Смущение
Незримый портной природы аккуратно перешивал одеяние его постоянного, но капризного клиента - небосвода, который постоянно менял свои предпочтения, сменяя их по кругу.
И вот, когда дымчато-алый наряд заката был готов, небо вновь вздохнуло, недовольное результатом и требуя перешить одеяние, сделать его тëмным, бархатным и расшитым пайетками звëзд, а портной лишь кивает, вновь принимаясь за иглу с ниткой и ткани.
Ромео наблюдал за сменением окраса природы, задрав голову вверх, невидящим взглядом уперевшись в купол над городом. Тяжëлый вздох растворился в тишине пустой улицы.
Мысли разного рода лезли в голову, переплетаясь друг с другом, перебивая сами себя и бесследно раствоояющиеся из разума, всë это будто специально роилось в голове изобретателя, словно пытаясь запутать.
Больше всего было мыслей, окрашенных космосом в обрамлении облаков, видных с земли. Глубокий вдох вновь потревожил воздух звуком.
Ромео накинул на голову капюшон толстовки, наконец опуская голову и пряча руки в карманах. Лето отступало, осень уже написала над природой, потихоньку меняя зелëные платья деревьев на жëлто-красные халаты, умывая землю дождевыми каплями во время ливней.
"Злобный гений" усмехнулся, подумав про ливни, которые становились всë чаще. Луна их очень любила. Девушка постоянно вытаскивала изобретателя на улицу в самый разгар природного буйства, при этом вела себя как ребëнок, но не сказать, что Ромео что-то не устраивало. Это было вполне мило, особенно учитывая, что всë остальное время Луны была той ещë стервой, хоть она и в детстве не отличалась особой вежливостью.
"Безумный учёный" усмехнулся, прикрыв рот рукой и зевнув, вновь уставляясь вверх. Забавно было то, что он вообще помнил, какой была эта девушка в далëком детсве. Хотя, сколько времени утекло сквозь пальцы, если парень всë так детально помнит?
Двенадцать лет. Двенадцать лет прошли мимо, незаметно, оставляя воспоминания следами, шлейфом с запахом тепла. Трудно было поверить, что столько лет прошло, медленно меняя всë вокруг, а для них словно ничего не изменилось, осталось на своих местах. Но, конечно же, всë было далеко не так.
Луна стала менее капризной и истеричной, зато сарказма и иронии в еë словам не занимать, злодейка стала очень остра на язык и могла послать человека в пешее эротическое одной только улыбкой. И кстати, это передалось и Мотуки.
Ночной Ниндзя с головой окунулся в изучение культуры Китая, его символику, мифы и легенды, моду, обереги, традиции, с чем ему отлично помогала Ан Ю, очень удивлëнная, когда злодей и правда начал погружаться во всю эту тему, даже забыв о злодействах, вспоминая, что всë начиналось с того, что Ночной Ниндзя изучал артефакты, хранившиеся в пагоде, чтоб лучше ими управлять.
А Ромео... А что он? Так все двенадцать лет и просидел в своей мастерской, по шею в запчастях, микросхемах и чертежах, выходя на улицу только в двух случаях: за едой и чтоб осуществить очередной бредовый, уже даже по мнению самого изобретателя, план. В последнее время он донимал героев только из-за того, что ему было чертовски скучно.
Иногда к этим забавам присоединялись и другие злодеи, особенно часто Ночной Ниндзя и Луна, всë же эта компания дружит уже больше десяти лет и, видимо, распадаться не собирается.
Ромео хоть и не любил шум, который появлялся в результате человеческой суеты или тем, что кто-то сходит с ума прямо на улице на пару с другом, сам очень часто становился причиной этого шума, насколько бы противоречиво это не звучало. Всë всегда переворачивалось с ног на голову, когда речь заходила о его давних друзьях.
Вновь смешок упал с уст изобретателя, глаза прикрылась от широкой ухмылки. Да уж, казалось, когда старое доброе трио злодеев устраивает настоящий погром в городе, сходя с ума. И не нужно было повода для смеха, у их юмора не было границ, но, конечно, этого никто не слышал и не видел всего этого.
Особенно колкими и чëрными, но меткими шутками владела Луна, заставляя двух парней буквально валяться по полу с ржачем, сама еле сдерживаясь от смеха.
