История бойца-барьера

Какое-то время, стражи согласовывали основные стратегические точки. Исследователи готовились к мировому доминированию и планомерно отсеивали ложные обелиски. Поскольку у стражей в распоряжении было очень ограниченное количество человек, а тем более солдат, со всех баз, подконтрольных нашей организации мы эвакуировали персонал в пять основных, располагающихся в Восточной Европе, две в Северной Азии, России и Японии. Было принято волевое решение о том, что именно прямой контакт баз в разных странах позволит им продержаться дольше всего. Кроме того, граничащие страны позволят, в случае чего быстро эвакуировать сотрудников на резервную базу.

Параллельно, нашей основной целью стал сбор информации о праве первого касания. Каждый, у кого появлялась свободная минутка был обязан посвятить поиску любых упоминаний права, в любом доступном ему ресурсе. Понемногу, информации становилось всё больше, но необходимо было найти людей, способных отсеять и категорировать поступающие данные. Наш отряд готовился к самой ответственной миссии за всё время, поэтому волновались все. Но теперь с нами был Дэшэн и Хелена.

Группа была готова отправиться к модулю управления, мы завершали последние приготовления, проверяли снаряжение, собравшись в оперативном центре. Миша всё время ворчал, пытаясь побороть свой страх.

– Я вот чего не понимаю. Откуда у «Ресёрч Индастриз» появилась такая математическая модель? Почему такой нет у стражей или кладоискателей. Почему именно исследователи?

Миссис Деймон горько рассмеялась.

– Когда Алан вышел из обелиска, все, кто проводил эксперимент, потеряли сознание и очнулись уже в госпитале корпорации. Поначалу, с нами обходились как обычно, но нам никак не удавалось поговорить с самим Аланом – его уже тогда держали почти взаперти. Но потом, в одну из ночей, Алан пришёл ко мне в палату, вручил какой-то свёрток и сказал мне отдать его человеку снаружи, во что бы то ни стало. Та ночь была последней, когда мне удалось поговорить с ним. Алан был очень взволнован, тогда ещё я не догадывалась о причине его волнения и о том, что вижу его в последний раз.

Хелена тяжело вздохнула.

– Тогда в палате, он сказал мне, что должен создать какую-то формулу и от этого зависит судьба многих людей на планете. Я думаю, что Алан до сих пор заперт где-то в недрах корпорации и именно он является разработчиком данной математической модели. Это не может быть простым совпадением.

Мы переглянулись, стараясь не спугнуть удачу. Миссис Деймон была как никогда откровенной с нами, поэтому мы боялись, что своими словами остановим её. Но она замолчала, не проронив дальше ни слова. Поняв, что монолог закончен, Попов позвал всех на финальный брифинг.

– Итак, друзья. Мы выдвигаемся к историческому памятнику, с которого, по сути, зародились кинетические войска. Алан Деймон пятьдесят лет назад проник в обелиск, обладая правом первого касания, после чего, по нашим последним данным, оно было передано другому человеку. Мы надеемся, что данная операция прольёт свет на его личность. Мы полагаем, что, находясь в непосредственной близости от обелиска, сможем воспользоваться способностями Сергея, знаниями Хелены и Дэшэна, и найти хотя бы какую-то информацию о произошедшей тогда передаче права.

Помолчав немного и обведя взглядом всех присутствующих, Попов продолжил.

– К сожалению, подступы к обелиску надёжно закрыты системой защиты, активировавшейся тридцать лет назад, поэтому нам придётся нелегко. В первую очередь, нам необходимо будет выяснить, как обойти защиту обелиска, в чём нам поможет группа стражей, отправляющихся вместе с нами – они уже давно работают с изваяниями и смогут нас провести максимально близко к интересующей нас цели. Но даже их присутствие не защитит нас от представителей местной флоры и придётся действовать на местности.

Сделав ещё небольшую паузу и выпив целый стакан воды, Попов продолжил брифинг.

