We hate roses

Лиза ещё несколько дней приходила в себя после произошедшего, ведь после укуса Григора в её теле было очень мало крови. Стоило ей прийти в себя дольше чем на пять минут, Шофранка пичкала девушку варёной коровьей печенью и молоком, стремясь поставить Кларенс на ноги быстрее. Это помогло и вот, спустя почти две недели, Лиза полностью оправилась.

Но это только физически. Морально же Лиза была невероятно напугана видом демонессы и её чертей. А теперь она, сидя на кровати, смотрит на своё перебинтованное правое запястье, под бинтом которого скрывались следы зубов блондина. Нет, Кларенс благодарна Григору за то, что он вытащил её с того света, но теперь этот след будет всю жизнь напоминать о случившемся, а это не самое приятное воспоминание.

- На кону была твоя жизнь, так что я не особо думал о красоте, уж извини, - сказал парень, когда застал девушку за рассматриванием новоприобретённого шрама - Зато жива. Если захочешь, то сделаешь тату и закроешь его.

После того ужаса Лиза спала и ела печёнку, которую постоянно приносила Шофранка. Её тошнило из-за этого постоянно, но она терпела просто потому, что усталость давала о себе знать слишком явно.

А сейчас, в третьем часу ночи, желудок Лизы подал признаки жизни и стал требовать нормальной еды. Надев шерстяные носки, дабы идти тише, девушка выбралась из своей норки и стала спускаться в сторону кухни по скрипучей лестнице. Да и немного не по себе становится от осознания того, что живёшь в доме с тремя вампирами, а маленькие демонята хотят тебя выпотрошить.

- Я уж решил, что ты теперь питаешься воздухом, - на кухне появился Григор - Ты как?

- Есть хочу, - Кларенс открывала и закрывала кастрюли, казаны, но ничего не находила - Вы всё съели или как?

- На тебя не рассчитывали, но могу помочь сготовить омлет, - парень достал из кладовки яйца и большой кусок ветчины - Или ты по овощам?

- И так пойдёт.

И они стали работать над этим ужином-завтраком, только в полном молчании. Для них это было не так уж и сложно - каждый думал о своём, и если в голове блондина играла песня его любимой певицы, то Лиза не была так расслаблена и её немного подбешивало такое спокойствие со стороны её спасителя. Она была готова задать ему миллиард миллионов вопросов, так почему бы и не попробовать?

- А сколько тебе лет?

- Триста восемьдесят семь. Тридцать семь лет назад я перестал быть Молодым вампиром и стал Взрослым, - Григор поставил перед девушкой кружку с чаем, а потом и себе налил и стал пить, ожидая приготовления омлета - Это единственный вопрос, что тебя мучает?

- Нет... У вас там какая-то иерархия, зависящая от возраста? - теперь для Кларенс Григор стал чем-то вроде двуглавого змеёныша для генетика и всё, что он скрывал, было интересно - Младшие подчиняются старшим?

- Типа того. Шофранка, например, ещё Юная, а всё потому, что ей нет и двухсот, а Стефан... Ему шестьсот тридцать один год и он из Древних, а когда ему будет семьсот, то он станет частью свиты Мары...

- Можно и без таких подробностей, Григор, - на кухню вошёл Стефан, а потом посмотрел в сторону сковороды - Через минуту сгорит ваш шедевр.

- Но ты будешь обязан, так что такого, если я скажу? - блондин пожал плечами, а потом с помощью деревянной лопатки перевернул омлет на другую сторону.

- Эта часть моей жизни её не касается.

- Я всё ещё тут, мальчики! - Лиза хлопнула правой ладонью по столу и сразу же простонала от боли - Обидно, когда при тебе говорят о тебе же в третьем лице!

- Со временем всё расскажу и по порядку. Мозг человека не может вмещать столько же информации, сколько мозг сверхъестественного существа, а потому, как говорят люди, там может образоваться каша, - Стефан, что ещё совсем недавно был ещё относительно нормальным в общении, вновь стал занудой.

