Глава 34
Мы прогуливаемся с Фреиром по улицам, освещённым огнями неоновых вывесок, он увлечённо рассказывает истории из детства, а я время от времени перебиваю его восклицаниями и взрывами смеха. На этот раз я была отпущена под надзором Джеймса, который так настоятельно посоветовал Фреиру охранять меня, как будто я – десятилетняя школьница, а он – строгий отец. Уходя, я показала атланту язык, а тот в ответ лишь закатил глаза в своей обычной манере. Мне всё ещё было неловко после нашей недавней размолвки, особенно замечая то, как Джеймс относится ко мне: осторожно, внимательно и более терпимо, чем раньше, будто я хрупкая фарфоровая кукла, которую он держит в руках и боится сломать ненароком.
Я вглядываюсь в светящееся от счастья лицо Фреира рядом со мной и в который раз поражаюсь различию между ним и Джеймсом. Эти сияющие серебристые глаза, приятная, искренняя улыбка, ямочки на щеках, разметавшиеся под шапкой белоснежные волосы, отливающие серебром, как снег в свете одинокой луны в длинную зимнюю ночь; крючковатый нос, который, однако не убавляет очарования его лица. Да и сама фигура атланта, его легкая походка, небрежные, не наигранные жесты, развевающиеся полы теплого пальто навевают мысли о "своём" человеке. Я не могу угадать чувства Фреира, однако насчёт своих могу быть уверена: кажется, мне посчастливилось найти родственную душу. Мы с Фреиром понимает друг друга с полуслова, угадываем мысли и наши вкусы в основном совпадают. Это похоже на настоящее родство душ, даже несмотря на то, что мы разной крови.
Кажется, будто даже промозглый ветер и противный мелкий дождь повинуются, исчезая в лучах света, которые источает наша маленькая компания. Фреир поправляет очки и оборачивается ко мне с добродушной улыбкой.
- Вот скажи, Сьюзен, что ты думаешь обо мне?
Искреннее, почти что детское любопытство сквозит в этих словах, однако внезапный вопрос приводит меня в ступор и на каких-то несколько мгновений выбивает мои мысли из привычного русла. Я не хочу красоваться или лицемерничать перед ним, поэтому позволяю своим словам течь легко, не повинуясь суровому рассудку:
- Ты очень хороший, и заботливый. Очень сильно любишь свою сестру. У тебя отличный вкус в музыке. А ещё... - я набираю в лёгкие побольше холодного воздуха, чтобы, наконец произнести то, что я уже так давно осознала: - Думаю, в тебя легко влюбиться.
Мы останавливаемся. Всего несколько необдуманных и наивных слов заставляют меня густо залиться краской. Я даже начинаю сомневаться в правильности моего решения о том, чтобы говорить Фреиру только правду. Однако безмятежное и просветлевшее на миг лицо моего друга развевает любые мои сомнения.
- Наверное, ты права, - он отрешенно смотрит куда-то мимо меня и качает головой, как бы в такт мыслям, что рождаются у него в голове. – Однако, - замечает атлант с смешком, - не думаю, что кому-то вздумается влюбиться в тощего очкарика-ботана.
Его наивность и смущенная речь заставляют меня рассмеяться.
- Веришь или нет, в сказках про любовь в итоге девушки отдают свое сердце именно таким парням.
- Но мы же ведь не в сказке живём.
- А что мешает тебе это изменить? – в моих словах звучит изумление.
Фреир смущенно улыбается и отворачивается. Его голос звучит приглушенно.
-Ты права. Наверное, сейчас как раз самое время...
Фреир наклоняется ближе ко мне, а мой взгляд скользит вдаль, за его плечо. По улице медленно, размеренной поступью двигается высокий, с неестественно прямой осанкой атлант, едва размахивая начищенной до блеска тростью из темного дерева с серебряным наконечником в виде головы дракона. Он идёт высоко держа голову, грациозно, как истинный аристократ и сама его походка, идеально выглаженная одежда без единой складочки, пронзительный взгляд глаз цвета самой чистой морской бирюзы источают властность и уверенность. Кровь стынет в моих жилах, а сердце проваливается далеко в пятки. У меня уходит мгновение на то, чтобы осмыслить ситуацию и, схватив Фреира за руку, потащить его в ближайший переулок.
Тишину безлюдной улицы нарушает лишь отдающийся эхом цокот каблуков чопорного атланта и моё шумное дыхание.
