Дорога в ад

А что же до их надежд на то, что все наладится, они быстро растеклись вместе со свежей кровью жертв аномалий и демонов. И все те, кто мог рассказать о трагедии Великих угодий, сгинули во тьме Сумеречного мира.

Тем временем, Фишер и его товарищи покинули свой штат.

Странное ощущение, что город будет похуже родного Бостона, нахлынуло так, что казалось, оно вот-вот превратится в крик. Гнетущее ощущение отрешенности, потерянности витало в воздухе, грохотало звуком колес, гремело громом в небе, ревело ливнем, молчало тишиной. Скоро стемнело, и ночное безмолвие окончательно сдавило мысли в кольцо.

- Поговорим? – Промолвила Джулия.

- Насчет...? – Заяц отвлекся от своих мыслей, посмотрев на девушку.

- Ну... насчет задания. – Джулия явно замялась, ибо никаких планов поддержки разговора, да и уместных тем у нее не было. Но молчание было бы убийственно для нее.

- Задание простое – вы еду, воду, грунт, глинистый материал берете, а мы чутка «железа», да и несколько мелочей. Остановок не будет.

- Ага. А вообще, чем занимаетесь в свободное время? – Вопрос возник из головы, и «мертвый» диалог превратился в достаточно активное обсуждение.

- «Мы»? Ты конкретнее вопросы задавай. – Улыбнулся Заяц.

- Ну, ты, например, чем занимаешься? – Переспросила девушка.

- Я? Читаю книги, рисую, плюю в потолок. Могу «зависать» в баре. – Парень снова ушел в свои мысли.

- Примерно так я себя вела, когда мне было лет 15-16. – Усмехнулась Гюрза.

- Ну, а что предложит мне леди? – С явной улыбкой спросил Заяц.

- Не знаю, честно. В нашем случае, это некие «шабаши» для обсуждений. А то, все куда-то спешат, молчат. Мы отдалились. Настолько, что это можно считать пропастью.

И правда. За долгие годы тления в бункере, люди стали холодней. И какой градусник может измерить температуру ниже нуля, когда все показатели уже летят в пропасть, с такой скоростью, что с таким же энтузиазмом можно было бы упасть в преисподнюю? Никакой. Ибо все показатели – ширма для игр лживых идей, безумного круговорота жизни.

Небо не оставляло шанса быть спокойным. Кроваво-фиолетовое нечто засасывало купол тихой и умеренной жизни, предвещало беду.

Дорога стала разбитой, с кочками и ямами. Махина бежала, неслась по ней, немного подпрыгивая, на большой скорости.

Вскоре запели Голоса Ярости, небо разрезала молния, словно кинжал, пополам, вновь и вновь. Кровавые капли дождя упали вниз! Ах, как это красиво звучит. Особенно, когда гроза пахнет не озоном, а смертью, гнетущей, гниющей субстанцией, забирающей последние мечты, планы... все идет по ее приказу вниз, а наверх, в жизнь, путь закрыт. А куда идти дальше? За что борются Смельчаки, все люди? Если смерть буквально встала за спину, и дышит на шею, предвкушая вкус плоти, и крови...

Надежды нет. Спасения от тлена нет. Ничего нет. Мы тут одни. Одни в чертовой ловушке!

Карл слышал эту мысль в голове, но с уверенностью и решительностью отвергал ее, пытаясь найти выход из своего странного, пессимистического настроя. Что-то ныло, гремело, кричало в сознании. Но это – было лишь отголосками самого Мира. Он пытался завладеть самым драгоценным - разумом, единственным, что было так важно для Фишера. Ибо он знал: Сумеречный Ад – тот еще манипулятор.

Красное зарево бури разбушевалось все сильнее и сильнее. Ветер завыл страшным воем, будто он был из пасти Цербера. Страшное зрелище. Видимость, из-за кровавых капель, постепенно, но верно ухудшалась. Воздух был пропитан каким-то ароматом гидрариума. Он был кислый, очень. От него сводило обоняние. Но таков запах Сумеречного мира – ада во плоти.

Где-то там, вдалеке, ждала группу Ферма. Будто бы мифическое существо, ждало. Интересно, там вообще есть живые люди? Фишер не знал. Ибо Ферма, из-за огромного расстояния связь с более дальними Штатами, такими как Джорджия, Массачусетс, и другими – не настроила. Потому, что никаких вестей с того региона не было. Что там, кто там – никто абсолютно не знал. Ферма поставляла, до 2035-го года кое-какие детали, продукты. Но ни с кем в дипломатический контакт никогда не вступала. Посланники из Вайоминга просто приносили то, что нужно, и слова ни сказав, уходили. Из-за этого жители прозвали тот таинственный клочок земли (ну, как клочок, целое небольшое государство) Землей Молчания. Но и с поставками были проблемы. Логистика, из-за разнообразных рисков в виде мародеров, мутантов и непогоды, что бушевала там чуть ли не двадцать четыре на семь, была неудобна, не практична и попросту могла убить людей-посланников. Это Молчаливая земля поняла практически сразу, ибо уже через три месяца, пропал отряд посланников. Об этом сообщило правительство бункера №12, что неподалеку от Бостона, штат Массачусетс. Фишер проживал в бункере №12 всего пять месяцев, но из-за ужасных условий, съехал. Путь был долгий, но, в конце концов, он поселился в уже знакомом читателю бункере №68.

