Дорога в ад

Остальное время пути, по закоулкам, Смельчаки шли молча, будто не хотели осознавать правды – они в ловушке. Куда бы ты ни пошел, что бы ты не сделал, твое решение – ноль. И всегда будет им. Это правило мира.

Мрачная атмосфера одиночества, тотального и несокрушимого, усилилась, когда группа вышла к Проспекту 5. Это перекрестие маршрутов, так называемое Перепутье. Оно выглядело как крест из улочек с магазинами, и автострады, а все это было совмещено в небольшой проспект. Все машины, брошенные на произвол Судьбы, сгнивали в бездействии, омрачая и без того скудную картину. А небо, красно-серое, было все в тучах. Потихоньку собиралась гроза. Воздух наполнялся запахом гидрариума – едким, противным. Кислотная гроза – это поистине ужасающее явление, нежели обычная. Да даже шторм на Юпитере покажется раем!

Карл учуял этот запах, и судя по всему, не он один.

- Идем быстрее, группа! Нам остался квартал. – Строго сказал Макс, сохраняя самообладание в условиях, полных риска.

- Хм. Так быстро... не кажется ли вам, что мир как-то ускорился? – Заметила Вайолет.

- На 0,000001 секунду? – Шутливо отозвался Карл.

- Возможно. Но думаю, аномалия как-то воздействует на окружающую реальность. По крайней мере, в себе самой. – Фишер задумался. А если теория Борова о взаимодействии двух материй единого пространства оказалась ошибочной? И все то, что сейчас происходит – никакая не мета материя, а лишь аномалия, стабильно устойчивая? Впрочем, разбрасываться терминами из физики, тем более теоретической – рано. Хотя, если вспомнить основные положения теории, и доработать их, то возможно, найдётся способ предотвратить десятки смертей! Уникальная мысль!

Итак, что же собой представляет теория Борова:

1) Вся физическая, анти физическая материя имеет свойство соприкосновения

2) Всякая анти материя, имея достаточную силу, может ассимилировать материю, но полностью преобразовать пространство – нет, из-за большей сопротивляемости всего пространства

3) Несмотря на стабильно устойчивую ситуацию близ каскада (см. пункт 6), материя имеет также слабость к ультра-лучам соединений ионов Pb и Au(SH4). Приложение: Ионы данные выше имеют свойство изменять пространство, являясь катализаторами подгруппы 1

4) Анти материя – есть агрессивная составляющая вселенной. Её нельзя добыть естественным путем.

5) ПРИЛОЖЕНИЕ К ПУНКТУ 4: анти материю можно получить путем замещения радиоактивных остатков группы Б на остатки мета пространственной группы С.

6) Каскад – устойчивая граница между материей и ее анти побратимом. Способ ослабления каскада описан в пункте 3.

Карл думал, что одно из этих положений теории неверное. В корне. И из-за слепого следования ей, все полетело к чертям. Фишер прекрасно понимал, что при всем уважении, А.Н. Боров, будучи гениальным физиком и химиком, мог ошибаться. Да и его рассуждения насчет платины и соединения золота с SH4 ошибочны. Материю не может изменять молекула. Или может? Было очевидно, в формулировке основных тезисов теории была допущена ошибка. И ее совершил и Чарльз Дарк, и Карл! Как прежде, такая существенная, фундаментальная деталь скрывалась от взора ученых? Это же непростительно! Боров не виноват. Ведь это лишь предположение. Он сам не раз говорил:

Самое глупое в теории то, что не всегда ее можно проверить.

И он прав. Иногда теория – просто слова, которые остаются без проверки. Но то было тогда. Во времена менее развитых технологий на заре эпохи Новых научных открытий. Однако сейчас эта фраза не имеет и капли смысла. Ибо прогресс обвалился, наука в застое, будто Каменный век вновь вступил в права.

Фишер вздохнул. Прогресс бы ему не помешал. Чтобы проверить теорию, нужно было оборудование. А его не было! И не будет. Карл решил выработать свою теорию. Но каковы основания для теории? Нужны опыты. Причем основательные. А одними чертежами, схемами, не обойдёшься. Нужна практика. Да и записи. А где их взять? В условиях, где жил он, это просто самоубийство! Нужно тогда...собирать материалы? Но где? В лабораториях, где работал Карл, или же слышал о них, сохранилось катастрофически мало информации. А из песчинки не сделать стекло. Фишер это понимал. Прекрасно и четко.

