Пламя Луны

Иногда душа показывает то, что когда-то уже было. Чтобы вспомнить, чтобы исцелить, чтобы снова выбрать.

Душа. Такое маленькое слово — и такое безграничное по значению. Она вечна и бесконечна. Её невозможно измерить, как и саму Вселенную. У неё нет ни начала, ни конца. Но всегда — всегда — она светит.

Душа выбирает своё воплощение, задачу, урок, талант, способности. Она мудра. И её важно слышать.

Душа всё помнит. Она договаривается с другими душами — чтобы светить, учить, страдать и любить.

Задача воплощения — вспомнить себя. И идти, прислушиваясь, по жизненному пути.

Лунная империя.

Эпоха активного строительства кораблей и космической экспансии. Лунные научились работать с энергиями собственного тела, освоив базовые навыки: перемещение и энергетическое воздействие. Луна — в расцвете. Она занимает главенствующее положение в солнечной системе.

Ресурсы, колонии — всё находится под её защитой.

Эта цивилизация всегда была мягкой и светлой. Рабства не существовало. Все колонии развивались мирно. Лунные передавали им знания, обучали, помогали становиться сильнее.

Но обычные источники питания для шаттлов стали терять эффективность. Началась эпоха поиска альтернатив.

Учёные со всей Империи искали новое топливо — мощное, скоростное, но в то же время простое.

И лишь одна учёная увидела потенциал там, где другие видели лишь бесполезный минерал: в маленьком кристалле, растущем на спутнике Луны-1.

Лавиэнна мар Атал.

Учёная. Доктор первого ранга. Ведущий разработчик космических кораблей нового поколения.

За годы исследований она пришла к выводу: кристаллы — это не просто минералы. Это энергия. Это движение. Это живой поток.

Первые образцы, найденные на спутнике Луны-1, имели хаотичную структуру. Чаще всего — форму сферы или неустойчивых разветвлений. Но даже в таком состоянии они излучали импульсы, словно пульсировали жизнью.

Под руководством Лавиэнны их начали обрабатывать, превращая в платы, которые встраивались прямо в корпус корабля.

Согласно её расчётам, новый шаттл должен был достигнуть ближайшей планеты не за дни, а за считанные минуты. Это могло перевернуть всю космическую навигацию.

И именно её корабль должен был первым совершить этот полёт.

Однако правительство Империи было довольно консервативным и на всё новое смотрело с опаской. Поэтому проект Лавиэнны оказался заморожен.

Но она не останавливалась. По крупицам собирала свой корабль, продолжая работать на благо Империи.

Десятки лет Лавиэнна выполняла разнообразные миссии — путешествовала по новым колониям, неся свет и знания. Обучала группы учёных, отправлялась с ними в экспедиции.

И постепенно правительство сдалось. Её проект получил добро.

Со всех уголков империи съехались учёные, механики, рабочие — все, кто хотел поддержать и помочь. Так начался новый этап создания космического корабля.

Первые попытки были неудачными, но команда не сдавалась. Потому что сама Лавиэнна была уверена в успехе. Работала днями и ночами, забывая о сне и еде. Никто не упрекал её, а наоборот — всячески поддерживал.

Она часто получала заботу в виде чая, булочек или простых добрых слов.

Но одна странность всегда заставляла её задумываться: на рабочий стол приносили много разных угощений, но больше всего запомнился обычный кофе с ароматом ментола и сандала.

Благодаря работе с энергиями, обоняние лунных изменилось. Они стали слышать телесные запахи друг друга — одни вызывали отвращение, другие притяжение.

И именно этот запах кофе вызывал у Лавиэнны непреодолимую тягу.

Но что удивительно — среди всего персонала она не ощущала подобного запаха как от этого кофе. Сначала не обращала внимания, но когда от аромата становилось легче, спокойнее и даже появлялись силы, она задумалась: почему он вызывает такой резонанс?

