Помада оттенка вина
Ночь, раз за разом погружающая всë во мрак, вновь накрыла улицы города. В окнах стали гасить свет, все жители погружались в омут сна. Однако кому-то всë же не спиться.
Ромео как раз был одним из таких, эта ночь тоже стала бессонной и не без причины.
Все трофеи до сих пор не были собраны, остались злодеи, но не все. Ночной Ниндзя на пару с Ан Ю незадолго до того, как Ромео закончил работу над своими доспехами, "выбыли из игры". Ан Ю вышла из команды героев, Ночной Ниндзя перестал устраивать дебош по ночам, тоже уходя в отставку.
Связано ли это с тем, что эти двое были в отношениях или просто устали от ночных вылазок - неизвестно, но факт есть факт. Оба теперь не участвуют в битвах добра и зла.
Однако именно это и помогло Ромео тем, что Ан Ю и Ночной Ниндзя - единственные, кто вместо боя предпочли разговор и сделку.
Вот только Драконица смотрела на Ромео так, словно убить его хотела, а сдерживала еë только рука еë любимого на колене.
Но так или иначе, теперь у него была маска Ночного Ниндзя, частички магии Ниндзялино и посох Хранительницы Таинственной горы. Хотя, этот посох был прототипом, за "оригинал" Ан Ю точно бы перегрызла изобретателю глотку.
Оказалось, что Первый Хранитель, создавая посох, сделал два абсолютно одинаковых, на случай, если один сломается, чтобы не остаться безоружным. Однако используемый Первым Хранителем посох передавался из поколения в поколение, оставаясь в прекрасном и рабочем состоянии, так что про прототип помнили немногие, а сейчас это сыграло свою роль. И все в плюсе, Ромео получил новый трофей, а Ан Ю и Ночной Ниндзя получили спокойствие и гарантию, что их больше никто не потревожит.
Другая ситуация была с Луной и Мотуки. Они, почувствовав, что страсти в боях между героями и Ромео накаляются, приняли позицию наблюдателей, лишь смотря издалека. А изобретателю от них ничего не нужно было, он не смел чего-то требовать от возлюбленной.
А вот с остальными нужно было разобраться, трофеи сами себя не соберут.
[ • • • ]
Первым, к кому Ромео решил наведаться, был Мальчик-Фараон. Им давно было пора поставить точку в их затянувшемся споре. В эту ночь он раз и навсегда докажет, что наука всегда будет сильнее магии, независимо от всего.
Фараон только усмехнулся, когда увидел Ромео, приближающегося к залу с Египетской выставкой в своих доспехах.
– Так-так-так, посмотрите, кто здесь? - издевательски смеялся Фараон, даже не смотря на собеседника. - Неужели безумный учëный со своим очередным бесполезным изобретением?
– Смеëтся тот, кто смеëтся последним... - подозрительно спокойно вздохнул Ромео, пожав плечами и скрестив руки на груди, от чего металл костюма тихо скрипнул. - Всë же наука превосходит магию.
– Хах, наука превосходит магию, однако не может противостоять силе обольщения? - заметив на скулах изобретателя следы от тëмно-бордовой помады, Фараон не упустил своей возможности поиздеваться.
– А тебя это ебать не должно... - изобретатель улыбнулся, однако его голос, казалось, сейчас польëтся с его губ ядом.
Фараон захохотал, не потрудившись скрыть своего ехидства. Ромео только усмехнулся, прекрасно зная, что он будет тем, кто будет смеяться последним.
– Думаю, достаточно разговоров, предлагаю выйти на открытое пространство и решить наш спор раз и навсегда. - предложил "Злобный гений", по лицу которого расплывалась ехидная улыбка.
– Отличная идея, магия наконец-то покажет своë превосходство! - гордо вскинул голову Фараон, вальяжно проходя мимо "безумного учëного".
– Это мы ещë посмотрим... - едва слышно выдохнул изобретатель, ухмыльнувшись и следуя за Мальчиком-Фараоном.
[ • • • ]
Открытым пространством стала поляна в парке.
Оба юноши стояли напротив друг друга, каждый готовясь по-своему.
Ромео поочерёдно проверял системы доспехов, убеждаясь, что никаких сбоев не произойдëт во время боя и всë пойдëт по плану. А Фараон же в этот момент просто стоял, оперевшись на свой змеиный посох, смеясь смеясь над тем, с какой внимательностью просматривает механизмы и системы изобретатель.
– Что ж, я готов. - наконец заговорил "Злобный гений", встряхивая руками на последок.
– Ну наконец-то, я уж думал Тутанхамон возродиться пока я тебя жду. - вновь ядовито усмехнулся неудавшийся правитель Древнего Египта, перестав опираться на свой посох.
