Город

Все ожидания Харпер были слишком заниженными. Она думала, что Кая приведет ее в сырое темное здание или в какую-то лабораторию. Конечно, она оказалась не в лаборатории, но там тоже было стерильно чисто, уютно и даже чувствовалось, что она оказалась в каком-то офисе. Она переглянулась с Каей, та усмехнулась в ответ.

— Нравится? — спросила инструктор. — Теперь это ваш дом на ближайшие три месяца.

— Меня устраивает, — ответила Харпер.

Она осматривалась вокруг. Людей, работавших там, выделила сразу. Все, как сняты с конвейера, в синих костюмах из плотной ткани. Скорее всего это был основной ярус, ведь справа находилось помещение с множеством столов, и Харпер подумала, что это может быть столовая. Рядом с ней — кладовая. По левую сторону от Маверик собирались те, кто поднялся лифтом из станции. Ее взгляд сфокусировался на Лиаме, который в это время знакомился со всеми подряд. Хейзвуд заметил ее и кивнул ей, а потом снова переключился на новоиспеченных друзей.

— Может, пойдем дальше? — спросила Кая.

— Да, конечно, — чуть-чуть растерялась Харпер, ибо не знала куда в первую очередь надо идти. Она ждала, когда куратор задаст направление.

— Познакомлю тебя с нашей любимой Пегги, — произнесла собеседница. — Она всему здесь голова. Если тебе что-то будет нужно, то можешь к ней обращаться.

Харпер перестала слушать Каю и стояла как вкопанная, ибо увидела, как из широкого коридора выходит женщина, одетая в черное платье с белыми вставками, на плечах повис темный жакет прямого кроя. Длинные светлые волосы струились по спине. Ее сопровождали два человека. Низкорослая женщина крупного телосложения, которая держала стопку бумаг, и высокий крепкий мужчина с бритой головой и массивным подбородком. Это была Аарон Селестайн, с которой, к сожалению, она раньше сталкивалась.

Сердце Харпер защемило, она сжала кулаки.

— Да, Пегги... — прошептала Харпер задумчиво, когда Кая толкнула ее локтем.

— Пегги Дотт здесь босс, и с ней нужно быть очень вежливой. И желательно слушать, когда она говорит.

Кая потянула ее к ресепшену, за которым стояла пышногрудая блондинка. Она клацала по клавиатуре, а ее взгляд надежно прилип к монитору компьютера.

— Привет, Пег, — пролепетала Кая, пытаясь обратить на себя внимание женщины. Но та всего лишь поджала розовые губы.

— Доброе утро, Салгадо. Как прошла командировка? — без всякого энтузиазма спросила Пегги, так и не посмотрев на нее.

— Отлично. Немного устала, но в целом было весело. — Кая сложила руки перед собой, как школьница, сидящая за партой. — А ты чем занимаешься, распределяешь комнаты? — Девушка пыталась заглянуть в компьютер и для этого ей пришлось подпрыгнуть.

— Почему тебе так беспокоит этот вопрос? — поинтересовалась Дотт.

— Хочу знать отдала ли ты кому-то ту, где я бы хотела жить. Ну, я тебе говорила во время обхода, ты должна помнить. — Кая забарабанила пальцами по поверхности стойки.

Наконец-то Пегги Дотт оторвалась от работы и уставилась на Каю большими голубыми глазами. Долго смотрела в ее лицо и цокнула языком.

— Что мне за это будет? — спросила она после короткого, но многообещающего молчания.

— В зависимости оттого, что попросишь.

— Хм, я могу много чего потребовать за свою доброту.

— Желательно что-то одно, — осторожно произнесла девушка.

— Ты ужасная подлиза! — обронила Дотт, покачав головой. — Как такой можно уродиться!?

— Я и сама не знаю, — пожала плечами Салгадо.

— Пусть назовет имя, — бросила Пегги.

Сообразив что к чему, Харпер включилась в разговор:

— Харпер Маверик.

Женщина на миг застыла, сглотнула, а потом продолжила нажимать кнопки. В следующий момент натянуто улыбнулась.

— Спасибо большое, — произнесла Кая и, дабы избежать продолжения беседы, отчалила от стойки.

Харпер поспешила за ней, ведь с Дотт ей не было о чем говорить, да и видно было, как сильно та напряглась, услышав ее имя. Сама она еще не успела в этой жизни натворить что-то такое, что сделало бы ее известной на всю страну, а вот дурная слава отца всегда бежала впереди нее и делала свое подлое дело.

— Лучшая комната с красивым видом на департамент, — пояснила Кая. Они остановились под стеной, листья огромной драцены легли на плечо кураторши. — Номер тридцать три. Чтобы открыть дверь, нужно будет просто приложить руку к замку. Информация уже у тебя в чипе. И, если тебя беспокоит вопрос сможет ли кто-то посторонний войти в твое жилье, то это невозможно, ибо у замков разные кода.

— Спасибо, — поблагодарила Харпер девушку за проявленную заботу. — Очень любезно с твоей стороны, что ты мне помогаешь.

— Не за что.

Харпер не знала, что еще можно добавить. Ее спасло то, что переключилась заставка на многочисленных телеэкранах, прикрепленных вдоль стен. Все они транслировали объявление, о том, что беглецов Элли Джордан и Гэлла Паркера до сих пор не арестовали. Но были сообщения от очевидцев о том, что в последний раз их видели возле оружейного магазина в Департаменте-3. Они его ограбили и стали более опасными.

— Ужас, — изрекла Кая. — Когда-то мы их поймаем и сделаем из них фарш. Главное, чтобы они к тому времени никому не причинили вред.

