Мертвая жизнь

Когда тебя катапультирует в совершенно новую жизнь — или, по крайней мере, с размаху прижимает к чужой жизни, словно лицом к окну, — приходится переосмыслить, кто ты есть. Или каким тебя видят другие.

Джоджо Мойес

— С днём рождения!— крикнули мама и папа, заходя в мою комнату с небольшим тортом рано утром.— тебе исполнилось восемь. Моя девочка подрастает, даже не верится. Задувай свечи и обязательно загадай желание.— сказала мама, а папа лишь застенчиво улыбнулся и поцеловал меня в макушку.
Я зажмурила глаза и загадав желание сдула огонек с свечей и улыбнулась.
— Что же ты загадала?— спросил меня папа.
— Это же желание, но ладно,— я вздохнула.— Я загадала, чтобы я выступила в Большой консерватории в Чикаго.— это мечта всей моей жизни. Поскольку я музыкант, то Вашингтонские коллежские профессора меня очень хвалят. «Я одарённый ребенок», как сказал один профессор в одной из филармоний. Родители гордились мной, когда меня позвали выступать вместе с Вашингтонским оркестром. Я играла на рояли и наслаждалась музыкой, что лилась из клавишных, струнных смычковых, деревянных духовых, медных духовых и ударных инструментов. Это было потрясающе. Это был мой триумф. Тогда меня начали приглашать на все различные концерты, а моя мама приходила на них и слушала, как я играю. Папу постоянно отправляли на работу и он редко попадал на мои концерты. Когда он все же приходил, то моему счастью не было придела. Я хотела, чтобы он видел, каких высот я добилось, чтобы он гордился мной и в конечном итоге подняв гордо голову, якобы говоря «это моя девочка, моя дочь!» и улыбнулся мне.
— Ого... а знаешь детка, я знаю, что у тебя все получится.— сказала мне на ушко мама, папа улыбнулся и посмотрел на меня непроницаемым взглядом, а потом наклонился и обнял нас с мамой.
— А теперь собирайся, мы пойдем в твое любимое кафе.
— Ура!— воскликнула я и начала собираться. А потом...

Шум. Голоса.
— Вставай быстрей! Бежим! Нужно уходить! — кричал какой-то мужчина в форме военного.— толпа Тварей бежит на нас! Третья группа, ответьте. Нужен один отряд. Третья группа!
— Идем! Идем!
— Они по всюду!
Я поднимаю голову и вижу, что я нахожусь в вертолете, рядом со мной Тереза. Неужели она не смогла выбраться еще там или она им настолько нужна?
— Очнись!— крикнул он снова. Я села, но почувствовала, что моя нога болит и горит, а на лице застыла моя кровь. Моя голова так болела, что коктейль боли был обеспечен на долго.
Я села и меня подхватили через плече и похрамывая я бежала вместе с военным, а Тереза впереди нас и ее держал за запястье такой же солдат.

Зайдя в огромное здание, которое не было похоже на то, из которого мы сбежали, я и Тереза стояли рядом и рассматривали огромное здание.
— Где мы?— спросила она смотря на Хейза в тот момент, когда огромные, бетонные двери здания закрылись и военные начали стрелять по тварям.
— А это, детки мой еще один засекреченный штаб,— улыбнувшись ответил он.— увидите их.
Заметив, что к нам подходят военные, что помогали нам выйти из вертолета, они взяли наши руки и скрутили их за спину.
— Нет! Остановитесь! Прошу!— кричала Тереза. Я же шла спокойно и зная, что выбраться от сюда нам не удастся живыми, шла на встречу к своей смерти, снова!
— Не волнуйтесь, вы просто не должны видеть здание, да и лишней суеты нам тоже не надо.— к нам подошла женщина и не в первый раз нам в шею вкололи какое-то снотворное. Такое чувство, что все хотят, чтобы мы спали и их желание сбылось. Я и Тереза начали медленно отключаться.

