Эгида

Мозг решил устроить мне сеанс психологического террора ещё до того, как я открыла глаза. Всю ночь то и дело снились кошмары: сначала — как Нортон и Смит пытаются убить то, что создали двадцать три года назад, потом — как Тео лежит мёртвый под аркой, а его пустые глаза смотрят в мою чёрную душу.

Под утро свистящий рингтон вырвал меня из сна и швырнул обратно в привычную реальность. Этот звук раздражал так, что я всерьёз подумывала разбить телефон о косяк тумбы. Но, услышав аромат кофе и ощутив нависающий взгляд — открыла глаза окончательно.

— Доброе утро, — Тео поставил поднос с завтраком на тумбу. — Я не знаю, что ты любишь с утра, но кофе вроде как универсальный вариант, — закончил он, смущённо потирая покрасневшее ухо.

— Спасибо, — я привстала, беря чашку.

— Не свежемолотый, правда, а обычный три в одном, — он уселся рядом. — Пришлось наушники обменять, но это того стоило. Там ещё булочка с корицей и бутерброды.

Это было неожиданно и чего уж таить чертовски приятно. Особенно от него.

— Всё хорошо. Люблю растворимый, — я мягко накрыла его руку своей ладонью успокаивая.

— ...Там, кстати, есть маленький флакончик сиропа, я у Миранды взял из заначки. У тебя же нет аллергии на орехи? — он говорил неуверенно, слегка в попыхах.

— Аллергии, не...

Я не успела договорить, как телефон снова прислал уведомление. Хотелось бы мне «родится» во времена, когда все пользовались таксофоном. Так, хотя бы тебя никто не достаёт. Звонят по делу, а не пишут по десять маленьких сообщений подряд, вместо того, чтобы написать одно.

— Тебе всё утро приходят СМС, — он кивнул на подушку, под которым был мобильник. — Может, ответишь такому настойчивому? Вдруг что случилось.

Вдруг что действительно. Заглянула в телефон. Сообщения посыпались рекой. Контакты, которые я давно удалила, писали поздравления, но мне было неинтересно слушать очередное лицемерие. Среди десяток таких месседжей увидела сообщение Маршалла.

Папа: С днём рождения принцесса-рыцарь. Я тобой горжусь.

Кратко и, по существу. Но я не его дочь. Я никто по сути: семья, детство, воспоминания — все фантики. Даже этот день.

Сто́ит переписать контакт.

— Всё в порядке? — интересуется Тео.

— А? Да.

Восемнадцатое мая. Интересно, можно ли изменить дату рождения в документах? Не хочу иметь ничего общего с прошлой собой. Краем глаза заметила, как Тео заглядывает через плечо. Я всё ещё смотрю на сообщение, прежде чем ответить.

Алекса: Спасибо.

Убираю мобильник. Какое-то время мы сидим молча завтракая, но потом Тео всё же начинает распрашивать:

— У тебя день рождения сегодня?

— Формально, да.

— Так надо отпраздновать!

Праздновать? Я таким занималась лет до пятнадцати, пока была ребёнком. Родители...вернее Маршалл и Сьюзи устраивали барбекю, звали тётю Мэг и парочку моих друзей. Дарили подарки, купались в бассейне. Было весело, но сейчас такого давно нет. Хотя...

— Есть идея, — вырывается вслух.

Тео только вопросительно смотрит на меня.

— Пойдёшь со мной? Нужно захватить Рейну и Лео.

— Что ты задумала?

План был прост: устроить импровизированное день рождения и позвать свою команду в лице Доминика, Сары, Маркуса и Сэма. Так или иначе, нам нужна нейтральная территория для организации и переговоров. Дом? Дом, да. В кафе шумно, много людей. А дома как раз, привычное мне место и ребятам. Рейна в случае чего объяснит популярно каждому, что происходит с их стороны. Лео разбавит напряжение, что будет витать в воздухе. Тео просто отдохнёт, а я расскажу всю правду об Эгиде. Не уверена до конца, что они согласятся, но надежда есть.

— Если я выйду, шанс того, что нас поймают, возрастёт втрое? — перебил меня Тео.

