Три одиночества [ Diabolik lovers ]

POV Макото

С момента получения травмы прошло шесть дней. За это время я начал понемногу разрабатывать правую руку, из-за дрожи отказывающуюся нормально работать. Удивительно, как после повреждения чего-то в плече, перестала исправно работать почти вся моя рука. Сначала дрожь сопровождалась болезненным спазмом в самом плече, но сейчас я уже почти не чувствовал боли – если, конечно, не напрягал место ранения.

Сакамаки не вызывали мне врача. Пару раз заходил Рейджи, проверяя рану и давая обезболивающее с рекомендациями по тому, что мне не стоит с рукой делать, но не более того. Всё ещё очень странно разрешать настолько молодо выглядящему парню ставить мне диагноз, но, кажется, я начинаю привыкать. Тем более, состояние раны улучшается — а это значит, что данные мне указания точно не делают хуже.

После моего признания Субару прошло два дня. Несмотря на свои ожидания, я не сильно волновался о получении ответа от вампира. Было ли это наконец-то настигшим меня смирением, или же я был успокоен не изменившимся поведением альбиноса – не могу сказать наверняка, но внутри меня отчего-то поселилась уверенность в том, что я точно услышу решение Субару в правильное время. Поэтому и волноваться было не о чем.

Несмотря на то, что просиживание моих штанов в спальне и оказало успокоительное действие на моё душевное равновесие, но после того, как нужда спать полдня для регенерации сил отпала, не меняющееся окружение начало надоедать. Настолько, что я признался в своих романтических чувствах вампиру – именно так, да.

Отпусти он меня погулять в тот день, я, может, и воздержался бы.

Сегодня я добился своего – с утра заявив Субару о своём повторном желании выйти на улицу, я услышал положительный ответ, на который и надеялся. Приободрившись, я быстро (насколько это было возможно с трясущейся рабочей рукой) запихнул в себя завтрак и дал вампиру помочь мне подняться: с каждым днём всё более заботливый, Субару всячески пресекал «лишнюю» нагрузку на моё тело. Это начинало немного раздражать, но я не собирался возражать заботе парня.

Вновь стоять на ногах было, хоть и странно, но не слишком сложно. Это было облегчением; я боялся, что тело, от длительного бездействия, забудет алгоритм для держания собственного веса и ходьбы. Моя уверенность немного пошатнулась, стоило ногам еле заметно затрястись – но я не подал виду. Не хотелось, чтобы, увидев небольшое недомогание, Субару вернул меня в постель. Не то, чтобы он стал настолько трепетным... но, увы, в этом я не могу быть уверенным.

По пути из особняка я и Субару не встретили ни одного из других вампиров. Данное обстоятельство казалось непривычным, но не могло не радовать: не знаю, готов ли я к встрече с кем-нибудь кроме младшего из Сакамаки вне своей комнаты. Столько стресса, столько стресса.

На улице было прохладно: на то я и натянул водолазку под одну из самых тёплых моих толстовок. Зато свежий вечерний воздух подарил мне самые лучшие ощущения за эту неделю. Я мог почувствовать, как лёгкие наполняются слегка колющим холодом, и это было прекрасно.

Не заметив, как на лице появилась улыбка, я неторопливо сошёл с крыльца. Обернувшись, я кинул быстрый взгляд на Субару, предпочётшего неслышно идти за мной. Взгляд того отвлечённо скользил по деревьям, высаженным вдоль широкой аллеи, ведущей к главному входу в поместье. Должно быть, он не так часто выходил наружу в последнее время. Субару, действительно, много времени проводил вместе со мной...

Почувствовав смесь смущения и удовлетворения от расклада наших с вампиром отношений в последнее время, я завернул, начиная без задней мысли идти по знакомому пути. Сейчас подходил к концу сентябрь, и осенние изменения на улице начинали ощущаться сильнее: трава казалась жухлее, чем обычно, да и воздух словно «стоял» – было немного душно, несмотря на редкие порывы ветра. Может быть, пойдёт дождь?