- Григор, ты не спеши становиться Древним, а то с ним невозможно разговаривать, - Лиза кивнула в сторону "старичка" и закатила глаза.

- Кушай и не ворчи, - Григор поставил перед девушкой своё творение, а потом сделал гениальнейшее умозаключение - Все женщины одинаковы...

- Попробуй сказать это Лилит, - мрачно пошутила Лиза, сидя на подоконнике и ковыряя вилкой в еде - Она с тобой не согласится.

- Кстати о Лилит... - пробормотал Стефан, перебирая пальцами занавеску - Сколько она тебе отмерила?

- Лет десять... - у девушки неожиданно пропал аппетит - Она как-то так сказала: "...если хочешь пожить ещё лет десять, ибо ты всё равно выбрана идеальным мясом, то не лезь не в свои дела..."

- Щедро она в этот раз. Обычно год-другой, но в этот раз... - Гарсия де Рей закатил глаза и как-то странно усмехнулся, будто знал все тайны мира.

- Если мне суждено подохнуть, то я хочу перед этим пожить по-полной программе, побывать там, где всегда мечтала. И уж лучше я умру в постели с каким-нибудь горячим красавчиком с гавайских островов, нежели в этой глуши, но... - вырвавшись из мира мечтаний и иллюзий, Лиза замолчала, не желая продолжать сказанное.

- Но? - мягко потребовал Григор, что оказался совсем рядом, даже слишком..

- Ничего, - девушка слезла с подоконника и, забрав тарелку с едой, направилась к лестнице, а потом и к себе в комнату.

- Григор? Ты что делаешь? - неожиданно возмутился Стефан, что наблюдал за преспокойным блондином.

- А что? Ты никогда ей не скажешь, что она sangre propia для тебя. Ты даже крови её не пробовал, а я глотал её литрами, словно из бочки, - белобрысый сел на место Лизы, его поза была беззаботной, но взгляд был каменным и бесстрастным - Раз ты не успел, то что меня держит? Да и как ты попробуешь, если тебе её даже укусить нельзя?

- Держит тебя то, что я пробовал её, пусть и после тебя. Как тебе такой расклад? И я не кусал её, - Стефан выпрямился во весь свой рост и в два шага подошёл к блондину - Да и ты сам сказал Лизе, что у нас есть некая иерархия, а потому подоткни свою хотелку пыльной тряпкой и не смей посягать на моё. Это приказ, ты понял?

- Да... - поджав губы, Григор был вынужден ретироваться - Знаю, что бывает за непослушание.

А тем временем Лиза закрылась в своей комнате и, поставив еду на комод, взяла памятное фото с Дору и, сев на кровать, погладила изображение парня, а потом погрузилась в прошлое...

Когда-то давно...

- Да как вы можете судить так? - крикнула Кларенс родителям, выбегая из дома вслед за другом, что вышел несколько минут назад - Я ненавижу вас! Будте вы прокляты!

Лиза выбежала на улицу и, осмотревшись по сторонам, побежала за парнем, что успел уйти уже далеко.

Дом семьи Кларенс был у самого выезда из города, а дальше была лишь дорога, пронзающая лес. Именно туда и шёл Дору, опустив голову и засунув руки в карманы красной пыльной и местами рваной толстовки. По этой дороге очень редко проезжал даже велосипедист, не говоря уже о машине, а потому он шёл прямо по разделительной полосе без какого-либо страха.

- Дору! Стой! Я не успеваю!

- И не надо, Лиза. Будь там, - темноволосый парень повернулся и, сверкнув голубыми глазками, улыбнулся - У нас разные жизни... Хоть свою проживи счастливо...

- Ты часть меня... Как моя жизнь будет счастливой без тебя? Без того, кто вытащил меня из кокона снобизма и ненависти... Без этого человека я не вижу себя, - Кларенс подошла к парню и вытащила его руку из кармана, а потом переплела пальцы - Я смотрю на родителей другими глазами, Дору. Теми глазами, которые видят правду. Спасибо тебе за эти глаза.