— Не поймают. Я подгоню машину и поедем на ней. У патрулей есть номера служебных автомобилей охотников, — я допила кофе и поставила на поднос. — Они не останавливают нас.

Тео опасался, но по глазам видна заинтересованность.

— Окей, но... — он помедлил, обдумывая что-то. — Могу я попросить тебя кое о чём?

— Да?

— Мы сможем съездить в Браунсвилл?

— Хорошо. А зачем тебе?

— Нужно кое-кому передать привет.

Я не стала задавать лишних вопросов. Просто кивнула и принялась писать сообщение ребятам.

«Привет, приезжай сегодня к пяти вечера ко мне. Посидим, отпразднуем день рождения»

Отправила. Каждый ответил, что придёт.

Отлично. Теперь самое сложное — уговорить Рейну и Лео.

— Свихнулась? На меня даст наводку первый же пост патруля, — заявила Рейна.

— Рей-Рей, не будь душнилой. Алекса подгонит машину к чёрному входу, — убеждал Тео, закинув руку ей на плечо. — Не остановят.

— К тому же без тебя никак. Ты сможешь в случае чего привести аргументы, — добавляла я.

Она молчала несколько секунд, смотря в телефон. Потом перевела взгляд на нас.

— Ладно, но надо сообщить Вай. Иначе мы все получим нагоняй. Кто ещё будет из наших?

— Ты, Тео и Лео.

— Но с ним мы ещё не говорили, — Тео потёр затылок.

— Ммм...окей, через сколько собираемся? — она отправила кому-то сообщение.

— Через три часа в лавке наверху, — твёрдо ответила я.

— Тогда я сама поговорю с Лео, — заявила Рейна.

Она быстро слиняла в сторону рынка, оставив нас. Тео глянул на часы.

— До Браунсвилла ехать час отсюда, — сказал он более серьёзно, намекая, что пора ехать.

Я подогнала машину к чёрному ходу антикварной лавки. Тео молча забрался на переднее сидение, натягивая капюшон.

— К кому едем-то? — спрашиваю я, выруливая на дорогу.

Тео пару секунд молчал, потом едва слышно бросил:

— К семье... Маме и младшим, — он сказал это с долей грусти.

Я не стала расспрашивать, молча заехала на парковку ближайшего торгового центра.

— Подожди десять минут.

Он непонимающе моргнул.

— Зачем?

— Просто подожди.

Я захлопнула дверь и побежала в магазин игрушек. Нельзя же было заявляться в гости с пустыми руками. Это как-то не по-людски. В таких магазинах даже у взрослого глаза разбегаются, не то что у детей. Прошлась вдоль стеллажей и поняла, что тётя из меня была бы так себе. Что сейчас дети любят? Слаймы? Страшные плюшевые игрушки с большими глазами? Я без понятия.

— Алло? — я позвонила Тео.

— Да, что случилось?

— У тебя ведь девочка и мальчик?

— У меня, слава богу, никого. Если ты про младших — то да: Микки и Мелоди.

— Сколько им лет?

Повисла пауза.

— Эээ...Микки — восемь, а Мелоди четырнадцать исполнилось.

— Всё, спасибо.

— Стой, что ты...

Но я уже закончила звонок, направляясь на кассу. Подарки были куплены и упакованы на ближайшем островке ТЦ. Я вернулась на парковку и закинула пакеты в багажник.

— Теперь можно ехать.

Мы свернули с основной дороги. Всё вокруг резко изменилось: улицы узкие, краска на домах местами облупилась, окна везде грязные. Повсюду граффити и развешанное бельё на верёвках. Было видно невооружённым глазом, что сюда никто, кроме местных не заходят. Тротуары разбитые, фасады зданий по ощущениям могут рухнуть в любой момент. Тео попросил остановиться в паре домов от его. Я заглушила машину и перевела взгляд на него.

Он был на нервах, оглядывался и тряс ногой. Я положила руку ему на колено.

— Ты чего?

Тео качает головой.

— Не могу. Давай уедем обратно в Сумрак.

— Тео...

— Что? Вдруг они не захотят меня видеть? Два года прошло. Я...я не знаю. Не могу, — он начал тараторить и, кажется, по щеке стекла слеза.

