ПОСЛЕДНИЙ

Пауло Ромасанта плотно прислонился к стволу толстой сосны, прижал к себе М11 так, словно собирался слиться с оружием воедино и даже перестал дышать, стараясь ничем себя не выдать. Его сердце билось медленно и ровно, он не испытывал страха в отличие от других членов команды. Он почти не знал этих людей, но улавливал их страх, как если б тот имел цвет и запах. Многие из группы в Алкове были наемниками, работавшими на Дрейка Талоса на нерегулярной основе. Но Ромасанта пользовался особым расположением нанимателя: он не раз принимал участие в сложных операциях, а самое главное — Талос не попытался после этого устранить его как ненужного свидетеля, хотя такая идея могла прийти ему в голову. Пауло узнал сведения, перевернувшие его жизнь. На месте Талоса он сам — прикончил бы такого свидетеля.

Много лет назад Ромасанта принял участие в операции, связанной с лабораторией доктора Гордона в Канзас-Сити. Тогда ему и стало известно о вампирах, о генетических экспериментах по созданию сверхчеловека и о работе Гордона с ядовитыми препаратами. Эта информация была опасной, Пауло понимал, насколько. Но была она и захватывающей, и эта часть — перевешивала. Возможно, из-за того, в какую сторону склонились рассуждения Пауло, Талос решил оставить его при себе. А Пауло, в свою очередь, с энтузиазмом принял участие в нынешней операции, и даже обязательное условие в виде опасного укола его не остановило, хотя для других это стало камнем преткновения.

Ромасанта с интересом наблюдал за тем, как прозрачная жидкость из ампулы с названием Р15 набирается в шприц, а после — как игла из этого шприца входит в его вену и впускает смертельно опасный яд в кровь. Укол был болезненным, рука еще несколько минут горела, после чего в месте инъекции появилось небольшое характерное онемение, однако Ромасанта не показал своего дискомфорта. Он внимательно выслушал условия и понял, что получит вознаграждение вкупе с противоядием. Его это устраивало.

Часть наемников отказалась принимать участие в этой операции из-за укола, и Ромасанта не ручался за то, что их тела позже не найдут в сточной канаве. Он уже много раз убеждался: нельзя отказывать таким, как Дрейк Талос.

Сейчас, стоя на расстоянии от четырех других наемников, Ромасанта прислушивался к себе. Он почти чувствовал, как смертоносный Р15 течет по его венам. Как ни странно, это ощущение восхищало его. Александр Гордон не сумел разработать антидот от настоящего рицина (1), однако он сумел создать лекарство от собственноручно измененной его версии, которую назвал Р15. Пожалуй, за счет этой разработки Гордон вернул себе часть репутации и удостоился скрытого финансирования от правительства. Хотя, скорее всего, слава сумасшедшего ученого будет сопровождать его до конца его дней после его экспериментов, предшествовавших поездке в Эквадор.

Неприятно кольнуло в груди, и Ромасанта поморщился.

Небольшой побочный эффект, ничего серьезного. Он знал, что у других это вызывало панику. Неженки! Ромасанта был уверен, что эти люди больше выдумывали свои ощущения, чем по-настоящему мучились от них. Они просто боялись: никогда прежде никто не заставлял их перед операцией принимать яд медленного действия. Ромасанта понимал, что Р15 еще не мог вызвать серьезных последствий. Последствия начнутся часов через 8-10 после укола, а столько времени еще не прошло. И то, даже после наступления последствий в расположении наемников будет уйма времени до приема антидота — Р15 убьет не раньше, чем через сутки. При этом формула модифицированного рицина позволяла гарантировать такой срок, тогда как естественный рицин мог начать действовать индивидуально.

Послышался шорох, и Ромасанта отвлекся от раздумий. Он плотнее прижал к себе М11 и затаился. По рассказам Дрейка Талоса, Валиант Декоре — опаснейший противник, настоящий монстр. Поэтому Ромасанта не собирался бросаться ему наперерез, он должен был оценить его силы, посмотреть на него в действии.

После первого же шороха Ромасанта понял, что с последним его намерением возникнут определенные проблемы. Он услышал легкий шелест хвои, уловил едва заметное движение воздуха, когда нечто пронеслось в паре ярдов от него, а затем услышал короткий, вскрик одного из наемников, но ничего не разглядел. Пространство прорезал единственный выстрел, который, судя по всему, не нашел свою цель, после чего прозвучал сдавленный булькающий звук. Ромасанта сразу понял, что одному из наемников уже не понадобится антидот. В ту же минуту он осознал: такого противника ему не одолеть. По крайней мере, здесь и сейчас, когда Декоре полностью подготовлен к схватке.

Нужно уходить. Но как? Декоре не позволит никому уйти живым — он уничтожит каждого.

Ромасанта почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее, а в затылке заколол холод — так с ним бывало каждый раз, когда он оказывался в смертельной опасности.

И снова звуки борьбы.

На этот раз выстрелов было больше, а крик наемника был долгим и продолжительным. К стрельбе присоединился еще один человек, но Ромасанта не торопился высовываться. Он понял основную ошибку Талоса: тот нанимал одиночек, не привыкших работать в команде. Это делало текущую команду намного слабее отряда Харриссона, который тренировался работать сообща для уничтожения заведомо сильных противников.

Нам не выстоять, — вдруг понял Ромасанта, вновь ощутив знакомый холодок.