И вновь его мысли возвращаются к Луне, словно хомячок, бегающий в колесе. Сколько бы Ромео не думал на отдалëнные темы, образ злодейки-альбиноса буквально образовывался из ничего, каждый раз опасно шатая бочку с порохом его нервов.
Никто не знает, как это случилось, но, оказалось, что Ромео был слишком неосторожен, привязавшись всеми своими эмоциями и чувствами к Ночному Ниндзя и Луне. К девушке в особенности.
Вот уже который год его голову посещают странные мысли. Иногда это милые моменты в воображении изобретателя, а иногда пошлые и чертовски приставучие образы. Ромео пытался избавиться от этих мыслей, искоренить их, но чем больше пытался, тем дальше загонял сам себя в угол.
Через некоторое время избегания своих чувств, эмоций и попытках отвлечься на изобретение всякой хуйни, до Ромео всë таки дошло, что Луна ему не просто нравиться, а он еë полюбил.
Парень всегда боялся привязанности, тем более к людям, а уж про злодеев и говорить не стоит, когда спрашивали причины он демонстративно молчал, однако он так опрометчиво проводил время с двумя другими злодеями, что слишком увлëкся, не замечая того, что эти два идиота становятся ему как родные.
Изобретатель не был уверен, что Ночной Ниндзя и Луна чувствуют то же самое, но ему хотелось в это свято верить. И, казалось, он был даже прав в этих суждениях.
Только вот с любовью к Луне всë было не так просто. Если Ночной Ниндзя стал для него очень давним другом, что Ромео признавал, закатывая глаза, то как признаться девушке в любви?
Хотелось бы Ромео сделать это как-то романтичн, вот только в романтике он разбирался так же, как кот в квантовой физике, то есть никак. Казалось, это был единственный раз, когда "Злобный гений" жалел, что не выходил за пределы Летающей Фабрики.
Изобретатель пытался смотреть романтические фильмы, но засыпал в первые двадцать минут фильма, пытался читать любовный романы, но забрасывал это, не прочитав и введение, попытался порыться в интернете в поисках ответа - всë было слишком сахарным и черезчур приторным.
И вот, в последний раз попытавшись сделать что-то романтичное, а если быть точнее, то Ромео решил попытать удачу в создании конвертов с любовным письмом, злодей на пол пути психанул, выкинув неугодную поделку из бумаги в мусорное ведро.
Он не спит уже третью ночь и из-за чего? Из-за какого-то глупого признания? Но эмоции Ромео быстро угасли, задавленные недосыпом. Всë же нужно с этим разобраться и признаться наконец, иначе он быстрее в гроб от недосыпа грохнеться.
Разум потревожил стук, отдающийся от стен эхом. Знакомый до улыбки. Стук каблуков возлюбленной.
Луна приходила к изобретателю когда ей вздумается, она уже давно была в базе данных всех роботов, так что сигнализация не включалась при еë неожиданном визите.
– Доброй ночи~ - просипела девушка, целенаправленно ища "Злобного гения".
Ромео только промычал что-то, стараясь не заснуть и улыбнуться. А Луна не заставила себя долго ждать.
Девушка уже наизусть знала планировку Летающей Фабрики, так что найти "Безумного учëного" быстро не составило труда. Луна как всегда улыбалась, глаза полуприкрыты а под белоснежными ресницами будто скрывается хищник.
Для Ромео это было обычным состоянием лунной злодейки. Тем состоянием, в котором девушка была всегда и везде, за исключением ряда ситуаций и обстоятельств.
По уставшему лицу расплылась улыбка, угасший от недосыпа взгляд метнулся на девушку, приветствуя еë. То, что Ромео не спал долгое время было практически на лбу у него написано.
Луна, очевидно, заметив измученное состояние друга, тихо засмеялась себе в руку, после телепортируя парня и себя в спальню, расположенную в самой глубине Летающей Фабрики. Изобретатель сделал так специально, во-первых, никто не побеспокоет, потому что не найдëт, во-вторых, его успокаивал шум систем, что держали всю эту махину в воздухе, тишина не давила.
