Крылья бабочки

Distruzione — разрушение

📍Италия, Сицилия, Палермо
ДАФНА БАРБАРОССА, 19

Когда я почувствовала чье-то теплое тело рядом с собой, то напряглась. Медленно открыв свои глаза, я увидела прямо перед своим лицом голову Риккардо, он крепко спал, прижимаясь своим носом к моей шее, его огромная рука была перекинула через мою талию, и крепко удерживала меня на месте, придавив к кровати.

Черт.

Воспользовавшись тем, что он спал, я начала изучать его. Он изменился, стал выглядеть немного старше, серьезнее, и безусловно опаснее. На его лице появились небольшие морщинки, его волосы стали длиннее, раньше, когда мы... только начали встречаться, у него были совсем короткие волосы, почти под единицу, у него не было бороды, которая была сейчас, и она определено придавала ему возраста. Его светлые волосы, а также борода, стали немного темнее, получив некий золотистый оттенок. Но цвет его глаз все еще был таким же, хоть они сейчас и были закрыты, но я никогда не смогу забыть этот цвет... слишком красивый, насыщенный, яркий для того человека, как он.

Бабушка говорила, что люди, у которых голубые глаза, особенные, что Бог выбрал их, подарив им такой необычный цвет глаз. У Риккардо они были просто прекрасными, как прозрачная, бирюзовая вода в море. В Албании людей с голубыми глазами считали священными, этот оттенок был очень редок для коренных албанцев.

Интересно, что брат и сестра Риккардо были совершенно другими, непохожими на него, я видела также его отца, и у него тоже нет с ним заметных сходств. Скорее всего, он похож на их мать, это единственный вывод, который я могла сделать.

А потом, резко вспомнив, что он меня украл, я решила тихо освободиться из его объятий, мне удалось это сделать, но не с первого раза, Риккардо продолжал мирно спать, а я начала искать топор своим взглядом.

Куда он его дел, черт возьми? Это была единственная вещь, благодаря которой я чувствовала себя спокойнее здесь. Ублюдок забрал даже его.

Ещё одна причина, почему я его ненавижу. Я каждый раз напоминала себе о том, что этот человек сделал со мной и моей жизнью, но каждый раз мне было все сложнее его ненавидеть, особенно сейчас, когда он был так близко.

Плевать, надо просто выбраться отсюда, как можно быстрее, подойдя к двери, я аккуратно открыла ее, и что меня порадовало, что она была открыта, либо ты - идиот, Риккардо, либо ты приготовил для меня, что похуже.

Посмотрев на него в последний раз, и убедившись, что он продолжал спать, я выскользнула из комнаты, и начала медленно спускаться вниз, стараясь избегать скрипучих ступенек.

Мне снова повезло, в гостиной никого не было, я начала осматриваться в поиске чего-нибудь, и мой взгляд привлекли ключи от машины, которые валялись на столе.

Интересно, кто из них был так глуп. Может Уго? Не думаю.

Схватив ключи, я быстро направился на выход из этого чертового дома, вокруг был сплошной лес.

Где я, черт возьми? Что это за глушь?

Сглотнув, я заметила огромный черный внедорожник возле дома, побежав к нему, я нажала на кнопку на ключах, и о, боги, они были именно от него. Быстро запрыгнув за руль, я завела машину, и только начала отъезжать, как раздался выстрел.  

Машина резко остановилась, и мое тело дернулось вперед, мое дыхание также нарушилось, и руки стали влажными, но продолжали крепко сжимать руль.

Какого черта?

Как вдруг, я увидела Риккардо с пистолетом в руках в зеркале заднего вида.

Нет, нет, нет.
Я снова нажала на газ, но машина отказывалась мне подчиняться...

Он моментально распахнул водительскую дверь, и уставился на меня просто убийственным взглядом.

— Ты действительно думала, что сможешь от меня сбежать? — твердо заявил он.

— Ты действительно стрелял в меня? — и между нами повисла тишина. Наше дыхание было тяжелым, но мы продолжали вести эту некую молчаливую битву своими глазами, пока он не сдался, резко убрав свою пистолет в кобуру, схватив меня за талию и перекинув через свою плечо.

— Какого... — закричала я, со всей силы ударив его по спине, но воздух буквально покинул мои легкие, когда мой живот ударился об его плечо. — Ненавижу тебя! — громко сказала я, продолжив сопротивляться.

— Я это уже слышал, будь пооригинальнее. — сказал он мне, и понес в дом, его рука оказался на моей заднице, придерживая меня за нее.

— Убери свою чертову руку, кретин! — кричала я, как сумасшедшая, продолжая брыкаться, но он слишком крепко держал меня. Мы уже поднимались по лестнице, потом он распахнул дверь, и кинул меня на кровать, даже не церемонясь.

Я приземлилась своей заднице на нее, мои спутанные волосы тут же разметались по всей ее поверхности, я все еще продолжала тяжело дышать, а этот придурок... он прямо сейчас буквально пожирал меня и все мое тело своими глазами. Я видела в его взгляде нескрываемое желание. И я только открыла свой рот, чтобы высказать ему все, что я о нем думаю, как он перебил меня.

