Глава 65
Писк потолочных ламп распространялся по всему лазарету, в котором, кстати, все койки были заняты, нет ни единой пустой койки.
На самой дальней, у стены, лежала молодая девушка в спортивном костюме, все её лицо было испещрено царапинами и кровоподтеками, Себастьян не позволил никому переодевать её, он и сам не понимал своих действий, потому её осмотр прошёл быстро и диагноз поставлен за рекордное время.
— Я отношусь к твоим заслугам с уважением, как и к тебе, страж Варфал, но если твоя дочь, Марселина, ещё покалечит кого-нибудь,— Мужчина выдохнул и поправил бейдж на кармане,— Я буду вынужден доложить об этом Кировой. Из-за трудов Марселины, мне работы прибавилось в десять раз больше, каждая койка, которая здесь находится, не пустует только благодаря ей.
— Дантес, я обещаю усмирить строптивую дочь,-мужчина положил руку на свою грудь и постучал в знак обещания.
— Ты обучаешь самые безнадежные случаи и всегда успешно, а с дочерью справиться не можешь,— ирония так и сквозила в словах дока,— Она вся в мать,— после послышались слова о скорби на древней латыни, которые говорят у погребального костра.
Варфал прокашлялся и хотел прервать неприятную ему тему, как входная дверь негромко хлопнула.
— Дантес, ну как?— к ним подошла все та же тройка, только говорил Себастьян.
— Есть три новости, две хорошие и одна плохая, с какой начинать?
— С плохой,—нервно накручивала прядь рыжих волос сказала Лидия.
— У красавицы на протяжении нескольких недель амнезия ближнего времени, она не помнит то, что происходило с ней на протяжении последних нескольких месяцев.
Хорошая новость, она быстро идёт на поправку и клетки её неестественно быстро регенерируются, из-за чего трещина ребра срастется, примерно, через неделю.
Вторая хорошая новость, мои люди провели первичные анализы, из чего выявилась днк. Девушка принадлежит высшей степени дампиров, родословную узнать пока нельзя, но в ближайшее время узнаем и это,— Дантес что-то полистал в папке, а после устремил взгляд на Джейса.
—С тобой нужно будет после переговорить, далеко не уходи,— доктор оставил четверых людей и ушёл в нужном направлении.
— Вы что-то хотели сказать, док?— Джейс сел на стул и облокотился подбородком о кулак.
— Приготовьтесь, потому что эта информация выбьет вас из колеи,— темные волосы мужчины были тщательно зализаны, а глаза смотрели с сожалением на молодого юношу,— Анализы ДНК Кетрин Пирс схожи с вашими, из чего команда биологов делает вывод, что вас связывают родственные связи.
— То есть, мы брат и сестра?— золотые глаза сузились и в недоверии смотрели в упор,— Доктор, извините за грубость, но вы, кажется, совсем сдурели, мы даже внешне не похожи, она по происхождению русская, а я урожденный католической церковью,— он был уверен, что доктора ошиблись, потому то он и был спокоен.
— Ты сирота с рождения, твоё происхождение туманное и неизвестное, может вас разлучили ещё в детстве, когда ни ты, ни она ещё не в состоянии были запоминать нужную информацию?
— Чушь собачья, я не собираюсь участвовать в этом дерьме, не смейте трубить об этом направо и налево, прежде чем не предъявите чёткие факты!
Дверь хлопнула и в скоре в кабинете остался только мужчина в больничном халате.
Девушка пришла в себя и сейчас находилась на лужайке у тренировочного ангара, её так и не пускают в общество, не разрешают общаться с другими, в её голове все ещё мелькали те лица, два блондина и рыжеволосая девушка, очень знакомые ей.
Она их где-то видела, но не могла вспомнить где и при каких обстоятельствах.
— Пейн, у тебя есть сигареты?— она лежала на спине с закрытыми глазами, но сразу поняла, кто к ней подошёл.
— Курить вредно, особенно вам,— его грубый тембр заставил бегать табун мурашек по коже Кетрин.
— Ну есть или нет?
Он вынул пачку Камел и протянул облицованную в полиэтилен сигарету.
— А говоришь, что вредно,— вяло сказало она.
— Я сказал, что вредно вам, не мне, я мужчина, мне можно,—пачка в его руках была наполовину пустая.
— Ты считаешь, что мужчины лучше женщин?— она приподнялась на локтях, зажженная сигарета была зажата между её зубами.
— Женщина - это хранительница домашнего очага, я не понимаю, почему вы воюете с нами бок о бок и получаете такие же шрамы и ссадины, что и мы, мужчины. Шрамы украшают мужчин, женщин они только уродуют.
— Пейн, ты мерзкий тип. Для тебя женщины только как пчелка матка и кухонный робот, а мы ещё думать и работать умеем.
Разговор этих двух был спокоен, да, он выражался грубо, но тон и их позы были расслаблены, это была ленивая брань, которая просто возникла. Кетрин все ещё была под сидативным средством, которое делало из неё вялую муху, а сигареты полностью заставили мозг отключиться.
Пейн, был мужчиной лет под тридцать, но умом на, максимум, двадцать, выражался так, как думал и ничто ему не указ, вспыльчивый, с горячей кровью.
— Оставь нас,— к паре подошёл светловолосый юноша с рактуром на поясе. Пейн не спеша оставил их наедине.
Он сел напротив кудрявой и стал внимательно изучать её.
— Мы знакомы?— лениво протянула та и потушила наполовину скуренную сигарету об лежащий камень.
— Курить-плохо,- его голос был хрипл и низок, будто бы он волновался или совсем наоборот, возбуждён.
— Давай, пой песню о том, что женщины ничто по сравнению с мужчинами, этот уже мне залил уши этим дерьмом,— слышать это от вялой Кетрин с сигаретой в одной руке, и с зажигалкой в другой, было не то что бы непривычно, а скорее комично.
— Я рад видеть тебя здесь, ты меня не помнишь,— в голове Себастьяна взорвалась гениальная, на его взгляд, идея.
— Я тебя видел в пансионе, но переехал сюда и больше мы не виделись, я хотел там с тобой познакомиться, но все никак не решался,— он оттянул белые волосы на макушке и с юношеской улыбкой посмотрел на девушку.
— А сейчас вдруг решился?— она повела плечами и облокотилась об перила, стоящие справа.
— Если не сейчас, то когда?
— Я Себастьян Моргенштерн.
Он протянул руку девушке, гениальная идея осуществляется.
— Я Кетрин Пирс, ненавижу сокращении Кет, Кети, Рин и другие коверкания моего имени,— она протянула руку взаимно.
— Учту,— улыбка украсила мужественное и такие идеальное лицо Себастьяна, он поцеловал тыльную сторону ладони его старой новой знакомой,— Я надеюсь, что мы с тобой сможем лучше узнать друг друга.
— Все решит время, Себастьян Моргенштерн,— она медленно встала и с затуманенным взором пошла в ангар отдохнуть и после продолжить свои занятия. Её походка была схожа с пьяным человеком в самый разгар, а лицо выражало чувство мерзости, будто бы сейчас её стошнит.
— Я властен над временем, куколка!— сказал он ей в след, но из-за слишком сильной усталости и действия таблеток, она не смогла различить слова и для неё это было лишь звуком на заднем плане.
gif(1)