– Но и это ещё не всё. Модуль связи находится под протекторатом «Ресёрч Индастриз». Вот уже пятьдесят лет за ним установлено круглосуточное наблюдение, что не позволит нам прокрасться незаметными для них, как бы мы этого не желали. Утешает только одно – исследователи не осмелятся пресечь горизонт защиты обелиска, поэтому нашей задачей будет как можно быстрее найти брешь в их обороне, затем найти способ обойти защиту обелиска и оказаться в непосредственной близости от него, провести несколько быстрых экспериментов и вернуться обратно, пока исследователи не успели спохватиться. Для кого-то из нас это может оказаться билетом в один конец. Если кто-то желает остаться на базе и продолжить работу в составе стражей, как раньше – мы никого не держим. Дело абсолютно добровольное и связано с огромным риском.

Молчание в зале красноречиво дало понять, что никто не собирается отступать. Я оглядел всех вместе с Поповым, кого-то подбодрил улыбкой, кому-то кивнул, хотя у самого меня на душе скреблись кошки. Капитан завершил.

– Ну что ж. Удачи всем нам.

***

Экраноплан нёс нас над морем к модулю связи. Скорость была очень высокой, добраться до цели мы должны были в течение двух, от силы трёх часов. Наша цель была расположена на севере Египта – именно там проводили исследования группа Деймона и именно там всё должно было проясниться. По крайней мере, мы на это надеялись. Подступы к обелиску были под надёжной защитой, но ещё на базе мы продумали несколько сценариев, которые позволили бы нам оказаться в непосредственной близости от изваяния и развязать руки группе стражей, которые должны были провести нас ещё глубже.

Сам обелиск при появлении разрушил древнюю крепость на берегу средиземного моря, в Египте. Появившись в этом месте пятьдесят лет назад, он сразу же привлёк внимание археологов, поскольку, предположительно, появился примерно там, где раньше находился Фаросский маяк. Кто знает, возможно, одно из ранних появлений обелисков разрушило это чудо света. Сейчас обелиск возвышался на небольшом острове, над морем. Доступ по суши к нему был только по относительно небольшому участку земли, шириной в несколько сотен метров.

Наш основной сценарий предполагал ночное подводное проникновение к маяку при помощи оборудования для дайвинга и специальных легкомоторных ручных подводных устройств. Экраноплан должен был высадить нас в нескольких километрах от первых наблюдательных патрулей, состоящих из небольших эсминцев, курсирующих окружные воды по определённому графику. Знание этого графика, полученное из разведданных, позволяло пробраться незаметными между патрулями, а движение на двадцатиметровой глубине было перестраховкой на случай смены графика караула.

В случае возникновения непредвиденных ситуаций и преждевременного обнаружения нашей десантной группы, нам должен был помочь отряд поддержки при помощи отвлечения на себя основных сил противника.

Такой план действий был у первой группы и отряда поддержки. Но даже, если первая группа не была обнаружена, отряд поддержки всё равно должен был отвлечь противника от действий второй группы, высадка которой предполагалась с суши. Оттуда, должны были выдвинуться половина нашего отряда в составе меня, Дружка, Потанина, Миши, капитана Попова, нативщика стражей и миссис Деймон. Связано это было с тем, что Хелена катастрофически боялась подводной операции и согласилась проникнуть к обелиску только по сухопутному пути.

Наша группа причалила к небольшим скалам, которые закрывали наше прибытие от сухопутного наблюдения. Мы высадились, проверили окружающее пространство на опасность, расположились вплотную к скалам и начали ждать сигнала от отряда поддержки. По договорённости, таким сигналом должен был стать залп из бортовых орудий небольшого ракетного катера, который летел с нами на экраноплане.

– Александров, будь начеку, полная боевая готовность. Дорохов, Буянов, поднимитесь наверх, проверьте, что там всё чисто. Потанин, в твоём расположении Дружок, воспользуйся им и прочеши береговую линию. Если он что-то учует – возвращайтесь немедленно.

Отдав приказания, Попов глянул на часы.

– Сигнал подадут через пятнадцать минут, соблюдаем режим тишины, после чего поднимаемся наверх и быстро движемся к условленной точке вдоль береговой линии. Пробежка займёт примерно час. В условленном месте, мы встретимся с остальным отрядом, они должны будут к тому времени найти проход прямо к обелиску. Хелена, вы готовы пробежаться.