Фишер не слышал, что конкретно сказали из верхушки его прошлого места жительства, но понимал, если отказали бункеру двенадцатому, то и шестьдесят восьмому откажут, и иже с ними. После того, как все контракты были разорваны, поставки полностью прекратились. И с 23 июня 2035 года все жители убежищ в Массачусетсе, Джорджии были отрезаны от важнейшего узла цивилизации. Начались волнения. Шон Джонсон, тогдашний президент убежища №68, говорил в интервью газете «Весточка»:

«Я возмущен подобными решениями. Ферма, или же республика Вайоминг – убийцы множества людей. Подобные поступки подбивают доверие, ставят точку в дипломатическом аспекте отношений. Я думаю над тем, что делать дальше. Очевидно, поставок Вайоминга не хватит даже на две недели. А это МИНИМУМ времени для адаптации к ситуации, минимум того, что нам нужно. Нас оставили, де-факто и де-юре, умирать. Это преступление. И Вайоминг за него ответит. Перед Судом равны все».

Однако Шон быстро «выкрутился». Приказал секретарю создать организацию, которая смогла бы доставать пропитание там, где оно еще осталось. В целом, за четыре года Смельчаки, или же, как их называли раньше, Отряд Доброй Воли, стали самой процветающей и сильной организацией среди остальных военных подотрядов бункеров. Однако Сумеречный мир видел в них лишь одно – мясо для растерзания. Как и все живое. Вернее то, что уцелело.

Поэтому Фишер в каком-то смысле ждал приезда на Ферму. Ибо он хотел узнать сам, что там происходит. И никакие опасности его не остановят. Раз решился стать Смельчаком, то надо отвечать за поступки и действия. Ибо от них зависит все. Буквально все. Жизнь, еда, вода, надежда...

Таким образом, поездка в Вайоминг была миссией стратегически важной, ведь если уговоры правительства республики состоятся в пользу отряда, то все остальное будет прекрасно. Поставки возобновятся, и Смельчаки будут помогать посланникам, доставлять грузы. Идеальный план.

Какая идеальная утопия.

Тем временем машина неслась уже по выжженной пустоши. По небу летали демоны. Они были так высоко, что их тела не были видны, но их истошные вопли, напоминающие скрежет вилки о стекло. Слух точно не пригодится группе...

Один из них, выглядящий как дракон из мифов, с крыльями летучей мыши, вдруг остановился и в воздухе развернулся. Его крылья переворачивались в полете, а тело стремительно обрело вес камня, и, приняв горизонтальное положение, демон начал падать вниз.

Несколько минут, и демон набросился на машину, пустив свои длинные и закрученные когти в машину. Прямо туда, где сидели Смельчаки. Удар! Скрежет! Цусима и Гюрза едва увернулись. Тигр, Заяц, Макс, Эл и Джеймс быстро схватили автоматы, и начали огонь. Едва Джулия и Карл опомнились и стали стрелять, оружие защелкало.

- Проклятье! – Выругалась Гюрза.

- Да нет, не проклятье, а предательски расчетливое нападение! – Съязвил Карл, дергая затвор.

Тварь все пыталась добраться до Фишера, мотая своей головой в разные стороны, но из-за короткой шеи, не мог. Лапы демона хаотично били стенки корпуса, оставляя глубокие следы когтей. Хаотичные удары попали и по плоти. Задели живот Карла.

- Твою мать! – Фишер почувствовал острую боль, и схватился за раненное место.

Тварь времени даром не теряла. Она напала на других Смельчаков, однако никто из них не готов был просто так сдаться.

Машина остановилась. Все повыскакивали со своих мест, быстро схватили оружие, и начали палить со всех сторон. Централизованный ливень из свинца ударил шквалом по демону, но это его даже не испугало. Патроны свистели в воздухе, но тварь это даже не заинтересовало. Кровь, черная и густая, лилась маленькими струйками из ран, куда пуля смогла долететь. Шквал огня не прекращался, очередь сменяла другую, все перемешалось. Шум дождя, грома, стрельбы и криков... всё это слилось в Симфонию №45, или же Вальс Агонии. Как красиво и одновременно жутко звучит.

Выстрелы продолжались еще несколько минут. Демон, изрядно простреленный, но не сдающийся, понял, что досаждать в лоб – бессмысленно. Поэтому, он быстро сменил тактику: шустро ушел в небо, несмотря на кровоточащие раны, и скрылся. Все в напряжении ожидали худшего. Однако хищник, точно Бисмарк, скрылся в пучине небес, и слежка за ним стала невозможной. Тем не менее, любой Бисмарк потопляем. Пусть с боем, но потопляем. И демон – не есть исключение.