Луна сразу толкнула парня на кровать, а изобретатель и не сопротивлялся, уже полузаснувший. Злодейке оставалось только накрыть парня одеялом и подождать, пока тот поддастся соблазну омута грëз.
Решив не ждать долго, ведь у неë ещë были дела, девушка напоследок подмигнула ему и послала воздушный поцелуй, это уже было сродни традиции, Луна делала так каждый раз, когда прощалась с компанией, а у изобретателя постоянно сердце замирало.
Усмехнувшись, в усталом разуме мелькнула вспышкой мысль, что у него есть шанс на взаимную любовь, а может быть, это была уже наступающая дымка сна.
[ • • • ]
Она всегда была центром внимания. По разным причинам: еë необычная внешность, причиной чего была генная мутация, конфликты, которые она могла устроить с пустого места или просто то, что она разыгрывала спектакли всем на потеху. Она любила внимание, которого она не получала от постоянно занятых родителей.
Однако привязываться ко всем подряд девушка не спешила будучи недоверчивым интровертом. И всë же ей удалось подпустить к своему сердцу двух идиотов, зато с этими идиотами было весело.
Казалось, одного она подпустила даже слишком близко. Теплота со временем оформила прописку в груди девушки, настолько часто Луна чувствовало его когда Ромео был рядом, и загвоздка в том, что изобретатель был рядом почти всегда. Ночью, в академии, на прогулках по городу и в долгих переписках.
Сердце привыкло трепетать в присутствии, а его недовольное и усталое лицо в какой-то мере умиляло девушку, взгляд аметистовых глаз смягчался каждый раз, когда в поле зрения появлялась растрëпанная копна чëрных волос с затесавшейся в них белой пряди.
А ведь характер Ромео девушке нравится куда больше. Они понимают друг друга буквально с полуслова, могут договаривать друг за друга фразы, один взгляд мог предвещать целый дурдом.
В какой-то момент она поняла, что сердце не просто так устраивало рок-концерт рядом с Ромео. Это было гораздо проще, ведь было очевидно, ведь Луна ни с кем особо так близко не общается.
Отсюда пошла ненавязчивая забота, влюблëнные взгляды, которые злодейка каждый раз обращала на "безумного учëного", намëки и некая нежность, которая не проявлялась с другими. Но Ромео, словно назло, не замечал ничего из этого.
Вздохнув, Луна взглянула в окно на колышущиеся от ветра кроны в пятнах осенней желтизны. Почему-то в такую погоду ей хотелось мечтать, погрузиться в мягкий плед с кружкой чая и, закрыв глаза, забыть обо всëм, сочиняя в своей голове сказки.
И Луна уже собиралась сделать это, нашла плед и налила чаю, укрыла Мотуки вторым пледом, которая забилась под бок сестры и уснула, и уже собиралась посидеть в тишине и спокойствии, на телефон поступило сообщение.
На экране гаджета высветилось сообщение от Ромео, что был подписан эмодзи колбы и сердечка. Лëгкий румянец дымкой лëг на щëки.
«Привет, Луна, встретимся завтра? Нам нужно поговорить...» - так гласило сообщение, заставившее девушку улыбнуться шире.
Луна отхлебнула чаю из кружки, со смешком отвечая на сообщение. Кружка быстро оказалась на тумбочке и девушка стала печатать быстрее.
«Хорошо, кажется, нам есть что обсудить?» - короткое сообщение быстро получило утвердительный ответ, и Луна усмехнулась, отправляя последнее сообщение и откладывая телефон в сторону.
«Встреть меня рядом с фонтаном у музея ближе к вечеру.»
[ • • • ]
Вечер следующего дня наступил слишком быстро, словно стрелки на часах специально спешили, чтоб между двумя злодеями всë решилось побыстрее, будто бы незримый наблюдатель уже устал от отрицания чувств.
Ромео собирался нервно, пытаясь придумать, что говорить, как сказать, нужно ли говорить долго, чтоб смягчить углы, или сказать всë прямо и в лоб? Не удалось парню скрыться и от тревожности, подкидывающей в огонь дров и подливая в него масло.
Луна же была более расслабленной, не зацикленной на неблагоприятном исходе, полностью уверенная, что Ромео хотел сообщить ей что-то важное, а может и в любви признаться. Но если этого не случится, то признается она, даже если это будет невзаимно.
