Химия любви

«Родительство - это когда твое сердце стучится вне твоего тела» © M.S.

ДАНТЕ

Дверь больницы закрылась за нами с глухим стуком. Я взглянул на Алексу, удерживая в руках две переноски с нашими детьми. Два маленьких комочка, ради которых мы были готовы на все. 

- Данте, - Алекс тихо прошептала, глядя на машину, где нас уже ждал Майкл. - Я все еще не верю, что это реально.

- Придется поверить, - я улыбнулся, целуя ее в висок. - Они с нами. И теперь мы везем их домой. 

Майкл, увидев нас, тут же открыл заднюю дверь машины и достал огромный букет роз. Его лицо, обычно такое же холодное, как мое, сейчас светилось непривычной теплотой.

- Ну что? - он хмыкнул. - Я могу вас поздравить, молодые родители. Теперь у вас есть целый отряд. Лекса, это тебе, - он протянул букет и я увидел, как ее лицо окрасилось в красный цвет.

- Спасибо, Майкл, - я фыркнул, но не смог сдержать улыбки. 

- Не завидуй. Кто тебе виноват, что ты не подумал о букете для своей невесты?

- О, нет, - Алекса захихикала, мотнув головой. - Спасибо, не надо. Он и так дарил их через день нахождения здесь. Весь персонал ходил с моими букетами по отделению.

- Так вот ты какой.

- Поехали? - Алекса кивает и открывает заднюю дверь. Она ставит букет на сиденье и морщится, когда понимает, что переноски займут больше места, чем надо. Она переносит его в багажник, пока я пристегиваю дочь. Она кряхтит и открывает свои затуманенные глазки, рассматривая меня.

- Ты проснулась моя принцесса, мы едем домой. Будь хорошей девочкой, - ее губки дуются и она выпускает слюну, заставляя мое сердце сжаться от чувства любви к ней.

- Данте?

- Да, девочка моя? - Алекса указывает на переноску с сыном и я замечаю, что он тоже проснулся, но в отличии от сестры, он осматривается все с хмуренными бровками, словно уже познал эту жизнь.

- Аврора уже с ума сходит от нетерпения, - Майкл разбавляет обстановку, играя ключами от машины. - Весь день бегает по дому, как угорелая. 

- Это на нее похоже, - я рассмеялся, представляя, как дочь мечется между комнатами, не в силах усидеть на месте. 

- Я могу и сама, - я сжимаю губы и киваю, выдохнув. Я закрепляю Кассио и Алекса проверяет ремень безопасности, удерживающий детское кресло. Заметив мой взгляд, девушка отступает, нервно поправив волосы. - Прости, просто...

- Все хорошо, - я целую ее, открыв переднюю дверь машины. Она мотает головой и забирается назад к детям. Я разворачиваюсь к брату и протягиваю руку.

- Что?

- Ключ.

- Нет.

- Это моя машина. Я тебе доверяю, но поведу я. Алекса так будет спокойнее. - Он вкладывает в мою ладонь ключи и садится на пассажирское сиденье.

Дорога домой казалась короче, чем обычно. Может, потому что на этот раз в машине было не тихо. Кассио кряхтел во сне, Виттория пискнула, и Алекс тут же зашептала ей что-то ласковое. Я поймал себя на мысли, что слушаю эти звуки, как самую дорогую музыку. 

Как только ворота особняка открылись, я въехал на территорию, замечая дочь. Аврора радостно запрыгала около Лилит, указывая в нашу сторону пальцами. Машины с охранкой припарковались с двух сторон от нас.

- Папа! Папа! Они уже здесь!

Едва мы успели взять переноски, как к нам подлетела Аврора. Ее светлые волосы растрепались в косе, а глаза горели, как два уголька. Она тут же потянулась к Кассио, но я мягко остановил ее. 

- Тише, ангел. Они спят. 

- Но я хочу посмотреть! - она прошептала, подпрыгивая на месте. 

Алекса улыбнулась и присела, чтобы показать ей Витторию. 

- Вот, Аврора. И если ты позволишь, я назову Витторию и Кассио твоим братом и сестрой.

