Музыкальный инструмент
Ночь в этих местах шуршащая, тихая и спокойная, ровно до того момента, когда кто-нибудь эту тишину не порвëт на куски.
Ветер колыхал листья бамбука, тихий звон колокольчиков еле слышно нашëптывал ветру новости, подвешенные фонари ракачивались, словно на качелях, всë так же сияя приглушëнно-красным.
На вершине Таинственной Горы, у ворот, ведущих во внутренний двор с пагодой, стоял тëмные силуэты, один побольше, а другие поменьше, практически не видные в мгле.
Ночной Ниндзя стоял и прислушивался, Ниндзялино замерли, словно статуи. Из-за дверей по всему пространству разносилась мелодия струн. Было похоже на скрипку, но это явно не этот музыкальный инструмент. Злодей не мог описать, было различие, которое он не мог понять.
А мелодия тем временем тянулась ввысь, куда-то к далëким небесам. Струны распевали своими чуть скрипучими и пискливыми голосами песни, уже забытые даже временем, не то, что людьми.
Вздохнув, парень всë же решился перелезть через стену и посмотреть, что происходит и какой инструмент играет. Почему перелезть? А потому что Ан Ю опять сменила пароль на воротах и теперь комбинация известна только ей.
Ночной Ниндзя запрыгнул на выступающий камень в стене, за ним последовали и Ниндзялино, старающиеся быть как можно тише.
[ • • • ]
Ан Ю безмятежно сидела на ступеньках, ведущих к дверям пагоды, закрыв глаза и поддаваясь воспоминаниям, проводя смычком по струнам эрху.
Эрху - традиционный китайский музыкальный инструмент, на котором Хранительницу учили играть с самого детства. Представляет собой корпус из шестигранного бочонка, на одной стороне натянута кожа, а на другой - деревянная, резная решëтка, с продолговатой палкой, зашнутой на верхнем конце, с двумя струнами.
Девушка-дракон настолько глубоко погрузилась в воспоминания об обучении, о прошлом, о теплоте далëких времëн и в музыку, что не замечала ничего вокруг, что дало злодею возможность пробраться во двор незаметно.
Ночной Ниндзя наблюдал за Драконицей с высоты каменной стены, сощурив глаза и силясь понять, в каком состоянии находиться Ан Ю, ведь если у неë плохое настроение, то Ниндзялино под конец ночи будут готовить ему гроб, что он однажды проверил на собственной шкуре совершенно неумышленно, так что теперь парень более осторожен.
Даже с растояние в десяток метров было видно то, что девушка расслабленна, глаза закрыты, поза не меняется каждую минуту, а музыка плавно скользит по воздуху, не меняя темпа и ритма.
Постояв так несколько минут, злодей словно околдовался, поддался чарам безмятежности и стал осторожно спускаться, будто бы боясь спугнуть Драконицу, словно девушка пуститься наутëк, если он покажется ей на глаза.
Музыка лилась ровным потоком, не переставая, вплетая ноты в ветер, разносящий их по пространству и подкидывающий мелодию к небесам, туда, где эту мелодию бы узнали все.
Ночной Ниндзя, незамеченным пробравшийся достаточно близко к Ан Ю, которая и ухом не повела, тоже присел на ступени и показал жест Ниндзялино, на что те среагировали тем, что подали флейту, сделанную из бамбука ещë чëрт помнит когда.
Выждав нужный момент, злодей приподнял край маски, оголив губы, поднëс флейту к лицу и, глубоко вдохнув начал наигрывать примерно те же ноты, что играла Ан Ю на эрху.
Услышав рядом с собой флейту, девушка-дракон всполошилась, смычок застыл в одной позиции и она резко обернулась на злодея, на секунду оскалившись.
Ночной Ниндзя старался не обращать внимания на резкое прерывание мелодии в исполнении эрху и оскал героини, продолжая наигрывать примерные ноты. Парень закрыл глаза, но всë равно чувствовал подозревающий взгляд.
Через, наверное, минуты три Ан Ю выдохнула, продолжила касаться струн смычком, однако будучи уже не такой расслабленной, как была в начале ночи. Мелодия тоже изменилась, стала более настороженной.
