28
Все приготовления закончились к концу октября, оставалось решить вопрос с билетами, но Влад сказал, что знает способ получше, подешевле и побыстрее, так что пришлось поверить ему на слово.
Вечером Гоголи собрались в доме Виты, дети с Егором были у его родителей на случай того, что что-то пойдет не так. Они стояли в окружении свечей в большой гостиной, взявшись за руки. Влад читал заклинание с потрепанного клочка бумаги, и Гоголи вторили ему. Это заклинание они слышали впервые, а вот вампира пользовался им не единожды, судя по его уверенности в успехе. Разумеется, у вампиров нет магических сил, только ведьмы или колдуны могли прочесть заклинание, но влияло оно напрямую на Влада.
За его спиной открылась прозрачная рамка, сразу и не заметишь, если не присматриваться, как рябит воздух за вампиром.
— Держимся за руки, когда нас затянет внутрь, будет легче легкого потерять друг друга, так что не отпускайте рук.
Влад крепко обхватил тонкие запястья ведьм, Виктор так же вцепился в сестер, создав своеобразный магический квадрат. За секунду до прыжка он подумал о том, что можно было обвязать всех веревкой, но было уже поздно. Едва вампир коснулся мерцающего портала, их затянуло внутрь с чудовищной силой. Перемещение длилось не больше пары секунд, однако внутри всё казалось куда дольше, вся жизнь успела промелькнуть перед глазами, не говоря уже о видах незнакомой местности, через которую они пронеслись.
Посадка вышла достаточно твердой, чтобы оставить пару синяков на теле. Ваня, лежа на спине, огляделась вокруг. В помещении были очень высокие потолки, прямо над её головой висела большая хрустальная люстра, стены и колоны были покрыты фресками, изображающими святых. Было темно и мрачно.
— Это что за церковь? — Виктор поднялся на ноги, помогая сестрам встать. Сам он потирал ушибленный зад.
— Это монастырь Снагов, когда-то я вложил в него уйму денег, построил мост, оборонительную стену, подводный тоннель, тюрьму... Пыточную, — перечислил вампир, придирчиво осматривая фрески, которые местами опадали вместе со стеной. От былой красоты почти ничего не осталось.
— И что мы здесь забыли? — Ваня подошла к крошечному окну, пытаясь рассмотреть вид.
— Отсюда до Михаэлы ближе, чем из Питера. До Бухареста рукой подать, около часа, если мы поймаем машину, так что поспешим.
— Это не ответ, Влад, почему портал привел нас именно сюда? — Вита отряхнула свои джинсы от пыли. Она была собрана и насторожена с того момента, как они впервые встретились с Бельфегором, тревога и чувство ответственности не отпускали её ни на минуту.
— Потому что здесь меня похоронили.
— Чего-чего? — опешила Ванесса, подходя к вампиру.
— Ну, моя могила здесь. Я действительно тут лежал пару часов, пока моя шея срасталась после покушения, и кое-что я прикопал здесь, чтобы в любой момент вернуться в Снагов. Здесь красиво, и воздух будто чище.
— Ты стал вампиром здесь?
— Нет, Ванесса, я стал им примерно лет за десять до похорон, но это показалось мне удачным моментом, чтобы уйти в тень. Устал воевать, детям постоянно нужно было внимание, жена на мозги капала, османы, турки... К тому же однажды люди бы поняли, что что-то не так: я почти догнал своего отца по возрасту, а в те года это считалось долголетием. И не постарел ни на день с момента обращения. Но даже так о моей жизни и смерти ходило много слухов... А мой старый друг Брэм сделал всё только хуже, собрав все эти слухи в одну книгу. Повезло, что мои дети не дожили до её издания, — продолжал сетовать вампир, ногтем поддев отходящую от стены выцветшую фреску.
— Брэм... Который Стокер? — непонимающе уточнил Вик. Столько подробностей о жизни Влада не знала даже Ваня. Он рассказывал ей пару историй о семье, и о годах его других жизней, но никогда не делился таким количеством информации, какое вывалил сейчас.
— Ты граф Дракула? — ведьма рассмеялась. Разумеется, она читала эту книгу. Это же классика. Но она совершенно не ассоциировалась у неё с Владом.
Влад хмуро посмотрел на неё и пошёл на выход, игнорируя приступ смеха подруги. Старался не показать, как его это задело, но это и так было видно.
— Ну стой! Куда ты? — Ваня пошла за ним, сдерживая смешок, который рвался наружу, стоило ей подумать, что книга была написана о Владе.
— Я не какой-то дурацкий граф. Я был князем Валахии, правителем этих земель, а этот придурок понапридумывал историй о вампиров, понизил меня в должности и написал глупый любовный роман о моей жизни.