 Раны давали о себе знать. Боль, острая, кинжалами пронзала плоть при движениях крыльями, движениях головой. А кровь все убывала, струйками падала вниз, на землю. Силы были тоже ограничены, как и время жизни при не остановленном кровотечении. Однако демон, будучи животным, живущим инстинктами, не заботился о собственном здоровье. Он решился на самоубийственный таран. Приняв полу скрученное положение тела (на это была рассчитана его гибкость), он резко выпрямился, и быстрыми взмахами крыльев полетел на Смельчаков. Вся сила, мощь, вес были помощниками тарана, на кой демон решился.

Однако отряд быстро перегруппировался, расформировав толпу. Все, перезарядившись, попытались разделиться, так, чтобы возможный радиус поражения, в случае атаки был минимален. Цусима и Гюрза с Мечом решили действовать открыто: каждый из них находился на расстоянии не менее 4 метров от машины, тогда как остальные бежали в лесные массивы, скрывшись под ветками деревьев, лежа в высокой мертвой траве.

Демон летел на таран. Метр за метром, он падал на людей. Цусима сразу взял его на прицел. Гюрза расположилась чуть поодаль, готовясь стрелять в глаз. Меч же едва скрылся в траве, спрятавшись под деревом. План состоял в приманке мутанта к Цусиме и Гюрзе, тогда как остальные начинают его изматывать пулями. В условиях тотального отсутствия времени на раздумья – вполне себе работоспособный и логичный план действий.  

Раздался вопль. Оглушительный, пугающий, протяжный вопль. Он заполонил тишину, стал будто бы симфонией кошмара.

Демон вытянул лапы с острыми и длинными когтями. Удар о землю. Поднялся шквал пыли.

Тварь клюнула на удочку. Она набросилась на Цусиму и Гюрзу, повалив обоих с ног. Когти сверкнули в небе, и разрезали воздух, словно кисть художника.

Пулевая какофония встретила демона внезапно, оставляя ранения. Тварь быстро поняла, что ей не одолеть своих жертв, и снова скрылась в небе.

Группа ждала худшего. Однако ничего боле не произошло.

Остальной маршрут прошел под дождем. Кровавые слезы лились, будто из ведра, падая на землю. И если читатель думает, что я использую эпитет «кровавый» для придания мрачного окраса явлению, то... нет.

Кровь буквально лилась, и воздух пропах её запахом. Он пропитан был еще и гидрариумом, едким и болотным ароматом. Смешавшись, эти два вещества давали лишь один запах: смерти. Холодной и беспощадной. Она словно паутина окутала уголки сознанья, породив мысль: мы неизбежно умрем.

Остальной путь прошел более-менее спокойно. Никаких тварей, отвергнутых не было. Но было чувство, будто конец мира пока решил оставить во временном обиталище покоя последние людские поселения. Конец только начинался.

Безжизненные лесные массивы быстро сменились сначала Пустошью, где царила тишина, а потом и Чертовым Периметром – проклятым местом, между Чернолесьем (Великие угодья были ¼ от него), и пустынными коврами не менее мертвых пустынь. Мрачные пейзажи обещали продолжаться...

Впрочем, не все так в Сумеречном мире было мертво: по легендам обитателей всех убежищ, где-то на юге, ближе ко Флориде, есть особое место – Цитадель, где жизнь все еще клочками существовала такая, какой знал мир до слияния с анти материей. Но, Фишер, когда слышал подобные россказни, всегда отрицал их подлинность – антиматерия слишком сильно столкнулась с материей, образовав неконтролируемый разумный поток метаматерии, сжигающей, преобразующей все на своем пути, и следовательно, существование «Рая» на Земле, даже в определенном месте было невозможно. Но также, Карл понимал, что люди утратили веру в будущее. И им нужно было хоть как-то разбавить серые дни бессмысленного заточения в бетонной клетке.

... Пейзаж у Чертового Периметра (так называли холмистую и несколько гористую местность водители), был немного лучше, чем в Великих Угодьях:

Выжженные дотла города лежали в руинах, затопленных гидрариумом, и обжитых отвергнутыми (их было в этих местах особенно много, если брать орды, в которые те часто собирались). Однако мутировавшие животные, не находящие места в лесах, тоже успели обжиться в бывших бетонных джунглях. Но не они представляли наибольшую угрозу для Смельчаков. Главной визитной карточкой Чертового периметра были аномалии. И располагались они здесь не разбросом, как было принято считать, а в определенных местах.

И машина Смельчаков наехала на одну такую, едя уже по бездорожью. Земля рядом с аномалией необычно треснутой, а оттуда бил пар, вернее смог, едкий, оставляющий горький привкус во рту.