Охотник и Лиса

Заняться было абсолютно нечем, пришлось рассмотреть все помещения агентства вдоль и поперёк.

Больше всего моё внимание привлекло фото на столе охотника. В рамке, перевязанное чёрной лентой. По краям смолистые следы от огня. На фото была изображена улыбающаяся черноволосая женщина с бледной кожей. Под ее правым глазом — маленькая родинка. Позади неё стоял мужчина в доспехах, которые, кажется, носили при правлении Лагу, сейчас их упростили, но силуэт остался прежним. Шлем с узким вырезом для глаз он держал в руках. Волосы рыцаря были длинные, ниже плеч, прямые и светлые. Однако, несмотря на грозный вид, взгляд его был мягким. Я бы не сказала, что он один из стражи или вообще из армии. Я видела глаза военных. Они все глубокие и будто стеклянные одновременно. У него же — яркий, счастливый.

Эти люди казались мне знакомыми. Особенно мужчина. Могли ли мы когда-то пересекаться? Но я не решалась спрашивать Дайера. Тем более, чёрная лента могла говорить лишь об одном...

Других фотографий не было.

Раз этот мужчина был учеником моей матери, то хоть одно фото общее должно ведь иметься? Не может быть такого, что они вовсе никогда не фотографировались? Об этом я тоже не спросила: от выражения глаз Дайера мурашки бегали по коже.

Каждый раз, как я отваживалась посмотреть на него, он будто чувствовал это, и его холодный, проникающий прямо в душу взгляд обращался ко мне. Я тут же отворачивалась или старалась скрыться от него.

В воздухе чувствовалось напряжение. У меня было много вопросов, но я всё ещё боялась. Мама о нём мне почти ничего не сказала. Охотник по имени Дайер — единственный ученик моей матери. Всё, что мне известно.

Сидела на диванчике, разглядывая газеты на столике рядом. Меня привлекла надпись: «Бойня на границе». Кажется, это было одним из ключевых событий в последнее время. Сестра как-то обмолвилась об этом перед моим отъездом. Мама была не в лучшем расположении духа, а после этого и вовсе злилась весь день.

Я потянулась за газетой, чтобы изучить её. Перебирая страницы, всё больше хмурилась. Как же много мне неизвестно? Вчитываясь, я невольно перебирала волосы, заплетая косу. Синяя прядь исчезла среди густых тёмных волос.

Так погрузилась в текст, что не заметила, как вошёл невысокий мужчина в коричневом костюме и шляпе. В руках он держал сумку-портфель. Ему было около тридцати на вид. В на первый взгляд добрых карих глазах было что-то такое, что присутствовало у бывалых воинов. Он улыбнулся мне. Снял шляпу, под которой скрывались короткие седые волосы.

— Заходи, Этнанд.

— Здравствуй, Дайер, вижу, ты девушку в офис привёл, — он улыбнулся снова, но уже по-другому, как-то насмешливо. — Неужели наконец одумался и не шляешься по пабам?

Я на мгновение взглянула на охотника, он скривился, но ничего отвечать не стал.

Неожиданно аура пришедшего мужчины поменялась. От него повеяло теплом. Как от мамы. Это заставило меня отложить газету. А ещё запахло корицей. Невольно втянула носом воздух. Но было в нём и что-то угрожающее, что-то, что я чувствовала своим нутром, но никак не могла описать.

— Она не моя девушка. Это дочь знакомой, а я лишь взял её к себе по просьбе. — Дайер говорил спокойно и даже с некой колкостью.

— Ясно, я об этом и не говорил... В общем, я к тебе по делу, насчёт работы. Есть тут одно предложение. Пара охотников уже отказались. Некоторые просто не в городе. А кого-то вызвали в столицу. Я бы сказал, всех, кто состоял в сообществе. Пока что ты единственный, кто остался в городе из дельных ребят. К слову о столице, кажется, намечается очередное волнующее событие...

Они разговаривали и разговаривали. Их не слушала, меня заинтересовало другое... На очередной газете заметила интересный заголовок: «Нападение на семьи Великих Тёмных рыцарей времён Лагу». Насколько мне известно, мама говорила о трёх. Первый — предатель Лачин, второй — из семьи Аури, нынче его наследники правят Северной Мийрой, и ещё один — из семьи в восточной Мийре, но сейчас они Лорды, а фамилию я даже не помню. Газета была новой, возможно, кто-то раздобыл сведения из архива тех времён и решил написать статью. Поэтому руки сами потянулись прочесть...

* * *

Наконец позади наступила тишина. Этнанд посмотрел на меня вопросительно. Уловила это краем глаза.

— Дайер, как её зовут? — низкий и одновременно мягкий голос привлёк моё внимание, тем более речь пошла обо мне.

— Я зову её ЛИСА.

Почему «Лиса»? Помнится, он ещё вечером назвал меня так, когда мы ложились спать, но я не обратила внимания. Теперь вот снова повторил.

— Ладно... — потом Этнанд обратился ко мне. — Интересуетесь новостями?

— Немного. Событиями, связанными с моей матерью.

Мужчины переглянулись.

— Так она младшая из...? — вполголоса уточнил он у Дайера.

— Именно. Поэтому такая морока.

— Да уж. Вот почему так похожа. Помню я эту неадекватную.

Выгнула бровь и снова отложила газету. Медленно распустила волосы, чтобы синяя прядь снова показалась.

— И прядь такая же... — Этнанд мягко улыбнулся, словно вспоминая что-то приятное. — Мы были в прошлом коллегами с твоей матерью, — пояснил мужчина. — Она носилась со своей группой охотников — мы пересекались. Зачастую пили в одном и том же месте, на севере отсюда.

— Так вы знакомы? — немного оживилась, стараясь запомнить всё, что бы он ни сказал дальше.

Однако никаких историй не последовало. Это меня значительно огорчило.

— Я ухожу. У меня есть дело, — внезапно заговорил Дайер.

— А с тобой можно? — тут же подняла взгляд на него.

— Что? — мужчина слегка наклонился в мою сторону.

— С тобой... — чуть повысила голос. — Можно?

Оставаться одной мне не хотелось. От слова совсем. Тут мало того, что мрачно, разве это не будет небезопасно? А что, если демоны проберутся сюда? Я, может, и могу за себя постоять, но... Вряд ли моих сил хватит, если кто-то сильный придёт за моей головой.

— Нет, — отчеканил мужчина.

— Почему «нет»? — напряглась, чувствуя, как по коже скользит холодок.

— Девушек не беру, особенно хилых принцессок.

Мои глаза расширились от удивления. Почему он так недоброжелательно относится ко мне?

— Я думала, что могу быть полезной. Моя сестра и мама научили меня обращаться с оружием. Правда, я не очень хорошо владею мечом, но неплохо стреляю, — с надеждой произнесла я, настойчиво заглядывая в его глаза, несмотря на то что они пугали меня больше, чем перспектива остаться одной.

Он задумался. Цокнул языком и ответил:

— Этого недостаточно! Ты говоришь-то еле-еле. Но если хочешь быть наживкой, пожалуйста.

— Ты правда меня возьмёшь? — уже чуть громче произнесла, не обращая внимания на слова про «наживку».

— Давай, пошли быстрее! Этнанд, подкинешь? — он на ходу надел чёрную куртку, валявшуюся на кресле.

— Хорошо, — отозвался тот, подмигнув мне.