Попытка найти обладателя этого запаха не увенчалась успехом. Были и постоянные люди, и текучие — уследить за всеми было невозможно. Женщина на время сдалась. Даже ароматный кофе исчез из-под её носа, и она решила, что ей просто показалось.

Прошло время. Как известно, оно лечит, и грани воспоминаний стираются. Ученая продолжала усердно работать, тщательно прорабатывая каждую деталь. Той ночью она решила обойти корабль, чтобы убедиться в правильной сборке всех конструкций. Все сотрудники уже разошлись по домам, и Лавиэнна тоже хотела поскорее закончить и вернуться.

Она открыла планшет с полным описанием деталей и начала сверять данные с расчетами. Обладая энергетической силой, она могла видеть проекцию каждой детали и проверять её соединения с остальными. Новый шаттл будет полностью управляться энергией — именно так работают обнаруженные кристаллы.

Погрузившись в работу, Лавиэнна не сразу заметила шум в другой части корабля. Подойдя туда, она на энергетическом уровне уловила непонятные молнии — детали вокруг искрили и били током. Ученая посчитала это сбоем и решила разобраться. Но в момент воздействия молния ударила прямо в грудь, отбросив её на несколько метров. Сам источник молний тоже отлетел, и их сознания отключились на несколько минут.

Пришедшая в себя достаточно быстро, женщина почувствовала энергетический след — в груди слегка покалывало, и пахло ментолом. Тем самым. Потерев место удара, она посмотрела на корабль. Всё было в порядке. Быстрое волнение сменилось спокойствием.

Тогда она заметила ботинки. Сначала подумала, что кто-то забыл их. Но, увидев подрагивающую ногу, испугалась. Все пазлы сложились: с деталями всё было в порядке, а молнии исходили от человека.

Лавиэнна подошла к мужчине в комбинезоне механика. Лицо было незнакомым — всех постоянных сотрудников она знала, а временные приходили и уходили. На груди у него был значок сферической планеты с кольцами и символ «мар Атал» — значит, он из её команды.

Женщина испугалась, но мужчина дышал. Она привела его в чувства, и алые глаза открылись навстречу ей. Аромат ментола стал сильнее, к нему добавились нотки сандала, когда он поднялся.

— Прости, сильно ушибся? — спросила она.

Мужчина улыбнулся так, будто давно ждал этого разговора. Аромат жасмина с терпкой ноткой имбиря достиг его носа — он так долго ждал этой возможности, и наконец она настала.

— Вы в порядке? — первое, что спросил он, преодолевая волнение.

— Да. Я не знала, что здесь кто-то есть.

— Мел'кай Дир Лун. Механик запасного отряда. Работаю здесь по ночам.

Он выдохнул, будто облегчённо. Кажется, учёная не заметила его волнения, проверила что-то в планшете и мило кивнула.

— Я слышала, что механики работают ночью. Не думала, что столкнусь с ними. Ты обладаешь силой молнии?

— Да.

— Стихийная сила только начинает развиваться. Используй её с умом.

— Благодарю.

— Как ты? Не сильно ушибся?

— В порядке.

Он никогда не признается, что всё тело болит, но видя её голубые глаза, боль как будто стирается.

— Пойдём.

— К-куда?

— Угощу чем-нибудь.

Мел'кай хлопнул глазами — такого точно не ожидал.

— А как же корабль?

— Проверку я закончила. Можно отдохнуть.

— У меня смена.

Его взгляд поник.

— Я должен закончить работу.

— Так, - она поднялась. - Никаких сегодня работ. Это приказ.

— Благодарю. Простите, но если не буду работать — мне не дадут выплаты. Мне нужно помогать сестре с племянником на колониальной планете двадцать пять.

— Старшая или младшая?

— Младшая. Только я у неё остался...

Взгляд мужчины слегка загрустил. Учёная это сразу считала.