Мысли его были насчет этого мрачны. Неужели, наука окончательно умерла, погибла в огне Сумеречного мира? Этого не должно быть! Просто невыносимо, что наука мертва, что все потеряно!

- Нужно мыслить позитивно. Пессимизм – это не моя стезя. Скорее, скептицизм. – Успокаивал себя Фишер. Однако, он вспоминал слова миссис Блэк.

Ты – лист бумаги, работаешь на максимум, и от этого устаёшь, я – флюгер, умеющий менять направление. Эта мысль отчеканилась в сознании, вспомнились, поднялись из морской пучины сознания. Целина поднята. Из размышлений Карла вывел голос Макса.

- Эй, не считаем мух! Нам надо выбираться! Срочно! – Голос был уверенный, едва дрожащий, едва уловимая дрожь была такой трудно скрываемой, что даже Карл, сдержанный человек, заметил это.

- Что такое? – Фишер испугался за Макса. – Что то происходит? Почему я не уведомлён?

- Просто стресс. Пустяки. – Отмахнулся командир Смельчаков.

- Ты точно в порядке? Мне нужно знать, чтобы корректно реагировать на ситуацию. Хотя... к черту. Просто к черту эти пафосные речи! – Сорвался Фишер. Впервые он пропустил в свою сухую, скомканную речь грубые, бранные слова, и даже эмоции. С чего бы это?

Карл попытался задуматься: почему ему нужны эмоции? Зачем они вообще фигурируют речи? Почему он их избегает? Глубокий анализ этого необходим. Но не приоритетен. По крайней мере, в данный момент.

Фишер лишь усмехнулся, и пошел за группой. Настроение было кислым, вялым, уставшим. Карл решил немного подумать насчет того, что будет дальше. Допустим, Смельчаки выберутся. Что их ждет дальше? Кто будет курировать неблагонадежных людей, кто их одобрит? Наверняка, Медведь уже поседел, обматерил весь белый свет.

- Ребята, а вы не думайте, что мы можем не выбраться? – Сказал задумчиво Эл. – Я просто предполагаю.

- Цыц, Эл! Не стоит нас настраивать на худшее. Нужно надеяться. Надеяться на лучшее. – Грустно сказал Джеймс, пытаясь скрыть свою тревогу. Ах, если бы все было так просто!

- Ты понимаешь, что ты говоришь? Слепая надежда – дорога в ад. Запомни эту фразу. – Сокрушительно произнес Эл.

- Разве? Ты имеешь что-то против? – Зло ответил Джеймс.

Карл понимал: что если будет ссора, то все полетит к черту. Однако никаких лишних слов говорить не хотелось. Но какова судьба такого человека? Весьма, весьма печальна, она становится, когда средь темных глубин, из дна морского поднимается едва заметная, различимая клякса бесполезности и бессмысленности бытия. Такое печальное событие для Карла было бы непростительно. Он слишком долго выживал впотьмах, без смысла, что либо делать, как, либо дальше меняться. Теперь над морем рассеялись тучи, реальность стала осязаемой, понятной, пусть и не изученной. Но, что лучше? Темное и беспросветное будущее или будущее с риском, но более близкое, осязаемое, понятное. Фишер выбрал стать Смельчаком не только потому, что он хотел спасти мир. Ему попросту надоело жить взаперти. Захотелось адреналина. Драйва. Безумия. И Карл пошел на риск, отдав во пламя смерти все старое, ненужное, мертвое, чтобы заполучить желаемое. Расчетливость? Нет. Скорее пережитки давнего прошлого, сухости и какой-то безжизненности в мыслях, жизни, и просто какого-то пафоса. Карл просто устал от этого. И желание помочь людям-соотечественникам сыграло на руку. Тем более, жизнь в бункере бесперспективна, и даже пребывание на далёкой-далёкой Ферме, где растут генетически схожие виды домашних животных, казалось Фишеру еще более мрачным. Ферма – это не просто сборище людей и скота, но также это стратегически важная, стратегически нужная точка. Находясь где-то во Флоридских пустошах, она достигла высочайшего развития сельского хозяйства. Однако в последние годы, Ферма стала терпеть кризис. Несмотря на сильную экономическую развитость кейрона в тех краях (в качестве кейронов использовали практически все, что угодно, кроме необходимых вещей), ситуация с продовольствием была в последнее время такой же, как и в Джорджии. Удручающей, едва похожей на обычный кризис. Скорее, депрессивное состояние. Несмотря на это, у многих жителей несчастных Земель, все еще горела надежда на то, что Ферма всем поможет. Ибо кроме нее, на опустошенных Сумеречным миром американских землях, никого не было того, кто смог бы противостоять миру так, как это делала Ферма. Но долго ли продержится ковчег? К чему придет он?