- Лиза... - юноша обнял подругу и уткнулся носом в её волосы - Спасибо за дружбу... За то, что я понял, что такое хеликоптер и тяжёлый рок, а ещё "отлично" по французскому. А ещё я научился отличать настоящих людей... - тут Дору краем глаза заметил огромную неуправляемую фуру, что неслась на всех парах к двум подросткам - Осторожно!

В следующую секунду Лиза отлетела к дереву, а через мгновение ей в глаза прыснула кровь её уже покойного друга и, возможно, любимого...

2019 год...

- Ты опять, Дору? Неужели меня винишь в случившемся?

- Да нет. Просто хотел сказать, что мы скоро будем вместе, - Дору, что не постарел и на день с той трагедии, полупрозрачным призраком прошёлся по комнате, оставляя после себя капельки крови на полу, и сел рядом.

- Значит дети Лилит меня скоро растерзают? - Кларенс попробовала коснуться его руки, но её пальцы прошли сквозь - И мы снова будем вместе гулять?

- Нет. В жизни, - и парень растаял, оставляя после себя большое пятно крови на одеяле, которое быстро исчезло, как и те капли, что были на полу.

- Лиз, можно войти? - судя по голосу, это был Стефан.

- Ты мне хочешь снова напомнить, где моё место, как непослушной собаке? - девушка встала и подошла к двери, но открывать не собиралась - А не кажется ли тебе, что после всего пережитого я заслуживаю знать всю правду? Вот Дору ничего от меня не скрывал!

Последнюю фразу Лиза выкрикнула в сердцах, всё ещё находясь под мороком от всего случившегося. Всё ещё держа в руках фоторамку, Кларенс не выдержала и разрыдалась, оседая спиной к двери. Каждый раз одно и тоже воспоминание, и всякий раз оно всё чётче. С каждым разом пережить его всё сложнее и тяжелее...

- Хочешь знать мою правду? Она не менее печальна, чем твоя, но она покажется тебе отвратительной. Ты хочешь услышать? - молчание вампир счёл знаком согласия, а потому тихо, но понятно начал, садясь напротив двери - Я родился в Испании в тысяча триста восемьдесят восьмом году, как тебе уже сказал Григор о моём возрасте, да и я сам говорил. А через девять лет родилась Изабелла Катерина - моя сестра. Да и при рождении меня звали не Стефан, а Себастьян Гарсия де Рей. Когда мне было двадцать, то родители умерли, оставляя на меня сестру и то небольшое состояние, которое они не успели прокутить. Белла была для меня всем миром ещё задолго до кончины моих предков, а после их смерти я был обязан защищать её. Это я и делал... До некоторого времени. Когда Белле исполнилось семнадцать, она представила мне одного юношу, за которого хотела выйти замуж. Эта ситуация и поставила окончательную точку в том, что я любил Изабель так, как брат не должен любить сестру, а потому я отказал им. Как позже оказалось, она чувствовала то же, что и я, но пыталась отогнать от себя эти чувства, а потому и попросила согласия на брак... - Стефан прислушался к звукам за закрытой дверью, но слышал лишь немного рваные вдохи - Никто не знал о нашей связи и даже не подозревал - мы всё скрывали умело. Но позже наступило то, чего скрыть нельзя. Да, уверен, что первая из твоих догадок верна. Белла забеременела от меня. От родного брата. Но нам было не дано быть семьёй по всем канонам, и, судя по всему, Бог тоже так считал, а потому Изабелла умерла через два дня после родов, а ребёнок, моя дочка, пережила мать на неделю. И в это время, полное отчаяния в мой дом пришла сама Мара, а после обратила... Конец, пожалуй...

- Ты бы хотел вернуть дочь и любимую? - Кларенс вышла из комнаты и села рядом - Чтобы они были рядом с тобой...