- Что-то случилось? – обеспокоенно спрашивает Фреир, с недоумением поглядывая то на меня, то на улицу, по которой мы медленно и спокойно прогуливались, болтая, как лучшие друзья, всего несколько минут назад.
Я прижимаю палец к губам и чуть высовываюсь из-за рога переулка. В моей голове не умолкает панический голос, упрямо твердящий одно и то же. "Алакит Кор де Бран".
Аристократ заходит в одну из лавок, расположенных аккуратными рядами по обе стороны улицы, перед этим внимательно оглядываясь вокруг. Я прячусь обратно в переулок и зажимаю ладонью рот, стараясь изо всех сил дышать как можно тише, чтобы ничем не выдать своё присутствие. Мне не удаётся долго избегать объяснения: Фреир ласково касается моего плеча, заставляя вздрогнуть от внезапности и, когда мой взгляд снова обращается к нему, спрашивает:
- Сьюзен, что произошло?
Я снова слышу своё сбивчивое дыхание, оглушающий хруст мусора и шелест листьев под моими ногами, чувствую, как стремительно заканчивается воздух в моих лёгких, в то время как атланты позади меня, кажется, готовы бежать вечность. Затем – солоноватый привкус крови на моих губах и инстинкт, который говорит мне: "бей, беги, бей, уклоняйся, бей, бей, бей". Чувствую острую боль, пронзающую моё плечо алой молнией, теплое тело Джеймса рядом, затем снова бег и мощный прилив адреналина, от переизбытка которого кружится голова. И кровь, боль, гнев, преследующие меня всё время, как призраки.
Фреир легонько берет меня за плечи и встряхивает, выводя из оцепенения. Несколько секунд беспомощно перевожу взгляд то на него, то на темный переулок вокруг, пытаясь успокоить хаотичный потом мыслей.
- Ты в порядке? – голос атланта звучит слишком встревоженно.
Я киваю и вновь прижимаю палец к губам. Всё, что сейчас требуется – это тишина и узнать, что же нужно атланту из Высшего Круга в маленьком переулке в квартале бедняков. Для этого нужно подойти поближе. Чрезвычайно рискованная задумка, потому что – как я догадываюсь – после неудачной слежки за атлантом моё лицо ему знакомо, а по силам я не ровня даже слабейшим из атлантов – куда уж бросаться в бой с высшим. Однако адреналин уже яростно бурлит в моей крови, от чего в ушах стоит звон.
Выскальзываю из переулка, знаком приказывая Фреиру оставаться на месте и крадусь к лавке, в которой совсем недавно исчез Алакит Кор де Бран. Сквозь мутное стекло почти ничего не видно, затрудняет обзор и приглушенный свет внутри помещения. Однако я могу разглядеть две фигуры в глубине лавки, одна – высокая, излучающая силу, вторая – ниже и грузнее. Мне бы только услышать, о чем они говорят! Я забываю обо всём: об опасности, которая ждёт меня, если Алакит обнаружит, что мои серебристые глаза – обманка, о Фреире, который дожидается меня за углом, недоумевая, что происходит. Приходится обойти лавку вокруг в поисках любой лазейки, но всё тщетно: нигде ни щелочки, ничего, что помогло бы мне услышать то, что обсуждает Алакит Кор де Бран с незнакомцем. От бессилия хочется кричать. Как же я жалею в такие моменты, что мой слух далёк от атлантского! Прислоняюсь к двери и отчаянно пытаюсь услышать хоть что-то, хоть одно-единственное слово, но меня ожидает полное разочарование.
От злости, занявшей все мысли, я забываю про осторожность и дверь, чуть скрипнув, поддаётся под моим весом. Звук предательских китайских колокольчиков над дверью звучит оглушительнее взрыва атомной бомбы, когда я приземляюсь носом прямо на коврик у двери. Ветер, обрадовавшись свободе, радостно заносит внутрь прохладу с улицы. Думаю, что холод даже самого сильного арктического ветра не сравнится с холодом, который излучали глаза Алакита Кор де Брана, когда наши взгляды встретились.
Меня передернуло, словно сам этот взгляд заставил всё тело содрогнуться от электрического заряда. Я раньше никогда не была так близко к настолько могущественному атланту, так что теперь мне впервые довелось почувствовать чужой ореол мощной энергии, окружавший Кор де Брана незримой пеленой. Как рядом со мной находился кокон из наэлектризованного воздуха.