— Прежде чем все эти проклятия в мою сторону вылетят из твоего сладенького ротика... — и мои глаза округлились. — Я хочу сказать, что два года думал, что ты мертва. — и мой рот захлопнулся. — Я каждую гребаную секунду думал о тебе, и винил себя в твоей смерти, я не мог с этим жить, и пожалуй, если бы не мои сестра и брат, то не стал бы, последовав за тобой в могилу. — я сглотнула, слегка присев на кровати, он продолжал смотреть мне только в глаза. — Я миллион раз просматривал ту запись, когда в тебя выстрелили, я был убежден, что ты мертва, я постоянно приходил на могилу, думая, что там ты... но тебя там не было...

— Ты думаешь, что я поверю в это? — спросила я у него, пытаясь скрыть свою дрожь в руках.

— Я и не надеюсь, но я хочу, чтобы ты выслушала меня. — твердо заявил мне он. — Пожалуй, нужно начать с самого начала, с того дня, когда я не пришел на нашу... — и я отвернулась, посмотрев в окно. Я не собиралась плакать при нем, нет, этого не будет. — Орсо умер в тот день, поэтому, я не пришел. — и моя голова метнулась обратно, мои глаза широко раскрылись, когда я услышала от него это. — Это случилось незадолго до нашей планируемой росписи, мой отец убил моего друга, и взял в плен другого, он также забрал мою сестру, спрятав ее от меня. Я не мог... я просто не мог.

— Орсо действительно был убит? — тихо спросила я, не веря в услышанное.

— Да, незадолго до Джехоны. — и я сглотнула, начав теребить свои пальцы на руках. — Это все сделал мой отец, он был против нашего брака, потому что незадолго до нашей свадьбы, я рассказал ему о тебе. — и я ахнула. — Я совершил ошибку, за которую расплачиваюсь до сих пор.

— Ты женился на моей сестре. — напомнила я ему, и он закрыл глаза, слегка вздрогнув, будто я дала ему пощечину.

— Я не знал, что она - твоя сестра. — и он распахнул свои глаза, в которых была лишь одна боль. — Я клянусь тебе, что этот брак ничего для меня не значит, он был заключен по договоренности, у меня не было другого выхода, я сделал это ради своей сестры.

— У тебя все время нет другого выхода. — пробормотала я. — Если все, что ты сказал мне, это правда, то это лишь означает, что ты никогда не выбирал меня. — и он сглотнул. — Ты выбирал всех, но не меня.

— Дафна... — и он сделал шаг ближе ко мне, но я отползла на другой край кровати, и он замер.

— Я два года сгорала изнутри изо дня в день, Риккардо. И ты думаешь, что твоя пятиминутная речь может все исправить, все вернуть обратно? — и я усмехнулась. — Нет, как раньше, больше никогда не будет.

— Дай мне шанс все исправить. — чуть ли не умолял он меня.

— Нет. — и это снова был удар для него. — Я не хочу больше страдать.

— Дафна, я люблю тебя. — сказал он мне, причинив этими словами еще большую боль.

— А я тебя больше нет. — заявила я ему, и он вздрогнул. Конечно, я врала, я любила его до глубины своей души, но я никогда больше не признаюсь ему в этом.

— У тебя кто-то есть? Скажи мне! — и он моментально погрузился в состояние гнева. Это было так похоже на него.

— А что если и так? — и я встала на ноги с другой стороны кровати. Его лицо аж покраснело от услышанного.

— Кто он? Кто он, черт возьми? — и он ринулся ко мне, но я поставила перед собой руку.

— Тебя это не касается, я люблю его, и хочу быть только с ним.

— Ты врешь! — начал кричать он, и моментально оказался передо мной, нависнув над моим телом. А я лишь продолжала смотреть ему в глаза.

— Мне нет смысла врать, Риккардо. Посмотри в мои глаза, и ты сам все в них увидишь, я люблю этого человека больше всего на свете. — и он явно увидел в моих глазах правду, я не врала ему. — Мне не нужен твой брат, я не собираюсь выходить за него замуж, потому что я выйду за другого. — и он сделал шаг назад, он был потерян. — Или ты думал, что я эти два года сидела и ждала, когда ты вновь появишься в моей жизни? Нет.

— Зачем ты это делаешь? — с отчаянием спросил он. Ему больно, также больно, как было мне.

— У тебя есть жена, Риккардо. И если ты думал, что сможешь жить со мной, спать, трахаться, пока у тебя есть жена, то ты ошибался. Я никогда не буду вторым сортом. — выплюнула я ему в лицо, высоко забрав подбородок. — Элена - твоя жена, а не я. Будь любезен: опусти меня, и поезжай к своей гребаной Элене.

— Мне плевать на нее! — громко закричал он на весь дом. — Она - никто для меня! Я даже пальцем ее не тронул! Для меня всегда была только ты, все эти два года я даже не мог смотреть на других женщин. — и мой рот приоткрыл от шока. Нет, этого не может быть. Он врал мне сейчас. — Я всегда любил только тебя. И люблю до сих пор, бабочка, как же ты не понимаешь? — и слезы уже скопились в уголках моих глаз.