– Ехидство оставь на потом, Фараон, - насмешливо ухмыльнулся изобретатель, скрестив руки ну груди. - ещë не надумал сдаться?
– Ха! Мечтай! - Мальчик-Фараон вновь гордо задрал голову, уверенность которого возросла до небес.
– Что ж, тогда начинай, - пожал плечами юноша, разводя руки в стороны, словно подначивая соперника напасть. - дам тебе фору, так уж и быть.
– Ой, как великодушно с твоей стороны! - начал кривляться Фараон, полностью уверенный в своей безусловной победе.
Ромео ничего не ответил, продолжая стоять с раскинутыми в разные стороны руками, закрыв глаза и давая сопернику полную уверенность в его действиях.
Фараон, взмахнув посохом, направил луч магии на изобретателя, уже готовый к скорой победе. Однако фиолетовый луч отскочил от силового поля, чуть не прилетев в плечо своему отправителю. Неудавшийся правитель Древнего Египта, конечно, увернулся, хоть и не ожидал такого поворота событий.
В мгновение разозлившись, юноша из Древнего Египта попытался закидать изобретателя камнями, поднятыми чëрт поймëт откуда. Но Ромео не растерялся, разломав все камни энергетическими запалами на более маленькие. Изобретатель усмехнулся жалким попыткам соперника, нагло улыбаясь и продолжая держать руки по разным сторонам, становясь недостижимой мешенью.
Фараон пытался по разному. Пытался устроить бурю, но силовое поле изобретателя было непоколебимо, пытался бросить на Ромео один большой камень, однако он переместился с помощью порталов, не получив ни царапины, Фараон попытался сбить "Злобного гения" с ног - изобретатель просто подлетел вверх.
С лëгкостью уворачиваясь от атак, Ромео становилось скучно. Смотреть за отчаянными попытками Фараона и его разгневанное лицо, конечно, очень лестно для изобретателя, однако вечно так продолжаться тоже не могло.
Решив разобраться с этим побыстрее, изобретатель шмыгнул в портал, оказавшись рядом с Фараоном, однако тот замахнулся посохом, уже готовый просто ударить "Злобного гения" им, но Ромео среагировал быстро, перехватив руку соперника и откинув посох Фараона подальше. На попытки неудавшегося правителя Египта полезть в рукопашную драку "безумный учёный" заточил его в клетку, подавляющую магию.
– Всë? Успокоился? - едва сдерживая смех, спрашивал Ромео у заточëнного соперника.
Фараон ответ давать явно не собирался, упорно молчал и отворачивал голову. У изобретателя не было времени долго с ним возиться, поэтому взял в руки змеиный посох и демонстративно встал перед пленëнным соперником.
– Ты потратил больше получаса ни на что, пытаясь меня сразить, а мне понадобилось меньше минуты чтобы поймать тебя в ловушку... - с ухмылкой от уха до уха начал изобретатель, смотря на скривившееся недовольством и гневом лицо "мумии" - Пора бы тебе признать, что магия - ничто по сравнению с наукой!
– Ладно... - совсем тихо шепнул Фараон, не желая признавать своë поражения, но не решающийся огрызаться в сложившейся ситуации.
– Что? Я не слышу. - начал издеваться Ромео, не упуская своего шанса.
– Я сказал, что признаю это... - чуть громче сказал Фараон, вновь начиная раздражаться.
– Громче! - засмеялся изобретатель, опираясь на посох Фараона.
– Я СКАЗАЛ, ЧТО ПРИЗНАЮ ЭТО! - взбесился юноша, заорав на всю округу.
– Воу, воу, полегче, не нужно кричать, - продолжил издеваться Ромео, усмехаясь. - но раз уж ты признал то, что должен был признать давно, тогда тебе следует отдать свой немес.
– Ещë чего тебе отдать!? - возмутился Фараон, словно пытаясь взглядом прожечь прутья круглой клетки.
– Ну ладно, тогда заберу твой посох и оставлю тебя здесь. - пожал плечами "Злобный гений", делая вид, что уходит.
Фараону очень не хотелось оставаться в клетке всю ночь и быть обнаруженным под утро, поэтому нехотя пошëл на уступки.
– Ладно, ладно, я погорячился! - крикнул вслед изобретателю Фараон. - Я согласен, только выпусти меня!
– Так бы сразу! - улыбнулся Ромео, оборачиваясь на "пленника".
"Злобный гений" быстро деактивировал клетку, помогая неудавшемуся правителю Древнего Египта встать, всë это время ядовито-миловидно улыбаясь.