Ваня не стала говорить Владу, что он сам пишет любовные романы, которые ей нравятся куда больше, чем история Дракулы. Это бы польстило вампиру, но сейчас он нуждался не в этом.
— Я был воеводой, занимал валашский господарский престол долгие годы, отдал столько денег на благотворительность, со мной Валахия не знала о воровстве, я постоянно одерживал победы в войнах, но люди запомнили меня как тирана-колосажателя. И чертового графа. По-твоему, это справедливо? — распалялся он, активно жестикулируя руками.
— Но ведь ты и правда сажал людей на кол? — неуверенно уточнила Ваня. Она слышала пару историй, но в биографию Цепеша особо не углублялась. Если бы знала, что он живет в соседней квартире – обязательно бы прошерстила несколько книг о его жизни.
— Конечно, сажал, — гордо ответил он, расправив плечи.
Ведьма закинула руку на плечо друга и прошлась с ним по влажной от дождя земле.
— Здесь и правда очень красиво.
Влад напомнил, что они находятся в другой стране с чужим языком, и чтобы свободно передвигаться и общаться с местными жителями им потребуется за пару часов выучить румынский или прочесть какое-то заклинание для его понимания. Вита пару минут пыталась вспомнить, было ли в книге что-то такое, и кивнула вампиру, взяв брата и сестру за руки.
— Кровью луны, теней наказ,
Пусть немые рты заговорят враз!
Чужой язык — румынский вой —
Впивается в ваш разум, как клык слепой.
Чтобы проверить действие заклинания Влад сказал пару фраз на румынском, а Ваня ему ответила. И понимание, и знание языка было на высшем уровне – это хорошо, нужно будет не забыть вернуть всё как было, когда они поедут обратно домой.
Время было уже позднее, поэтому с поиском машины возникли трудности и довольно долго пришлось идти из села пешком, пока не нашлась попутка. Водитель всю поездку рассказывал истории о Румынии, как только узнал, что Гоголи туристы, предложил подвести их до проверенного отеля в центре Бухареста и даже подсказал, что подают лучшие завтраки в городе.
Они сняли два номера, в одном расположились ведьмы, а в другом Вик и Влад, который полночи ворочался в своей мягкой кровати. Вдалеке от своего излюбленного гроба ему плохо спалось. Вита с Ваней до двух ночи отрабатывали защитные заклинания, которые могут пригодиться им в случае чего, пока глаза не начали слипаться, но без Энгельса Ваня тоже с трудом уснула. Один Вик спал без задних ног.
— Как мы собираемся найти Михаэлу? — спросила Вита, лениво откусив свой сэндвич. Вся компания собралась за завтраком ближе к одиннадцати утра.
— Скоро Самайн, она и её ковен соберутся в лесу Болд-Кретьеаска возле ведьминого озера, нам нужно перехватить её до этого, — Влад достал свой телефон, отметив, что до Самайна осталось пять дней, и открыл браузер. — Нашёл.
Он повернул смартфон к ведьмам, чтобы они могли ознакомиться с сайтом.
Ведьмовские услуги от потомственной ведьмы Михаэлы Минки.
— Она официально указывает услуги ведьмы? — удивилась Ваня. Конечно, у неё тоже была своя страничка на сайте магазина Николь, но это не то же самое, она была приложением к магазину, а тут целый сайт с услугами ведьмы.
— Да, и платит за это налоги. Колдовство в Румынии легально, если ты не знала, — вампир закатил глаза, отпив горячий капучино.
— Я не могу знать всё на свете, — оправдывалась Ваня, вернувшись к изучению сайта. — Запишемся на консультацию? Возможно, она просто так отдаст нам заклинание? Или за деньги?
— Ни одна ведьма добровольно не отдаст заклятия своего гримуара, Ваня, бабушка бы тебя наказала за это предположение, — Виталина устало вздохнула, поражаясь наивности своей сестре.
— Ну извини, возможно я так мало знаю как раз, потому что бабушка меня слишком часто наказывала за вопросы?
— Нет, она наказывала тебя не за вопросы, а за твою лень и упрямство, — вкинул Вик, возвращаясь к своей яичнице. Он не хотел ссориться, но и промолчать не мог.
— Прости? Как вообще можно наказывать ребенка за его характер? — возмущенно всплеснула руками ведьма и тут же повернулась к Владу, игнорируя родственников: — Посади их на кол.
— Я больше этим не занимаюсь, теперь за это можно сесть. О век, о нравы, — посетовал он.
Было решено, что на консультацию пойдет только Влад, действуя по первоначальному плану: раскаяние, а в крайнем случае — похищение.
