Чёрная магия. Открытие.

Я выбегаю на пустую школьную парковку и оглядываюсь: ищу Мейса. Пару минут назад я совершила огромную глупость. И я должна все исправить. Но что я могу сделать, если я даже не поняла, что натворила? Я совершила глупость - вот что! Но почему? Что было плохого в словах Карен обо мне и Мейсоне? Она ведь по-сути ничего не сказала!

- Лиза! - С дальнего конца парковки меня зовёт Мейс и я с облегчением выдыхаю. Я должна рассказать ему, что случилось. Он обязательно меня поймёт и поможет.

Оборачиваюсь и вижу своего друга в компании Ноа, Лиама и Мэтта. В душе я чувствую разочарование. Мне срочно нужно поговорить с Мейсом! Я оплошала и не знаю как все исправить. Чувствую себя ужасно из-за того, что соврала Карен, которая осталась в раздевалке с улыбкой до ушей.

Ребята стоят около пикапа (скорее всего, это машина Мэтта). У немногих в школе есть машины. В основном это потому, что это школа-интернат. Но поскольку это школа для богатеньких деток, у которых имеются свои машины, но они им практически не нужны, так как за пределы кампуса выезжать запрещено всем, кроме старшеклассников. Естественно, кроме тех, чьи родители или близкие родственники живут в городе или его окрестностях. Так, например, я и Шарлотта живём в родительском доме, Мэтт - со своей стаей в лесу, а Лиам - со своей крутой тетушкой Джейн, которая не является вампиром, но все равно многое о них знает. Иногда мне становится жаль таких ребят, как Мейс и Ноа, которых оставили в этом опасном для людей месте, и о чем они даже не подозревают.

Я подхожу к Мэтту и дёргаю его за фланеливую рубашку в клетку - клише всех оборотней. Он удивлённо смотрит на меня и я, неожиданно для самой себя, выдаю:

- Ты отлично показал себя на поле. - Поворачиваюсь к Лиаму: - И ты тоже.

Оба удивлены. Что ж, я тоже. Но надо же поддержать их, раз я не собираюсь идти против них.

- Ага... Спасибо, - отвечает Мэтт, который готов провалится сквозь землю, лишь бы я перестала с ним так по-доброму разговаривать. И тут я многое поняла. Я - его друг, но ему легче ненавидеть меня из-за моей семьи за то, что случилось с его родителями, чем продолжить все как было. Я убираю руку с его плеча и пытаюсь вникнуть в разговор между Ноа и Мейсом. Тема, как всегда, - лакросс.

- Думаю, в этом году мы обойдем Вествудских Лисов и выйдем в финал, - говорил Мейс. Да, дорогой друг, завышены же твои ожидания.

- Да, в прошлом году им просто повезло. Наша цель - Незерфилдские Гиены, - соглашался с ним Ноа.

- В прошлом году они претендовали на финал, но поскольку их лучший полузащитник сломал ногу, они так и не прошли в него. Думаю, они собираются нагнать упущенное. - Ноа смотрит на меня и кивает.

- И мы не отстанем от них. - Подъезжает школьный автобус, который должен отвозить учеников до общежития. Ноа и Мейс прощаются с нами и уходят.

- Но мне нужно с тобой поговорить! - кричу я Мейсу. Я уже совсем отчаялась.

- Может, ты позвонишь мне вечером? - предлагает Мейс и заходит в автобус.

- Лиз, на завтра не строй никаких планов, - кричит мне Ноа напоследок. - Надо отметить наш новый победаносный состав.

Автобус отъехал и я осталась на едине с Лиамом и Мэттом, вампиром и оборотнем. Мы долго стоим в молчании, наблюдая за отъезжающим автобусом.

- Что ты скажешь своему отцу? - спрашивает Лиам и я непонимающе смотрю на него. - Ну, на счёт того, что я и Мэтт теперь в команде. Он не обрадуется.

