51
Ещё через полгода, когда в Петербурге вновь выпал снег, Вита позвала брата и сестру в гости отметить день рождения Кристины. Ваня настояла на том, чтобы приехать с утра и помочь с готовкой, но вместо этого проспала до обеда, а когда проснулась, Влад уже стоял у плиты в одних штанах и жарил ей блинчики, чихая через каждые два, потому что Энгельс устроился на холодильнике и оттуда сверху вниз наблюдал за процессом с выражением недовольства и капельки любопытства. Ванесса потянулась и медленно встала с двуспальной кровати с ортопедическим матрасом, на покупку которого уговаривала Влада две недели. Замену гроба на кровать он воспринял настолько негативно, что Ваня даже подумала, что переезжать к нему не самая лучшая идея, но в итоге они пришли к компромиссу и купили кровать, оставив гроб в углу комнаты. Если они сильно ссорились, вампир уходил спать туда, но чаще всего Ваннеса скидывала на него вещи или билась об него мизинцем, когда проходила мимо.
Её тело почти вернуло прежнюю чувствительность, но она всё еще не могла сохранять тепло, и температурой кожи очень напоминала самого Влада. Однако она перестала мёрзнуть — нет худа без добра. Её тело больше не было способно зачать или стареть, так что и тут она себе напоминала вампира. Она также работала в кафе «Междумирье», практически ежедневно помогая людям обрести покой или своих потерянных близких. Иногда в кафе заглядывали гости из разлома, и Ваня каждый раз надеялась, что это не родственники Бельфегора. Кажется, у неё началась аллергия на их демоническую семейку.
Ваня подошла к Владу и обняла его, прижимаясь грудью к его спине, поднялась на носочки, и поставила острый подбородок на его плечо, было неудобно, но очень уютно.
— Как вкусно пахнет. Доброе утро, — она поцеловала его в шею и, звонко шлёпнув по заду, пошла в ванную.
В доме Виты пахло выпечкой и хвоей, хотя до Нового года оставалось ещё полтора месяца. Виталина встретила их на пороге, в фартуке, с мукой на щеке, и Ваня подумала, что её старшая сестра теперь выглядит по-настоящему счастливой. Работа Верховной забирала у неё много сил, но она ни минуты не жалела, что взяла на себя эту ношу, ведь она готовилась к этому всю свою жизнь и была достойна этого титула как никто другой.
— Какой большой мужчина, — Ваня потрепала Кирилла за щеки и поцеловала его в макушку. Племянник так вырос за последний год. Кристина уже играла с Владом.
Вик с Николь приехали через двадцать минут после Вани. В руках у Николь был огромный плюшевый медведь, а у Вика небольшая коробка в упаковочной бумаге. Ваня с Владом уже подарили свой подарок — барби и дом для неё.
— Дядя Вик! — воскликнула изменница, прыгая ему в объятья, он со смехом покружил её по комнате и кинул на мягкий диван в гостиной, принимаясь её щекотать. — Я сдаюсь! Сдаюсь!
Когда подарки были подарены и все собрались за праздничным столом, Виктор поднял бокал с соком — за руль сегодня сел он, — и сказал, что у них с Николь есть две новости, одна хорошая, а вторая тоже хорошая, но сначала он покажет.
Он достал телефон, нашёл нужное фото и протянул Вите. На экране был щенок — маленький, неуклюжий, с пятнами, которые ещё не проявились как следует, но уже было понятно, что это далматин. Пёс сидел в коробке, поднял голову к камере и выглядел так, будто только что проснулся и ещё не понял, где находится.
— Это Джефф, — сказал Вик. — Мы взяли его месяц назад. Он съел два моих носка, погрыз ножку стола и, кажется, считает себя главным в доме.
— А кто главный на самом деле? — спросила Вита.
— Николь, — ответил Вик без колебаний. — Я на втором месте. Джефф на третьем.
Николь засмеялась, поправила волосы и сказала, что это не единственная новость. Она положила руку на живот — ещё незаметный под свитером, но Ваня почему-то сразу поняла, в чём дело, и замерла в предвкушении новости.
— У нас будет ребёнок, — сказала Николь, и её голос лучился счастьем. — Мы узнали на прошлой неделе. Пока не знаем, кто будет, — она нежно погладила живот, и Вик положил свою большую ладонь на её.