Из лифта вышли еще люди. И все сконцентрировались в одно месте, ожидая того момента, когда кто-то обратит на них внимание и объяснит им ситуацию. Эта жужжащая пестрая кучка ассоциировалась у Харпер с тромбом, который заблокировал артерию. На самом деле, они перекрыли тот коридор, по которому шествовала Селестайн и ее компаньоны.

Прошло десять минут. Селестайн вернулась, чтобы сказать пару слов новоприбывшим. Возле нее полукругом собрались инструкторы, в том числе Кая и тот парень, который кричал на нее в Департаменте-9. Харпер не хотелось на него смотреть, потому что он вызывал какие-то неприятные эмоции. Раньше она никогда его не видела, и поэтому ее чувства казались ей странными: нельзя испытывать отвращение или злость просто так. На это должна быть причина, хоть какая-то, но должна! Сам он был чуть ниже среднего роста, брюнет, челка зализана набок, а на затылке волосы взъерошены, будто он недавно его чесал. Под левым ухом, на шее, татуировка в виде жуткого паука. А глаза хитрые, как у куницы, высматривающей себе жертву. Скользкий тип, с которым нужно быть на чеку.

Селестайн не стала приветствоваться или называть свое имя, решив сразу перейти к сути:

— Вы приехали в Департамент-2, чтобы получить не только работу, но и лучшую жизнь. Многие из вас не добрались до этой точки, потому что они не имеют тех задатков, которыми наградила вас природа, или которые вы обрели сами в процессе взросления. Вы будете солдатами! — Кто-то присвистнул. — Нашими защитниками! И это великая честь!

— Да! — обрадовался паренек, стоящий где-то в конце сборища.

— Некоторое время мы будем наблюдать за вами, учить вас. В свою очередь вы должны показать нам то, насколько вы ответственны, сильны, бесстрашны, что готовы служить своей стране.

Селестайн выдавила улыбку, которая через секунду померкла. С ней поравнялся тот мужчина, что сопровождал ее.

— Сегодня вы знакомитесь с обстановкой, а завтра начнутся три месяца тренировок. Ваш график будет полностью готов через пару часов. Все вопросы задаете вашему куратору, с которыми вы уже успели познакомиться.

Харпер взглянула на Каю. На фоне других она выглядела хрупкой и маленькой куколкой.

— Кстати, вечером вас ждет сеанс терапии. Что мы подразумеваем под этим словом, узнаете тогда же.

Ребята зашушукались, обсуждая последнюю фразу.

Харпер прошла вглубь собрания, чтобы быть поближе к Лиаму.

— Все это странно, тебе не кажется? — шепотом спросил он.

— Да, нужно уточнить, что все это означает, — кивнула девушка.

— Впрочем, нас ждет отличная работа и, думаю, неплохие привилегии.

— И то, что они скрывают.

Лиам фыркнул.

— Выключи свою подозрительность хоть на день и наслаждайся жизнью.

— А я и наслаждаюсь! — возмутилась Харпер. — Разве не видно?

Хейзвуд поднял брови, показывая, насколько скептически он отнесся к ее заявлению.

— Неа, — издал он и замолк.

Один из кураторов предложить ребятам следовать за ним. Он вел их по тому самому коридору, откуда появилась Селестайн. Слева был ряд окон и Харпер наблюдала эффектную картинку, которую составляли соседние стеклянные башни. Она наклонилась, чтобы посмотреть, что находится там, внизу, ибо находилась на внушительной высоте. Взгляд упал на дорогу. Чуть дальше было место для парковки автомобилей. Похоже, что Департамент-2 здорово отличался от ее района, но это заключение еще надо было подкрепить более весомыми доказательствами и исследованиями. Но все же, вид из окон заставил ее остановиться и забыть как дышать.

Лиам схватил ее за руку и потащил за остальными подростками. Они свернули направо, чтобы подняться по широкой винтовой лестнице на следующей этаж.

Именно там находились комнаты, которые распределили между ними. Каждая дверь пронумерована, и Харпер не составило труда найти свою. Прежде чем войти внутрь, она посмотрела по сторонам, как ребята снуют по — ни дать, ни взять — больничному коридору и пялятся на браслеты, где светились числа.

Войдя в свое жилье, девушка потеряла дар речи. Комната оказалась просторной с большим окном от потолка до пола, оформлена в темных, но не угнетающих тонах. Сдержанно и со вкусом. Возле окна стояла огромная кровать, по обе стороны, под стеной, тумбочки со светильниками и толстый диск золотистого цвета. Она долго смотрела на гаджет, а потом нажала на кнопку. Устройство завибрировало и наконец-то включилось. Нарисовалась голографическая проекция и несколько предложений — это и было ее расписание на день. Очень удобно, заметила девушка.

Харпер вернулась назад. Проверила, что находится за тонированной дверью. Там была ванная. А за второй — гардеробная. Несколько темных футболок, брюки почти подходящего размера, легкие куртки, а на нижних полках обувь — вот и все наполнение шкафа. Харпер вышла, закрыла дверь, развернулась и прислонилась к ней спиной. Ей казалось, что все эти подарки слишком дорогие. Так в честь чего их преподнесли? Она не хотела верить, что под всем этим скрывается какой-то другой смысл, жуткий подтекст. Она не хотела об этом думать, но мозг уже генерировал идеи.

Впрочем, она приехала сюда, чтобы получить работу получше. Красочные перспективы уже виднелись на горизонте, так лучше ей отключить свою интуицию и попытаться заткнуть этот внутренний неугомонный голосок к чертям собачьим.