Сблизиться с тобой
Вильям приближался к дому Мод. Район, где жила девушка, был обставлен небольшими домиками, очень похожими друг на друга по конструкции. Это были приличные дома, не отличавшиеся большой роскошью. Это немного удивило Олфорда. Он думал, что такая девушка живёт как минимум в изысканном особняке, ведь, судя по её образованию, это могли позволить лишь состоятельные люди. Путь к указанному адресу ему описали ещё во время их последнего разговора, Аддерли с легкостью объяснила как попасть к ней, рассказывая медленно, чтобы будущий гость точно не забыл ни одной детали и наверняка добрался, она же его так ждёт. За маленьким забором её дома расположился ухоженный сад, где сейчас угрюмо спали растения, ожидая скорую зиму. Приближаясь к входной двери, мужчина всё больше нервничал. Фонарь, горевший над входом, осветил маленький дверной молоток в виде ажурного кольца, с помощью которого он ударил несколько раз. Через пару секунд за той стороной двери послышались отчётливые шаги. Дверь открыла сама хозяйка.
— Я так рада, что Вы пришли, — сразу выпалила Мод. — Проходите. Сейчас я живу одна. Родители уже как несколько лет обосновались в поместье деда. Я же не захотела покидать свою работу. Мой дом хоть и мал, но тут очень уютно. Хорошо, что Вы решили составить мне компанию этим вечером.
— И всё же, Вы самая необычная девушка, которую я когда-либо встречал, — дыхание Вильяма сбивалось, от такой близости рядом с ней голова шла кругом.
Он заметно нервничал, но не мог упустить возможности побыть с ней ещё какое-то время наедине. Олфорд отчётливо понимал, что его влечёт к Мод. Она была совсем не похожа на тех дам, что окружали мужчину в обществе его века. От тех он слышал только разговоры о нарядах и сплетни о том, кто кому изменяет в кулуарах, и повезёт ли очередной дебютантке удачно выйти замуж в этом сезоне. Аддерли разительно от них отличалась. Она была умна не по годам. Её острый язычок и уверенность в правильности собственных действий заставляли Вильяма всё больше тянуться к ней. Но он отчаянно понимал, что это знакомство скоро закончится, как только он сможет вернуться в своё время. Иначе быть и не могло, историю не переправить, как и ход событий, заложенных в ней. Мужчина не мог этого позволить. Он догадывался, что одно неправильное действие, и что-то может пойти не так.
Входя в дом, Вильям осмотрелся. Гостиная была обставлена со вкусом. В каждой частичке интерьера он чувствовал руку Мод. Полированная тёмная мебель не сразу напоминала жилище молодой особы, даже на портьерах не было многочисленных рюш. Всего было в меру.
— Присаживайтесь, — предложила девушка, указывая на кресло, что стояло у небольшого столика, — Я пока займусь столом.
— Наверно, это не удобно, — засуетился Вильям. — Зачем утруждать прислугу в столь поздний час?
— Вы что, шутите? Мы только в такое время и пируем, — рассмеялась Мод.
— В таком случае, буду с нетерпением ждать, — быстро среагировал Олфорд.
Хозяйка дома удалилась из помещения, а гость остался разглядывать гостиную. Мебель была не лучшего качества, но сидеть было удобно, даже вставать особо не хотелось. Напротив стола стоял небольшой предмет интерьера, названия и назначения которого не знал Вильям, так как в его время этого не было, но на деле это был средних размеров журнальный столик. На нём лежал свежий журнал за эту неделю, стояла металлическая, на вид тяжёлая, но идеально вписывающаяся в окружение ваза, в которой лежали ярко-красные яблоки, и простенький подсвечник с недогоревшей свечой. Всё так сочеталось, что нельзя было сказать, что что-то выделяется на общем фоне.
В комнате девушка в белоснежном фартуке уже суетилась около стола. Красиво расставленные тарелки очень гармонично сочетались с бокалами для аперитива, а из фарфорового горшочка аппетитно пахло запечённой индейкой. Давно он не ел достойной еды, скитаясь по сомнительным отелям и перекусывая чем попало в кафетериях. Надо же экономить средства, ведь кто знает, сколько потребуется здесь оставаться.
— Присаживайтесь, Вильям, — предложила Мод, указывая на стул около стола.
— Спасибо, — смущённый Олфорд всё же присел на предложенное место. — Очень ароматно всё пахнет.
— Я уверена, Вам понравится, — с вызовом сказала девушка, накладывая жаркое по тарелкам.
Любезно положив по порции себе и гостю, Аддерли уселась напротив и пригласила приступить к трапезе.