Аврора замерла, разглядывая крошечное личико дочери.

- Она такая маленькая... - прошептала она, осторожно касаясь пальчиком детской ручки. - И у нее черные волосы, папочка, прямо как у тебя!

- А это твой брат, - я наклонился, чтобы она могла увидеть Кассио. 

- Он похож на тебя, пап, - заявила Аврора, и Майкл фыркнул. 

- Вот и новый босс подрастает. 

- Майкл, - я предупредительно посмотрел на него, но он только тихо рассмеялся. Я не хотел думать о будущем. Насколько возможно, я бы держал своих детей от мафии подальше, пока не придет время. Я не хочу забирать у них детство так же, как это сделал мой отец или дядя Алексы.

Мы осторожно перенесли детей в их комнату, где уже стояли две кроватки нежно-бежевых оттенков. Алекса склонилась над ними, поправляя одеяльца, и я знал, что теперь она будет приходить в детскую каждые пять минут, чтобы убедиться, что с ними все в порядке. 

- Они такие беззащитные... - она прошептала, и ее голос дрогнул. 

Я обнял ее за плечи. 

- Они в безопасности. Я позабочусь об этом. 

Она кивнула, но я знал - этот страх никуда не денется. Не сейчас.

Позже, мы спустились на кухню, что бы отпраздновать выписку малышей и Алексы из больницы. Майкл разлил сок по стаканам, когда все нашли причину не пить шампанское. Алекса и я не пьем из-за детей, а Майкл - за рулём.

Аврора, тем временем, уселась за стол с таким важным видом, будто тоже участвовала во взрослом разговоре. 

- А когда они начнут со мной играть? - спросила она, принимая намазанный хлеб маслом от Алексы. 

- Через пару лет, - я ухмыльнулся. 

- О-о-о, это о-о-очень долго! - она закатила глаза, и Майкл рассмеялся. 

- Зато у тебя теперь есть две живые куклы. 

- Майкл! - Алекс бросила в него салфеткой, но он ловко увернулся.

- Что? Я пошутил. Виттория, действительно, выглядит, как куколка. И я кажется знаю, как буду ее называть...

Мы засмеялись, и в этот момент что-то внутри меня сжалось от странного чувства.

*** 

Алекса, как я и предполагал, вставала каждые тридцать минут, чтобы проверить близнецов. В четвертый раз я поймал ее за руку, когда она пыталась тихо выскользнуть из спальни. 

- Они спят, - я прошептал. - Радио няня включена и камера наблюдения тоже.

- А вдруг им холодно? Или жарко? Или... 

- Алекса, - я притянул ее к себе. - Они в порядке. 

Она вздохнула и наконец прижалась ко мне. 

- Я просто... не могу поверить, что они здесь. 

- Поверишь, - я поцеловал ее в макушку.   

Я лежал, уже почти проваливаясь в сон, чувствуя, как дыхание Алексы постепенно выравнивается рядом со мной. В доме царила тишина, которая бывает только глубокой ночью, когда даже стены будто замирают в ожидании. 

И вдруг - резкий, пронзительный звук. Я подорвался, как от удара током. 

Датчик остановки дыхания. 

- Данте! - Алекса вскрикнула, срываясь с кровати раньше, чем я успел сообразить, что происходит. 

Мы рванули в детскую, сердце колотилось так, что кровь гудела в висках. Виттория лежала неподвижно, ее крошечная грудь не поднималась. Личико стало бледным, почти сизым. 

- Нет, нет, нет... - Алекса задыхалась, хватая дочь на руки. 

Я действовал на автомате. Пальцы дрожали, когда я проверял пульс. 

- Дыши, принцесса, - сквозь зубы прошипел я, переворачивая Витторию и легонько похлопывая по спинке.   

- Данте! - голос Алексы сорвался на крик.

Кассио проснулся и тут же залился плачем, но мы даже не взглянули в его сторону. Весь мир сузился до этой хрупкой девочки.

Виттория резко вдохнула. 

Слабый, хриплый звук. Потом еще один вдох. И еще. 