— Ну уж нет! Ты хотел сюда приехать. Так что бери себя в руки и пойдём.

Я вздохнула и вылезла из машины. Не хватало ещё, чтобы он сдался на финишной прямой. Обошла капот и открыла пассажирскую дверь. Всучила пакеты в руки Тео и чуть ли силком вытащила его из машины, мягко подталкивая. Пока из машины, которую, я не заглушила, доносилась песня Promise.

«And promise me this: You'll wait for me only,
Scared of the lonely arms».

— Какой дом? Этот? — я указала на кирпичный дом с белым карнизом.

Он молча кивнул. Подошла к входу и постучала в дверь. Тео стоял сзади с видом, будто его сейчас стошнит.

— Ты ненормальная...

— А ты сентиментальный трус. Пошли, — вкинула я. — Хочешь бежать — беги, но подарки я обратно не потащу.

В доме послышались осторожные шаги. Скрип половицы и следом открывание замка. Я отошла в сторону. Дверь открылась. На пороге стояла девочка четырнадцати лет, одетая в лёгкое платье. Она не сразу поняла, что происходит, пыталась рассмотреть его лицо.

— Т-тео?

Он застыл с пакетами в руках.

— Ам...Привет, Мел.

Она не верила своим глазам. Просто хлопала густыми ресницами. Затем развернулась и крикнула куда-то вглубь дома:

— Ма-а-м! М-а-а-м-а, иди сюда, скорее!

Тео прижал пакеты к груди, будто это могло его спасти. Я стояла сбоку, не вмешиваясь, просто наблюдала. В дверях появилась худенькая женщина лет сорока. Русые волосы аккуратно собраны в пучок. Она было открыла рот, чтобы что-то сказать, как остановилась. Прикрыла рот рукой и тихо всхлипнула.

— Тео? Боже мой...это правда ты?

Он кивнул, глаза покраснели и кажется намокли.

— Прости... — выдавил тихо он, дрожащим голосом.

Мать сделала шаг, потом ещё один. Заключила его в крепкие объятия, будто он мог раствориться в любую секунду, словно иллюзия. Пакеты с подарками выпали из рук. Тео обнял её в ответ, уткнувшись лицом в плечо.

— Прости. Прости меня, мам, — глухо шептал Тео, захлёбываясь слезами.

К ним подбежала Мелоди, обнимая брата. В это время в дверном проёме появился мальчишка восьми лет. Волосы растрёпаны, глаза сонные. Он вышел на крыльцо зевая.

— Что за шум? Мам, что ты... — он осёкся, увидев Тео.

— Мам, кто это? — спросил он, растерянно прищурившись. — Тео...? — добавил он медленно.

— Мик... — обратился Тео, освободившись из объятий мамы и сестры.

Он присел на корточки и протянул руки. Микки стоял секунду, а затем со всей силы рванул к брату, чуть не сбив того с ног. Тео словил его и закружил.

— Я... я думал, ты не вернёшься... — всхлипывал младший.

Мне ничего не оставалось делать, как наблюдать за моментом. Они такие живые, настоящие. Даже спустя два года, все были рады его возвращению. Тео опустил брата на землю и его мама, заметив меня, спросила:

— А кто это с тобой? — она подошла ко мне и взяла за руки осматривая.

— А...Мам, это... — начал он, но я перебила.

— Алекса, приятно познакомится.

Она крепко обняла меня, будто мы знакомы много лет.

— Это ты его заставила приехать?

— Вообще-то, я не...

— Спасибо, милая!

Не знала, как ответить, просто улыбнулась. Мы пробыли у них не так долго. Подарки были подарены, домашние печенья поставлены на стол. Все быстро разговаривали, пытаясь наверстать упущенное. Я видела, как Тео улыбается, как он счастлив. 

Несколько часов мы провели за приятной беседой: Микки рассказывал, как ему нравится учиться в школе, Мелоди показывала рисунки, а его мама приготовила вкусный травяной чай. Странно, что в чужой семья я почувствовала больше тепла, чем в своей. Конечно, может, Маршалл и вправду любил меня как родную дочь, но так или иначе, между нами была невидимая пропасть.