— Ваша кухарка просто великолепна, — отправляя в рот кусочек индейки, отозвался мужчина.
— У меня нет кухарки, Вильям. Всё это я сама приготовила. Если Вы ещё не заметили, я не настолько богата, — с лица Мод не сходила приветливая улыбка, а глаза пристально изучали гостя из прошлого.
— О, простите, я не сразу сообразил, — осекся Вил, потупив взгляд.
— Ничего страшного, я привыкла уже всё делать сама. Конечно, у меня есть кому помогать по дому. Девушка я занятая, но своих гостей я привыкла угощать сама. Мне доставляет это огромное удовольствие.
— И я очень рад, что Вы сегодня пригласили меня, иначе бы я никогда не попробовал такой великолепной еды, — немного расслабляясь, Вильям отпил из бокала глоток аперитива.
За разговорами об искусстве и поэзии время летело молниеносно. Поглядывая в темноту окна, пока девушка отошла, лорд Олфорд понимал, что скоро чудесный вечер, который бы он с удовольствием не заканчивал, скоро подойдет к завершению.
— Так, в этом доме кроме меня сейчас некому приготовить чай, которым я Вас хотела бы напоить. Если Вы обещаете подождать меня несколько минут, гарантирую, он Вас тоже приятно удивит, — сказала вошедшая Мод, отрывая гостя от мыслей, что крутились в голове.
— Я могу приготовить чай сам, — выпалил Вильям и тут же запнулся.
— А эта идея мне нравится, — ещё шире улыбаясь, отозвалась девушка. — Идёмте.
Она провела его по коридору, и они оказались в небольшой кухне, чисто прибранной.
— Всё к Вашим услугам, — Мод обвела кухню рукой, тем самым подбадривая мужчину.
Он быстро сориентировался, так как всё стояло на своих местах и было заранее подписано, и вот уже мужчина лил закипевшую воду в красивый фарфоровый чайничек, засыпая после ароматные листья чая. Пока он умело обходился с приготовлением напитка, хозяйка вечера вытащила маленькие булочки, покрытые изюмом, и поставила на стол.
— Моя мать передала мне по наследству рецепт очень вкусных булочек «Челси», и я бы хотела Вас ими угостить. Попробуйте, не стесняйтесь.
— Не сомневаюсь, у Вас и не может получиться ничего иного, как самое лучшее, — согласился Вильям, откусывая пирожное. — Действительно, просто тает во рту.
— Расскажите мне про свои научные достижения, это так интересно. Хотелось мне бы даже побывать в Вашей лаборатории, — мечтательно закатила глаза девушка.
— Вам действительно так это интересно? — удивлению Олфорда не было предела.
— Очень, — кивнула Мод, внимательно смотря на него.
— Вы когда-нибудь думали, что настанет возможность посмотреть другие времена?
— Вы имеете в виду перенестись куда-то во времени?
— Ну, примерно это, — неуверенно начал собеседник. — Так вот, это была моя мечта детства. И я очень долго над этим работал.
— И каковы успехи? — было заметно, что Мод немного не понимает, о чём сейчас говорит Вильям.
— Не мне судить об успехах, но кое-что, всё же, я смог сделать. Только это самое начало трудного пути, — Вил боялся оттолкнуть от себя девушку, напугать рассказами о машине времени, но ему очень хотелось поделиться с ней этим.
— И Вы уже совершали такие путешествия? — было не совсем понятно, верит ли ему Аддерли, либо относиться к этому с иронией.
— Пока я только начинаю, но как будут успехи, я обязательно с Вами поделюсь, — уклончиво ответил мужчина. — Ну что мы всё обо мне, Вы тоже очень интересная личность. Правда, я никогда не встречал таких... самостоятельных девушек, как Вы. В Ваше время... В наше, в Ваше, не важно. Это очень удивительно. Ваша работа вызывает уважение, девушки Вашего круга не могли бы таким похвастаться...
— Их бы просто не допустили до этой работы. В их головах только новые шляпки, — рассмеялась Мод, перебив гостя.
— Спешу согласиться. Я бы тоже отнёсся с сомнением, если бы моя... — Олфорд запнулся на слове, — Сестра пошла бы работать в банк. Да и вообще, был бы крайне удивлён её рвением к работе.
— У Вас есть сестра? — приподнимая удивлённо брови, спросила девушка.
— О нет, к сожалению, это всего лишь предположение. Чем же привлекает Вас ваше дело?