— Поэтому ты и работаешь здесь ночами? Хочешь полететь к ней?

— Да. — Он оживился. — Они с мужем были среди первых кандидатов на колониальные планеты. После несчастного случая он погиб, а она осталась одна с ребёнком. Вернуться возможности нет. Поэтому... я верю, что ваш корабль полетит.

Ему показалось, что глаза женщины улыбнулись. Она поравнялась с ним.

— Двадцать пятая планета — это очень далеко, — женщина скрестила руки. — Первые полёты были рассчитаны на большие расстояния. Но с каждой новой миссией энергии или топлива становилось всё меньше. И полёты стали короче. — Учёная положила ладонь ему на плечо. — Мы обязательно вернём их домой.

Мел'кай не ответил. Только слегка улыбнулся. Лавиэнна что-то написала в планшете, оторвала кусочек и протянула ему.

— Покажи это Д'иуру. А когда снова заступишь на смену — зайди ко мне.

Мужчина, чьи волосы необычно переливались на свету, засмущался. Он хотел внимания такой женщины, но, зная её статус и занятость, не думал, что это вообще возможно.

— Не сомневайся. Пойдём.

Лёгкой походкой она направилась к двери. Мужчина ещё не осознал всего, но интуитивно почувствовал — она. Та самая.

Учёная ощутила то же самое. Но в силу профессии подумала лишь: какой интересный опыт.

Они стали чаще встречаться, больше разговаривать. Угощали друг друга вкусностями и верили, что корабль непременно полетит. Им было легко. Вместе.

Оба чувствовали взаимное притяжение, но никто не решался на большее.

Время текло быстро. Корабль потихоньку строился, и всё больше людей откликались на миссию Лавиэнны.

Помимо руководства стройкой и научными разработками, она лично обучала персонал — особенно пилотов и механиков. Готовила их к будущим полётам и тому, чтобы они могли обучать других.

Однако несмотря на внешнюю доброжелательность, правительство иногда ставило палки в колёса.

Дело было в их природе — костной, фундаментальной. Они оставались верными только прошлому и чрезвычайно неохотно шли в ногу со временем.

Это, в конце концов, и приведёт к развалу великой Империи Начальных.

Против Лавиэнны постоянно велась политическая игра. Одни министры открыто высказывались против неё, считая, что её работа — вред для общества. Другие — поддерживали, пусть и с опаской. Третьи так и остались нейтральны. Хотя, скорее всего, каждый из них имел своё мнение — просто не каждый осмеливался его озвучить.

Проект несколько раз закрывали без объяснения причин. А потом — неожиданно вновь открывали. И хотя учёная отличалась стойкостью, даже она временами не выдерживала давления. Иногда ей нужно было просто мужское плечо. Кто-то рядом, кто молча поддержит.

И она нашла это в лице Мел'кая. Обстоятельства сложились сами собой.

После очередного всплеска со стороны правительства, когда её снова не впустили в здание, женщина просто сползла по стене.

Она была выжата. Настолько устала от нападок, что в груди сжималось до боли. Да, она понимала — завтра снова будет работать, снова откроют проект. Это очередная взбучка.

Но сегодняшний день был потерян.

Она сидела на холодном полу и пыталась не разрыдаться, убеждая себя в завтрашнем дне. И тут — знакомый аромат. Ментол, сандал... и, конечно, кофе с корицей. Его любимый. Теперь и её.

— Снова закрыли?

Мел'кай протянул ей стаканчик.

— Да... — тяжело вздохнула она. — Благодарю.

— Мне ребята рассказали. Да и рассылка пришла: "не приходить на работу".

Лавиэнна молча пила кофе, держась за висок.

— Жаль, за дни простоя нам не платят.

— Я лично тебе заплачу.

Он присел рядом.

— И всем остальным. Это моя вина.

— Хей, хей, хей... — он взял её за руку. И она не была против. Не оттолкнула. Аромат имбиря окутал его.