Вечером следующего дня Влад зашёл в большой кабинет Михаэлы. Она сидела в полутьме за большим дубовым столом, покрытым чёрной дорогой скатертью, напротив неё стояло дорогое вельветовое кресло красного цвета, у стены возле книжного шкафа стоял большой диван с такой же обивкой. Интерьер был богатым. Ведьма держала руку над стеклянным шаром, затянувшимся серой дымкой, и перевела взгляд на вампира.
— Ты пришёл, — голос был... старческим.
Воздух застрял у него в легких. Пятьдесят лет для него — миг, пара глав в книге. А для нее — целая жизнь. Морщины у глаз, которые он помнил лишь намёком, когда она смеялась, теперь прорезали кожу глубокими бороздами. Её руки, когда-то таких же упругих и сильных, как и она сама, теперь были узловатыми и покрыты тонкой паутиной возрастных пятен. Перед ним сидела не та Мика, которую он бросил. Перед ним сидела её бабушка. Или даже прабабушка.
Раньше он часто переезжал с места на место, нигде надолго не задерживаясь, во время его жизни все знакомые умирали слишком рано из-за болезней или войны, поэтому он не так часто наблюдал за старостью вживую. Конечно, он видел пожилых людей в метро или ту соседку с собакой, но никогда не видел состарившегося человека, которого он знал ещё молодым. Хотя прошло почти пятьдесят лет, можно было предположить, что для Михаэлы время не остановится, как замерло для него.
— Да, я пришёл к тебе, дорогая, — Влад сел в мягкое кресло и с нежностью посмотрел на усеянное морщинами лицо когда-то красивой и молодой ведьмы, от которой был без ума. Сейчас ему стало немного жаль и даже чуточку стыдно из-за того, что он бросил её, как если бы он мог как-то повлиять на её старение.
— Я ждала тебя. Долгие годы ждала, а тебя всё не было, — она посмотрела на него грустным и усталым взглядом. — Словами не передать, что я чувствовала, когда поняла, что ты бросил меня...
Голос был хриплым и расстроенным, отчего сердце Влада сжалось. Обычно он больше не встречался с людьми, которым сделал больно, но он помнил почему пошёл на это и что должен сделать. Ему нужно помочь Ване.
— Прости, Мика, — вампир протянул холодную ладонь и слегка сжал её руку, лежавшую на столе. Кожа была непривычно старческой, от былой эластичности не осталось и следа.
— Всё в прошлом, — она вырвала руку из его ладони и прижала к своему бедру, сжав пальцы в кулак. — Зачем ты здесь? Вряд ли пришел пригласить меня на свидание. Может, нужно опять кого-то убить для тебя?
— Мика... — он собирался сыграть свою роль, но слыша её голос, видя её лицо – не мог. — Ты права, я снова пришёл просить тебя о помощи. Прости.
Он услышал её смех, совсем не такой звонкий как раньше: усталый, саркастичный и разочарованный.
— В твоём гримуаре было заклинание, скорее, целый ритуал для создания гомункула, я пришёл за ним. Ты можешь запросить любую цену за эту страницу, мне достаточно просто посмотреть на неё. Прошу тебя, Мика.
— Было такое, да. Снова нашёл дурочку, которая колдует для тебя? Это так на тебя похоже, Влад, — ведьма покачала головой, слегка растрепав седые волосы, собранные в пучок на затылке.
— Это не для меня.
— Конечно, не для тебя, для вампира ведьмовские заклинания бесполезны. Однако... — Михаэла подумала пару минут, постучав пальцем с длинным ногтем по подбородку. — У меня есть цена, которую ты можешь заплатить за ритуал.
Вампир вопросительно посмотрел на неё её, мысленно прося продолжить. Атмосфера в кабинете заметно накалилась.
— Я хочу стать твоей женой. Если мы поженимся, я отдам тебе страницу, — ехидно предложила ведьма, кинув взгляд на стеклянный шар, и закусила губу. — И на нашей свадьбе должна быть эта девчонка. Мне интересно взглянуть на ту, ради которой Влад Цепеш, трижды князь Валахии, вновь унижается. А там... посмотрим. Возможно, я буду столь великодушна, что помогу с вашим гомункулом. Если мне понравится, как вы танцуете под мою дудку.
Губы Влада искривила горькая усмешка. Века жизни, а он снова здесь: в темной комнате, торгуясь за знания ценою своей свободы. Ничего не меняется. Только теперь на кону стояла не его душа, а нечто, возможно, более ценное — его одиночество.
Его заманили в ловушку, из которой он сможет вырваться только окольцованным, но он готов был рискнуть и пойти на это.