Дорога в ад

Карл и его группа вышла из здания. На улице было по-особому тихо, и безлюдно. Тишину прерывал легкий ветерок, разносящий эту тишину по окрестностям. Группа осмотрелась: даже намека на Волну не было. Однако небо было подозрительно черно, что не было характерно для такого мира, как этот. Повсюду, в руинах, по дороге, на машинах, был черный пепел. Черный, как небо.

- Ребята, мы точно сейчас в нашем мире? – Спросил Карл.

- В смысле? – В один голос переспросила остальная группа.

- Я, когда подошел к аномалии, попал в пещеру сначала, потом в другие миры. Путешествовал там, встречал людей. У меня есть не хорошее предчувствие, что мы в западне аномалии.

- Стоп-стоп-стоп, давай проясни, где ты был? – Спросила Джулия.

- В других мирах. Сначала пещера, потом мир постапокалипсиса, и тому подобное... я не знаю, что произошло на самом деле. И как я оказался тут. – Фишер вздохнул, и начал рассказывать детали своих «приключений».

- Может, этот голос...мираж? – Макс поежился, внутри него похолодело.

- Не знаю. Но уверен, что это все было не просто так. – Фишер говорил быстро, сбивчиво, будто торопился сказать главную мысль.

- Постой, Карл! Не тараторь! - Укорила Фишера Джулия.

- Я просто не хочу упустить мысль! – Смельчак замолчал, опустив взгляд на черно-серую землю, пытаясь сформулировать то, что, возможно, перевернет представление о Сумеречном мире. – Я считаю, что мир задумал убить нас. Он контактировал со мной, угрожал. Раскрыл планы. Думаю, нам надо быть осторожнее, и не глупить, чтобы его задумка провалилась.

Взгляды Смельчаков, полные непонимания и удивления, встретили эту новость, а после начался шум голосов. Однако они затихли. Все были в ступоре. Тишина, ранее бывшая гнетущей, стала мертвой, осязаемой. Мысли у всех были спутаны, а эта новость была кинжалом, рубцом в них.

Интересно, он реально считает, что мир убьет нас? Глупо, но обоснованные подозрения Карла меня пугают. Не знаю, чем они пугают. Наверное, своей мрачностью и пессимистичностью. Я, как лидер, должен пресечь попытки мира дестабилизировать состояние нашего отряда.

Карл вздохнул, и подняв голову, сказал твердо и уверенно:

- Пошли на базу. Нам нужно идти вперед, не оглядываясь на тень. Периодически мы будем докладывать Медведю наши опасения. Но не сейчас.

Все кивнули. Топот ног людей-Смельчаков разрезал тишину, а редкая автоматная очередь, чтобы усыпить отвергнутых, давала разнообразие мрачной мертвой вакуумной обстановке руин. Небо, черное, с грязными разводами облаков, все не унималось, и мрачнело, мрачнело, мрачнело, пока не раздался первый гром с молнией. Стрела небесного воинства, сине-белая, разлилась по мутной воде неба, и потухла в этом омуте также стремительно, как и появилась.

Кап-кап-кап! Первые слезинки небес, плененных Сумеречным миром, упали на мертвую и иссушенную землю, как бы давая тем последний шанс на жизнь. Вскоре, небольшой и жалкий дождь, превратился в настоящий оркестр ливневого дождя, наряду с фанфарами все громкого и громкого грома. Он гремел, выл, стонал, превращая какофонию различных звуков в настоящий концерт природного величия, которое, несмотря на то, что природа была практически уничтожена, сохранилось в этом оркестре из музыки воды и молящих отпустить их, небес. Это явление, как дождь, было столь непривычным, столь отчужденно обнадёживающим, что не верилось, что это все происходит сейчас и здесь. Это зрелище, как черное небо плачет остатками своей израненной души, было завораживающим, как нахождение в Сикстинской Капелле. Холодная, отдаленная тишина разбавилась красками хора грозы. Мир как бы вдыхал кислород, тот, который когда-то потерял. Воздух тоже наполнился влажностью, такой родной и далекой. Ах, если бы вернуть время вспять...

