Глава 14 - Все фестивали кончаются фейерверком
28 мая.
Здесь в моих воспоминаниях дыра. Помню лишь, как очнулся на неизвестной мне автобусной остановке, где-то на окраине города. Моя голова лежала на сумке, в руках была пустая бутылка рома, а в голове — непроницаемая завеса мрака.
«Снова эта темнота, как я устал от неё!»
Я лежал на скамейке и бесцельно смотрел на звёзды, которые когда-то казались мне такими прекрасными, вдохновляющими. Я помню в детстве, когда я еще грезил о судьбе художника , мечтал запечатлеть на холсте их красоту, но никогда не решался, понимая, что это так же невозможно, как и нарисовать портрет Господа. Теперь же они казались мне не более удивительными чем тусклые фонари, стоящие вдоль трассы.
Машин, как ни странно, не было совершенно. Тишина. И только надоедливо жужжало что-то возле уха.
— Телефон, — наконец, догадался я.
Механически порывшись в карманах, а затем в сумке, я нашёл объект шума и взглянул на экран.
Новое оповещение:
Время: 21:45
Не думай ни о чем и следуй за луной.
От: «Where is Harry»
Какое-то время я ошеломленно пялился на дисплей, раз за разом перечитывая сообщение.
«Where is Harry» было моим никнеймом на форуме, который я забросил очень давно, и который всегда был несмываемым пятном стыда перед самим собой. Только я знал этот псевдоним, а значит это нелепое указание исходило от меня самого.
«Не помню, как писал это, когда и главное — зачем?»
Я поднялся со скамьи и увидел множество стикеров, развешенных по всей стеклянной стенке автобусной остановки. На них были странные надписи, которым я не предал особого значения, но несколько тогда особенно врезались в память:
«Жизнь людей коротка, и чтобы всё успеть, они должны быть пунктуальны»
«Ночные хищники боятся света и шума»
«Нельзя прочитать белый лист»
«Огонь можно победить ещё более ярким огнем»
Каким бы это смешным ни казалось, но это стало единственной моей путеводной звездой. Я очнулся здесь одинокий, потерянный, и только эти послания говорили со мной.
Я решился. Закинув на плечо сумку, я отправился в путь.
Следовать за луной было совсем не сложно, белый полумесяц висел прямо над пустынным шоссе, ведущим прочь из города. Я старался ни о чём не думать, как и приказывали слова на экране телефона. Я зациклился на этом настолько, что перестал следить за дорогой и обращать внимание на окружение, пока спустя минут пятнадцать детский голос не окликнул меня, когда я проходил мимо яркого щита с рекламой такси.
— Ты ещё жиф-ф?
Девчонка сидела на капоте красной спортивной машины, что была припаркована рядом.
Я не верил происходящему. Убийца моей возлюбленной находилась прямо передо мной, мой смертельный враг, а я — беспомощный, не в силах ничего сделать, мог лишь стоять и излучать ненависть. Она также пристально смотрела на меня, пытаясь разобрать мотивы, желания, но по её лицу было видно, что ничего интересного или подозрительного она не заметила, и не могла заметить, ведь я сам их не осознавал.
Вскоре Трис потеряла ко мне всякий интерес и стала скучающе осматривать окрестности, перед этим бросив:
— Перейдёшь границу, и я убью фсю твою с-семью.
А ведь правда еще сто метров вперед — и я пересеку черту «Города К». Луна всё ещё указывала туда.
Также внезапно, как и в прошлый раз, мой телефон завибрировал.
Трис, видимо, услышав это, снова взглянула на меня. Нерешительно, под её пристальным взглядом я достал телефон.
Новое оповещение:
21:59.
Сегодня день огня (1). Чувствуешь, как что-то прожигает насквозь твой левый карман? То же вскоре прожжёт и небо.
От: «Where is Harry»
Просунув руку в карман куртки, я нащупал железный продолговатый предмет.
«Пистолет, » — удивился я, и тут ударом молнии меня пронзила совершенная ясность.
Я метнул взгляд на Трис, её брови дернулись, похоже, она почувствовала перемену во мне.
Раздался щелчок, дорожные фонари погасли, а за ними — рекламный щит. Весь город словно бы накрыло тёмным покрывалом. В этот самый момент я достал револьвер и направил его на Трис. Она, конечно, с легкостью увидела или прочитала мои движения. Её силуэт исчез с капота и предстал уже в боевой позе метрах в десяти от меня.
— Ты шалок и глуп, — сказала она чуть ли не со злостью. — Драться с-со мной нощью...
— Как же бесит меня твоё высокомерие. Ты всего лишь маленькая подлая, мерзкая гадюка, — я провоцировал Трис, про себя отсчитывая секунды.
Пора.
