Вороний плач

– На данный момент фиксируется преобладающее число психокинетиков и эскулапов. Сегменты I и F наиболее свободны, – ровным тоном констатировала Бриджит.

По завершению тестирования лагеря начинали набиваться добровольцами. Лейбёрн была удовлетворена ситуацией, в которой лишние действия со стороны Аваддона не требовались. И хотя часть несогласных все еще разгуливала по улицам, стараясь посеять протестующее настроение, их довольно быстро убеждали в бессмысленности такого процесса.

Превалирование в рядах сегментов психокинетиков было неожиданным. Прежде всего, ставки были на эскулапов, способных к ускоренной регенерации. Это позволило бы продлить общую продолжительность жизни населения и решить вопрос многих неподдающихся лечению заболеваний.

Однако создание бессмертного общества никогда не было основной целью Аваддона.

– Что насчет сектора К? – резво уточнила Лейбёрн.

Стопки документаций на рабочем столе норовили стать ее главным аксессуаром. Потягивая остывший американо, женщина без особого интереса бегала взглядом по аналитическим сводкам.

– Последняя апробация с внесенными изменениям пока не выявила новых побочных эффектов, сыворотку доставили в лагерь, – живо протараторила Бриджит.

Лейбёрн одобрительно покачала головой, кинув взгляд на настенные часы.

– Сколько у нас есть времени?

– Сорок минут, – скоро ответила Бриджит. – Вам еще понадобится моя помощь?

Женщина устало потерла переносицу и, окинув ассистентку потерянным взглядом, передала ей папку с отчетом.

– Нет, можешь быть свободна. Это, – она вздернула подбородок, указывая на документацию, – принесешь в переговорную. Только вычеркни данные о мигрантах, сейчас это не первостепенная информация.

Бриджит кротко кивнула и, бросив услужливое «конечно», покинула кабинет руководителя.

Лейбёрн развернулась в кресле, рассматривая цветные графики на большом экране. В углу виднелись кадры с камер видеонаблюдения у входов каждого сегмента. Шесть мелких окошек с медленно движущимися по территории человечками.

Обстановка смягчалась, приобретая все более контролируемый вид. «Самое сложное осталось позади» – думала Лейбёрн, отставляя в сторону пустой стакан от горького кофе.

На деле же, остроугольных тонкостей предстояло еще много, но теперь они официально выходили на международный уровень, что значительно облегчало работу.

До этого Аваддон действовал исключительно внутри США, но теперь ситуация вынуждала расширять свое влияние. Весь мир ожидал изменений, затаив дыхание. И время вступать в игру наконец наступило.

В последнее время головные боли усиливались, ежедневно заставляя Лейбёрн принимать антиагреганты. Вечно холодные пальцы непослушно дрожали в ответственные моменты, отбивая знакомый ритм по столешнице. Поэтому она всегда старалась занять руки чем-то горячительным.

Особо важные моменты медленно рассеивались в памяти, вынуждая женщину делать короткие пометки в маленьком карманном блокноте или листках с отчетами. Однако последние чаще всего улетали в урну сразу после совещания, вместе с написанными замечаниями.

Следить за течением времени стало еще одной ускользающей из внимания проблемой. Бриджит вновь постучалась в дверь, оповещая о скором начале общего собрания. Лейбёрн еще несколько минут молча сидела в кресле, уставившись в разрисованную аналитикой стену, прежде чем медленно поднялась и направилась в сторону переговорной.

Весь сегодняшний день казался ей нереальным. Уши часто закладывало, лишая возможности слышать нескончаемый поток, льющийся изо рта Бриджит. Хотя конкретно эту деталь Лейбёрн считала положительным изменением. В остальном, старение совершенно ее не радовало.

Пропустив мимо ушей вопрос ассистентки, женщина заняла место за столом и протерла тыльной стороной ладони вспотевшее лицо. Сухие морщинистые руки смотрелись крайне неуместно с таким строгим деловым костюмом изумрудного цвета. Несмотря на то, что он показался ей очень символичным в такой день, теперь начинал раздражать.

Бриджит назойливо кружила по кабинету, то поправляя флажки на спиной Лейбёрн, то настраивая вечно отваливающийся от стола микрофон. Энергичность ассистентки начинала действовать ей на нервы.