Фараон, щурясь в подозрении, снял с головы немес, но не отдавая сразу. Ромео закатил глаза.
– И чего ты ждëшь? - недовольным тоном спросил изобретатель, крепче сжав посох Фараона.
– Разве тебе можно доверять? - ехидно спросил Фараон, пожав плечами.
– С тем же успехом могу сказать тебе то же самое. - более мрачно усмехнулся Ромео, сощуривая глаза. - Давай на счëт "три"?
– Хорошо... - фыркнул Мальчик-Фараон, понимая, что другого выхода у него нет, хотя он мог попробовать одну идею.
– Раз... - начал считать Ромео, внимательно смотря за действиями собеседника. - Два... Три!
"Злобный гений" протянул руку с посохом Фараону, который выхватил из его рук посох и пустился наутëк, что не вызвало у Ромео ничего, кроме ухмылки.
Открыв портал, "Злобный гений" оказался прямо перед юношей Древнего Египта, заставая его врасплох и вырывая из рук немес.
– Весьма опрометчиво пытаться убежать от того, кто умеет телепортироваться... - вздохнул Ромео и вновь скрылся в портале, не давая Фараону ответить и оставляя его одного.
[ • • • ]
Следующей целью стала Октобелла, поэтому портал перенëс Ромео к озеру.
Рядом никого не было, если не считать того, что где-то рядом во всë горло выли Волчата. Изобретатель не собирался тревожить троицу оборотней не из-за того, что не справился бы с ними, а потому что с них нечего было взять.
"Злобный гений" подобрался поближе к воде и сосредоточился, вытянув руку вперëд.
Водная гладь задрожала, двигаясь кругами и глухо булькая, блики стали прыгать в хаотичном порядке, играя с тенью. Водная ведьма должна была выплыть на это, Ромео видел, как кто-то из героев делал так. Октобелла выплывала через несколько минут.
Так случилось и в этот раз, сецилия выглянула из-под зеркальной глади воды через минуты две.
Девушка-осьминог выглянула из воды, озадаченно смотря на изобретателя, облачëнного в доспехи. Она хлопала глазами, не понимая, что Ромео забыл у неë.
– Что тебе нужно? - неуверенно спросила сецилия, метая взгляд по металлу доспехов на Ромео.
– Нечего особенного, - натянул на лицо улыбку "безумный учëный". - мне нужно лишь твоë ожерелье.
Октобелла нахмурилась, сжав ракушку на своей шее в ладони, отводя взгляд в сторону.
– Зачем? - насторожилась злодейка, с каждой секундой всë крепче сжимая ракушку с кристаллом внутри.
– Ну, на память, так сказать. - натянутая улыбка пыталась казаться искренней, но у Ромео плохо это получалось.
– А почему тогда ты в этом костюме? - с подозрением отплыла назад девушка, опуская взгляд лазурных глаз на кристалл внутри ракушки у неë на шее.
– После боя. - соврал Ромео, даже не моргнув. - Ну так что?
Воцарилась тишина, прерываемая только воем Волчат где-то в отдалении. Изобретатель отвернул голову, не мешая морской деве думать. Октобелла задумчиво смотрела на своë ожерелье, вглядываясь в кристалл в ракушке.
Поверхность минерала слегка блестела на свету ночного светила, тëмно-фиолетовый оттенок кристалла был усыпан вкраплениями, наверное, кварца или чего-то похожего. Сецилия не особо сильно разбиралась в том, в каких именно каменных породах скапливается энергия.
Однако этот кристалл ей очень важен. Можно найти другую ракушку и найти другие нити и бусины, девушка уже теряла ракушку из прошлого еë ожерелье, но с этим кристаллом Октобелла прощаться не собиралась.
– Если отдам ожерелье без кристалла, мы разойдëмся без боя? - морская ведьма говорила будто бы пусто, хоть и не было понятно, что не так.
– Да. - коротко кивнул учëный, усмехаясь.
Сецилия неуверенно потянулась к задней части шеи, развязывая спрятавшуюся между бусинами узелок на леске, найденной на дне несколько лет назад, и осторожно, стараясь не уронить бусин в воду и предварительно вновь завязав узел на леске, отдала ожерелье изобретателю, вытащив из ракушки кристалл.
Ромео, усмехнувшись, забрал из рук девушки ожерелье и, последний раз глянув на сецилию, встал с земли и начал уходить, ничего не сказав.
Девушке-осьминогу и не нужно было слов, она нырнула обратно в глубь озера. Водная гладь разошлась волнами и успокоилась.
Такое поведение не было свойственно ей, но что ей ещë оставалось делать? Лезть на изобретателя в доспехах с голыми руками? Нет, спасибо, Октобелла ещë жить хочет.
