Кровавая симфония

Лайза вышла из кабинета, сжимая в руках увесистую стопку документов. Проходящие мимо работники почтительно кланялись и чётко произносили: "Добрый день, Ваша Светлость". Коридоры офиса бурлили. Сотрудники то сбивались в оживлённые группы, то разбегались в разные стороны. Гул голосов стоял такой плотный, что приходилось почти кричать, чтобы услышать собеседника. Всё говорило о том, что Управление верховной опеки и контроля находится в панике.

Добравшись до стойки ресепшена, Бринаджи опустила папки, те ударились о край столешницы с отчётливым стуком. Секретарша, увлечённо говорившая по телефону, невольно вздрогнула. На её лице промелькнуло раздражение. Было ясно, что она готова высказать всё, что думает о том, кто отвлёк её от важного разговора. Но, разглядев перед собой высокопоставленного стража, девушка смущённо улыбнулась и виновато опустила голову.

- Смотрю, ты сильно занята, Виктория, - произнесла Лайза, пронизывая собеседницу взглядом своих сиреневых глаз.

- Нет, Ваша Светлость, - затрепетала секретарша, торопливо кладя трубку и нервно разглаживая ладонью разбросанные по столу бумаги. - Чем могу помочь?

- Посол от Ордена святой Девы должен прибыть сегодня. Во сколько его ждать?

- А? Д-да, секунду...

Виктория быстро ввела на клавиатуре имя и фамилию, указательным пальцем прокрутила колёсико мыши. Прищурившись, она вгляделась в экран монитора.

- Марта Лейц уже прибыла и ожидает в комнате для переговоров, - отчиталась она.

- И почему я узнаю об этом только сейчас? - строго спросила Лайза.

Секретарша заправила за ухо светлый локон и ещё ниже опустила глаза.

Лайза коротко кивнула.

- Эти документы отправь на рассмотрение лорду-протектору, - распорядилась вампирша и отошла от стойки.

Ровным шагом, с прямой спиной и широко расправленными плечами, она направилась в самый дальний коридор, который завершался дверью с металлической табличкой. Внезапно резкая боль в лопатках и ниже заставила её невольно ссутулиться. Но облегчение не наступило. Жжение кожи ощущалось, словно тысяча раскалённых игл, а ткань одежды лишь усиливала мучение, давя на больные места.

"И без того забот невпроворот, а теперь ещё и перед ним скакать, как цирковая лошадь!" - с досадой подумала Бринаджи, приближаясь к злополучной двери и машинально потирая лопатку, будто это могло хоть немного унять боль.

Вибрация в кармане отдалась лёгкой пульсацией в бедре. Девушка машинально потянулась к карману кардигана, нащупывая источник раздражения.

"И зачем нужна эта штуковина?" - мысленно возмутилась вампирша. - "Места занимает уйму, вечно разряжается, да ещё и отвлекает в самый неподходящий момент!"

На экране высветилось имя - Рэйвен. Лайза смахнула уведомление вверх, и в трубке тут же раздался приторно‑ласковый голосок:

- Привет! Быстро же ты ответила. Обычно приходится звонить раза три.

- Прекрати паясничать, - жёстко оборвала его Лайза. - Ты в офисе? Посол приехал.

В ответ послышался измученный стон.

- Я сегодня не был в офисе и вряд ли успею приехать, - виновато проговорил Тейцорт. - В Доме столько дел... Все на взводе, словно на иголках. Ты и сама прекрасно знаешь.

- Понимаю, но ты обязан быть здесь, - настаивала Лайза. - Они потребуют от тебя показаний. В конце концов, Ремес был твоим подчинённым.

- Ты же intelligentes Mädchen[1], - энергично отозвался Тейцорт, - придумай что‑нибудь, а потом расскажешь, как всё прошло. Всё, meine Schönheit[2], мне пора.

- Стой! - резко выкрикнула она, но в ответ раздались лишь короткие гудки. - Вот же козлина!

Бринаджи резко схватила ручку двери и распахнула её с такой силой, что та с грохотом ударилась о стену. Поток сквозняка ворвался в кабинет, заставив одинокого посла вздрогнуть и невольно ахнуть, а несколько листов бумаги разлетелись по полу. Лицо вампирши, ещё мгновение назад выражавшее раздражение, сменилось искренним удивлением. Больше всего её поразило, насколько молода оказалась представительница власти. Большие серые глаза растерянно смотрели на Лайзу, изредка моргая под тяжестью густых ресниц. Придя в себя, посол откинула назад пышные кудри и принялась собирать рассыпанные документы. Девушка выглядела хрупкой и нездорово худой, это подчёркивали выступающие скулы, обтянутые кожей с лёгким румянцем.