                                              ***

Я нашел Стива в машине Армандо. Скорее всего, когда была бойня, Маргарет посадила его в первую попавшуюся машину, чтобы спасти его. Он не плакал, а наоборот, его взгляд был отрешенный.
— Эй, воин,— положил я ему руку на его хрупкое плече.— Я рядом, посмотри на меня,— я взял его за подбородок, чтобы он посмотрел на меня, а он в свое время просто кивнул.— Сейчас, закрой глазки и не открывай их до тех пор, пока я не скажу, хорошо?— он снова кивнул и я взяв его на руки, чтобы он не наступил на чужую кровь или не увидел тела, что мы не успели убрать.
Идя вместе со Стивом, я оглядывал людей, что оплакивали родных и друзей. Это все наша вина, если бы мы не приехали к ним, то с ними бы этого ничего не случилось.

— Джош, подойди сюда.— позвала меня Лили. Я подошел и открыв заднюю дверь уже ставшей нашей машины, положил Стива. От усталости, он уснул у меня на руках. Я взял кофту Маргарет, которая еще пазла ей и укрыл Стива.
Закрыв тихо дверь я повернулся к Лили.
— Что будем делать?— спросила она.— Это все наша вина.— помолчав сказала она. Лили закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями и успокоится.

Было уже раннее утро и все мы устали. Люди собирали тела в два ряда, чтобы похоронить, подсчитать и попрощаться с людьми. Достаточно большое количество людей забрал П.О.Р.О.З. и еще одна часть были наполовину живы или мертвы. Я знаю, что во время перестрелки убили пятилетнего мальчика, ребенка. П.О.Р.О.З. должен поплатиться за все, что сделал с людьми!
— Мы заберём всех людей, что в плену у компании и отомстим им. Мне не важно пойдете вы со мной или нет, я сделаю это с вами или без вас!
— Эй amigo,— подошел к нам Армандо вместе с Катриной.

Я никогда не задумывался, почему людей называют в честь ураганов или наоборот. Катрина, что разрушила Новый Орлеан в забытых двух тысяча пятых годах. Ураган снес большую часть города. Вот и Катрина, девушка не хрупкая и любому может дать сдачу, даже военному. Во время бойни я видел, как она дерется, убивает, спасает. Кто бы не был ее родителями, они точно дали ей подходящее имя, Катрина. — не горячись. Штаб очень хорошо защищен. Тебе так просто туда не зайти и не забрать их всех.— сказал он снимая темно- коричневые, кожаные перчатки.
— А что ты предлагаешь? Оставить их в руках зверей?— вглядываясь в глаза, спросил я Армандо.

Мне нужно спасти их, нужно спасти Маргарет и Терезу. Я чертовски волнуюсь за них и не представляю, что с ними могут сделать. Но знаю точно, если они хоть пальцем их тронут, то я убью их. Жестокость никто не отменял.

Маргарет нужна Стиву, также как и... также как и мне.

— Chicos, надо все продумать, если ты пойдешь туда и скажешь «О привет! А я тут зашел за дамами, вы же не против, да? Ну и отлично!» так, не пойдет. Там уйму охраны, военных и врачей. Пойдешь туда и тебя убьют.

Я немного поёжился, ощущая легкое волнение. На самом деле, я бы дико волновался, но все чувства притуплялись. Тревога сжирала меня, отрывая куски по частям. Я старался держать себя в руках, чтобы мутная пелена паники не застлала глаза и не взяла верх надо мной. Но благодаря дикой, звериной злости и желания найти ее, спасти, все чувства, все эмоции притуплялись.

Я закрыл глаза, чтобы подумать, мне надо время подумать! Должен быть хоть малейший шанс. Я не могу ее бросить, не могу бросить Мэгги и не могу бросить Терезу. Они нужны всем. Черт!
— Джош,— положила на мое плече свою руку Лили.— успокойся. Мы вытащим их. Любой ценой.— на слова Лили Армандо лишь пожал плечи и помахал головой.
— Ладно, мы попробуем. Но вместе с ними постараемся вытащить и других Chicos.— упрямым взглядом и с уверенностью в голосе заявляя смотрел на нас Армандо.
— Мы сделаем это,— заключила Катрина.— Но, если вас убьют, уж простите.— она улыбнулась.