Задрав голову вверх, я посмотрел на небо. Серые тучи отличались своей светлостью в обыкновенно тёмном пространстве. Да... скорее всего, действительно будет дождь. Это мне не особо нравится, хотя находиться во время ливня в стенах тёплого здания – одно из моих любимых ощущений.

Вернув голову в нормальное положение, я заметил, что успешно достиг рядов кустов, усеянных красными и белыми розами. В желтоватом свете фонарей те казались таинственно-тусклыми, но не менее прекрасными, чем в свете солнечных лучей. Подойдя ближе к одному из кустов, я начал блуждать взглядом по красным бутонам роз. Почему-то вспомнилась ассоциация, возникшая в голове, когда я впервые увидел Субару в этом месте.

— Ты ухаживаешь за этими кустами? — я задал интересующий меня вопрос, не поворачиваясь к вампиру. Появилось желание прикоснуться до лепестков поймавшего моё внимание бутона. Были ли они такими же нежными, какими казались взгляду? Или я был успешно обманут их красотой?

— Да, — отозвался голос Субару. — Меня расслабляет ухаживание за цветами.

Я кивнул, хотя был несколько удивлён готовностью вампира делиться со мной чем-то большим, чем сухими ответами на вопросы. Приятно было услышать само отношение парня к выращиванию цветов – кажется, он начинал доверять мне больше.

Внезапно сильный, по сравнению с предыдущими, порыв ветра стремительно пронёсся мимо, задев нас. Я немного поёжился. Перед глазами встала картина полумесячной давности: Субару замахивался над кустом белых роз, пока вокруг него в разные стороны летели оборванные лепестки. Должно быть, так неприятно потом в здравом уме понимать нанесённый собой же ущерб.

— Здорово, что у тебя есть занятие для отвода души... — «...в этом месте». Произнеся последнюю часть предложения у себя в голове, я всё-таки протянул руку к красному бутону, устоявшему порыв ветра. Подушечки пальцев немного неловко уткнулись в нежную, словно атласную поверхность лепестков розы. — Цветы очень красивые.

За моей спиной слышится короткий звук шуршания потревоженных листьев и следующий за этим тихий треск. Я с любопытством оборачиваюсь, встречаясь взглядом с отвернувшимся от ряда белых роз вампиром. В руках Субару – большой бутон белоснежной розы, кажущийся, однако, таким маленьким в ладони парня. Мне немного жаль оторванный от своей прежней жизни цветок, но я слегка улыбаюсь, поднимая взгляд на вампира.

Субару делает шаг ближе и, словно прося разрешения, подносит бутон ближе к моей щеке. Я, скорее инстинктивно, киваю: и стебель, усеянный не особо острыми шипами, находит своё место за моим ухом. Я замираю, на секунду скосив глаза на белые лепестки, мельтешащие в боковом зрении. Должно быть, красиво... Запоздалые мурашки пробегаются от уха и по плечам.

— Я тоже... — привлечённый негромким голосом Субару, я возвращаю к нему свой взгляд. Вампир всё ещё стоит напротив меня. Его глаза, принявшие красный, как вино, оттенок, плавно перетекают с бутона белой розы на моё лицо. — ...испытываю к тебе симпатию.

Я боюсь пошевелиться, думая, что, возможно, неправильно понял вампира. Но что ещё мог иметь в виду Субару, кроме того, что я так надеялся услышать от него? Я улыбаюсь, не зная, что ответить. Я уже рассказал ему о своих чувствах ранее, может, стоит повторить? Но, кажется, мой взгляд выполняет и эту задачу – я могу заметить, каким облегчённым выглядит обладатель белоснежных волос. Наверное, озвучить это признание ему было тяжелее, чем мне...

Чувствую, как жар приливает к щекам, и смущённо опускаю взгляд. Субару слишком красив и желанен в этот момент, а я внезапно понимаю, что без понятия, что мне делать дальше.