— Потому что я вижу другое, Риккардо. Я вижу, как моя сестра идет к тебе под венец в белом платье, как она держит тебя за руку, как она заходит с тобой в спальню, она... не я.

— Я сделал это ради своей сестры, клянусь. Отец бы тогда не вернул ей... не вернул ей сына, моего племянника. — и я напряглась, мои глаза стали совсем широкими.

— Сына?

— Да, у Джульетты есть ребенок, но никто об этом не знает, отец забрал его, как только она его родила, она даже не видела его... ни разу. — и я начала тяжело дышать. Джульетта была хорошей девушкой, она поддержала меня на той ужасной свадьбе... и мне действительно было жаль ее.

— Мне жаль. Искренне жаль. Но причем тут я?

— Дафна, пожалуйста... — молил он меня, смотря такими глазами... — дай мне шанс все исправить.

— Ты упустил его. Два года назад.

— Ты несправедлива сейчас. — заявил он мне, и я крепко сжала руки в кулаки.

— Мне нужно вернуться обратно. К своей семье. — сказала я ему, пытаясь держать себя в руках.

— Кто он? Кто этот ублюдок, на которого ты меня променяла? — и я усмехнулась, не выдержав. Он серьезно?

— Еще раз повторяю, тебя это не касается.

— Все, что хоть как-то связано с тобой - касается и меня. — и я начинала уже злиться.

— Ты - никто для меня.

— Разве? Я - муж твоей сестры. Следовательно, член твоей семьи.

— Моей двоюродный сестры. Она - не моя семья. — я начала тяжело дышать.

— Дафна...

— Прекрати этот цирк, Риккардо! — не выдержала я, повысив на него свой голос. — Верни меня в особняк. Моя мама с бабушкой, наверняка, сошли с ума.

— Я не могу этого сделать, особенно после того, что ты мне сказала.

— Ты сделаешь это! — воскликнула я.

— Нет! — и он зарычал на меня.

— Ты... — и тут дверь распахнулась, в ее проеме показался растрепанный Уго, будто, он только что проснулся.

— Это, конечно, все прекрасно. Пожалуй, весь мир слышал, как вы ругались, но у нас незваный гость. — и Риккардо резко обернулся, посмотрев на своего друга.

— Кто?

— Тот албанец... как его, кажется, Башким. — и я напряглась, ринувшись вперед.

— Только троньте его пальцем и я...

— Пустите его в дом, пусть ждёт в гостиной. — перебил меня Риккардо, и я посмотрела на него, наши взгляды вновь пересеклись.

— Что ты делаешь?

— Привлекаю его на свою сторону. — и он прошел мимо меня, спускаясь вниз, на первый этаж. Я тут же последовала за ним и за Уго.

Спустившись вниз, я сразу же заметила Башкима, который выглядел весьма плохо. Увидев меня, и оглядев с ног до головы, он выдохнул, немного расслабившись.

— Я в порядке. — тут же сообщила я ему, и он кивнул головой в знак согласия.

— Как ты нас нашел? — тут же спросил Риккардо, встав перед ним.

— Я не так глуп, как другие псы вашего отца. — ответил он.

— Хорошо, не хочешь - не говори, меня волнует другой вопрос, кто-то последовал за тобой?

— Нет.

— Ты уверен?

— Определенно.

— Хорошо. — и Риккардо быстро взглянул на меня.

— Вы должны вернуть ее. — вдруг заявил Башким, и взгляды мужчин вновь пересеклись.

— Нет.

— Нет? — переспросил в недоумении Башким.

— Она - моя. Запомни это, албанец. — твердо заявил Риккардо, и от тона его голоса по моему телу аж побежали мурашки.

— Это опасно не только для вашей жизни, но и для ее. — не выдержал Башким. — Не нужно ломать ее жизнь еще раз. В отличие от вас, я видел, видел, что с ней случилось за эти года. Отпустите ее, если действительно любите. — и Риккардо начал тяжело дышать, крепко сжав свои руки в кулаки. Во всем помещении повисла гробовая тишина.

— Я не могу.

— Вы должны.

— Нет.

— У Дафны три младших брата, ее отец будет отыгрываться на них, если она не вернется. — и Риккардо напрягся еще больше. Он знал, что такое семья.

— Подумайте о них, о ее матери, о бабушке. — Риккардо тяжело вздохнул, закрыв глаза, затем распахнул их и взглянул на меня. — Ты хочешь уйти? — я сглотнула, но кивнула головой в знак согласия. — Тогда уходи. Сейчас. — но я не могла сделать и шага. — Ты что не слышала? — закричал он на меня. — Если ты сейчас же не уйдешь, то я больше не отпущу тебя. Никогда. — меня начало трясти, Башким схватил меня за запястье, выдернув из ступора, я тут же пришла в себя, и пошла за Башкимом, продолжая смотреть в голубые глаза Риккардо.

Я прощалась с ним.
Это был последний раз, когда мы виделись.

А потом, мы сели в машину Башкима, и уехали.

Одинокая слеза скатилась по моей щеке, почему мне не стало легче? Почему стало лишь больнее? Почему я хотела остаться с ним?