                                              ***

Боль. Голова болит, а вместе с ней и нога. Я слышу голоса, тихие, не разборчивые голоса. Вот, только ничего не видно. Пытаюсь открыть медленно глаза но боль, от яркого света, что светит надо мной, не дает этого сделать.
— Она просыпается. Готовьте капельницу.— люди вокруг меня засуетились.

Открыв наконец-то глаза я виду врачей.
— Что, что происходит? Где я? Что вы делаете со мной?— сквозь хрипоту проговариваю я.
— Лижи и не дергайся,— женщина с карими глазами и темной кожей, улыбнулась мне и положила руку мне на плече.— Все будет хорошо, мы всего лишь вколем тебе белки и витамины, что тебе не хватали. Побудешь немного под капельницей, но это не надолго, а потом мы отпустим тебя.— мне ничего не оставалось, как лежать и ждать.
— Где я?— задала я повторный вопрос.
— Ты в безопасности.— лишь проговорила женщина и отошла от меня.

Спустя несколько часов, я уснула. Меня мучала такая сильная слабость, что когда я проснулась, то была уже в какой-то комнате и в чистой одежде. Нога, где была рана немного ныла, но это не помешало мне встать с кровати.

Я стала осматриваться, но ничего примечательного не увидела, лишь белая, железная дверь, что находились в углу комнаты. Моя кровать  и три остальные, также как и моя были подвешены к стене, как в поездах. Но в комнате я была одна.

Тревога засела внутри так глубоко, что ее нельзя было ничем выскоблить или выдавить из себя. Проела внутри все, просачиваясь сквозь кожу и начиная колотить все тело. Вопросы нахлыну волной, словно я тонула.
Где я? Что со Стивом? Все ли с ним в порядке? А в порядке ли все с Терезой или Джошем? Как мне выбраться? И таких было уйму.
Я хотела увидеть Стива в безопасности и самое главное живого и невредимого, хотела обнять Джоша и знать, что с Терезой все хорошо.

Щелчок. Дверь медленно открылась и в комнату зашел Хейз с его мерзкой улыбкой.
— Как спалось? Голова или нога не болит?— улыбнувшись посмотрел он на меня.
— Ну ты и тварь, Хейз!— сквозь зубы сказала я. Моей злости не было предела. Конечно, моя злость автоматически переносилась и на Эрика.
— Знаешь, очень мило с твоей стороны,— покосился он на меня, сново улыбнулся и приблизился ко мне на один шаг.— сейчас мы погуляем с тобой до одного места. Ах да, как видишь, я пришел за тобой лично.— на его реплику я ответила лишь средним пальцем. Он в свою очередь выдавил смешок и взял меня за руку. Я сопротивлялась, но это было бесполезно, так как к нам в комнату зашли два охранника и один из них в доли секунд подлетел ко мне и мертвой хваткой впился в мое плече. Я кричала толи от боли, толи от безысходности. Наверное, жуткая тревога и страх больше не увидеть Эрика, Джоша, Терезу и Лили заставляли меня биться и кричать. Я чувствовала себя как в ловушке, из которой не было выхода, кроме одного, уйти отсюда, но только «ногами вперед». Охранник грубо тряхнул меня, чтобы сбить с меня спесь, и, размахнувшись, всем телом впечатывает меня в бетонную, холодную стену, а потом еще раз бьет меня головой об поверхность, якобы «случайно». В эту секунду, я почувствовала, словно искры из глаз хлынули, вокруг все потемнело. Вот урод! Ударил меня, так еще тем местом, куда ударили автоматом. Тяжелая ноющая боль взревела в голове и что-то влажное и теплое потекло мне по скуле. Рана которая затягивалась медленно, сново закровоточила.
— Достаточно,— Хейз подошел ко мне, чуть не в плотную. Его голос твердым и низким раздался по всей комнате.— Если бы это делал я, то тебе больше бы досталось. Давно у меня рука чешется. Ты мне много хлопот принесла, за эти несколько месяцев, Маргарет!— проговорил он сквозь зубы. Моя голова болела и была готова взорваться, как фейерверк на Рождество. Хейз и охрана видя, что с меня хватит, повели в то самое неизвестное мне место.
Меня тащили по середине от охранников, а Хейз в свою очередь шел спереди.