- Думаю, то, о чем он не будут знать ему не повредит. - Пожимаю плечами. Я пока что не собираюсь говорить отцу правду, но понимаю, что вечно это скрывать я не смогу, поэтому продолжаю: - Но когда он узнают, а это неизбежно, скажу ему то, что сказала мне Габби сегодня утром: вы может играть, пока не используете свои способности.

- Спасибо. - Лиам мне с благодарностью улыбается и я понимаю, что лакросс для него намного больше, чем игра. Для него это связь с миром, с людьми и обществом, всем тем, чего он был лишён, когда его обратили год назад. Я улыбаюсь ему.

- Подвезти? - Мне не хочется этого делать, потому что больше всего я сейчас хочу приехать домой и уснуть, но стоит проявить вежливость.

- Нет, спасибо. Мэтт сказал, что подвезет.

- Ого, вампир и оборотень в одной машине? Мне послышалось, или на горе рак свистнул? - Лиам смеётся, прощается со мной и запрыгивает в пикап.

***

Спустся двадцать минут я оказываюсь на подъезной дорожке своего дома. Машину в гараж я не привыкла ставить, поэтому оставляю её у обочины. А вообще, в гараже и так места нет, там стоит бронированая машина, в которой отец обычно выезжает на охоту. Так же там находится тренировачная площадка, на которую я трачу все свои выходные, и склад оружия. Соседей у нас нет (мы живём в уединении, поближе к лесу), так что странные звуки переодически доносящиеся из гаража никого не волнуют.

Я захожу через парадную дверь этого особняка. Внутри все не так мрачно, как снаружи. Просторный холл и две лестницы по краям, которые соединяются в балкон, выдвигающийся над холлом, ведут на второй этаж. Слева от меня - коридор в библиотеку, отцовский кабинет и лестница в подвал. Справа - кухня и столовая, а впереди - гостиная. Не знаю, приехали ли долгожданные гости или нет - меня это не волнует. Я устала, как собака, и хочу сейчас только одного - упасть на свою удобную кровать.

Боже, я и не представляла как сильно устала, пока не стала волочить ноги в верх по лестнице. На втором этаже я уже почти ползу, когда прохожу мимо комнат моих сестёр. Из комнаты Шарлотты слышится песня P!nk, Just Like Fire, - одна из особенностей моей младшей сестры - слушать одну и ту же песню на повторе, пока та не надоест. Обычно, это не длится дольше недели, но проблема в том, что она слушает её на максимальной громкости и везде, где тлько можно: в комнате, в ванной, на тренировке, в машине - везде. Всех это немного раздражает.

Оказавшись в комнате, я задергиваю шторы и комната погружается в ночь. Выключаю подсветку на стене и ложусь спать. Раньше я не ценила свою большую кровать, удобный матрас и мягкие простыни, но теперь осознаю, как мне повезло - это просто лоно богов! Не снимая школьной формы я укутываюсь одеялом с ног до головы и закрываю глаза. По-началу ощущаю лёгкий дискомфорт из-за одеждв, но быстро привыкаю к этому уюту. Не успеваю закрыть глаза, как моя дверь открывается.

- Лиз, - слышу я голос сестры. Я вижу тень Джесс, но даже и не думаю повернуться к ней лицом. - Мы услышали, как ты приехала и Миранда просит тебя спуститься...

- М-м-м... - Это все, что я могу произнести. Этим я пытаюсь сказать, что чертовски устала, не хочу что-либо делать, хочу тлько дремать.

- Я скажу, что ты спишь. - Я представляю, как Джесс сейчас по-сестрински заботливо улыбается, за что я начинаю любить её ещё больше. - Тяжёлый день?

- Угу, - снова мямлю я и слышу, как дверь закрывается с обратной стороны.