— Право, много чем! — вскидывая голову, гордо ответила хозяйка дома. — Я не люблю зависеть от кого бы то ни было. Это совершенно не моё. И то, что навязывает общество девушкам нашего круга, мне это не нравится. К тому же, именно там и прямо сейчас моя помощь незаменима. Постоянные накопления активов, крупные суммы, идущие с порабощённых колоний... Да тут любой будет рад хорошему образованному специалисту! Кто-то же должен помогать разбираться с этими бумагами.
— Вы напоминаете мне ветер, — мечтательно заулыбался собеседник, не отрывая от неё взгляда. — Такой же вольный, непокорный...
— Интересное сравнение, — усмехнулась Мод, краем глаза поглядывая на мужчину.
— Извините за такой вопрос, но он никак не даёт мне покоя. Почему такая особлевая и смелая девушка одна? Вы же столь необыкновенная, я был уверен, что Вас давно увели под венец.
— Ох, это такая старая и неприятная история. Она пробуждает ужасные воспоминания...
— О нет! Простите, что заставил говорить о неприятном для Вас. Давайте сменим тему, если Вам трудно об этом рассказывать.
— Всё в порядке. Я всегда об этом молчала и не выговаривалась. Никто не понимает меня. Не знаю, могу ли Вам доверять, мы едва знакомы, но я чувствую, что погрузиться в ситуацию с моей стороны Вы можете...
— В таком случае, я рад помочь и внимательно слушаю.
После короткого тяжёлого вздоха Мод продолжила:
— Я была замужем несколько лет назад. Это был... неприятный момент в моей жизни. В начале всего этого я так любила его, мы жили душа в душу. Наши родители сразу одобрили брак, как только услышали об этом. Но потом он стал настаивать, чтобы я стала более домашней, следила за хозяйством, садом и будущими детьми. Я не этого хотела. Я мечтала о том, что смогу сделать что-то невероятное, потому с детства и рвалась работать и учиться, а не болтать с сестрицами о модных безделушках. Когда мой отец нанял нам учителя французского, я единственная сама буквально бежала к нему на уроки, в то время как сестры еле волокли ноги, мечтая остаться в нашей спальне. Старые добрые времена... Но не о них сейчас. Если уже говорить всё, то именно из-за этого рвения я и сделала что-то невероятное — я работаю, и не где-то в тёмном уголке, а в главном банке. Это стоило мне многих лет моей жизни. Сначала работа с бывшим мужем в ближайшем отделении, а после развода я погрузилась в работу и перевелась на высокую должность как только появился шанс... Хотя, меня много кто не пускал из-за ухода от мужа. Такая карьера недопустима. Не знаю, как я смогла... Я была бы рада прислушаться к его просьбе, но я чувствовала себя оскорблённой. Дело в том, что он один принял меня такой, какая я есть. Не запрещал мне работать, даже устроился со мной на одну должность, чтобы помогать и всегда быть рядом. Теперь мне кажется, что он просто не верил в мои силы и относился ко всем моим мечтам с пренебрежением. После его слов я была готова закричать. Я думала, что он и правда верил в меня. А в итоге он хотел, чтобы я стала такой же, как и все... Тогда я многого натерпелась. Развод — штука нелёгкая и дорогая. Лишь Вам признаюсь честно, я полгода вела себя просто отвратительно, лишь бы он тоже сам был согласен на развод, если я предложу. Мне так за это стыдно. Но я почти не жалею, ведь план сработал — он был рад распрощаться со мной. Около года нам потребовалось, чтобы собрать нужную сумму, изредка мы голодали, лишь бы накопить деньги. Как видите, теперь я в полном одиночестве. Но счастье не длилось долго. Меня теперь ещё больше призирают в обществе. Я сама работаю, так в добавок разведённая! Все косо смотрят мне в след, делая вид, что «выше» меня. Я боялась, вдруг мои соседи будут Вас попирать, увидев у меня на пороге, но, к счастью, этого не произошло. Извините... Знаете, у моей родни огромный семейный особняк в центре города, но меня там не хотят видеть. Из-за всех моих действий они не желают порочить своё имя, потому я даже редко их вижу. Этот дом я держу полностью своим трудом, — девушка обвела помещение рукой, — Дедушка завещал мне управление делами, но отец убедил отдать это младшей сестре, мол, «она не такая ненормальная». Хотя эта пигалица всё потом сбагрит глупому жениху... В общем, из-за этой глупости я сейчас в таком положении...