***

Меня затащили в комнату, которая была похожа на помещение для допросов только, все было в современной выдержке. Прозрачный, явно пуленепробиваемый стол, мало ли кому взбредет, что нибудь сделать, например проткнуть его или же ударить головой об стол, как я хотела бы сделать это с Хейзом. К столу были присоединены наручники, чтобы провинившийся за какое либо содеянное не сбежал от сюда. Эти наручники на меня и надели. Стены были белые и гладкие. Дверь, из которой я вошла, была стеклянная и мне было видно, как врачи и военные, а также еще какие-то люди ходили по коридору. Туда-сюда, туда-сюда.

Прошло пару минут, а я сидела одна и уставившись на стеклянный стол смотрела, как капли крови стекают по моей скуле и по одной алой капли капает на прозрачный стол.

Боль не усиливалась, потому что уже некуда было. Это был предел. Я чувствовала, что я чертовски устала, что я хочу увидеть свою семью и любимых мне друзей: маму, которую не увижу никогда, кроме как фотографии, что оставила Стиву в кармане формы, папу, которого я не знаю увижу ли вообще. Его вечно серьёзное лицо и хмурый вид. Стива, моего младшего, любимого брата, хохочущего, раньше. Джоша с его ярко-голубыми и холодными глазами, которые словно холод пронизывали до костей. Я любила и люблю этот взгляд. Лили, что постоянно веселит, даже когда самой плохо. Терезу, которая всегда все знает на перед. Я так скучаю по всем. Я люблю их.

Я поняла за пару лет, но сейчас убедившись окончательно, что судьба может повернуться совсем не так, как ожидаешь. Ты думаешь, что произойдет одно, а происходит совершенно другое.
Жизнь до ужаса ненормальная. И в ней случаются такие вещи, что кажется, будто это не взаправду. Будто бы кто-то придумал это, чтобы потешится. Но нет, это жизнь! Ненормальная, чокнутая, чертова жизнь!

Сказали бы мне пять лет назад, что все, что случилось произойдет, то я бы сказала, что этот человек свихнулся или прикалывается надо мной. Мне всего шестнадцать. Шестнадцать! Стиву вообще пять!

— Ну здравствуй, Маргарет,— прервал мои раздумья до ужаса знакомый мне голос. Эрик.
Я медленно подняла голову и увидела его, собственной персоной.— Я хочу сказать, ты прости меня, ну за все это.— он снова помолчал, а я смотрела на него не отрывая взгляда. Я сдерживалась, чтобы не закричать.
— Я помогаю им только из-за того, что это необходимо. Мы возможно нашли лекарство, но для этого нам нужны те ребята, что мы забрали от Армандо и ты. Веди себя хорошо и никто, а в том числе и ты не пострадает. Еще раз прости.— он хотел уже идти.
— Стой!— хотела прикрикнуть я, но получился лишь шепот.— Была бы другая возможность, то ты бы сделал это сново?— я просто хотела найти надежду в его глазах, хоть каплю искреннего сожаления.
— Да, я бы сделал это сново и не колебался бы. Ведь, только так можно спасти Землю.— нет, я не увидела ничего, кроме решимости.
Резко встав, что аж голова закружилась, но я смогла устоять. Я схватила его за воротник и прижала к столу, а потом несколько раз повторила это действие.
— Ты все испортил!— крикнула я.— Ты виноват во всем! Урод!— мои нервы сдали. Последняя капля. Шепот перешел на крик, который ломался при каждом слове.
Охрана услышав мой крик и увидев всю ситуацию, пытались оттащить меня и когда я опустила Эрика, но перед этим хорошенько ударив его кулаком по лицу, что голова его повернулась, я ногой подвела стул, чтобы он оказался возле меня и на то расстояние, что хватили наручники, взяла стул в руки и слегка развернулась, и ударила одного, затем другого охранника, пока они оба не повалились на белую, холодную плитку. Я повернулась к Эрику, а он уставившись на меня испуганными глазами и вытирая кровь с губы, вышел из комнаты. В эту же секунду я увидела охранников, которые подоспели на подмогу напарникам, что лежали на полу и уже начали вставать.
А потом снова врач, сново укол, сново меня тащат куда-то и сново сон. Это никогда не кончится.