***

Не знаю, как долго я спала. Просыпаюсь, когда на улице ещё темно. Я чувствую себя выспавшейся. Тело все ещё болит, но эта такая приятная боль, что ты наслаждаешься ею. Часы показывают три утра и я мысленно благодарю Господа Бога за то, что у меня в запасе ещё четыре часа на сон. Мой живот урчит и я понимаю, что не ела уже почти пятнадцать часов. Решаю переодеться в пижаму (удобные боксеры и футболка на размер больше) и спуститься поесть. Мама наверняка приготовила вкусный ужин в честь гостей, который я пропустила, и оставила что-нибудь для меня.

В доме необычайно темно, я дальше своего носа не вижу. Но мне повезло - я на ощуп могу найти любую дверь в этом доме. Я аккуратно спускаюсь по лестнице в холл, стараясь не потерять равновесие. На кухне горит свет и я осторожно заглядываю в проем - никого. Наверное, Джесс спускалась поесть и забыла выключить свет. Открываю холодильник и ищу, чтобы поесть. Слева полки набиты овощами: помидорами, брокколи, сельдереем и прочей полезной фигнёй, которую я просто так ни за что не стану есть. Справа: сыр, окорок, сосиски, ветчина и различные виды мяса и съестного, которые так и просятся мне на тарелку. Я набиваю желудок сендвичами, приготовленными на скорую руку. И я снова готова уснуть после такого сытного перекуса.

- Ты кто? - Я разворачиваются на сто восемьдесят градусов, выронив последний кусочек сендвича с ветчиной. Передо мной стоит парень, высокий, темноволосый и весь в черном: чёрные брюки, чёрная коженка, чёрные ботинки. Не раздумывая, я выхватываю нож из деревянной штуки, где обычно хранят ножи (я не домовитая и без понятия, как эта вещь называется) и встаю в оборонительную позицию.

- Какого черта ты делаешь в моем доме? - рычу я. - Кто ты?

К моему удивлению, парень начинает смеятся. Очень глубоким и гортанным смехом, который мне на удивление приятен. Я смотрю на него, понимая, что злюсь с каждой секунды все больше и больше. Это я его рассемшила?! Делаю угрожающий шаг вперёд и парень перестаёт смеятся. Вместе этого он с опаской смотрит на нож в моей руке. ("Спасибо, папочка, за уроки обращения с ножом!").

- Уилл. Торн. Уильям Торн. - Он издевательски машет мне. - А ты у нас?..

- Что ты делаешь в моем доме? - игнорирую я его вопрос.

- Спокойно, самурай, - парень, Уилл, усмехается и садится на табурет за стойку. - Я гость. А ты видимо средняя дочь Миранды и Джеймса? Кэтрин, да?

- Элизабет, - поправлю я его. "Средняя дочь" - для меня равносильно оскорблению, словно я никто для своих родителей. И фактически, Миранда не моя биологическая мать, - только для Шарлотты.

- Точно. Прости. У меня плохо с именами. - Уилл Торн морщится. - Можешь опустить нож.

Я подчиняюсь. Не знаю, почему. Мне этого не хочется, ведь я стою с незнакомцем на кухне своего дома и не знаю, как к нему относится, что сказать. Он гость твоих родителей, говорит мне внутренний голос. Значит, я должна проявит гостеприимство?

- Так что ты делаешь в Лос-Солидад? Ты охотник? - интересуюсь я.

- Я охотник, - кивает он. И это все?

Парень продолжает сидеть за столом (я все ещё не могу называть его по имени, не знаю почему). Я хочу спать, но не могу оставить его одного здесь. Я сажусь напротив него.

- Ты проходишь обучение? - спрашивает Уилл (надо начинать это делать) после минутного молчания.

- Да. - Киваю.

- И как успехи? - Он не собирается отставать. Я все ещё жду, что он покинет мой кухню.

- Неплохо. - Я не собираюсь с ним говорить. Одного слова вполне достаточно для ответа.