Девушка была более мечтательной, парень уходил в дебри тревоги, и каждый из них хотел признаться в давней, уже укоренившейся любви.
Собрав в сумку ключи, телефон и пару конфет, Луна попрощалась с Мотуки, которая сонно вышла в коридор. Ромео торопливо расхаживал по комнате, лихорадочно подбирая слова.
Прошло около получаса, прежде чем они встретились лицом к лицу у фонтана. Изобретатель чуть опоздал, не уследив за временем в своей суматохе.
– Привет... - запыхавшийся "Злобный гений" чуть ли не налетает на девушку, однако Луна крепко хватает его за плечо, не давая упасть и повалить еë.
– Привет, так о чëм ты хотел поговорить? - решив не тянуть, обращает вопрошающий взгляд на собеседника злодейка, чарующе улыбнувшись.
– Ну... - замешкался злодей, переводя дыхание и всë так же лихорадочно думая, как можно признаться.
Щëки горели не то от бега, не то от смущения, сбитое дыхание мешало и отвлекало, в голове какая-то бурда. А тем временем фиолетовые очи выжидают ответа, смотрят любопытсвуя.
– В общем... - попытался начать Ромео, чувствуя своë сердце в горле и слыша его стук в ушах. - Я хотел... Хотел поговорить с тобой...
– О чëм? - гораздо спокойнее и быстрее реагирует Луна, улыбаясь и не будучи в силах оторвать взгляда от милого, раскрасневшегося от беготни личика.
– Мы же... Мы же очень давно друг друга знаем? - решил начать издалека изобретатель, чтоб не застать возлюбленную врасплох своим признанием.
– Да, уже двенадцать лет, если не ошибаюсь. - пожала плечами лунная злодейка, усмехнувшись и пытаясь отказать соблазну начать вспоминать прошлое.
– Так вот, мы уже долгое время друзья, многое друг о друге знаем... - продолжал Ромео, сделав глубокий вдох, чтоб успокоиться.
Луна кивала в знак согласия, уже изнуряемая любопытством и нетерпением.
Девушка стала зеркалить состояние возлюбленного, совершенно случайно. Еë щëки тоже покраснели, сердце угрожало проломить рëбра или как минимум износиться раньше времени.
– Думаю, мы сможем остаться в хороших отношениях если я... - замешкался парень, ощущая в горле два кома, первый это сердце, второй - тревога и смущение.
А вдруг не примет? Вдруг не любит? Вдруг поднимет на смех? Вдруг унизит? Вдруг прервëт общение?
– Ну же, говори уже, а-то у меня сейчас сердце рëбра проломит и из груди выпрыгнет! - поторопила девушка, уже сама готовая прыгать от нервов.
Ей будто передавалось это смущение, она тоже чувствовала жжение на щеках, опалëнных румянцем, взгляд был нетнрпилив и пытлив.
– В общем... - Ромео набрал в грудь побольше воздуха, и постарался успокоиться. - Я люблю тебя...
Три заветных слова были выпалены так быстро, что Луна не успела и осознать, понадобилось около минуты в ступоре. Время, которое до этого момента бежало словно гепард, вдруг остановилось, замерев.
– Это правда...? - словно не веря, злодейка поднесла ладони к губам и упëрла взгляд в дорогу под ногами.
Изобретатель закивал, на всякий случай зажмурившись и морально подготовившись выслушивать ядовитые шутки.
– Да... - шепнул юноша и попутный ветер сразу унëс его голос далеко и надолго.
Луна глубоко вдохнула, собрав мысли в кучу и угомонив бушующие эмоции, и, вернув улыбке саркастичное очарование, в пару шагов достигла парня и впилась ему в губы поцелуем, сжав предплечье возлюбленного.
В этих, казалось бы, простых прикосновениях вырвались все безумно яркие эмоции, что устроили внутри злодейки целый тайфун.
Изобретатель распахнул глаза, на секунду подумав, что спит, но упавшая на его голову одинокая капля дождя убедила его в реальности происходящего. Ромео достаточно быстро отошëл от ступора, с радостью отвечая на жест нежности и мягко притягивая любимую к себе, пока над их головами сгущались тучи - приспешники надвигающейся грозы.