- Будешь удивлена, но нет... - глаза мужчины покраснели, но слёз в них видно не было - Считаешь это отвратительным? Да, это было противоестественно, но я не мог ничего сделать с собой...

- Нет. Ты любил её, так что осуждать не могу тебя, - девушка отложила рамку и посмотрела на Стефана, что задумчиво рассматривал свои пальцы - А почему ты сказал, что потерял сестру полгода назад?

- Мара обратила меня ровно через полгода после её смерти. Мне было двадцать семь лет, - он посмотрел на фото, что лежало сбоку от Лизы - Можно взглянуть?

- Да, - она протянула ему фото в рамке - А почему ты Стефан, если у тебя другое имя?

- Обращение делит нашу жизнь на "до" и "после". Когда я был человеком, то был Себастьяном, а после обращения стал Стефаном. Новое имя обычно даёт тот, кто обращал, - вампир рассматривал двух подростков на фото и словно переживал тот день заново, слышал их разговоры и смех - Тогда было прохладно, да?

- Я уже ничему не удивлюсь, - Лиза замолкла, желая задать свой главный вопрос и, спустя несколько минут, всё же решилась - А кто ты по природе? В смысле, где-то вас описывают в роли покойников, а где-то как людей, продавших душу Дьяволу...

- Я понял, - мужчина отдал фото - Ну, мы не мёртвые, какими нас представляют. Мы, как и люди, можем умереть от старости, только это очень растянутый процесс, ведь если говорить о той же Маре, то она появилась на свет до рождения Бога, значит ей гораздо больше двух тысяч лет. Мы не болеем, как люди, меньше чувствительны к простым, житейским, так сказать, радостям, мы совершеннее физически. Но у этого всего есть и минус - наш долгий век жизни заставляет видеть нас смерть наших друзей-людей, родственников, что не стали бессмертными, а потому мы не стремимся обзаводиться приятелями среди людей и живём особняком... Что касается серебра, чеснока, осинового кола в сердце и распятия, то у каждого это индивидуально - кто-то из нас может преспокойно жить в осиновом лесу и носить серебряные украшения, но не переносить чеснока, а кто-то может служить мессы для народа, но иметь непереносимость серебра. Но, что мне нравится в этой жизни, так это то, что мы всё равно можем есть, пить и наслаждаться теплом солнца и при этом нас не вычислят.

- А внешне от людей вы чем отличаетесь? Или вас вообще не отличить? - Лиза обняла себя за колени и с ожиданием стала смотреть на вампира.

- Ну... А ты сама? Как бы ты ответила на этот вопрос?

- У тебя холодная бледная кожа, а больше я и не замечала, - она пожала плечами и, сменив позу, стала смотреть прямо в глаза вампиру, а потом осмотрела лицо - Не вижу. Дашь подсказку?

- Когда мы голодны, не как люди, то вены становятся темнее и клыки сильнее выпирают. Я ел давно, но скоро должен, а потому ты можешь наблюдать это на моей шее и руках, - Стефан продемонстрировал вены на шее, а потом растегнул и закатал рукава, на которых тоже были серо-синие вены, сильно выделявшиеся на бледной коже - Зубы будут позднее и станут немного влезать у уголков рта.

- Так значит вы не переливаетесь на солнце, а-ля шар для диско или не спите в гробах? - после этих слов Лизы вампир словно поперхнулся на вдохе и круглыми глазами уставился на девушку - Что? Я просто спросила... Ну значит нет...

- Жуть какая...

Услышать такие слова из уст того, кто сам по сути своей должен нагонять жуть, было довольно забавно, и из-за этого Кларенс тихо посмеялась, понимая, что очень многое выдумано и вампиры не совсем такие, как их многие представляют. Они такие же живые существа, как люди, просто крепче здоровьем и живут дольше. Ну и кровь пьют... Так, а вот это вопрос...

- А когда ты пьёшь кровь, жертва умирает?