- Слава Богу... - Алекса прижала ее к своей груди, и я видел, как по ее лицу катятся слезы. 

Я схватил телефон, чтобы вызвать врача, но Алекса резко схватила меня за руку. 

- Нет, не надо... Она дышит, все в порядке... 

- Алекс, это ненормально! 

- Это просто рефлекс, я читала... иногда дети забывают дышать во сне... - ее голос дрожал, глаза были дикими, полными ужаса. - Это часто случается у младенцев.

Кассио ревел, Виттория хватала воздух, а Аврора, разбуженная шумом, стояла в дверях, испуганно сжимая кулачки. 

- Папа?.. 

- Все хорошо, солнце, - я сказал, но сам не верил в это. 

Алекса начала трястись. Сначала просто дрожь в руках, потом все тело затряслось, как в лихорадке. 

- Она... она могла... - она не могла договорить. 

- Алекса, - я взял дочь мне рук и переложил в кроватку. - Она жива. Все в порядке. 

Но ее глаза стали стеклянными, дыхание участилось, и прежде чем я успел среагировать, ее веки дрогнули, и она рухнула вперед. 

- Алекса! 

Я поймал ее за миг до того, как она ударилась бы об пол. 

Аврора вскрикнула, Кассио заходился в плаче, Виттория тихо хныкала в кроватке. 

Ад. Настоящий ад. 

- Майкл! - я рыкнул в телефон, едва набрав номер. - Сейчас же приезжай. Ты нужен мне. Пожалуйста.

***

Десять минут. Всего десять минут потребовалось Майклу, чтобы ворваться в дом. За это время я успокоил Аврору, уложил близнецов (Виттория дышала ровно, как будто ничего не случилось), а Алекса... 

Алекса лежала без сознания, бледная, как смерть. 

- Что за черт? - Майкл встал в дверях, его глаза метались от меня к Алексе. 

- Датчик сработал. Виттория перестала дышать. 

- Она... - краска исчезла с его лица, окрашивая кожу в пепельно-белый цвет.

- Жива. Но Алекса... - я сжал кулаки. 

Майкл быстро подошел, проверил пульс, приложил ладонь ко лбу. 

- Шок. Перегрузка. Отвези ее в кровать, пусть отходит. 

Я поднял Алексу на руки - она была легкой, как перо. Такая сильная, такая несгибаемая... и сейчас просто беспомощная. 

- Аврора, - я повернулся к дочери, которая смотрела на нас огромными глазами. - Иди с дядей Майклом, он тебе покажет мультики. 

- Но мама... 

- Мама просто устала, - я соврал. 

Майкл кивнул и увел Аврору, а я отнес Алексу в спальню. 

Она очнулась через двадцать минут. 

- Данте... - ее голос был слабым, хриплым. 

- Я здесь. 

- Дети... 

- Спят. Все в порядке. 

Она попыталась сесть, но я мягко придержал ее за плечи. 

- Лежи. 

- Я... я не могла... - она сжала мою руку так, что кости хрустнули. - Она просто перестала дышать... 

- Я знаю. 

- А если бы датчика не было? 

Я не ответил. Потому что ответа не было. Алекса закрыла глаза, и по ее щекам снова потекли слезы. 

- Я не переживу, если с ними что-то случится... 

Я лег рядом, обнял ее, прижал к себе. 

- Ничего не случится. Потому что я здесь. 

Она дрожала, как в лихорадке, и я знал - этот страх не уйдет. Никогда. Но я буду здесь. Каждую ночь. Каждую минуту.

***

Той ночью мы так и не уснули. 

Я сидел на краю кровати, слушая, как Алекса наконец погрузилась в беспокойный сон. Ее пальцы все еще судорожно сжимали край одеяла, а на лбу выступили капельки пота. В детской тихо посапывали близнецы, датчики работали в штатном режиме, но я больше не доверял этой иллюзии безопасности. 

Когда первые лучи солнца пробились сквозь шторы, я осторожно поднялся и вышел в коридор. На кухне уже горел свет - Майкл, облокотившись на столешницу, пил кофе. 