— Ты делаешь благое дело. И каждый твой сотрудник благодарен. У каждого — семья на тех планетах. И каждый мечтает вернуться к ним. Поэтому ты ничего не должна. Пообещай только одно.

— Что?

Её голубые глаза блестели от слёз, которые она сдерживала.

— Никогда... слышишь, никогда не сдавайся. Каждый здесь верит в тебя. Твой корабль полетит. Не веришь себе — поверь мне. И им.

Глаза Лавиэнны забегали. Уголки губ приподнялись.

— А ты забавный, Кай...

Сердце мужчины пропустило удар. Он уже не просто любил её. Он нуждался в ней, как в воздухе.

Хотел сорвать для неё звезду — лишь бы она не грустила.

Он ничего не ответил. Только улыбнулся.

— Ты говорил, у тебя есть бутылка горячительного?

— Есть.

— Угостишь?

— К-конечно!..

Лавиэнна рассмеялась.

Мел'кай привёл девушку в свою каморку. Узкое пространство, пахнущее машинным маслом, совсем её не оттолкнуло. Напротив, несмотря на тесноту, здесь было по-домашнему уютно. Она чувствовала себя живой.

А маленькое растение на подоконнике подтверждало: её миссия имеет смысл.

Бутылка горячительного опустела быстро. Они говорили откровенно, по душам, будто были знакомы уже много лет. Между ними возникла лёгкость, интерес, доверие. И, конечно же, притяжение.

Незаметно ушла вторая бутылка.

Алые глаза смотрели на неё с нежностью и затаённой любовью, но не решались на большее.

Лавиэнна улыбнулась. И первой поцеловала его.

В миг соприкосновения по телу пробежали искры — как от легкого разряда тока, разливавшегося теплом по каждой клеточке.

— Не сдерживайся... — прошептала она.

Эти слова словно дали Мел'каю разрешение, которого он так ждал. Голубые глаза сверкнули, подтверждая решимость. Он никогда бы не посягнул на невинность такой женщины, если бы она сама не позволила. Только с её согласия он сделал шаг вперёд.

Глубокий поцелуй медленно перешёл на шею, ключицу, грудь...

Он прикасался к её телу бережно, как к драгоценности.

Одежда исчезла незаметно — как будто растворилась вместе с границами между ними.

Руки Лавиэнны блуждали по его телу, словно искали подтверждение тому, что он настоящий.

И в этот самый момент произошло нечто большее, чем просто физическая близость.

Произошло единение душ.

Вокруг них заструились алые и зелёные энергии, переплетаясь в один узор. Они поняли — без слов, без объяснений — что предназначены друг другу.

Это было счастье. Тихое. Скромное. Их личное.

С тех пор они начали встречаться — и работать вместе. Некоторые сотрудники подмечали особую связь между ними. Поговаривали, что Лавиэнна и Мел'кай — как единое целое, словно дополняют друг друга.

Однако влюблённые не выставляли отношения напоказ. Они старались избегать слухов, особенно из-за страха перед реакцией правительства. Больше всего этого боялся Мел'кай. Он был всего лишь рабочим, а она — имперская учёная.

Но Лавиэнна всегда давала понять: он равен ей. Статус — это не то, что определяет любовь.

Правительство продолжало чинить препятствия, периодически замораживая проект. На сутки, на двое. Но сильный дух не сломить. Корабль был достроен — спустя семь с половиной месяцев. И наконец настал день запуска.

После долгой речи императора и сдержанных, уверенных слов Лавиэнны, экипаж был готов к отправке. За ними наблюдали миллионы. Двенадцать человек: пилоты, механики, врачи. Они несли с собой будущее.

Мел'кай, успевший пройти обучение, был среди них. Теперь — не только возлюбленный, но и полноценный член команды.

Лавиэнна сидела в главном кресле, готовая взять управление. Всё тело сжалось от волнения. Она посмотрела на него.