Долго ли играть им в этой мышеловке? Сумеречный мир удивительный игрок – забирает и дает шансы, будто это конфеты. Впрочем, так было всегда. Будущее – абстракция, глупая и неясная. Настоящее – мрачнее грозовой тучи. Прошлое – мертвое и слепое. Что-то между находится на стыке времени. И как понять, где искать это «между»? Это не мета материя. Это даже не физическая величина! По формуле не найти. Может...

Карл решил отбросить размышления об этом. Слишком рано отчаиваться.

Через несколько минут, Смельчаки были уже рядом с аномалией. Той же самой. Те же залы, те же стелы с книгами, те же часы на стене. Та же аномалия. Все, как обычно. Фишер нервничал. Время остановилось. Будущее – неясно. Настоящее – тревожно. Что выбрать? Настоящее – с риском и страхом, или будущее – не менее страшное и пугающее. Нужно решать СЕЙЧАС. Здесь и сейчас. Но выбор ли это? Изменит ли он что-то? Нужно думать. И срочно.

- Пошли. Карл, не будь растяпой! За мной! – Скомандовал Макс. Немного поглядев на Фишера, Макс сказал, - Карл, потом думы думать будешь!

Все затаили дыхание. Время растягивалось, как резина. Джулия пошла вперёд, навстречу неизвестности. Шаг и еще шаг. Девушка растворилась в аномалии, как пятно в воде. Все пошли за ней. Карл шел замыкающим в цепи. Когда все остальные стали тенями в пламени огня аномалии, Фишер вошел в нее. Странный холод, непривычный, гробовой, пронзил тело мужчины насквозь, опьянение, будто от крепкого алкоголя, накатило чугуном, ослепило. Чья-то тонкая и мертвенно белая рука коснулась шеи. У уха послышался нежный, сладкий женский шепот. Это была Она. Шепот, неразборчивый и приятный, перешел на другое ухо.

- Привет, человек. Я видела все. То, что ты думал. Мысли. Образы. Все твои пребывания в моих мирах. Видела твои поступки. Слышала твой голос. Эти мысли... питают мир. Питают вечность и пустоту. Каждая песчинка есть часть песчаных дюн, вечных, непостоянных. Будущее – это ветер, который несет вас, людей, вдаль. Мои руки касаются глади воды, ваши глади глины. Вы пытаетесь найти воду там, где ее не было. Пойми – ты не властитель дум. Ты властитель волн. Тебе грозит дорога страшная, опасная. Не сворачивай со своего истинного Пути, и ты обретешь желаемое. Не пытайся идти против течения. Ты его вряд ли изменишь. Ты же понимаешь – цепляться за ложную надежду бессмысленно. Ровно, как и пытаться, свернуть с Предназначения. Ты – есть Знание. Надежда. Будущее. Ты неопределённое, тихое, загадочное будущее. Тебе нет цены, и есть – жизнь. Кого? Решать тебе. Не сворачивай с намеченного пути, а иди четко к Знанию. Лорд приведет тебя нему. Он и есть Сумеречный мир. – Шептала Она, опьяняя своими речами шепотом с уха на ухо.

Карл поддался влечению к вечному, светлому. Но где-то внутри, он понимал, что все, что сказала Она – ложь. Но, разум был опьянён ее сладким голосом, как у сирены. Наваждение исчезло так же, как и силуэт Её. Карл очнулся на мокрой земле. Его будил Джеймс.

- Дружище, поздравляю, мы выбрались. Это наш мир. Смотри, небо фиолетово-черное. Ночь на дворе. – Вздохнул лидер группы.

Ах, если бы это было просто мгновением! Каскад времени, распластался по небесам и миру, медленно поглощал все. Небо, безлунное и беззвёздное, сияло в пропасти безнадёжности, черная дыра ночного континента тянула к себе мета материю, души, убитые надежды. Будущее, словно небо, было глубоко мрачным и непонятным, что навевало какие-то странные мысли. Мысли о том, что будет завтра? Каковым будет будущее? Всё это оставалось под большим, огромным вопросом. Как и реакция Медведя, на столь долгое отсутствие.

