Глава 122 Поцелуй, буря и холод в летнем вечере
Вечер на берегу озера был словно кадр из беззаботного фильма — лёгкий ветерок колыхал листья деревьев, в воздухе пахло шашлыком и свежескошенной травой. Компания из почти двадцати человек, включая Игоря, Лёну, Дениса, Катю, Сашу, Машу, Аню и остальных, растянулась у костра. Смех, разговоры, игра на гитаре — всё казалось привычным, уютным, как обычно в их больших летних сборах.
Лёша и Даня сидели рядом, и на первый взгляд, между ними не было ничего необычного. Но кто-то из друзей заметил, как Лёша всё чаще бросал взгляд на Даню, и как тот чуть напряжённо отворачивался. В атмосфере тепла вдруг повисла едва уловимая напряжённость.
В самый разгар веселья, когда кто-то рассказал смешную историю из детства, а все смеялись до слёз, Лёша внезапно поднялся. Он шагнул к Дане и без предупреждения мягко, но решительно поцеловал его в губы.
Мгновенная тишина сковала всех. Воздух словно замёрз, и только вдалеке зазвучали голоса и плеск воды. Взгляды тут же устремились на них.
Катя, которая раньше беззаботно хохотала с кем-то в стороне, как будто обожжённая, вскочила и буквально вырвалась из компании:
— Ты с ума сошёл, Лёша?! Что это вообще было?! — её голос дрожал от злости и разочарования.
— А ну, скажи, Даня, как ты мог? — перебивала её Лёна, не скрывая раздражения.
— Мерзкий какой-то, — добавил Денис, переглядываясь с Игорем.
В тот же момент пошёл шёпот, потом быстрый перешёптывания, затем громкие разговоры, а где-то уже сыпались предположения и слухи, будто это не случайный поступок, а начало чего-то больше, чего-то тайного и запретного.
Катя металась, пытаясь что-то сказать, но слова не складывались. Её глаза сверкали, а руки сжимали воздух. Она чувствовала себя преданной, её нервы были на пределе, и ей казалось, что теперь никто её не поддержит.
— Как ты мог так унижать нас всех? — кричала она, обращаясь уже не только к Лёше, но и ко всей компании.
— Всё это какой-то спектакль! — вмешался Саша, пытаясь утихомирить бурю.
Но буря только усиливалась. Слухи и осуждение летели как стрелы, разбивая тепло и лёгкость вечера.
Лёша и Даня оказались словно на арене — все глаза на них, и каждый шёпот становился как вызов. Между ними повисло нечто большее, чем просто поцелуй — это была битва за доверие, за чувства, за то, чтобы их поняли.
Даня с трудом сдерживал эмоции, чувствуя, как внутри всё сжимается. Он знал, что теперь многое изменится. Но что именно — никто не мог сказать.
А лето продолжало мерцать огнями костра, но в его тепле уже таилась холодная тень, которую никто не мог прогнать.