Альбинос берёт инициативу в свои руки (как нельзя буквальнее), заключая мою ладонь в свою. Его рука, как обычно, холодна. Моя, кажется, тоже – вампир спрашивает, не замёрз ли я и не хочу ли пойти обратно в особняк. Я качаю головой и говорю, что мне ещё не настолько холодно.

Поборов минутное смущение, я поднимаю голову, встречаясь с взглядом Субару, направленным не на моё лицо. Кажется, вампир смотрел на мою шею, но быстро сменил свой объект рассматривания, не хотя показать мне свои желания. А я всё думал, сколько ещё беловолосый парень сможет ждать получения моей крови – ведь был единственным из братьев, кто не пробовал её.

Смущённо улыбнувшись своим мыслям, я, крепче перехватив ладонь высокого парня, потащил его за собой, между двумя рядами красных и белых роз. Остановившись рядом со стеной особняка, я повернулся лицом к Субару. Долго искать взгляд беловолосого вампира не пришлось, и вскоре я заключил непривычный, но такой приятный зрительный контакт с ним.

— Выпей моей крови, — уверенно произнёс я, продолжая держать парня за руку.

Субару кажется удивлённым моему внезапному предложению, и я уже могу увидеть отказ, вот-вот срывающийся с его губ.

— Я чувствую себя нормально, — я опередил собирающегося возразить вампира. — Во мне достаточно крови и я смогу вынести сейчас один раз... Тем более, ты ещё ни разу не пробовал её. Неужели собираешься отказаться от такой возможности?

— Я не из-за этого признался тебе... — в голосе Субару ощущается его смущение. Я киваю, показывая парню, что понимаю его – и, надавив на его ладонь в моём захвате, тяну его ближе к своей шее.

Субару гулко сглатывает – так, что этот жест слышу даже я. Я широко улыбаюсь, без сопротивления со стороны вампира переплетая свои пальцы с его. Тот в ответ слегка сжимает мою ладонь.

— И кто-то здесь говорил, что «будет пить кровь, когда ему вздумается», — не удержавшись, я поддразниваю парня, чувствуя, как мои щёки краснеют ещё сильнее.

Внезапно, вампир притягивает меня ближе к себе, оплетая своими руками. Субару осторожно, но крепко держит меня в своих руках, и я, кажется, не мог бы чувствовать себя ещё расслабленнее. Носом парень проводит над левой стороной моей шеи. Прикрыв глаза, я просовываю свои руки так, чтобы удобно расположить их на плечах Субару, обнимая его за шею. И всё... кажется правильным.

Сердце, впервые за всё время, проведённое в этом месте, стучится размеренным темпом, когда клыки протыкают мою кожу. Я вздрагиваю, но больше рефлекторно, чем от настоящей боли; укус Субару почти не приносит дискомфорта. Очевидно, неприятно иметь инородное тело в своей коже, но... этот вампир очень нежен с процессом. Его руки держат меня, словно я могу разбиться в любой момент, и я на седьмом небе от этого простого жеста.

Губы парня сухие, и ощущаются на коже вокруг укуса шероховатыми, пока на них не появляется горячая кровь. Дыхание вампира немного сбивается, и я почему-то могу заметить это. Моё сердце не меняет своего ритма, и, по ощущениям, даже замедляется, оставаясь совершенно непоколебимым. Почувствовав лёгкую дрожь губ Субару на моей коже, я осторожно опускаю свою правую руку, гладя его по спине успокаивающим жестом.

Вампир на мгновенье застывает, и я знаю, что, в попытке сдержать себя, он сильно сжимает ладони за моей спиной в кулаки. Мне не страшно, и я пытаюсь передать это чувство беловолосому парню, пока он, дрожа ещё сильнее, вытаскивает клыки из моей шеи, тёплым дыханием обжигая кожу вокруг.

Хочется ещё раз поцеловать его.