- Так, нужно думать, как мы оправдываться будем. Перед Медведем... и людьми. Нужно, кстати, собрать припасов. Уверен, там голодовка... нужно минимум, 100 кг припасов. Или даже 340 кг... воды, еды, патронов. Труд Смельчака – опасный и сложный. Нужно возместить ущерб. – Размышлял Эл.

- Ты прав, чертовски прав. – Вайолет ускорилась в шаге, осматривая окрестности.

Руины, сожжённые и использованные, мелькали перед глазами, Отвергнутые с Джаггернаутами гуляли по улицам, периодически слышалась стрельба. Пистолеты модификации М, которые были у Карла, отлично усыпляли Отвергнутых. Те, с мычанием и хрипом, падали на землю, засыпая в свинцовых объятиях прошедших лет в забвении и неведении.

Фишеру было жаль. По-настоящему жаль. Однако надо было двигаться дальше. Набрав необходимое количество припасов, и то меньше, группа отправилась домой.

Знакомая улочка, знакомые скелеты автомобилей повторились, как в аномалии, и так далее и тому подобное... вскоре, родные пенаты в виде лестницы, и входа в бункер приблизились и стали совсем рядом. Карл постучал. Страх, опасение, прошли с голосом сторожа:

- Кто?

- Карл Фишер, Вайолет, Джулия, Эл, Джеймс, Макс. – Доложил мужчина, спрятав в кобуру свои пистолеты.

- Ого! Эй, открывай!

Двери в бункер распахнулись с тяжелым скрежетом, скрипом. Врата в новый мир, а точнее, старый, встретили группу радостно. Жители, ждавшие их, аплодировали, помогали разгружать еду. На пороге стоял и Медведь.

- Вы где были? Мы тут чуть не перепугались!

- Попали в аномалию. Выбрались благодаря смекалке. – Сухо парировал Макс.

- Проходите.

Группа разъединилась. Карла сопровождала миссис Блэк. Она все расспрашивала, но тот лишь отмахивался. Настроение было такое, что хотелось все написать на бумагу. Да и просто выговориться. Коридор, по которому шла группа, был переполнен зеваками. Медведь заметил, что Фишер решил уйти к себе, и пресёк это:

- Карл, ты еще нужен. Пройди ко мне. Нужно восстановить кое-какие детали.

Фишер разочаровано вздохнул. Он хотел не говорить, а писать.

Он вспоминал Лидию, Дилана, всех тех, кто был лишь иллюзией, небылицей. Все эти воспоминания были настолько серы, но в тоже время светлы по своей эстетически-красочной составляющей, что Фишер душу готов был отдать, чтобы увидеть их снова. Он не мог забыть Лидию, жертву мародеров. Почему-то дерзкая девушка сразу запала ему в сердце. Да, она проекция аномалии, как и Дилан, но, черт возьми, она была уникальной проекцией. Со своей удивительной и грустной историей. Правда, большая часть этой истории скрывалась за ширмой негласности и табу. Но именно этой тайной она и была замечательно интересной. Да и Карл, будучи «сухарём», несколько поменялся. Эмоции начали проникать в его мозг, даже не выдавая себя. Интересно.

«Я чертовски холоден. Я лишь констатирую факты, сухо реагирую. Я будто робот. Но это меня не устраивает. Наверное, мне надо изменяться. Под стать ситуации. Потери будут. Будущее мрачно и неизбежно. Скупость в чувствах это и полезно и нет. Плюсы и минусы везде есть. Но я должен стать живее. А то чувствую себя ужасно...» - Думал Карл. Ему казалось, что он мертв внутри, как большинство из выживших людей. Что-то в его сознании щелкнуло. Он должен быть живым. А не куском сухаря.

Тем временем, Медведь отчитывал группу за не информирование штаба, и что из-за них, чуть не наступила продовольственная катастрофа. После некоторых выяснений отношений, Карл вышел из кабинета президента бункера и побрел к себе. К нему присоединилась Блэк. Она, без слов, вручила ему статью:

«ГЛАВНАЯ ГАЗЕТА БУНКЕРА №68 «ВЕСТОЧКА,

Автор новости: Майлз Цукерберг

ПРОПАЖА СМЕЛЬЧАКОВ. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ ПОД КОНТРОЛЕМ? НОВЫЕ ПОДРОСТНОСТИ СМЕРТИ СМЕЛЬЧАКА. ТЕРАКТ НА ФЕРМЕ. КТО ВИНОВАТ?