А это ожерелье - лишь обрамление, ценным был только кристалл, она и получше сможет сделать.
[ • • • ]
Ночное небо блистало далëкими звëздами, рассыпанными по ночному одеянию небес осколками зеркала.
Тишина тонкими нитями окутывала всë от больших комнат и многоэтажек до самых далëких углов и пыли.
На небе не было облаков или туч, кроме одного, которое было маскировкой Летающей Фабрики, ибо Ромео не нужен был риск обнаружения со стороны жителей города.
Изобретатель, найдя взглядом облако-маскировку, открыл портал и шагнул в него, оказываясь уже внутри Летающей Фабрики.
В голове "Злобного гения" гудело, видимо, недосып начал давать свои плоды в виде не особо приятных последствий.
На звук тяжëлых шагов по металлическому полу явилась Мотуки, появившаяся из пурпурной вспышки своего заклинания телепортации.
– ЕЕК! И вновь привет! - пискнула девушка-мотылëк, вспорхнув вверх.
– Ага, привет... Подержи, пожалуйста... - буркнул Ромео, передавая сестре своей возлюбленной немес Фараона и ожерелье Октобеллы и клацая застëжки на доспехах.
Мотуки пожала плечами, взяв одной парой рук отданные ей вещи, а другой помогая "безумному учëному".
Доспехи, безусловно, были весьма функциональны и полезны, но, чëрт возьми, они такие тяжëлые. Злодею казалось, что на нëм целая тонна металла, хотя он не был уверен точно, сколько металла было в костюме, суть того, что он был до жути тяжëлым, это не меняло.
Так что когда металлические детали оказались на ближайшем столе, с губ парня сорвался облегчëнный вздох. Ему определëнно надо поспать, иначе он точно свалится с какой-нибудь лестницы.
В этот момент Луна вышла к дверям, наблюдая, как еë сестра летает вокруг изобретателя. Уставший Ромео пытался улыбнуться девушке-мотыльку, а Мотуки, заметив старшую сестру, подмигнула ей и телепортировалась куда-то ещë вместе с разобранными доспехами и "взятыми на память" вещами других злодеев.
– Как ты? - хихикнула Луна, подходя к возлюбленному и наблюдая, как ихобретатель качается в разные стороны на одном месте.
– В порядке... Только спать хочется... - пробурчал в ответ Ромео, опираясь спиной на ближайшую стену.
С бледных губ девушки соскакивает очередной смешок. Она медленно подходит к возлюбленному, не отрывая будто бы гипнотизирующего взгляда от него и чуть покачивая бëдрами при ходьбе.
Подойдя достаточно близко, Луна всë так же медленно подняла руки, чтоб обвить шею изобретателя.
– Могла бы просто сказать, что хочешь пообниматься... - буркнул в плечо девушки Ромео, обнимая еë в ответ и сразу укладывая голову на плечо любимой.
Злодейка только тихо засмеялась, незаметно начиная тянуть парня в другую комнату. Ромео, будучи уставшим и не спавшим три дня, даже не замечал этого.
Оказавшись в небольшой комнатке, где Ромео обычно ныкался, чтоб отдохнуть от всех, Луна толкнула врзлюбленного на диван, хихикая с того, как "Злобный гений" абсолютно не замечал происходящего, пытаясь не заснуть.
Девушка села рядом с ним, уложив его голову себе на грудь и впутав свои пальцы в его волосы, что выглядело так, словно между смольно-чëрными прядями затесались белые змеи. Луна усмехнулась, помня, что "безумный учëный" боится змей, поэтому откинула это сравнение в сторону.
Ромео поëрзал, поудобней устраиваясь головой на груди возлюбленной, поддаваясь соблазну окунуться за омут грëз и вступить на землю Царства Морфея.
Луна, воспользовавшись шансом, стала покрывать лицо изобретателя поцелуями, усыпая его кожу следами от помады тëмно-бордового цвета с толикой фиолетового оттенка. Помада винного окраса с лëгкостью отпечатывалась на чуть бледной коже Ромео, оставляя несмываемые водой отпечатки в форме губ.
Вскоре всë лицо "Злобного гения" было покрыто отметинами от помады, густой пигмент на губах девушки смазался, но это того стоило.
[ • • • ]
Серебряный диск луны блистал средь иссиня-чëрного полотна ночных небес, окружëнная яркими звëздами.
Многоэтажки под небом, словно под куполом, сверкали зажжëнным светом в окнах тех, кто ещë не лëг спать, и сливались в одну серую массу, видную с высоты птичьего полёта.
На тëмном небе не было облаков, кроме одного, что было маскировкой Летающей Фабрики.