Наконец, на экранах появились знакомые лица иностранных коллег. Однако их вид показался Лейбёрн слишком мрачным. Темные костюмы, угрюмые выражения и абсолютное отсутствие радости в глазах.

Убедившись в исправности связи, Ливэй начал диалог.

– Во время нашего последнего разговора мы еще не были в курсе произошедшего, поэтому сегодня хотим принести свои глубочайшие соболезнования жителям Бостона, потерпевшим такие неоправданные жертвы.

Киреев согласно закивал, сложив руки в замочке на столе. За элегантной черной оправой очков не скрывался его сожалеющий взгляд.

– Вы можете рассчитывать на нашу помощь всегда, мисс Лейбёрн, – растянуто начал Киреев, чуть склонив голову. – В такое переменчивое время нам важно держаться вместе и оказывать друг другу всевозможную поддержку.

«Старые идиоты. Неужели таких опытных людей можно запросто обвести вокруг пальца?» – пронеслось в голове Лейбёрн, но ответила она коротко и громко:

– Спасибо.

Теперь парадный вельветовый костюм выглядел в общей картине еще более вульгарно. В любом случае, у нее был повод для того, чтобы принарядиться.

– Мы готовы обсудить внедрение Новы на национальном уровне, – продолжила Лейбёрн.

На повестке дня остро вставал вопрос о том, каким именно образом будет происходить международное регулирование и учет населения.

– Как я и заявлял на прошлой конференции, Нова успешно прошла тестовый режим на наших территориях и довольно быстро распространяется в Африке. Там, конечно, возникают свои трудности, – замялся Ливэй. – Сами понимаете: с таким количеством нигде не зарегистрированных жителей справляться сложно. Однако, система исправно выполняет свою основную функцию.

Кроме общего учета населения Земли, Нова в прямом эфире транслировала местоположение зарегистрированных объектов, что позволяло бы ускорить поимку преступников или нелегальных мигрантов. Система решала множество мировых проблем, создавая комфортные условия для проживания в новых реалиях.

– Рада слышать, что апробация прошла успешно. Так как целью до сих пор является полное установление контроля над перемещением к началу следующего года, я думаю, такая спешка с Африкой действительно была оправдана, – уточнила Лейбёрн, вспоминая, как в прошлый раз была готова разорвать китайского представителя на куски за нарушение договоренностей.

– Тем не менее, меня интересует более щепетильный вопрос, – продолжила она.

Мужчины заметно насторожились, уставившись в мониторы. До этого момента дистанцию они проходили на равных, но все прекрасно понимали, что у финиша победитель останется всего один.

– Что конкретно смущает вас? – поинтересовался Киреев, придвигаясь ближе к спинке стула.

– Надеюсь, то же, что и вас, господин Киреев. Патент за Новой все еще закреплен за Китаем, и у нас нет полноценного доступа ко всем сервисам. Каким образом и когда мы сможем получить права суперпользователя в своей версии?

Лейбёрн ждала прояснения.

– Ровно в тот же момент, мисс Лейбёрн, когда нам не нужно будет разрывать телефонные линии ваших логистических компаний, и сыворотка в достаточном объеме заполнит склады в Азии, – доступно разъяснил Ливэй.

Теперь счет претензий сравнялся. К счастью, Лейбёрн смогла урегулировать вопрос до того, как он стал ее слабой стороной. Побочные эффекты от сыворотки сократились до существенного минимума после последних внесенных изменений.

– В таком случае, к первой декаде декабре доступ Новы будет передан в нужные руки. Что насчет Нова.Банка? – уточнила Лейбёрн.

Бриджит всучила женщине толстую папку с названием «Руководство». Желание огреть несчастную этой же кипой бумаг становилось сложно контролируемым.

– Запуск планируется на начало января, – констатировал Ливэй. – В интеграции с общей системой, услуги кредитования будут доступны только по достижению необходимого рейтинга. Если говорить о сроках использования валюты – ничего не изменилось, это все так же тридцать дней.

Подобные неожиданные внедрения могут всполошить народ, чего следовало бы избегать. Потому ряд банковских соглашений будет ежемесячно расширяться. Как показывает практика, практически никто не читает такие уведомления, но все равно жмет галочку для одобрения. Именно на это был расчет при создании Нова.Банка.