Смельчаки, попав под дождь, не могли понять, что происходит. Ведь дождей обычных, из воды, не было эти пять лет! Ловушка? Надежда? Или ни то, ни другое?

- Не думал я, что еще раз увижу дождь. – Усмехнулся Эл.

Все остальные лишь кивнули, и пошли на базу. Какое это счастье! Попасть под дождь, нормальный дождь с грозой! Как давно мир вообще чувствовал легкий поцелуй слез небес, иссушенных, мертвых, спящих сном страданий и боли? Не забываемое чувство...

Однако цель важнее удовольствия. Цель проста – выживание. Выживание не группки Смельчаков, а бункера. Целого бункера! Это очень важно. И Карл это прекрасно понимал. Несмотря на все прекрасные секунды ливня, Фишер держался настороже, ведь опасные существа, типа Джаггернаута, могли подстерегать везде: каждый закуток, каждый темный угол – это их излюбленные места обитания. Темнота и скрытность – ключевое, что использовали существа из Того мира. Мира тьмы, смерти. Сумеречного мира.

- Держимся вместе, докладываем о любых проявлениях активности. - Скомандовал Макс.

- Есть. – В унисон прозвучали голоса остальных.

Постепенно, улица за улицей, небо становилось чище, все кровавей. Типичное дневное состояние этого купола. Тучи, которые были похожи на окровавленную и грязную вату, рассеялись, ветер угнал их прочь. Руины, которые под дождем, словно дышали каплями, словно застыли в безмолвном ожидании. Снова знакомые автомобильные трассы, а вот и ржавая машина, вернее то, что от нее осталось. А вот и знакомый спуск вниз, и надпись, почти стертая временем: «БУНКЕР №68». Смельчаки выдохнули. Наконец-то они вернулись в родной дом. Наверное, каждому из нас знакомо это чувство сладкой тоски, которая перетекает в нечто большее, теплое, приятное.

Лестница, ведущая вниз, достаточно быстро была преодолена, и перед людьми стояла заветная железная герметичная дверь. Грозная, стоящая так, будто охраняла вход в Ад. Жаль, но Цербера, или проводника в эти круги мучений, страданий, не было поблизости.

- Я стучу. – Сказала Джулия, подойдя к двери, и ударив по ней кулаком. Удар был непривычно громким для всех.

- Тише ты! Вдруг, за нами хвост? Демонов, или не дай Бог, Цербера... - Заволновался Джеймс.

- Отставить панику! – Сказал, неожиданно похрабрев, Карл. – Мы прошли через мучения в аномалии, вы, то есть. Я – через путешествия в аномалии. Чего нам бояться?

Темный лес. Монолог Лорда.

О... эти люди. Они на редкость упорны. Что не может не смешить и не радовать. Но среди этого песка, я не вижу Избранных. Готовых получить знание. Я вижу только упертых барашек, готовых впасть в безумие, ради жалкого пропитания. Им не нужно ЗНАТЬ! Им нужно лишь спать, есть, и заниматься прочими низкими делами! Благо, я уничтожил достаточно много. Осталось очистить мир от плесени. Осталось подчинить мир. Однако план... его я не продумал. Но это исправимая ситуация. Я все сделаю, как нужно. Все, как хочу я.

Бункер.

Никто им не открыл. Смельчаки стояли так почти битый час, но никто из сторожей даже не удосужился проверить, кто там! Дикость редкая! Карл чертыхался про себя, виня только в том, что он вообще согласился на это. Впрочем, выбора не было. Начало смеркаться. Фишер проверил время: 16:59. Странно. Обычно, смеркается на два, а то и три часа позже. Не в западне ли...? Карл старался отбросить все мрачные мысли, и начать думать более оптимистично. В кое то веки, оптимизм разряжает атмосферу. Придает сил, коих у Фишера было мало. Но... разве не через минуту должны были открыть дверь? Даже Медведь не забеспокоился. Это начинало давить со всех сторон и углов. Апатия, полное непонимание текущей ситуации пугало. Ибо, если это все такая же, чертова аномалия, то прогноз судьбы группы плачевен. Потому что в таком случае, капкан из аномалий, ловушек, местной фауны захлопнут, ломая с хрустом кость надежды на выход.