Выстрелы прекратились. Пауло догадывался, что никого из наемников уже нет в живых, он остался один. А ведь не прошло и двух минут! Догадывался ли Талос, что все будет так? Трудно было поверить, что нет. Выходит, команда в Алкове была не авангардом, а закуской...

Повинуясь чутью, Ромасанта бросил М11 в снег и инстинктивно поднял руки, ощутив, как вместе с ветром к нему с огромной скоростью движется фигура противника.

— Стой! — заорал он. — Я безоружен! Договоримся!

Ромасанта не был уверен, что Декоре послушает его, однако тот все же остановился. Бесформенный вихрь материализовался в фигуру в длинном плаще. Он был точь-в-точь таким же, как на фотографии пятнадцатилетней давности. Невероятно!

Оказавшись рядом, Валиант резко пнул М11 в сторону, и Ромасанта по достоинству оценил силу, заключенную в этом пинке. Он стоял, продолжая держать руки поднятыми, и смотрел в грудь вампира, памятуя о том, что синее сияние глаз может загипнотизировать его.

— Мы можем договориться, — повторил он. — Мне есть, что сообщить тебе. Важная информация, чтобы ты подготовился. Можешь считать, я на твоей стороне.

— Да? — хмыкнул Декоре. — Что-то не очень верится.

— Я не хочу здесь сдохнуть, как пес, — спокойно сказал Ромасанта.

— Вот это уже ближе к истине. — На испачканных кровью губах вампира заиграла снисходительная усмешка.

— Поэтому мне выгоднее быть на твоей стороне. Я готов сообщить тебе кое-что важное. Это пригодится тебе в Шелл-Крике. Взамен ты меня отпустишь.

Валиант прищурился.

— И ты поверишь, что я тебя отпущу?

— Я готов буду довериться твоему слову. Судя по тому, что я слышал о тебе, ты не сторонник пустословия. Так как? Информация взамен ненападения. Идет?

— Допустим, — Валиант заметно посерьезнел.

— Дай слово, — настаивал Ромасанта.

— Если ты сообщишь мне важную информацию, я тебя отпущу, даю слово.

— Хорошо. Начну с того, что тебе невыгодно пить мою кровь. Дрейк Талос рассчитывал на то, что ты так поступишь, поэтому группу в Алкове он выставил в качестве пушечного мяса...

— Погоди, — прервал Декоре. — Для начала скажи, сколько еще таких групп, — он сделал особенно едкий упор на это слово, — ждет впереди.

— Еще одна, она будет ждать в самом доме, — охотно ответил Ромасанта. — И с ней тебе нужно быть особенно осторожным, потому что ты рассчитываешь на то, что выпитая кровь поможет тебе исцеляться быстрее в случае ран, а этого не будет.

Валиант прищурился, но вопросов задавать не спешил. Ромасанта понял, что должен рассказать все сам.

— Талос хотел, чтобы ты напал на группу в Алкове и выпил крови, в которую был загодя впрыснут яд.

Лицо Валианта не изменилось, но в глазах мелькнул опасный огонек.

— Яд, — повторил он, покачав головой, словно пытался прервать спор с самим собой. — Откуда Талосу было знать, что я нападу?

— Видимо, он знает тебя лучше, чем кажется, — лаконично заметил Ромасанта. Валиант отер кровь с губ, по его лицу все же пробежала тень.

— Что за яд? — холодно спросил он.

— Модификация рицина, созданная с помощью материалов, полученных из организмов вампиров. Р15. Это яд медленного действия, поэтому наемники могли продолжать выполнять свои функции. Если бы нам не удалось убить тебя или ранить, наша отравленная кровь была бы резервным способом это сделать. От Р15 есть антидот, но, полагаю, Талос не собирался тратить его на нашу группу.

Валиант глубоко вздохнул, в глазах мелькнула злость.

— Твой организм справится с отравой, — продолжал Ромасанта. — Но яд ослабит тебя, чтобы группа в особняке смогла закончить начатое. Если тебя ранят в Шелл-Крике, быстро восстановиться ты не сможешь.

Валиант изучающе склонил голову.

— Ты сказал, Р15 был создан с помощью материалов, полученных из организмов вампиров. Кто его создал, ты знаешь?

— Думаю, и ты знаешь, — кивнул Ромасанта. — По крайней мере, должен, учитывая то, какая история связывает этого человека с твоей семьей. Из-за него вас нашли.

Несколько секунд в лесу стояла тишина. А затем Декоре просто сорвался с места и ринулся прочь. Ромасанта пытался посмотреть ему вслед, но в сгустившейся темноте заметил лишь невнятное размытое пятно, ускользнувшее по склону невысокой горы к дороге. Холод в затылке начал понемногу сменяться на приятное тепло. Смерть отступила. Ромасанта вздохнул с облегчением, чувствуя, как замедляется пульс.

Теперь он должен был раздобыть антидот от Р15 самостоятельно, потому что иначе смерть вскоре снова положит свою холодную ладонь ему на затылок. Но пока что у него оставалось время спасти себя.

Пауло Ромасанта смотрел в темноту, понимая, что, каким бы монстром ни описывали Валианта Декоре, он все же был человеком слова.

(1) Рицин — сильный яд, фитотоксин, получаемый из семян клещевины. Действует на клеточном уровне. Антидота от рицина не существует.