Она поднялась с места, аккуратно поправив пиджак, который был ей слегка великоват, и протянула руку:

- З‑здравствуйте, леди Лайза. Меня зовут Марта Лейц. Я охотник третьего ранга и с сегодняшнего дня ваш коллега по делу барона Ремеса.

Марта старалась не встречаться взглядом с вампиршей. Заикаясь от волнения, она изо всех сил пыталась держаться уверенно, но дрожь в коленях выдавала её истинное чувство. Лайза ответила на рукопожатие, от этого у посла кровь прилила к щекам. Бринаджи одарила её лёгкой улыбкой и жестом предложила присесть. Лейц мило улыбнулась, но, усаживаясь, неловко ударилась о край стола. Потирая ушибленное место, она разложила перед собой документы. Уголки её губ подрагивали, как и пальцы, сжимавшие бумаги.

- А г‑граф Тейцорт сегодня не придёт? - тихо спросила девушка.

- К сожалению, он не сможет присутствовать на этой встрече, - спокойно ответила Лайза.

Марта кивнула и вновь уткнулась в листы протоколов.

В кабинете повисла неловкая пауза. Посол сидела напротив Бринаджи, время от времени бросая на неё короткие взгляды. Она что‑то искала в бумагах, тихо бормоча себе под нос. Вампирша молча наблюдала за ней, не торопила, терпеливо дожидаясь, пока собеседница соберётся с мыслями. От смущённой и заметно скованной девушки не исходило запаха страха, и это невольно вызвало у Лайзы уважение.

- Вы можете так не волноваться, - дружелюбно проговорила Лайза. - Хотите чая или кофе?

Марта захлопала ресницами и едва слышно ответила:

- Ч‑чай, п‑пожалуйста. Зелёный.

Бринаджи поднялась из‑за стола и подошла к небольшой стеклянной стойке. Среди невысоких штофов и графинов стояла компактная квадратная кофемашина, рядом с ней кулер. В прозрачном пластиковом органайзере, разделённом на отсеки, лежали чайные пакетики самых разных сортов и вкусов.

Пока Лайза готовила чай, Марта разобрала документы и положила нужную папку перед местом, которое должна была занять вампирша. Вскоре Бринаджи вернулась с кружкой горячего чая. От напитка доносился лёгкий аромат персика, смешанный со сливочными нотками. Марта поблагодарила её и, дождавшись, пока Лайза займёт своё место, заговорила чуть спокойнее, хотя заикание всё ещё выдавало её волнение:

- М‑моё появление - это не объявление войны или с‑споров между нашими народами. Мы г‑готовы предоставить вам гарантии, что н‑никто не пострадает в ночном Бухаресте.

Девушка указала на документы. Лайза лёгким движением руки открыла папку и зачитала первую строку:

- Протокол обвинения, - она подняла глаза на посла, нахмурив тёмные брови. - Помнится, я отправляла вам рапорт о случившемся. Разве доказательств, предоставленных отделом координации ночной безопасности, недостаточно?

- Н‑но... - Марта набрала в грудь воздуха, на мгновение замерла, а затем медленно выдохнула. - Вы писали, что хотите сохранить жизни клана Брукса, несмотря на то, ч‑что по закону Верховных вас обязуют упразднить власть и...

- И перебить всех членов, - жёстко оборвала её Лайза. - Мне известно, как закон трактует подобные ситуации. Однако в нашем случае важно подчеркнуть, клан не участвовал в преступлениях Стефана Ремеса коллективно, а глава Дома действовала в неведении относительно его поступков.

- Я понимаю ваше недовольство, - уже более уверенно заговорила Марта. -но господа из Ордена не согласны с вашими доводами, и у них есть основания. Граф Рэйвен Тейцорт хранит молчание. Отказывается давать показания. Вы утверждаете, что графиня Камилла ни о чём не знала, я готова в это поверить. Но её брат видел Ремеса первым и в Попешти‑Леордени, и в Бухаресте! В Попешти он убил две семьи, а граф его отпустил. Почему?

"Хотелось бы мне знать..." - мысленно проговорила Лайза.

Марта вздрогнула лишь от одного взгляда на вампиршу. Теперь Бринаджи четко ощущала затхлый до омерзения приторный запах - страх. Девушка мигом залезла в свой рюкзак с принтом котиков, и достала тонкую черную папочку и вытащила оттуда белые листы бумаги с написанным на них текстом. В нем было выделено три пункта жирным шрифтом: доказательства, свидетельства, итог.