Макс с трудом сдерживал себя. Что-то и ему шептало, что все тщетно... но он верил в лучший исход. Какофония стука по металлу продолжалась еще двадцать минут, пока силы стучать не иссякли. Да и смысл пропал сам собой. В сердцах группы неприятно кольнуло. То ли осознание, то ли нежелание принимать действительность. Фишер запаниковал. Снова проходить одно и тоже... по одному и тому же кругу... из раза в раз. Одна судьба – один капкан, как говорится. Фишер вздохнул, пытаясь зацепиться уставшим разумом за крупицу надежды. Она была его проводником в мир светлого будущего, в которое хотелось верить. Ведь без нее – жизнь не стоит и глотка воды. Тем временем, ночь вводила новые права, устанавливая новые границы Необъятной Империи Тьмы. Как красиво звучит, правда? Читатель, вам кажется, что это просто эпитет, который украшает текст. Нет. В Сумеречном мире, ночь – отдельная субкультура, если можно так сказать. Ночью просыпались различные демоны, виралы, Джаггернауты и т.д. Но кто это, виралы? Это уже пожившие достаточно Отвергнутые, «понявшие», что им не жить. Отчаяние, ненависть, слепая ярость поглотила остатки разума, что имелись там, превратив несчастные трупы в машины для убийств. Даже внешне, виралы лишь отдаленно напоминали человека. Скорее, они напоминали коряги из костей, кожи, и кусков оторванной плоти. Глаза, прежде белые, как снег, стали красными, надутыми пузырями, которые еле-еле держались на лице. Было ощущение, что даже малейшее прикосновение заставит глаза взорваться. Эти бедолаги были крупнее человека раза в два, их руки, да и вообще конечности были как ветки, сухие, тонкие. Но мощность, сила, скрывающиеся в этих конечностях была колоссальна. Виралы, несмотря на тонкость, сухость, схожесть с обтянутым кожей скелетом, обладали повышенной физической силой. Они могли поднимать до 100 кг одной рукой. Сила удара у них была равна примерно 300 Н. Конечно, в абстрактном понятии это лишь цифра. Но позже, читатель, вы поймете, что это не так. Продолжим.

Карл Фишер, будучи уже опытным Смельчаком, пока не встречал на своем пути виралов. Но опять таки, он был готов к встрече, слушая рассказы, года четыре назад, Карл собирал информацию, и записывал в дневник важные факты, сухие заметки, или свои комментарии. Сейчас, когда уже опасность встречи с виралами, особенно ночью, в ночном омуте, приближалась к 100%, Фишер вспомнил некоторые факты из записей:

1. Виралы любят темноту. Предпочитают влажные места, темные углы. БУДЬТЕ БДИТЕЛЬНЫ (!!!)

2. Виралы – социальные существа. Обычно, их скопления в заброшенных зданиях не велики, от 5 до 10 особей. При проникновении в логово посторонних набрасываются сразу все.

3. Виралы очень агрессивные существа..., ... они всегда готовы напасть.

Карл кашлянул. Группа посмотрела на него пристально, с подозрением.

- Карл? – Макс подошел к Фишеру, настороженно глядя на него.

- Нам следует найти укрытие. Думаю, мы скоро столкнемся с... виралами. Мы не должны ДАЖЕ выходить на улицу ночью! Идем. Раз в бункер ход закрыт, идем в другие места. И срочно. Скоро ночь. Скоро смерть.

Джулия поёжилась. Но ее, непонятно откуда взявшиеся оптимизм, перебил ее мрачные мысли, теперь уже вслух:

- Хватит! Прекрати нагнетать! Мы должны быть начеку, но не унывать! Наша цель – идти вперед. Понимаешь, вперед!

Вайолет перебила ее:

- Я верю Карлу. Идем. – Твердость в ее голосе была ободряющей, как ушат холодной воды.

- Пошли. Скоро ночь.

НОЧЬ – Это явление, где смерть повально правит миром. В Сумеречном мире, в реальности Карла, ночь – это гильотина, стремительная, ужасающая.

Скоро ночь. Почемуэто так страшно звучит? Потому что Карл знал:

Ночь – это царствие смерти. В ней даже тишина опасный зверь, поджидающий из-за угла.