Вита вскочила, обняла сначала Николь, потом Вика, потом снова Николь, и Ваня видела, как её старшая сестра, которая всегда держала эмоции под контролем, вытерла глаза краем фартука, делая вид, что поправляет волосы. Кристина захлопала в ладоши и спросила, будет ли у неё теперь брат, а Кирилл, который считал себя слишком взрослым для таких вопросов, спросил, когда можно будет научить ребёнка играть в футбол. Ваня тоже обняла брата и подругу, радуясь за них. Судьба, чёрт возьми.
Виктор сосредоточился на магических подработках, отодвинув бизнес в сторону. Пару месяцев назад он заключил с Ваней пари о том, что сможет изгнать больше злых духов, чем она, несмотря на её читерные способности, она посмеялась, но он начал активно искать любую работу, связанную с изгнанием, чтобы обойти сестру. Николь всё так же работала в своей магической лавке, взяв на работу одну из ведьм-близняшек — Ладу — на место Вани.
Когда Николь вышла в туалет поправить макияж, Виктор отодвинул стул и достал из кармана маленькую бархатную коробочку.
— Я завтра сделаю ей предложение, — сказал он. — Я хочу, чтобы всё было правильно, чтобы она знала, что я выбрал её не потому, что она беременна, а потому что она — это она. Я давно купил кольцо, зря так долго тянул.
Ваня смотрела на брата и не узнавала его. Этот человек, который когда-то боялся серьёзных отношений, который менял девушек как перчатки и считал, что любовь — это ловушка, теперь сидел перед ней с кольцом в коробочке и говорил о том, что хочет провести всю жизнь с одной женщиной, их собакой и малышом.
— Ты изменился, — сказала она.
— Знаю, — ответил он. — И, кажется, мне это нравится.
Вита спросила, боится ли он, что Николь откажет, но Вик только покачал головой и сказал, что боится только того, что она согласится, а потом поймёт, с кем связалась, и будет жалеть. Ваня хотела сказать, что Николь уже всё поняла и до сих пор не сбежала, но не стала — он и сам это знал.
Ване было безумно жаль, что бабушка не видела, как вырос её внук, но она уже наверняка знает о беременности Николетты. Как и мама. На прошлый Самайн они встречались с ними, теперь они живут в соседних домах и стараются наверстать последние тридцать лет.
Николь вернулась через минуту, села на своё место, Вик успел убрать коробочку обратно в карман, но Ваня заметила, как его пальцы дрожали, когда он наливал будущей невесте сок. Она улыбнулась, перевела взгляд на Влада и подумала о том, что жизнь состоит из миллиона прекрасных моментов, и даже если иногда они омрачаются негативными событиями в духе войны двух братьев-демонов, они помогают понять ценность этих моментов.
Потом был чай, и пирог, который испекла Вита, и долгие разговоры ни о чём и обо всём сразу. Кирилл показывал фокусы — те, которым его научил Вик, — а Кристина пыталась убедить всех, что её новый кот умеет разговаривать, просто пока не хочет. Вик рассказывал о своих последних делах — об изгнании злого духа из старого дома в Кронштадте, о том, как они с Николь ездили на разведку в заброшенный склад под Гатчиной и нашли там ещё три сферы с душами, которых либо случайно оставили, либо оставили специально и будут приманивать их душами как хлебными крошками.
Когда стемнело, и настала пора расходиться, Ваня задержалась на пороге, обняла сестру, потом брата и Николь, и сказала, что в следующий раз они собираются у них, потому что ей интересно, как выглядит её квартира после переезда Виктора.
В машине Ваня смотрела в окно на проплывающие фонари, на снег, который снова пошёл, и думала о том, что безумно счастлива.
— О чём задумалась? — спросил Влад.
— О том, что Вик наконец-то вырос, — ответила она. — И что у меня будет племянник и племянница.
— Откуда ты знаешь, что их будет двое?
— О-о-о, — протянула Ванесса и заговорщески ему улыбнулась. — Я всё знаю, я же была ведьмой, забыл?
Он взял её за руку, сжал пальцы, и они поехали домой, где их ждал Энгельс и новая жизнь, которую они строили вместе, день за днём, шаг за шагом, не зная, что будет завтра, но зная, что они справятся, потому что они всегда справлялись.