- Господа из Ордена хотят лично опросить его. - стараясь говорить тверже, продолжала Марта. - Мы понимаем ваши опасения и опасения графа. Нам тоже не хочется терять еще одну древнюю семью.

"Древняя? О, как бы Рэйвену понравилась эта лесть!"

- Но это получается, что вы отменяете участие лорда-протектора в этом деле.

Марта выпрямилась настолько неестественно, что казалось, вот-вот готова будет сломаться. Она нервничала, но насдавала позиций.

- Мы не можем исключить его, но и допустить к суду не имеем права.

- Тогда не кажется ли вашим господам, что не им решать судьбу древних существ, которые живут куда дольше, чем существует ваш чертов Орден?

Марта тяжело выдохнула. Она с жалостью смотрела на вампиршу, которая сидела молча, устремив взгляд куда‑то в сторону. Бринаджи перевела глаза на неё, и посол тут же выпрямилась, задержав дыхание. Теперь Лайза отчётливо ощущала затхлый, до омерзения приторный запах страха.

Девушка торопливо залезла в рюкзак с принтом котиков, достала тонкую чёрную папку и извлекла из неё несколько листов бумаги. На них жирным шрифтом были выделены три пункта: "Доказательства", "Свидетельства", "Итог".

- Господа из Ордена хотят лично опросить его, - заговорила Марта. Она дрожала, но изо всех сил старалась не выдать волнения в голосе. — Его не собираются сразу обвинять или тем более казнить. В нашем случае, пока слухи не разнеслись ещё шире, лучше допросить графа спокойно, без лишней нервотрёпки. Нам не хочется терять ещё одну древнюю семью.

"Терять ещё одну..." - мысленно повторила она.

Лайза подняла глаза на девушку. Где‑то глубоко внутри что‑то болезненно сжалось, сдавливая грудь. Бринаджи была одна, и, будучи единственной из ныне живущих, она отчётливо понимала: обрекать на такую участь друга и его семью она не желает.

Вампирша провела ладонью по лицу и заговорила:

- Лорд‑протектор знает о вашем желании?

Марта напряглась. Её взгляд заметался сначала по лицу Лайзы, затем по листам документов.

- Значит, нет, - констатировала вампирша. - Тогда на не о чем говорить с вами. Сначала вам стоит известить об этом Его Светлость, а уже потом упрекать нас в том, что член нашего управления не желает говорить с вами.

Лайза резко поднялась с места, возвышаясь над Мартой. Девушка нервно сглотнула, но не растерялась. Она выпрямилась во весь рост, и в её серых глазах промелькнул огонёк. Маленький, но достаточный, чтобы разжечь огонь.

- Граф Тейцорт был в курсе нападений на девушек в Бухаресте, - твёрдо произнесла Марта. - Трое пострадавших. Один из них - одарённый. Вы, леди Лайза, и лорд‑протектор уже лишили нас преступника, которого сами решили казнить. Без суда, без следствия. Вы нарушили пункты Примирительного договора. И за это... вас тоже можно привлечь.

Тишина обрушилась внезапно, заглушив последние слова. Девушки смотрели друг на друга, не отрывая глаз. Марта дышала прерывисто, втягивая воздух ртом. Её брови дрожали, не зная, какое выражение принять. Лайза, напротив, смотрела тяжёлым, ледяным взглядом, хотя внутри у неё бушевало обжигающее пламя. Сейчас она ничего не могла сделать. Абсолютно одна, без поддержки, как всегда.

Бринаджи была вынуждена признать, что позиция Ордена святой Девы подкреплена весомыми аргументами. Факт казни Стефана Ремеса лишь усугубил ситуацию. Теперь у Ордена имелись веские основания проявлять настороженность и даже враждебность по отношению к ней.

"Неужели ещё один?!" - пронеслось в голове у Лайзы, и она медленно опустилась обратно на стул.

Марта наблюдала за ней, и огонь возмущения в её глазах постепенно угас, сменившись сожалением и пониманием.

- Я‑я хочу вам помочь, леди Лайза... - голос девушки дрожал, она говорила едва слышно, будто каждое слово могло привлечь нежелательное внимание. На мгновение она замолкла, собираясь с духом, и продолжила, - Ваша позиция мне ясна. Рэйвен Тейцорт — не просто молодой господин Дома, но и кандидат, которого вы лично предложили Ордену и Совету. Если что‑то пойдёт не так, тень подозрения падёт и на вас. Но... подумайте о тех, кто не обладает теми силами и способностями, что есть у вас, - о простых смертных. Наш долг - их защищать. Прошу вас... посодействуйте.