Ощущение собственной ничтожности и незначительности рядом с таким могуществом, стыд и страх ледяными когтями сцепили моё сердце, сковали по рукам и ногам. Думаю, я бы и продолжала там так же лежать ничком, если бы древний, глубокий и полный силы голос, который проник в самые кости, не повелел:
- Вставай!
Тело повиновалось ему, игнорируя возмущенные вопли разума. Дверь захлопнулась, обдав меня волной холода и заставив содрогнуться от удара весь крохотный магазинчик.
Я почувствовала себя глупой мошкой, застрявшей в липкой паутине. С каждой отчаянной попыткой выбраться сети затягивались только туже, а паук молча наблюдал в стороне за тем, как его жертва выбивается из сил и терпеливо ожидал, пока она сдастся. Я в ловушке, и на этот раз рядом нет Джеймса, который смог бы меня спасти.
Любопытство сыграло со мной злую шутку.
Атлант в плаще передо мной опустил какой-то сверток на прилавок и небрежным движением отбросил полы плаща. Его пытливый взгляд цвета морской бирюзы блуждал по мне, скользил по моей одежде, лицу так, словно я была не более, чем насекомым, которое он старался оценить, прежде чем пришпилить рядом с остальными экземплярами в своей бесчисленной коллекции.
Кор де Бран пытался прощупать меня, вычислить возможную угрозу, если она существовала. Всё тело словно парализовало, и я не могла понять, причина этому влияние могущественного высшего атланта передо мной или всепоглощающий ужас. Второй незнакомец, которого я видела через запыленное стекло, метнув на меня короткий взгляд блеклых глаз, отступил вглубь лавки, так что я не могла рассмотреть ровным счетом ничего: ни его лицо, ни телосложение, ни одежду.
Но несмотря на страх, одного взгляда на сверкающие гневом глаза высшего атланта хватило, чтобы в моей голове стремительно завертелись колесики. Глаза Кор де Брана, Виктори, Джеймса и даже Фреира всегда слабо сверкали в темноте и обладали яркими красками, в то время как бледные радужки незнакомца легко скрылись в темноте. Как бы невзначай вспомнились мои собственные глаза без линз, которые так же легко исчезали в темноте, в то время как золотые зрачки Джеймса всегда слабо сверкали, будто бы светясь изнутри.
Неужели второй незнакомец, который так рьяно прячется в тени - человек?
Алакит Кор де Бран плавно и грациозно, как хищник, приблизился и, мерно постукивая изящной тростью, обошел вокруг меня. Волны чужой бушующей энергии наталкивались на меня, грозились сбить с ног.
Хотя атлант, кажется, пока что не думал использовать свою способность.
Кажется, Джеймс говорил, что Кор де Бран - Разрушитель? Если это так, то мне точно несдобровать.
- Я не встречал тебя ранее, - мои кости содрогнулись от звука его голоса. – Кто ты? Кто нанял тебя, маленькая шпионка?
Речь атланта была тягучей, он намеренно растягивал слоги, внимательно наблюдая за каждым моим движением.
- Господин Кор де Бран, может лучше избавиться от неё? – послышался сиплый голос с темноты магазинчика.
Губы-нити растянулись в подобии улыбки.
- Нет, сначала я узнаю, что это за птичка, и зачем она здесь.
Цепкие, тонкие пальцы атланта – про такие говорят аристократичные - вцепляются мне в подбородок и заставляют поднять взгляд. На глаза набегают слёзы унижения и страха. Как бы я не старалась наконец взять себя в руки, склизкие щупальца страха опутывают всё тело – я не могу сдвинуться с места.
- Всего-навсего глупая низшая, - Алакит Кор де Бран выплёвывает эти слова как оскорбление и выпускает мой подбородок, мгновенно теряя ко мне если не весь, то почти весь свой интерес. - Вопрос только в том, кому нужен этот сброд, чтобы шпионить? Низшие ни на что не годны, и я твержу это Кругу уже так давно. Пора бы вытравить их как человеческих крыс, - с этими словами атлант снимает одну из кожаных перчаток и быстрым шагом приближается ко мне. Наконец, осознавая всю безысходность ситуации, я выхожу из оцепенения. У меня недостаточно сил, чтобы драться с таким могущественным атлантом и недостаточно ни времени, ни ловкости, чтобы увернуться и убежать. Видимо, это и есть конец моей жалкой жизни. Снова трущобы, снова атланты, снова моё полное бессилие. Как там говорят? "От судьбы не убежишь?" Теперь я поняла всю суть этих слов.