- Ты вообще спал? - спросил он, увидев меня. 

- Нет. 

- Я так и думал. 

Он молча налил мне чашку крепкого эспрессо. Мы стояли в тишине, слушая, как в доме постепенно просыпается жизнь. 

- Данте... - Майкл отставил чашку. - Надо вызывать врача. 

Я резко поднял голову: 

- Ты знаешь, почему это невозможно. 

- Датчики - это хорошо, но им нужен специалист. 

- И что, ты предлагаешь привести сюда постороннего? - мой голос прозвучал резче, чем я планировал. 

Майкл замер, затем медленно покачал головой: 

- Я предлагаю позвонить нашему врачу. 

Я понял, о ком он. Доктор Риччи. 

Человек, который много лет назад спас мне жизнь, когда пуля пробила легкое. Человек, который не задавал лишних вопросов. 

- Хорошо, - я кивнул. - Но только он. 

*** 

Алекс проснулась ближе к полудню. Я сидел в детской, наблюдая, как Аврора, притихшая и серьезная, показывает Кассио яркую погремушку. 

- Мама! - девочка радостно вскочила, увидев Алексу в дверях. 

Она выглядела изможденной, но улыбнулась в ответ: 
- Привет, солнышко. 

Я подошел, обнял ее за плечи: 
- Как себя чувствуешь? 

- Лучше, - она кивнула, но глаза были полны тревоги. - Они...? 

- Все в порядке. 

Алекса осторожно подошла к кроватке Виттории. Малышка спала, ровно дыша. 

- Я позвонил Риччи, - тихо сказал я. 

Она резко обернулась: 
- Данте... 

- Он осмотрит их. И тебя. 

Алекса хотела возражать, но тут Виттория потянулась во сне и сладко зевнула. 

- Хорошо, - наконец согласилась она. - Позвони ему.

- Он уже здесь, - Майкл открыл дверь и вошёл в детскую, я заметил макушку головы мужчины за спиной брата.

Старый доктор, с седыми висками и внимательными глазами, осмотрел близнецов с профессиональной тщательностью. 

- Апноэ, - заключил он, откладывая стетоскоп. - У младенцев такое бывает. 

- Это опасно? - Алекса сжала руки в кулаки. 

- Может быть. Но теперь вы предупреждены. 

Он выписал лекарства, показал, как делать массаж при остановке дыхания, оставил несколько номеров экстренной связи. 

Когда Риччи уехал, Алекса опустилась на диван, закрыв лицо руками: 

- Я не могу так жить, Данте... Каждую ночь бояться... 

Я сел рядом, обнял ее: 
- Мы справимся. 

- А если... 

- Нет «если», - я перебил ее. - Они будут в безопасности. 

Она посмотрела на меня, и в ее глазах появилась тень былой силы: 
- Ты обещаешь? 

- Клянусь. 

***

Я сидел между кроватками, наблюдая, как грудь Виттории ритмично поднимается. 

Алекса принесла кофе: 
- Ты должен поспать. 

- Позже. 

Она села рядом, положив голову мне на плечо. 

- Ты не можешь контролировать все, Данте. Отдых тоже нужен.

- Могу. 

- Даже дыхание, Виттории? 

Я повернулся к ней, видя в ее глазах ту же безумную тревогу, что грызла меня: 
- Попробую. 

На мониторе пульс Виттории - ровная зеленая линия. Я считал каждый удар.

- Все будет хорошо, верно?

- Пока мы вместе, все будет, - я притягиваю Алексу к себе на колени и зарываюсь носом в ее светлые волосы. Они пахнут приятно, шампунем. - Ты вкусно пахнешь, - шепчу вслух.

- О, спасибо. А вот от тебя воняет. Иди в душ.

- Прям воняю? - Алекса поджимает губы, но уголки ее губы приподнимаются.

- Идём в душ?

- Я сам пойду, побудь с дочерью.

- Я хотела позавтракать со всеми, как тебе такая идея?

- Поздний завтрак. То, что доктор прописал, - я хихикаю, словно девчонка и выхожу из детской, не забыв проверить близнецов.