.

— Было один раз, а вспоминать будете всю жизнь. — укоризненно замечает Оуэн, отворачиваясь.

— Может быть и один, но всем до жути запомнилось. — Роуз, продолжать играть что-то из классики.

— Даже слишком запомнилось, — смеется вошедший в гостиную Роб с закуской на тарелке.

Я не стала вникать в подробности той истории и расспрашивать Роуза, а лишь молча продолжала наслаждаться музыкой.

Фрэнки хватает меня за руки и начинает кружить по комнате, Роуз играет какую-то веселую ковбойскую мелодию. Я весело смеюсь, кружась по гостиной. Внутри снова наступает легкость.

Неужели все хорошее может, когда-то заканчиваться? Даже не хочу об этом думать, потому что я нахожусь здесь и сейчас, а не в прошлом или будущем.

— Ну все, все. Хватит. — смеется Роуз, смотря на меня, тяжело дышащую после такого эффектного танца, — Еще вскружишь ей голову.

— Боишься, что я уведу твою девчонку, Джейден? — усмехается Фрэнки, присаживаясь на другую сторону дивана. Сет уже крепко спит и совершенно не участвует в нашем веселье.

— Схожу попью что-нибудь, — переводя дыхание говорю я и направляюсь к выходу.

На террасе, я столкнулась с высокой девушкой, что очень сильно привлекла мое внимание своими неестественными формами и дерзким, вульгарным нарядом. Короткое платье, едва прикрывавшее что-либо, глубокий вырез на груди. Сапоги на высоком каблуке, делают ее еще выше, чем она есть.

Я растеряно отошла от нее, искоса рассматривая. Ее высокомерный взгляд разозлил меня. Поправив свои длинные крашенные в почти пепельный цвет волосы, она вошла внутрь дома, растворяясь за стеклянной дверью в глуби помещения. Ее внешний вид показался мне слегка знакомым и мне начинало казаться, что я ее уже где-то видела...вот только где?

На душе было, как-то не спокойно. Хочется вернуться вслед за ней, но жажда, что ужасно сушит горло оказывается сильней.

Что-то подсказывала, что не все так просто в жизни.

От волнения я не сразу приступила к закускам на круглом столе, но чуть-чуть освоившись принялась уплетать. Все на столе было безумно вкусно и красиво...Официанты продолжали сновать туда-сюда вокруг гостей, разнося закуски и напитки.

Гирлянды свисали с крыши дома и террасы, что создавало дому яркий, праздничный вид. Гости толпились у фонтана, вода которая была подсвечена неоновой подсветкой. Немного пройдясь по саду, который был больше полон народу чем деревьев и клумб, я отправилась обратно.

Но внутри меня ждет не особо приятная картина. Та самая девица, что встретилась мне на террасе уже восседала в обнимку с Роузом.

С моим Роузом.

— А ты теперь богатенький! — слащаво произносит она, и едва не садится ему на колени, — Ты же знаешь...я таких обожаю...— она касается руками его щек, шеи, тела.

Внутри меня все обрывается.

По сердцу полоснули словно ножом. Я бросаю на Роуза полный боли взгляд и быстро разворачиваясь бегу прочь со всех ног.

— Нэнси! — кричит Роуз позади меня, но я не смею оборачиваться.

— Что, «серая мышка» обиделась? — усмехается Эшли. Да я ее узнала. Бывшая Роуза, которая возможно и не была никакой бывшей. Что, если это было всего лишь каким-то оправданием?

Роуз ей, что-то недовольно отвечает, но я даже не слушаю. Бегу расшибая толпу незнакомцев, на что вслед слышу недовольные возгласы.

Мне все равно, так как внутренняя боль заглушает все происходящее вокруг. Слезы льются по моим щекам, я утираю глаза руками. Хочется исчезнуть. Конечно, что же я хотела я же «не его сорта», я н та Нэнси, что ему нужна.

— Нэнси! — слышу его голос снова, он догоняет меня. — Подожди...

— Что ждать? Когда ты сделаешь мне снова больно, да?! — кричу я, сжимая кулаки так, что белеют костяшки. — Иди к ней. Иди! — по щекам с новой силой льются слезы. — Ты же любишь эту силиконовую куклу, так катись к ней! И не надо оправдываться!

— Ее никто и не звал, она сама пришла, — Роуз пытается заглянуть мне в глаза, но я упорно прячу взгляд.

— Очень глупое оправдание. — разворачиваясь и больше не оглядываясь бегу к автобусной остановке.

Роуз остается позади.

Но мои чувства нет. Сейчас я не хочу ничего обдумывать, не хочу говорить ни с кем. Просто хочу побыть одна. Без всех.