- Нет, - спокойно ответил Стефан - Ударил веткой или лопатой по затылку, выпил пару тройку литров и идёшь дальше. Убивать не обязательно и многие уже отказались от этого, кто-то использует донорскую кровь, но остались и те, кто убивает. В основном это новообращённые, которые не могут себя контролировать и выпивают всё до капли.

- А что делать мне? Как быть с Лилит? - Лиза снова поникла.

- Маре не понравится то, что делает Лилит, но она помешать не сможет, как бы она того не хотела. Да и вряд ли ты её заинтересуешь, уж прости, настолько, чтобы она могла тебя обратить, - рассуждал вслух Гарсия де Рей.

- А что если ты... Если ты это сделаешь? Ты ведь можешь это сделать? - Кларенс коснулась его руки и с печалью посмотрела на него - Я не хочу умирать через десять лет. Мне будет всего тридцать четыре года - это даже не половина жизни, а я мир хочу увидеть...

- Я не могу. Не потому, что не хочу, хотя и это тоже...

- Почему?

- Мы все соберёмся и обсудим. Может Григор согласится - у него за плечами четыре успешных обращения, в том числе и Шофранка.

- Боже, - Лиза откинулась на свою дверь и, скрыв лицо в коленях, разрыдалась - Я поняла, почему Лилит преследует меня. За несколько минут до смерти Дору я прокляла своих родителей. Это проклятье, которое подкреплено кровью. Получается, я убила своего лучшего друга и вот почему я не могу спокойно смотреть на фото.

Внутри Стефана происходила настоящая битва между его давними принципами и чувствами, которые он испытывает сейчас. С одной стороны Гарсия де Рей не хотел связывать себя хоть каким-то обязательствами с человеком, даже с той, что является его sangre propia, но с другой стороны - она ведь его sangre propia и он не может её не защищать. Вот такой вот замкнутый круг получается.

- Это просто случайность, Лиза. Трагедия, в которой нет твоей вины, - Стефану неожиданно захотелось утешить Кларенс, которая не осудила его за инцест и даже частично оправдала это - Я... Послушай, попытаюсь отвлечь... Я открыл тебе то, что хранил в своей пыльной душе уже очень давно... То, что ты не отнеслась ко мне, как к чему-то мерзкому и приняла меня, да и ещё учитывая мою природу, заставляет меня уважать тебя. Лиза Кларенс, я, Стефан Древний, предлагаю вам свою дружбу и защиту и клянусь, что буду защищать вас и ваших потомков до своей смерти...

На этих словах вампир провёл ногтем по левой ладони и из маленькой царапины просочилось несколько капель крови, потом положил правую руку на сердце, а левую протянул девушке:

- Ты принимаешь мою клятву?

- Да... - немного подумав, просипела Лиза - Да, Стефан Древний, я принимаю тебя и твою клятву.

После этих слов кровь на ладони мужчины изменилась - появился кроваво-красный знак в виде короткого слова "חוב"*. Спустя секунду она стал темнеть и по цвету просто напоминал родимое пятно, но всё ещё читался.

- И что теперь? - спросила она, трогая немного выпуклое слово на холодной руке.

- Это вся защита, которую я могу тебе дать от Лилит. Теперь между ней и тобой стою я.

- Зачем тебе рисковать собой из-за меня?

- Если подобные мне находят друга среди людей, а другом считается тот, кому они смогли доверить свой главный секрет, то они всеми возможными силами сохраняют его жизнь. И обращают, но не в нашем случае.

- Но почему ты доверился мне?

- Хотел показать, что другие тоже могут страдать. Даже те, кто внешне непоколебим, - вампир погладил костяшки пальцев девушки, будто что-то рисуя на них.

- Значит, мы теперь друзья? И ты сможешь защитить меня от демона Пекла? - Лиза села на колени и со странным выражением лица стала смотреть на Стефана - Хоть ты и прожил много веков и, уверена, обладаешь незаурядными знаниями, но разве ты можешь сопротивляться своей прародительнице?