Вильям сидел в ступоре. Мужчина не мог подобрать и слова, настолько он проникся историей на вид столь хрупкой девушки, которая пережила столько и до сих пор держится, не выдавая прошлого ни коим образом. Но путешественник смог найти в своей душе отклик на такие грустные слова, потому ответил тоже не самой приятной историей из своей жизни, чтобы поддержать Аддерли:
— Знаете, у меня тоже была потенциальная невеста, но мы расстались по одной причине, которую я никому ещё не рассказывал. К счастью, до свадьбы не дошло, и наши судьбы не порушились. Вы хорошо сказали, она тоже хотела, чтобы я стал таким же...
— Хозяюшкой? — сквозь лёгкий смешок спросила Мод.
— Нет. Она хотела, чтобы я стал как все...
Повисло неловкое молчание. Хоть мужчине и удалось поднять дух собеседницы, но разговор зашёл явно на неприятную для обоих тему.
— Слышите? — резко прозвучал с её стороны вопрос.
— Что именно?
— Рядом со мной располагается бистро, а по вечерам для знатных гостей они приглашают музыкантов. За это я обожаю свой дом! Иногда можно послушать восхитительные мелодии прямо из гостиной, — рассказывала девушка, переходя в упомянутую комнату и распахивая настежь окно.
Занавески сразу колыхнулись от потока свежего воздуха. С улицы и вправду негромко доносились приятные уху мотивы. Поражает, как она вообще это расслышала?
Мод стояла всё на том же месте, прикрыв глаза и наслаждаясь лёгким обдувающим волосы ветерком и музыкой, что лилась без перерыва. Вильям тоже подарил своё сознание чарующему звучанию и незаметно двинулся к Аддерли. Сам он уже не отдавал себе отчёт в действиях.
— Не окажете ли мне честь станцевать с Вами?
Девушка повернулась медленно, отрываться от места не было и желания. Но ответ долго себя не заставил ждать:
— Конечно, — и тёплая мягкая рука легла в протянутую, более грубую и с небольшими мозолями, но столь же горячую мужскую.
Разум уже был объят пеленой, и ни один из них до конца не осознавал происходящее. Ими двигали лишь музыка и ритм сердец, что следовали в такт этой же мелодии. Глаза устремлены в очи напротив и нещадно ищут там ответы на какие-то свои вопросы, но со временем и они покрываются слоем тумана. Единственное, что успел заметить для себя мужчина до полного погружения в танец, это прекрасные лёгкие движения и умение двигаться Мод. Она буквально заколдовала его. Он не мог отвести от неё взгляд, хрупкая фарфоровая фигурка в его руках затуманивала. И если до этого все действия подвергались сомнению, то теперь рамки были спрятаны умелыми музыкантами. Вильям и сам не сообразил, как до этого манящая его особа смогла за считаные секунды заполнить собой все уголки в голове, но вот остановить порыв в таком состоянии был не в силах. Ещё ни разу она не была так близко к нему. Музыка продолжала разливаться по помещению, только танец был прерван самим гостем. Вглядываясь в её глаза, где прыгали отблески огня от печи, он уже не мог совладать со своими желаниями. Притягивая девушку ближе к себе, он нежно коснулся её губ. И не был отвергнут. Распахивая свои алые губки навстречу уверенным действиям Вильяма, Мод тонула в блаженстве. Нежные касания губ пульсом отражались где-то в висках. Это было нечто приятное, нежное и желанное для обоих. Мужчина был не в силах оторваться от девушки. Всё его нутро ликовало, ведь он встретил ту, которая смогла покорить его сердце и разум. Словно тысячи звёзд, что водят хороводы на небе, их закруживало от соприкосновений губ, что сводило с ума. Он с трудом смог оторваться от Мод, отчаянно понимая, что это не приведёт ни к чему хорошему. Разница в века не давала покоя. Легко отстраняясь от девушки, он в растерянности отвёл глаза.
— Простите, я не хотел... Точнее хотел... Ох, простите, что я несу, — Олфорд треснул себя по лбу, стараясь сосредоточиться. — Но мне, наверное, пора. Я и так отнял у Вас очень много времени, Мод. С моей стороны это даже неприлично. Вы очень добры ко мне.
— Все хорошо, Вильям, — её глаза сверкали, а на щеках выступил румянец. — Сейчас действительно поздно, поэтому я жду Вас на ещё одной встрече, где-нибудь на неделе, и Вы мне подробно расскажете о своих начинаниях. Мне это действительно интересно.
Уже бредя по пустынной улице в сторону своего ночлега, Вильям сожалел, что согласился на продолжение, ведь рассказать всю правду он не мог, а лгать полюбившемуся человеку тем более. Но честь была превыше всего, а он дал обещание. С тяжёлым сердцем и растерянным сознанием Олфорд смог уснуть только на рассвете, а проснувшись в полдень, пролежал ещё час с сильной мигренью.