Я отступаю к стене, натыкаюсь на огромный стеллаж и неуклюже падаю на пол; а атлант неспешно приближается, но на его лице блуждает абсолютная скука, как будто перед ним не испуганная девочка сжимается на полу, а всего лишь невзрачная блошка. Если Джеймс был прав, то достаточно одного прикосновения Кор де Брана - и я превращусь в кучку бесцельно блуждающих атомов, исчезну, и никто так и не догадается о том, где и как я погибла: ни Джеймс, который так долго оберегал меня, ни Фреир, который терпеливо дожидается меня снаружи. Я готовлюсь к неминуемому, ожидая чего угодно: нестерпимой боли, всепоглощающей темноты, - сжимаю зубы и зажмуриваюсь так крепко, что перед глазами начинают плясать разноцветные искорки.
Если это конец, то пора смириться.
Рука, оказавшись почти у моего лба, на миг замирает. Моё тяжелое дыхание заглушает звук китайских колокольчиков над дверью, оглушительный среди мрачной тишины крохотного магазинчика. Я открываю глаза, оборачиваюсь на спасительный звук и тут же замираю с открытым от изумления ртом. В проходе стоит, неловко переминаясь с ноги на ногу атлант с серебристыми волосами, на плечи его длинного черного пальто мокрые из-за снега. На меня мгновенно снисходит величайшее облегчение, которое тут же сменяется страхом: Фреир не должен был приходить – теперь убьют и его. Однако, кажется, такой смущенный и растерянный обычно атлант, скучающим взглядом обводит магазинчик и таким же тоном произносит:
- Кажется, я потерял мою подругу. Как думаете, господа, она не могла зайти сюда?
Меня пробирает дрожь: атлант балансирует на очень тонкой грани. С такой непринужденностью разговаривать с высшим атлантом слишком опасно, хотя, кажется, Фреира это вовсе не заботит – мой друг держится на редкость уверенно.
Алакит Кор де Бран передо мной напрягается и оборачивается к Фреиру, поспешно убирая ладонь от моего лица, так что наконец я могу вздохнуть спокойнее.
- А-а-а, мистер Коул, - разочарованно протягивает он. – Не ожидал вас увидеть здесь в такой поздний час.
Голос высшего атланта совершенно пресный: ни недовольства, ни насмешки, ни раздражения – ровным счетом ничего. Сухая, безвкусная учтивость. Только вот откуда он знаком с Фреиром для меня – сущая загадка.
- Здравствуйте, господин Кор де Бран, - голос Фреира такой же холодный и учтивый, как у его собеседника. Я ожидала, что он растеряется или запнется, но друг ничем – ни единым жестом или даже дрожью в голосе - не выдает своё волнение.
– Вы не видели девушку, лет шестнадцати с длинными каштановыми волосами? Кажется, она отстала во время нашей прогулки и немного заблудилась.
Алакит Кор де Бран крепко сжимает руки в кулаки, а я буквально чувствую, как дрожит аура его энергии, как его сила рвется наружу: атлант страшно зол. Я съёживаюсь в комочек, стараясь стать как можно более незаметной, спрятаться от этой разрушительной мощи, ледяные волны которой касаются моей кожи, и тут меня замечает Фреир.
- А-а, - протягивает он, делая шаг мне навстречу. – Вот же она. Почему вы не сказали раньше?
Фреиру приходится остановиться, так как путь ко мне ему преграждает высокая аристократичная фигура. Губы Алакита Кор де Брана подрагивают от едва сдерживаемого гнева, ладони сжимаются так, что костяшки белеют – одна рука до сих пор без перчатки, - а глаза метают громы и молнии.
- Твоей девчонке стоит поубавить своё любопытство, - шипит он и вытягивает свою трость, так что она упирается в грудь беловолосого атланта. Я достаточно привыкла к опасному и необычному миру атлантов, поэтому, выскочи сейчас из древка трости в грудь моего друга кинжал, я бы не удивилась.
Ни одна мышца на лице Фреира не дрогнула, когда трость коснулась его плаща, но я увидела, как среди белоснежных зубов атланта блеснули острые хищные клыки, стоило ему заговорить. Проявление способности атланта или всего-навсего игра света?