Парень продолжал играть, пытаясь не взирать на косые взгляды со стороны Хранительницы и сгустившийся от напряжения воздух.
[ • • • ]
Этот поток нот, казалось, мог литься бесконечно, взяв свой исток со струн и рук музыкантов.
Ночной Ниндзя постоянно тянул ноты, пытаясь повторить то, что соскакивало со струн эрху, пока Ан Ю, уставившись в ступени взглядом, музицировала по памяти, вспоминая то, что было века назад.
Видимо, воспоминания были достаточно тëплыми, чтоб Ан Ю начала улыбаться, более мечтательнее и медленнее став водить по струнам, закрыв глаза и вдохнув побольше воздуха, пока злодей мог выдохнуть и с большей уверенностью начать подыгрывать ей.
Однако эрху протянуло последние ноты, ставя точку в рассказе, сюжет которого незримой нитью лëг на мелодию. Ан Ю выдохнула, открыв глаза и тут метая взгляд, словно искру подозрения, на парня, который тоже завершил игру.
– Не думала, что ты будешь подыгрывать мне на флейте... - усмехнулась Драконица, после устало улыбнувшись.
– А я не думал, что ты можешь так красиво играть на... Что это? - чуть озадаченно уставился на музыкальный инструмент девушки юноша, до этого не обращавший на него особого внимания.
– Эрху. Двухструнная скрипка, из семейства хуцинь. - пожала плечами девушка, бросая взгляд на затаившихся у одной из статуй дракона приспешников злодея.
– И сколько нужно, чтоб научиться играть? - зачем-то спросил злодей, рассматривая резную решëтку на боку инструмента.
– Десять с лишним лет. - усмехнулась девушка-дракон, пожимая плечами и уводя взгляд на тëмное небо, усыпанное звëздами, словно веснушками.
– Так много? - удивился злодей, чуть не подскочив на месте.
– Чтобы достигнуть базового уровня мастерства нужно учиться от трëх до пяти лет, а меня учили до уровня виртуоза, - на одном дыхании объяснила Ан Ю, не отрывая взгляд от небес. - хотя, что значит одно десятилетие в рамках веков?
После заданного вопроса парень задумался, внимательно глядя на Драконицу. Ан Ю было уже две тысячи тринадцать лет, что очень выделяется на фоне героев, возрастом максимум восемнадцать или девятнадцать, и, как показывала практика, была в добром здравии, с трезвым мышлением и светлой памятью. При таком возрасте десятилетие и правда не казалось таким уж большим временым отрывком.
– У тебя красивые глаза... - внезапно прошептала Хранительница, уставившись в глаза Ночного Ниндзя.
Парень дëрнулся, повернув голову на девушку, уставившись на неë непонимающим взгляд, словно она только что начала бредить.
– ... Словно полуночное небо, освещаемое луной... - закончила фразу Драконица и отвела взгляд обратно в небо, вздыхая.
Хоть за маской этого и не было видно, но лицо Ночного Ниндзя зарделось глубоким, красным румянцем, казалось, что вся кровь прилила к щекам, опаляя их.
– Ладно... Я пойду спать, тебя проводить? - вздохнула Ан Ю, тихо смеясь и прикрывая рот рукой, чтоб смеха не было слышно.
– Если не затруднит... - пробубнил парень, натягивая на лицо маску, пытаясь скрыть румянец, который, он чувствовал, стал ползти на шею.
Девушка-дракон встала со ступеней, предварительно положив эрху на ступеньку, на которой сидела, и протянула руку злодея, маня за собой.
Ночной Ниндзя дëрнулся, тут же вставая и в ускоренном темпе направляясь к воротам, за ним поспешили и Ниндзялино.
Ан Ю, посмеиваясь, ввела на воротах код, убедившись, что парень не видит комбинации, а после выпустила злодея, провожая медленно удаляющуюся фигуру взглядом.
Двери закрылись с гулким, глухим стуком, шестерëнки звякнули, закрываясь сами по себе, очертания силуэтов перемешались.
Ночной Ниндзя шëл медленно, молчаливо, Ниндзялино кучкой шли рядом, едва слышно перешëптываясь. У парня было стойкое чувство, что он забыл что-то задуманное.