– Исключения из правил? – с неприкрытым интересом спросила Лейбёрн.

Даже в такой точной системе всегда могли быть лазейки. Никто не стремился уровнять общество в один слой, но создать подобное впечатление было бы очень кстати.

– Разумеется. Хранение в золоте и рейтинговые депозиты с растущей ставкой, – ответил Ливэй.

– Не создаст ли это ажиотаж на возвращение бартерных условий? – наконец вклинился в разговор Киреев. – Люди начнут массово сдавать золото в обмен на валюту, что приведет к падению в цене. Вырастет преступность, которой и так немерено. Это прямой билет в один конец.

– Именно на это и расчет, господин Киреев, – успокоил его Ливэй. – Чем меньше золота остается у населения, тем проще будет контролировать ситуацию. Даже мелкие частицы способны сбивать сигналы, а, следовательно, не давать нам в полной мере воздействовать на датчики. Поверьте, без лишней пары сережек они станут гораздо послушнее.

В купе с планируемыми мероприятиями по насыщению питьевой воды стимулирующими элементами, вероятность взрастить законопослушное население вырастала в разы. Жидкий галий в малых дозах не представлял особой опасности, но отлично создавал динамические проводящие цепи для укрепления чипа.

Действие сигналов воспринимается быстрее и четче. Команды эффективнее доходят до действующего центра и стимулируют нервную систему. Как итог, мирных граждан, словно по волшебству, устраивают все действия, которые принимает правительство. И главное – без особого вреда на работоспособность.

– К тому же, перемещение подозрительных объектов, нарушающих действующее законодательство, выследить будет проще, чем когда-либо, – дополнила Лейбёрн.

Женщина зажмурилась, стараясь скрыть глаза от внезапной вспышки, и схватилась за висок.

«Только не прямо сейчас» – пронеслось в голове, когда подоспела Бриджит. Она всунула руководителю в руку стакан воды, в другую вложила таблетку. Лейбёрн быстро проглотила капсулу, стараясь унять накатывающую панику.

«Враг никогда не должен знать о твоих слабостях» – говорила она сама себе, но встревоженные взгляды оппонентов свидетельствовали о том, что ее секреты становились известны большему кругу людей.

Она такой же человек, как и они. Самый обычный человек. И это раздражало еще больше. За долгие годы исследований Лейбёрн так и не смогла найти способ вытащить эту неестественную природную формулу самолечения из мутировавших, чтобы иметь возможность применить ее на себе.

Она точно знала, как именно это работало, каким образом действие можно было подавить. Но как достать мутировавшие клетки и вплести в свой организм без особых последствий – до сих пор не было известно.

Это побудило Лейбёрн на создание нового вещества, которое бы имело схожую природу, но применялось для других целей. Именно его и предлагали отрицательным, чтобы позволить простым людям стать частью новой системы. Но они, как и все положительные, должны были приносить хоть какой-то толк, будучи искусственным подобием.

Лейбёрн встряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли. Мужчины озабочено продолжали диалог, который она вновь пропустила мимо ушей. Короткие отрывки фраз доносились до нее, но общая масса звуков все еще звучала, как из коробки.

Руководитель старалась одобряюще кивать в такт словам собеседников. Заметив знакомые жесты, свидетельствующие о завершении конференции, Лейбёрн потянулась к кнопке, чтобы быстрее отключить трансляцию.

Бриджит металась рядом, бросая на женщину взволнованный взгляд. Она снова наполнила емкость чистой водой, протянула ее руководителю и убедилась, что микрофон с камерой действительно были выключены. Лейбёрн сжала в дрожащей руке пластиковый стаканчик, проливая жидкость на стол и одежду. Собственные рваные вздохи заполнили сознание.

«Отличный повод надеть праздничный наряд» – пронеслась в голове утренняя фраза. Женщина потеряла связь с происходящим и плавно осела на твердом кресле. Сил бороться с закрывающимися веками уже не хватало. Так же, как пытаться сделать полноценный вдох.

– Жалкая... – последнее, что с хриплым выдохом сорвалось с губ Лейбёрн, прежде чем ее окутала кромешная темнота.

Препараты для профилактики инфаркта и инсульта за счет снижения слипания тромбоцитов.