Сегодня, 14 октября пропала группа «Альфа» - главный продовольственный и научный узел нашего бункера. Как сообщает Штаб Бункера, и правительство, в назначенное время (оно не уточняется), группа выдвинулась в Сектор Аномальной активности А, в локации С. Место: Библиотека. Связь с командованием Альфы велась до Волны, а потом внезапно пропала. Операция по изучению аномалии была сорвана. Объявлено чрезвычайное положение в бункере. Правительство призывает граждан не паниковать, и ждать вестей.

Тем временем, напряженность по поводу экономической ситуации угасает. Последние очаги кризиса успешно блокируются, о чем заявил Майкл Кимпбелл, главный секретарь бункера. Однако экономисты Дженнифер Эллинойс и Адам Дипвелл опасаются, что:

Кризис это не про блокаду. Кризис это существенное замедление процессов развития. Стагнация промышленности и секторов экономики. Мы видим, что после отставки Шона Джонсона ничего существенно не меняется. Это настораживает. Наши партнёры из бункера №67 опасаются, что мы неблагонадёжны. Наше сотрудничество под угрозой срыва. Как бы не случилось второй революции.- Дженнифер Эллинойс (с)

Как подмечает Эллинойс, риски есть, и не шуточные. Аргументирует экономист такую ситуацию тем, что курс кейрона и воррета стабильно отрицательный. Однако Майкл Кимпбелл заверяет, что эти заявления – враньё, ситуация под контролем.

Однако это еще не все. За день произошло несколько крупных событий. Одним из них являются подробности гибели смельчака. Выяснилось, что погибший имел связи и даже прямые контакты с группой Ф (Ф – Ферма, примечание редактора). Что примечательно, контакты были агрессивными, носили враждебный характер. Чем именно были вызваны такие контакты - неизвестно. Предполагается, что убитый конфликтовал с Ф ранее. Откуда такая информация? Об этом поведал знакомый, гражданский Николас К (все имена и фамилии изменены). Он рассказал, что погибший сам предупредил его о том, что выдвигается на вылазку с группой Ф. Однако его показания не сходятся с обстоятельствами нахождения трупа.

Второй не менее беспокойной новостью является сообщение о диверсии на Ферме. Как сообщают дипломаты, неизвестные подорвали склад с очищенной землёй. В результате теракта было уничтожено 12 ящиков с ней, по 100 кг каждый. Следственный комитет Фермы объявил террористов в розыск. Обстоятельства и время теракта уточняются»

Карл читал новость пока шел к себе в комнату. Блэк молча следовала за ним. Когда Фишер, наконец, сел на родную кровать и перечитал старую новость, он спросил:

- Какое число сегодня?

- Двадцать третье октября. Этой новости уже больше недели. Все эти события... я не знаю, как это комментировать. С тех пор, Ферма отказывается от отношений с нами. Медведь говорит, что это лишь временный отказ. Я так не думаю. Карл, мне кажется, твой выбор был неверен.

- Ох, Блэк! Я не хочу лезть в это. Да и есть охота...

- Сейчас. Подожди минутку. – Миссис Блэк второпях ушла из комнаты. Карл остался один.

Чувства были смешаны, в омут вопросов и желания к Знанию. Какому? Он сам не знал. Только гулкое ощущение беспомощности и усталости било в набат, охватывало пожар души...

Блэк пришла в комнату Фишера с едой и отварником. Фишер от радости взял поднос с едой и отварником, и быстро съел пшённую кашу с мясом. Голод и жажда утолены.

- Не сегодня Блэк. Я хочу побыть один. – Безразлично сказал Фишер.

- Хорошо. – Женщина ушла к себе.

Достав дневник, ручку, Фишер сел за стол и начал писать. Все, что его тревожило.

«Дорогой дневник! Я соскучился по тебе. Столько дней был в... ужасном месте... и снова тут. Смысл этой жизни, будущего?! Смысл?! Я устал. Впервые в своей жизни. Я просто осознал, что в безнадежной ситуации! А это самое страшное, что может случиться с человеком, который ни разу так не переживал в этом чертовом мире! Я хочу кричать! Хочу орать во всю глотку, дабы выпустить пар. Но криком ничего не попишешь... да и записями. Но держать в себе я это не мог. Иначе ждал бы психоз... интересно, я уже претендую на сумасшедшего??!»

Дальше текст не шел. Дальше все было в тумане. Карл переоделся в гражданскую одежду: футболку, рубашку, джинсы, и лег в этом спать. Слишком тяжелый выдался период в жизни..., а другого не будет.

Красным выделена цитата