- Господин Кор де Бран, моя подруга всего лишь заблудилась. Я забираю её, и мы уходим.
Фреир сделал акцент на последних словах. Не приказ, но совершенно неприемлемый тон для атланта рангом выше его, который может стоить моему другу жизни. Всё внутри меня сжалось от страха в ожидании неминуемого наказания для Фреира – как минимум, что Разрушитель превратит его в бесплотную пыль. Однако Алакит Кор де Бран опустил свою трость на пол (древко звучно ударилось о скрипящие старые половицы) и немного посторонился. Едва Фреир приблизился ко мне, Разрушитель схватил его за локоть, и я готова была закричать от леденящего ужаса, но ничего не произошло – беловолосый атлант стоял на месте, целый и невредимый. Руку моего друга крепко сжимала ладонь, обтянутая черной блестящей кожей.
Перчатки. Конечно. Вот как Алакит Кор де Бран сдерживает свою разрушительную силу.
- Впредь следите за языком, мистер Коул. И за своей подружкой, - раздраженно прошипел атлант, выпустив руку Фреира.
Мой друг не обратил ни малейшего внимания на Алакита, словно того не существовало вовсе, и, крепко обхватив меня за талию, выволок из магазинчика – ноги отказывались слушаться, - звучно захлопнув за собой дверь. На улице шел противный мокрый снег и порывы холодного ветра бросали колючие капли в лицо, но моё тело дрожало не из-за холода, а из-за пережитого страха. Сколько раз я ещё буду попадать в ловушку смерти? Когда наконец Фортуна от меня отвернется?
- Ты как? – ласково спрашивает Фреир, всё ещё заботливо придерживая меня. Он отбрасывает свою равнодушную маску, и теперь я вижу, что атлант такой же бледный, как я, если не бледнее. Сквозь полупрозрачную кожу просвечивают сотни крошечных синих и красных сосудов.
- Всё не так плохо, - я наконец выворачиваюсь из объятий Фреира – неловкость снова вытесняет робкое желание остаться рядом с атлантом. – Спасибо, что пришёл за мной.
Он улыбается правым уголком губ, и легкий румянец покрывает его щеки, к которым начинает возвращаться естественный бодрый цвет.
- Всегда пожалуйста.
Оказалось, что спустя несколько минут после того, как я ушла, попросив атланта подождать, он начал беспокоиться. Когда же Фреир обошел все магазинчики вокруг и так не нашёл меня, он всерьёз задумался о том, что я просто-напросто сбежала. Однако юноша решил проверить темную, обычно пустующую лавку и – о чудо! – обнаружил там меня, испуганную, сжавшуюся в комочек в дальнем уголке помещения прямо рядом со смертельно опасной дланью атланта-разрушителя.
Когда же я спросила причину такого уверенного и даже немного вызывающего поведения, тот лишь усмехнулся, поправил сползающие очки и пробормотал:
- Я импровизировал. Атланты такие, как Алакит Кор де Бран терпеть не могут, когда за ними следят, даже из праздного любопытства. Я бы на твоём месте подумал тысячу раз, прежде чем пытаться провернуть такую авантюру и соваться в полутёмный магазин, чтобы пошпионить за атлантом из Высшего Круга.
Высший Круг? Что это ещё такое? Я сделал мысленную пометку, чтобы спросить об этом у Джеймса.
- Я не нарочно.
Видимо, Фреир решил отчитать меня до конца, как нашкодившего ребёнка.
- Верю, но в следующий раз, Сьюзен, думай дважды, потому что я не всегда смогу оказаться рядом.
То же самое мне говорил и Джеймс, только вот даже в его присутствии в неприятности я влипать меньше не стала. Видимо, это моё жизненное призвание – попадать в передряги и чудом (обычно в лице Джеймса, в этот раз - в лице Фреира) выбираться из них живой. Но пока я чувствую рядом со мной жар Джеймса, пока рядом колышутся полы темного плаща Фреира, и я слышу песенку, которую он мурлычет себе под нос, в то время, как на его ресницы опускаются крошечные капли, пока рядом заливается смехом солнечная Виктори – я буду в безопасности в окружении если не друзей, то, по крайней мере, тех атлантов, которым я не безразлична. В окружении атлантов, которые стремятся стать моими друзьями.
Вопрос лишь в том, сколько ещё мне придется им лгать?