— Всё получится, — сказал он, сжимая её ладонь и нежно целуя костяшки пальцев.

Она наклонилась и поцеловала его — крепко, чтобы не забыть вкус этого момента.

— Ты молодец. Проделала огромный путь. И впереди ещё больше.

Глаза её горели. Страх всё ещё прятался где-то внутри, но прикосновения, взгляд, запах Мел'кая придавали сил. Он достал из кармана небольшую красную коробочку.

— Открой.

— Что это?..

Она открыла. На чёрном шнурке лежал огранённый кусочек кристалла — того самого, из которого был построен двигатель корабля.

— Ты всегда сможешь связаться со мной. Я настроил канал.

Он показал на такой же кулон у себя на шее.

Лавиэнна сразу поняла — это не просто украшение. Это приглашение жить вместе.

— Ты... — она обняла его, — продолжай удивлять.

Полёт прошёл идеально. Даже прибыли раньше запланированного срока. Колония-15 встретила их с радостью. Они доставили всё необходимое для лунных. Мел'кай представил свою возлюбленную сестре и её ребёнку.

Прошли годы.

Космические перелёты стали обыденностью. Корабли вылетали регулярно, кристаллы стали объектами серьёзных научных исследований. Лавиэнна мар Амал — прежде постоянно на виду — стала реже появляться на телеэкранах. Она продолжала исследования, преподавала, готовила новое поколение.

Ходили слухи, что она живёт у лазурного моря в скромном доме. И была счастлива.

Так и было.

Мел'кай не переставал удивлять её. Он устраивал спонтанные поездки, романтические вечера, всегда находил повод подарить цветы. Он любил — искренне, без остатка. И она отвечала тем же.

Их связь не ограничивалась физическим. Это было единство на уровне энергий.

По запаху они могли уловить настроение друг друга.

Даже на расстоянии чувствовали эмоции друг друга.

А в моменты близости вокруг них вспыхивали красные и зелёные энергии — словно живая вуаль, связывающая их. Друзья говорили, что видят между ними нити судьбы.

И естественно, в таком союзе должны были появиться дети.

Но не получалось.

Обследования говорили: всё в порядке. Но время шло, и ничего не менялось.

Годы. Попытки. Молчание. Вера.

И всё же — не получалось.

Однажды правительство вызвало Лавиэнну на важный разговор. Они организовывали новую миссию — на Марс. Впереди стояла масштабная задача: обучить людей пилотированию и изучить новый тип кристалла, якобы переданного им из марсианских шахт.

Чтобы подчеркнуть свою значимость, они выбрали для этой миссии именно её — Лавиэнну мар Амал.

Женщина отказалась. Она хотела жить спокойно, счастливо, рядом с любимым. Она уже передала свои знания, вырастила новое поколение. Но правительство не слушало.

Всё, что им было нужно — результат.

А чтобы добиться своего, они прибегли к шантажу.

Похитили Мел'кая.

Лавиэнна не поддалась сразу. Он сам уговаривал её не идти у них на поводу:

— Хоть сто раз пусть похищают, я выдержу. Лишь бы ты не связывалась с ними.

Но она знала: они не остановятся. Не сегодня — так завтра.

Женщина согласилась. Только один раз. И пообещала себе: после этой миссии — отставка. Насовсем.

Подготовка к вылету сразу шла тяжело. Всё словно кричало: не лети.

Но времени на сомнения не было. Из Марса доставили новый кристалл. Необузданный, хаотичный, нестабильный. Несмотря на это, правительство настаивало: работать с ним немедленно.

Лавиэнна приходила домой измотанной. Иногда теряла сознание прямо на рабочем месте.

Головокружения, кровь из носа — всё это они списывали на усталость.

Но в череде усталых дней и тяжёлых ночей пришла благая весть.

Они ждали ребёнка.

Это было счастье. Чистое, светлое, долгожданное.