– Гоняете старуху почём зря. Но что уж с вами поделать.

Через десять минут Потанин и разведчики вернулись к нам, отчитались о том, что всё чисто, и в условленное время, вы увидели яркие вспышки в море, в паре километров от берега. Затем до нас донеслись гулкие взрывы. Потанин выждал ещё две минуты, затем гаркнул.

– Выдвигаемся.

И мы рванули наверх. Первыми шли Миша и Дейзи – девушка страж, которая вызвалась сопровождать нас в качестве бойца естественника. Прямо за ними бежал я рядом с Дружком, затем Попов рядом с Хеленой, помогая ей двигаться с нашей скоростью. Замыкал колонну Потанин, у которого за плечами висел огромных походный рюкзак.

Удивительно, но сухопутную часть прямо до горизонта защиты обелиска мы прошли довольно быстро, без особых происшествий. Пару раз останавливались перевести дыхание и проверить наличие патрулей, но создавалось впечатление, что мы сильно перестраховались, поскольку за всё время, мы не встретили ни единой живой души. Как будто исследователи давно забросили данный обелиск, либо просто сняли охрану за ненадобностью.

Придя на место встречи со второй половиной группы раньше положенного срока, мы остановились. Местом нашей встречи было небольшое строение, расположенное прямо у края защиты, я почувствовал мощное давление обелиска, такое же, как в тот день, когда мы чуть не потеряли товарища. Здание стояло на возвышении, после которого начинался затяжной спуск вниз, к обелиску. Дом был двухэтажным заброшенным особняком, одиноко стоящим в поле, было сильно обветшалым, и казалось, что вот-вот развалится на части.

Тем не менее, нам не приходилось выбирать, и мы пробрались внутрь, в ожидании наших друзей. Мне было немного не по себе, и я высказал свои опасения командиру.

– Капитан, что-то тут не так. Не поверю, что исследователи не оставили тут никакой охраны. Даже если так, наш ракетный катер должен был тут всех встревожить и, как минимум, мы должны были слышать звуки охранной сирены. Но тут как будто никого нет.

– Мне тоже это не нравится, Серёга, но отступать уже поздно. Ждём остальную группу и решаем, что делать дальше.

Обелиск был виден из окна нашего укрытия, и я старался оценить весь оставшийся до него путь. Он пролегал по густым зарослям леса, прерывающегося небольшой опушкой, после которой вновь начинались густые джунгли, заканчивающиеся непосредственно у изваяния. Тут и там были разбросаны здания, такие же старые, как наш особняк. Вокруг была полная тишина, поэтому приближающуюся группу людей мы услышали за несколько десятков метров до нашего расположения. Мы приготовились к атаке и взяли оружие на изготовку, а капитан тихо засвистел, имитируя звук певчей птицы. Наши опасения были напрасны, поскольку в ответ мы услышали такой же свист Дымова. Мы облегчённо выдохнули.

– Слава богу, все добрались без потерь.

Отряд собрался в гостиной особняка. Дымов тоже был встревожен, как и мы.

– Капитан, боюсь, нас толкают в ловушку. Полная тишина, ни единой живой души. Даже катер наш никто не преследовал. Не нравится мне это, Димон.

Пётр редко называл капитана по имени во время заданий, поэтому такое обращение резануло всем слух.

– Спокойно, старлей. И не из таких передряг выбирались. Согласен с твоими суждениями, но повернуть обратно мы уже не сможем. Уверен, что, как минимум, по суши, нам уже отрезали путь, если им действительно известно, что мы проводим здесь операцию. Остаётся надеяться, что у нас есть пути отхода по воде, простите миссис Деймон, но, видимо, вам всё же придётся поплавать. Дэшэн, вы сможете провести нас внутрь?

– Да, капитан. Мы проверили часть периметра и нашли небольшой участок с наименьшим количеством возмущений. Сергей сможет нас провести глубже, не сомневайтесь. Но мне тоже не нравится, что мы идём прямо в расставленные сети. Боюсь, путь по воде уже также отрезан, не может быть всё так просто...