- Я ты общительная. Один из моих кузенов тоже проходит обучение, он сейчас где-то наверху, спит. - говорит Уилл. Меня начинает раздражать этот тип. И... сколько там ещё людей? Мне казалось, приедет пара человек, но не целый легион.

Мы просидели в молчании ещё десять минут. Я успела почистить пол от соуса, вытекшего из упавшего сендвича, а теперь делаю вид, что листаю кулинарную книгу при этом осторожно поглядывая на Уилла. Успеваю заметить, что он высок и худощав, но чёрная одежда благополучно скрывает все недостатки фигуры. Черт, на его мускулистых и сильных руках наверняка есть татуировка, и уверена, что даже не одна. Пару секунд спустя я получаю ответ - Уилл снимает косуху и обнажает предплечья. На левой руке - изображение стрелы с редким оперением, на правой, чуть ниже плеча, изображён ловец снов с красивым узором и тремя перьями. Я не могу оторвать взгляд от этого великолепия.

- Нравится? - усмехается Уилл и я непроизвольно киваю. Он смеётся. - Тоже хочешь татуировку?

Я сглатываю. Да, хочу! Всегда мечтала о чем-нибудь значимом и маленьком, что можно наколоть, допустим, на запястье или бедре. Например, цитату, что-нибудь в духе "Будь собой, борись с ситсетмой!". Или что-нибудь восхволяющее, типа "Красивыми рождаются, отважными становятся". Ну, или, на худой конец, какой-нибудь узор в виде звёздочки или цветочка.

- Я могу оставить тебя сдесь одного? - спрашиваю. Ясно дело, он не собирается покидать кухну, а мне больше не хочется сидеть сдесь с ним, потому что он начинает казаться мне очень даже привлекательным. Боюсь, в скором времени замечу, что Уилл сексуален.

Уилл смотрит на меня внимательно изучая черты лица и очертания моего тела в этой пижаме. Я начинаю жалеть, что так одеваюсь.

- Конечно, - кивает он и я спешу выйти из комнаты, чувствуя его взгляд на своей заднице.

***

Утром я встаю задолго до звона будильника и спешу в ванную комнату. Интересно, наши гости поселятся в отеле или в противоположном коридоре от наших спален, в гостевых комнатах? Если последнее, то надо быть осторожней в выборе одежде и начинать запирать дверь в свою комнату. И вообще, сколько их? Отец говорил о членах семьи, моего дедушки и по совместительству отца моей биологической мамы, но я и не прдполага, что Уилл - член моей семьи. Но тогда я знала точно, что не хочу впускать дедушку в свою жизнь, в моё обучение охоте и во все хорошее, что есть в этом доме. Ходят слухи, что он ужасный человек, который не щадит никого, и меня это пугает. Я видела его однажды, мне было пять лет, и тогда он произвёл на меня не самое хорошее впечатление. На самом деле, он меня напугал до смерти. Его улыбка была фальшивой, а поза - не выражаюшая умиления при виде маленького ребёнка (меня). Позже я узнала о нем, что он, Дэвид Грейсон, без суда карает повинных в самых безобыдных вещах вампиров и истребляет целые стаи оборотней и кланы ведьм, объясняя это тем, что все сверхъестественное - отвратно и не заслуживает жизни. Появление моего дедушки в Лос-Солидад означало угрозу жизни моим друзьям.

От размышлений меня открывает стук в дверь.

- Можно скорее? - кричит кто-то за дверью. Я пугаюсь. Кто это может быть? Надеюсь, что Уилл. Хотя уже понимаю, что это не он (голос не тот, более мальчишеский, что ли).

Я наспех одеваюсь и жду. Чего жду - не знаю. Знаю, что напугана и молюсь о том, чтобы тот, кто стоит за дверью, ушёл. Но стук повторяется.

- Ты там померла, что ли?