Но и его омрачили.

Мел'каю не разрешили полететь с ней. Якобы "недостаточный уровень допуска".

Официальный брак, обучение — всё это не имело значения. Миссия должна была длиться два года.

Он не увидит рождение их ребёнка.

Но Мел'кай стиснул боль.

— Что такое два года, если впереди вечность? — сказал он и помогал ей до последнего.

На пятом месяце беременности корабль был готов.

Лавиэнна пыталась отказаться от полёта — здоровье, ребёнок... Но их это не интересовало.

Она сдалась.

За месяц до запуска они провели ночь вместе. Говорили о будущем, о доме, о ребёнке. Он гладил её живот, шептал слова любви, и, обнимая, говорил:

— Помни, мы одно целое. Я вас подожду. Береги себя.

День вылета. Всё было проверено, экипаж готов.

Лавиэнна, перед стартом, сжала в ладони кулон. Их связь.

«Всё будет хорошо. Я скоро вернусь», — мысленно прошептала, отправляя импульс.

Она нажала кнопку запуска.

Корабль взмыл в небо. И сразу — сбой.

Левый двигатель отказал. Через две минуты — сгорела плата.

Команда перевела систему на автопилот. Но проводка в хвостовом отсеке начала искрить. Механик занялся ремонтом.

Показатели — в пределах нормы. Выдохнули. Кажется, всё обошлось.

Но через несколько минут — новый сбой. Искры. Горели кристаллы.

Энергетическое управление начало разрушаться. Обходные цепи не работали.

Лавиэнна перевела управление на ручное. Без духовной силы. Только разум, расчёт и интуиция.

Пожар вспыхнул в левом крыле. Она старалась снизить скорость падения, чтобы спасти экипаж. Паника душила. В голове — только одно: спасти... спасти...

Но иногда человек бессилен.

Каким бы сильным ни был разум.

Какими бы благими ни были намерения.

Если не слышать себя — душа всё равно приведёт к опыту. Даже трагическому.

Через тридцать пять минут после старта корабль рухнул в море.

Учёная Лавиэнна мар Амал до последнего пыталась спасти команду. И не смогла.

Это стало первым провалом великой империи. Которая ставила и гналась за лидерством, по праву происхождения, выше человечности. И самой значимой потерей

Для кого-то — символ, учёная, лидер.

И только для одного — вся жизнь.

Мел'кай не пережил.

Сначала — шок. Потом — молчание. Потом — бездна.

Он не мог поверить. Ни тела, ни праха. Лишь обломки на дне океана.

Официальной виной стал необузданный кристалл, привезенный с Марса. Вот так правительство впервые дало сбой.

Он выдержал траур. Прожил каждый день как последний. А потом просто ушёл.

В лазурное море. Туда, где когда-то они мечтали растить детей.

Туда, где их души всё ещё звучали в ветре.

— В другой жизни, любимая... Мы встретимся. Я буду смелее. Обещаю...

Говорят, иногда у берега появляется мужчина в тёмной одежде. Он сидит молча, глядя вдаль. На шее у него — кулон, сделанный из кристалла, который давно нельзя изготовить.

А ещё говорят, что на закате в том доме у моря снова слышен смех.

И в воздухе — аромат цветов, которых никто не сажал.

И никто не может объяснить, откуда в небе появляются нити — зелёные и алые — если смотреть под определённым углом.

Прошлые жизни, как и каждая новая, наполнены драгоценным опытом.

Хороший он или плохой — не имеет значения. Всё это — опыт.

Но душа всегда едина.

В каждом воплощении она имеет свой путь.

А задача человека — вспомнить себя. Найти свою суть.

Истинные души всегда ищут друг друга.

В каждом времени. В каждом мире.

Потому что их задача — быть вместе.

А красные нити судьбы всегда притянут друг друга.

Даже сквозь жизни.

Даже сквозь смерть.