Дэшэн резко прекратил говорить, поскольку наши переговорные устройства резко включились. И все мы услышали чей-то голос.

– Товарищи стражи и отряд Дамаск. Предлагаю вам немедленно сдаться. В противном случае, нам придётся применить силу, что чревато серьёзными последствиями и потерями с обоих сторон. Мы знаем, что вы где-то на горизонте защиты. Не делайте поспешных действий, которые повлекут за собой вашу гибель.

Попов включил обратную связь.

– Герасимов, ты что ли?

– Привет Димка. Я, а кто же ещё? Ну и кашу вы заварили, давайте прекращать. Попов, ну куда тебя-то понесло, ладно молодёжь понесло, но ты-то куда. Неужто приключений захотелось?

Мы переглянулись, Попов натужно улыбнулся.

– Пошёл ты...

Но договорить капитан не успел, поскольку второй этаж нашего укрытия снесло подчистую мощным крупнокалиберным снарядом.

– Вот говнюк!

– Ничего личного, капитан. У меня приказ стрелять на поражение. Живой?

Командир не стал отвечать.

– Уходим. Дэшэн, ведите к проходу.

Весь отряд вместе со стражами высыпал на улицу. «Ресёрч Индастриз» решил окончательно разобраться с проблемой дезертиров, поскольку мы услышали громкую канонаду артиллерийских залпов, уничтоживших особняк подчистую.

Стражи вели нас к проходу, снаряды позади начали взрываться вслед за нами.

– Пеленгуют по радиопередатчикам, сбрасывайте все переговорные устройства.

Мы подбежали прямо к густым зарослям и остановились. У меня в голове сильно гудело, перед глазами поплыло, я перестал соображать, что происходит. Дэшэн подошёл ко мне и отвесил мне мощную оплеуху, приведя в сознание.

– Сергей, не время расслабляться, нужна твоя помощь. Сконцентрируйся на проходе. Нам нужно пройти по нему, но только способности барьера помогут не попасть в потоки. Веди нас.

Только сейчас я увидел лёгкую дымку, сковывающую лес ровной полосой. Там, где она заканчивалась, лес остановился, будто намеренно срезанный просекой. Сосредоточившись на ней, я попал в стазис, но мощная головная боль вышвырнула меня обратно. На глаза накатились слёзы.

– Не могу, не пускает.

– И что нам теперь делать?! Мы тут все сдохнем сейчас.

На выручку неожиданно пришёл Дружок. Он бросился к лесной чаще, в направлении, известному только ему, остановился прямо перед лесом, повернулся к нам и начал громко лаять, призывая отправиться за ним. Потанин рванул к нему, протянул руки к лесу, а мы все наблюдали за его действиями. Тот зашёл в чащу, исчез на какое-то время из вида и вернулся обратно.

– Пойдёмте, видимо, пёс чует проход. Быстрее, быстрее!

Группа отправилась вслед за дружком и Потаниным. Голова ужасно болела, я опирался на плечо Дымова. И шёл прямо к обелиску. В какой-то момент, я даже думал, что потеряю сознание, но тут ко мне подошёл Дэшэн, подхватил с другой стороны и, шагая, начал мне пояснять.

– Твой организм сопротивляется слишком большому потоку обелисковой энергии, ты должен расслабиться, иначе будет хуже. Кроме того, ты барьер, что накладывает дополнительную нагрузку. Доверься нам, дай потоку пройти сквозь себя и не сопротивляйся.

– Ли, я не могу. Мне кажется, я сейчас усну.

После этих слов, я начал терять сознание. Глаза сами собой закрылись, и я вырубился. Я не почувствовал, как друзья подхватили меня, не видел, как соорудили носилки из окружающих ветвей и понесли сквозь чащу. Как рассказали мне позже, когда я очнулся, они пронесли меня прямо до изваяния, успели расположиться неподалёку и обсудить наше положение. А оно было очень плохим. Мы попали в ловушку, ловко расставленную нашими же товарищами. Всё, что нам оставалось – только довершить начатое.