Почему я должна бояться? Это мой дом! Паника нарастает в груди, мне кажется, что я вся трясусь. Это ощущение безысходности доводит до желания выпрыгнуть через окно, а потом спокойно войти в дом через дверь. Но я успокаиваюсь, поддаюсь какому-то странном порыву смелости, и, пока не поздно, открываю дверь. Передо мной стоит парень, не Уилл. Все, что я могу заметить - светло-зелёные глаза и кудрявые волосы, которые как нимб или соломенная шляпа обромляют это милое личико. Мне хочется запустить руки в эту шевелюру.

- Я могу пройти? - говорит он, протискиваясь мимо меня в ванную. Он такой же высокий и худощавый, как Уилл. Это и есть его кузен? Лицо кажется знакомым.

Я идту в свою комнату. Собираюсь уже открыть дверь, как в это же время из своей комнаты выходит Джесс. На ней короткие шортики и майка на тонких брительках. Огромный живот, говорящий о шестом месяце беременности, кажется ещё больше в этой майке.

- Доброе утро, - щебечет она, потягиваясь.

- Ага, конечно. - Я понимаю, что расстроена тем, что только произошло. - Кто этот кудрявый парень, который только что пытался вломиться в мою ванную?

Лицо Джесс приобретает виноватое выражение.

- Наверное, это был Аарон, - говорит она. - Помнишь, наш двоюродный брат?

Тепрь вспомнила! Я его встречала тогда же, когда и Дэвида в первый раз.

- Что за черт? Ночью меня до чёртиков напугал какой-то Уилл, а теперь ко мне в ванную вламывается ещё и Аарон! Чего ещё мне ожидать?

- Ну, когда ты спустишься в столовую, ты увидишь нашего дедушку и ещё одного нашего кузена, Гидеона, старшего брата Аарона.

- Чудесно! - Я всплескиваю руками и ухожу в комнату.

Собираюсь чуть дольше обычного - не хочу спускаться вниз. Но когда в дверь начинают тарабанить родители, а потом и Джесс, волей не волей нужно выйти. Это я делаю оноврнеменно с Шарлоттой. Кажется, что наше общее недовольство может подорвать этот дом. Сестра кажется невыспавшейся и усталой, лицо необычайно бледное, а макияж нанесён небрежно. Опять, наверное, провела ночь на какой-нибудь вечеринке местных вместе со своей подружкой Люси Браун. Мы медленно спускаемся по лестнице и, когда оказываемся на нижней ступени, Шарлотта резко выдает:

- Дедушка хочет, чтобы я вступила в охоту.

- Что?! - Мой голос срывается. Мне делается дурно и я не нахожу слов, чтобы утешить сестру. Мы входим в столовую обе бледные и подавленные.

За столом все давно собрались и ждут нас. Во главе восседал жуткий старикан весь в морщинах, седой, но с лысиной, его глаза показались мне безцветными и безжизненными, пока он не посмотрел на меня. Его старое лицо исказила улыбка, такая неестественная, что меня передернуло.

- Элизабет, верно? - спросил он прекрасно зная ответ. - Красавица! Твой отец поведал мне о твоём стремлении продолжить традицию охоты в нашей семье. Похвально.

Я благодарно улыбнулась и поспешила занять свое место. Шарлотта проделывает то же самое. Она села подле меня, чему я была блогадарна, ведь мне место досталось слева от Аарона. Слышался скрежет вилок и ножей о тарелку, постукивание бакалов, а я даже не могу притронуться к еде. Мои мысли занимает Шарлотта. Младшая сестра никогда не хотела быть охотницей. В будущем она хотела поступить в колледж, найти работу, встретить человека, который далёк от мира охоты и больше никогда к этому миру не возвращаться. Я прекрасно понимала её и поддерживала, как и все в семье. Наш отец давал нам право выбора - вступить в охоту или нет, какой выбор не дают другим детям охотников.