- Я поклялся тебе в этом... Мало людей, кто принимает нашу природу и не боится её. Кстати, почему ты не испугалась?

- Я не сказала, что не боюсь. Просто есть разница между тем, когда вампир пьёт твою кровь ради своей жизни и питания, а другое дело, когда он это делает ради другого человека, спасая тому жизнь и поглощая его кровь, которая на вкус, скорее всего, как простыни в реанимации. Я вижу эту разницу, а потому не могу боятся тех бессмертных, что живут в этом доме, - Кларенс взяла фоторамку и стала смотреть на неё с нескрываемой печалью - Ты доверил мне свою тайну, а я доверю свою. Со дня смерти Дору я вижу его призрачное воплощение, которое приходит ко мне, когда я смотрю на это фото. Я вижу и слышу его так же, как и тебя сейчас, а его смерть почти постоянная спутница моих снов. Я просыпаюсь в холодном поту сначала от вида крови Дору, а после встречи с Лилит, я вижу, как она поедает его органы и пьёт кровь. Всё это не даёт мне покоя.

- Как Древний, я не сплю почти и с момента обращения ни разу не видел снов и не помню, как это, но, судя по твоему лицу, это неприятно, да? - в этот момент Стефан был похож на любопытного подростка, как сама Лиза временами, но это было очень необычно для такого серьёзного персонажа - Мы вообще спим скорее по привычке нежели из нужды.

- Не всегда это так. Бывает, что они очень даже приятны. Жаль, что ты не видишь их, - Кларенс поднялась стала открывать дверь в свою комнату - Уже утро наступает. Я попробую поспать, ведь я сплю из нужды.

- Зови, если что. Даже через эти толстые стены я услышу, - он на секунду замолчал, а потом сказал - Эсмеральда проснулась и гремит на кухне. А ещё, похоже, внизу кто-то посторонний.

Оба осторожно спустились на первый этаж и увидели молодого человека, что стоял в холле и рассматривал старые гравюры на стенах, а рядом с крючками для ключей стоял огромный рюкзак, что был даже больше, чем у Лизы в день её приезда.

- О, детки. Помогите мне и мальчику, а то я завтрак не успеваю сготовить, - сказала старушка, завязывая седые волосы старой резинкой и направляясь на кухню.

- Хорошо, - Кларенс пожала плечами и направилась к стойке, где была книга регистрации посетителей - Добро пожаловать в "Драконью розу". Скажите ваше имя, чтобы я могла зарегистрировать вас и срок, что вы тут будете.

- Здравствуйте, - парень вышел из полумрака, а Стефан, едва разглядев его, подошёл к Лизе - Джорджи Куза. Недели на две, а там как выйдет.

- Подними глаза, - тихо произнёс вампир.

- Вам с видом на лес или озеро? - девушка подняла глаза и сразу же отпрянула и уже была готова осесть на пол, но Гарсия де Рей смог удержать её.

У парня были растрёпанные тёмные волосы и ярко-голубые глаза. Под красной рваной толстовкой на молнии была пыльная белая футболка. Это, скорее всего, было простое совпадение, но этого было достаточно, чтобы у Кларенс стали дёргаться глаз и дрожать губы.

- На вид как-то по боку, знаете... - усмехнулся парень, надевая свой огромнейший рюкзак.

- Тогда вот, - Лиза сняла с гвоздика первый попавшийся ключ и, записав его номер, отдала Джорджи - Ещё раз добро пожаловать. Ваша комната на третьем этаже.

- Спасибо, - крякнув, словно древний старик, Куза пошёл к лестнице.

- Порядок? - спросил Стефан, едва парень скрылся за пролётом лестницы.

- Я не знаю, но мне страшно. Просто Дору мне сказал, что мы скоро встретимся в жизни. Но я не думала, что настолько скоро.

* - иврит. Долг