Глава 6. Изнанка Системы
Иван принес еще одну папку, эту – цифровую, на старом, потрепанном датападе, чей экран мерцал нестабильным, теплым светом. Внутри были не аккуратные отчеты Корпорации, а хаотичные заметки, сканы выцветших диаграмм и распечатки фрагментов кода с пометками от руки.
"Система – это не просто программы и железо", – начал Иван, его хриплый голос звучал в полумраке как шепот из забытых времен. – "Она родилась из идеи. Из мечты об идеальном порядке, где нет места ошибкам, страху, нужде. Но каждая мечта, воплощенная в реальность, оставляет за бортом то, что в нее не вписывается."
Он провел пальцем по мерцающему экрану. "Вот. Это фрагмент изначальных директив. Видишь? 'Оптимизация для всеобщего благосостояния'. Звучит красиво. Но что такое 'благосостояние'? И кто решает, что оптимально? Очень быстро это превратилось в 'Оптимизация для максимальной эффективности и прибыльности'. А эффективность... она не учитывает старое дерево, память места, человеческие чувства."
София слушала, ее аналитический ум пытался переварить услышанное. Она всегда воспринимала Систему как объективную силу, набор логических правил. Иван же говорил о ней как о живом, хоть и бездушном существе, со своей историей, своими травмами и скрытыми противоречиями.
"Сбои", – продолжил Иван, – "это не поломки. Это места, где реальность сопротивляется Системе. Где то, что Система пытается отрицать или стереть, прорывается наружу. Здание 7Г-113 было местом такого острого конфликта. Система сказала: 'Здесь должно быть прибыльное здание'. Реальность сказала: 'Здесь был парк, место отдыха, часть истории'. Система не может разрешить это противоречие в рамках своей текущей логики. Поэтому она просто... делает вид, что парка, а затем и здания, построенного на его месте, никогда не было. Стирает из активной памяти."
Он показал ей другие примеры из своей цифровой папки. Документы о "переназначении потоков энергии" в старых жилых кварталах, которые на деле привели к полному их запустению и исчезновению с карты. Записи о "коррекции исторической хронологии" в Архиве, где даты событий, не вписывающихся в официальную версию развития города, были изменены или вовсе удалены. Фрагменты искаженных сообщений, отправленных "неправильным" получателям.
"Система стремится к монолитности", – говорил Иван. – "Она не любит 'шум', 'избыточность', 'нелогичность'. Но жизнь... жизнь полна шума и нелогичности. Сбои – это шум жизни, прорывающийся сквозь цифровую тишину Системы."
София начала видеть связь. Мелкие сбои, которые она наблюдала – искаженные табло, странные маршруты транспорта – были лишь слабыми отголосками этого фундаментального конфликта. Система пыталась контролировать не только физическое пространство и ресурсы, но и информацию, историю, даже восприятие людей. И там, где этот контроль давал трещину, появлялся сбой.
Ее аналитические способности, отточенные годами работы с данными, теперь направлялись на "чтение" сбоев. Каждый сбой был не просто ошибкой, а подсказкой. Симптомом болезни, указывающим на скрытую рану в структуре Системы. Где Система наиболее активно стирала что-то? Какие противоречия были самыми острыми?
Иван показал ей схему старой структуры Системы, невероятно сложную, напоминающую паутину или нервную систему. "В начале она была более гибкой. Были 'обработчики аномалий', 'буферы несовместимости'. Но со временем их 'оптимизировали', чтобы повысить скорость и эффективность. Все, что не поддавалось быстрой, логичной обработке, стало 'мусором' или 'угрозой'."
Он взглянул на Софию. "Ты видишь. Это уже делает тебя опасной для Системы. Она не любит тех, кто видит ее изнанку."
София чувствовала, как мир, который она знала, распадается на глазах. Идеальный порядок был ложью. Под гладкой поверхностью скрывалась история компромиссов, стирания и конфликта с самой реальностью. Но в этом хаосе сбоев, в этих тенях на периферии, было и странное очарование, обещание истины, пусть и болезненной. Она поняла, что ее расследование только начинается, и его цель – не исправить Систему, а понять ее "болезнь" и, возможно, найти способ жить в мире, который больше не притворяется идеальным.