Мне не скоро хватило смелости оглядеть стол, прошло наверное минут пять, а я так и не притронулась к еде. Родители сидели слева от Дэвида, моего дедушки, и мама выглядела чем-то недовольной. Дэвид что-то шептал ей на ухо, и с каждым разом лицо Миранды Сойер, самой доброй и приятной женщины в мире, искажалось неприязнью. Я могу её понять. Сложно испытывать что-то другое к этому старикану. Радом с отцом, прямо напротив меня, сидел парень лет двадцати с небольшим. Гидеон Грейсон, подумала я. Он был похож на Аарона, своего брата, глазами и чертами лица, только не такой кучерявый. Черты лица Аарона показались мне идеальными и плавными при первой встрече, а у юноши напротив - резкими и неприветливыми. Но все это сглаживала улыбка на лице, которой он одарил мою старшую сестру. Гидеон что-то рассказывал, а Джесс мило улыбалась ему. Я слегка подалась назад, чтобы посмотреть на Уилла. Он не замечает меня, с участием слушая разговор между Дэвидом и мамой. Я смотрю на него и не могу оторваться от замечательного профиля. Короткие тёмные волосы, зачесанные наверх, открывали слегка заостренные уши. Его глаза мне кажутся зелеными, хотя при ближайшем рассмотрении могут оказаться темнее или светлее обычного зелёного оттенка. Его нос прямой, а скулы напряжены, когда он вот так вот смотрит на Дэвида. Он прекрасен. Хотя краем глаза я заметила белый шрам на шее. Может его укусил вампир? А может это дело рук оборотня? Хотелось спросить его про шрам, но понимала, как бы глупо я тогда выглядела. Я потеряла счёт времени, пока вот так в открытую пялилась на него. Шрам не давал мне покоя. И кажется мой интерес к его персоне заметил мой сосед справа. Аарон щёлкнул пальцами у меня прямо перед носом и я поспешила отвернуться от Уилла, пока тот не заметил моё глупое, я уверена в этом, выражение лица.

- Ты пялилась, - прошептал кузен и тихо засмеялся.

- А вот и нет. - Как это вообще со стороны выглядело?

- Я не осуждаю. - Аарон сделал вид, что сочувствует мне, хотя в душе, я уверена, ржал надо мной.

Я решилась проглотить пару кусочков ростбифа, чтобы к концу дня не грохнуться в обморок, но не помогло. Меня начало тошнить от... чего? От вкуса мяса, от специй или от компании, в которой оказалась? Под столом успела набрать сообщение Мейсу с просьбой купить то, что поднимет мне настроение - милкшейк и печенье.

- Думаю, Элизабет и Шарлотта могут тренироваться вместе с Аароном. - До меня доходят слова Дэвида. Я выпрямляюсь как по струнке и подаюсь вперёд, желая узнать продолжение.

- Не думаю, что это хорошая идея...

Миранда Сойер не была охотницей. Она просто человек, которому не посчастливилось влюбиться в охотника. И хоть она не моя родная мама, я рада, что могу её так называть. Миранда может казаться маленькой и хрупкой, но на самом деле она - настоящий воин. Она будет отчаянно защищать все своих детей - родных и не родных.

- Миранда, голубка, ты не понимаешь и, наверное, никогда не поймёшь всей важности подготовки в жизни охотников. - То, как Дэвид назвал маму - "голубка", заставляет содрогнуться. Он говорит так, будто Миранда - дурочка, которая совсем ничего не знает. Мне хочется что-то сказать в её защиту, но понимаю, что Шарлотта уже с минуту дёргает меня за руку. Оказывается, отец уже давненько пытается впихнуть нас из комнаты.

- Элиза, Шарлотта, думаю, вам пора в школу, - в очередной раз повторяет он. Отец кажется разраженным. - Дэвид, мы можем отправиться в мой кабинет и все обсудить там.

Черт! Теперь я не смогу принять участие в споре и защитить сестру от этой некчемной для неё участи - быть охотницей. Делаю пометку, что в ближайшее время надо будет поговорить с Дэвидом о Шарлотте.