Вдруг прямо над нами разверзся настоящий вулкан, сопровождаемый оглушительными взрывами, от которых даже земля дрожала, и ярчайшими искрами, которые куполом накрывали весь город.
Трис, ошарашенная и потерянная, уперлась спиной о боковое стекло автомобиля, её лицо исказила гримаса боли.
«Ты — та, кто всем сердцем презирает людей, — конечно, не знала, что каждый фестиваль кончается фейерверком, и ты, разумеется, не представляла, что госпожа Хельга, самый пунктуальный в мире человек, из года в год даёт первый залп всегда ровно в 22:00».
На моём лице застыла садистская улыбка, а палец уже нажимал на спусковой крючок. Трис вдруг с ужасом поняла, в каком положении оказалась. В обычной ситуации она бы, уверен, с лёгкость уклонилась от пули, но теперь, когда она потеряла концентрацию...
«Ты всегда считала людей жалкими. Да, мы слабые, мы трусливые и хрупкие, но в этом и есть наша сила. В коварстве никто не сравнится с человеком. Вы — непобедимые монстры, сильнее вас нет на свете никого, и именно эта гордыня делает вас уязвимыми. Всё это время я наблюдал за тобой и Роуз, выискивал твои сильные и слабые стороны, всё ради одного-единственного момента, когда ты совершишь ошибку».
Снова и снова в небе разрывались снаряды, снова и снова они вонзались в голову Трис, не давая ей сосредоточиться.
Вспышка. Отдача. Трис со всей своей неимоверной реакцией и скоростью метнулась в сторону, чтобы уклониться от выстрела...
«Если бы здесь была Роуз, у меня не было бы и шанса, но другое дело — ты».
Обогнать пулю она была не в силах, и та вонзилась прямо ей в бедро.
Импульс её тела столкнулся с импульсом пули, и последняя снова оказалась сильнее. Трис откинуло назад к машине. Однако она вовсе не намерена была сдаваться. Вытянув руку вперед она уставилась на дуло пистолета, будто намереваясь остановить пулю силой мысли. Я нажал на курок, но, к моему ужасу, пуля с искрами врезалась в металлический корпус автомобиля, не задев Трис.
«Я не мог промазать с такого смешного расстояния».
Немедленно я выстрелил ещё.
На сей раз Трис вскрикнула и упала на колени, пуля вошла ей в живот.
Я сделал несколько шагов к ней и выстрелил ещё раз, уже в шею. Будь то человек, этого бы уже хватило, чтобы убить его дважды, но эта тварь всё еще корчилась, пытаясь подняться с земли. Вся её серая кофточка была залита кровью, но раны... Я видел, как они медленно затягивались. Это не давалась ей просто, всё её тело билось в конвульсиях. Нас разделяли какие-то пять шагов, и я отлично видел её бледное пугающее лицо. От её холодного фарфорового личика не осталось и следа, передо мной был лик агонии, злобы и страха. Когда я взглянул ей в глаза, моё желание мести почти погасло. В тот момент я понял, что мы не слишком-то и отличались.
— Теперь ты знаешь, каково это, — заговорил я с ней. — Осознавать, что больше никогда не увидишь ту единственную, что была для тебя смыслом жизни.
Почти в упор я всадил пулю ей прямо в лоб. А она все продолжала хвататься за дверную ручку и нашептывать:
— Роуз... моя Роуз, спаси меня.
— Не бойся, я устрою вам свидание в аду.
Последним выстрелом я пробил бензобак, темная жидкость начала стекать по заднему крылу, окружая тело всё ещё сопротивляющейся Трис.
«Это мой Реквием по тебе, Сью».
Я достал серебряную зажигалку, чиркнул металлическое колесико и швырнул её на землю, прямо перед черешневыми глазами Трис. Это была та самая зажигалка, что она протянула мне тем вечером на корабле.
Пламя мгновенно взлетело выше головы и жадно набросилось на полумёртвое тело в центре.
Она кричала, страшно кричала. Я до сих пор в своей голове слышал эфемерное эхо её голоса, исчезающего в шипении пламени.
Наблюдая, с какой жадностью огонь вбирал в себя тело Трис, я подумал, что если бы он мог мыслить, он, верно, ненавидел был вампиров. Ведь, как и огонь, вампиры были созданы, чтобы разрушать, как и огонь, они не испытывают жалости, не стареют и не умирают, лишь угасают, пожрав всё вокруг.
«Может, они и есть огонь? Великий пожар, который был послан людям, в качестве наказания Богом или Природой за их грехи».
В кармане снова завибрировал телефон, я достал его и, не бросив даже взгляда на дисплей, швырнул в огонь вместе со всеми своими документами.
Отныне Александр Кэрролл мёртв, он был похоронен там, под толстым слоем пепла, на останках любви, в руинах своего некогда счастливого мира.
Примечания на полях дневника:
1) День Огня - так называется последний день фестиваля "Города К"