- Суд будет, - твёрдо и холодно сказала Лайза. - Его проведёт лорд‑протектор. Я могу предложить вашим господам лично связаться с Его Светлостью и предложить своё участие в процессе, представив те доказательства, что у вас есть.

Она посмотрела на Марту. Та заметно обмякла, на лице читалась расстроенность.

- Предлагаю нам работать вместе, а не рвать друг другу шкуры, - добавила Лайза чуть мягче.

- Поняла вас, - коротко ответила Марта. - Тогда наш визит окончен. Была рада познакомиться с вами.

Марта Лейц собрала бумаги со стола и аккуратно уложила их обратно в рюкзак. Сделав быстрый глоток уже остывшего чая, она медленно направилась к двери, слегка ссутулившись под тяжестью сумки.

- Кстати, леди Лайза, - вдруг обернулась она.

Лайза посмотрела на нее. В ответ Марта впервые широко и искренне улыбнулась.

- Спасибо вам за беседу. Мне много о вас рассказывали, но я хотел увидеть вас и поговорить лично. И знаете, они врали мне. Вы не такая холодная, какой хотите казаться. Я рада, что увидела вашу хорошую сторону.

Разговор с послом лишь усилил тягостные размышления о слабости. Раньше Управление было наравне с Орденом, а теперь тот буквально подминал его под себя. Неужели с годами сила вампирского рода настолько ослабла, что не может решить внутренние проблемы без вмешательства смертных? Эта мысль разъяряла Лайзу.Она посвятила много лет тому, чтобы служба лорда-протектора была мирной и стабильной, чтобы каждый Дом знал, на организацию можно положиться. А что теперь?

Идя по длинному коридору, девушка ослабила ворот рубашки и расстегнула ее на две пуговицы. Было невыносимо душно. Душили не только стены, но и мысли, словно воронка, затягивающая её вглубь мрачных раздумий. Лайза достала из кармана телефон и набрала номер Тейцорта. Он должен был знать реальное положение дел. Нужно срочно разработать план действий. Орден не станет ждать. Однако в ответ раздались лишь долгие гудки и холодный машинный голос автоответчика: «Абонент недоступен».

"Как всегда!"

Лайза подошла к стойке ресепшена. Та пустовала, и это оказалось к лучшему. Сотрудники уже расходились по домам, оставляя всю работу дежурным стражам и операторам. Тем более ночная ликвидация в этом месяце уже прошла. Одной проблемой меньше. Вампирша оперлась руками о стойку и опустила голову. Закатное солнце раскрашивало небо в багряно‑золотые тона, его лучи проникали в холл офиса, омывая всё вокруг мягким светом. Лайза смотрела в окно, стараясь ни о чём не думать. Приятная тишина ласкала слух, даря хотя бы минуту столь необходимого покоя.

Она устала. Когда‑то работа была единственным лучом света, позволявшим забыться и жить дальше. Служба во благо родины и народа всегда казалась ей высшей целью, достойной уважения и признания. Но времена менялись. Теперь страж лорда‑протектора мало чем отличался от обычного политика или военного чиновника. Стальные мечи уступили место словам, и это считалось «гуманным». Но разве это не означало, что настоящая сила ушла?

Размышляя о силе, Лайза невольно задумалась: ведь раньше Дома действительно демонстрировали свою мощь. Рвали глотки из-за малейшего слова, из-за косого взгляда. Убивали целые семьи, сгребая всех в кучу, чтобы потом предать огню. Если сейчас Орден открыто обвинит Рэйвена и не представит хотя бы одного весомого доказательства, тот не станет церемониться и устроит им настоящий ад.

"Дэймен не отстанет от Бруксов. Спит и видит, как насолить им... Ах, надеюсь, он не развяжет войну", - подумала она, сама удивившись этой мысли. Отголоски прошлого давали о себе знать, пробуждая старые страхи.

Тихий шорох отвлёк Лайзу от раздумий, и она подняла голову. Виктория смотрела на неё слегка испуганно, но тут же улыбнулась.

- Простите, если помешала, - тихо проговорила секретарша.

- Не помешала, - коротко ответила Бринаджи, выпрямляясь.

Она отошла от стойки и направилась к информационному стенду. Бегло просматривая списки приказов, постановлений и даже рекламных объявлений, вампирша пыталась внушить себе, что способна хоть как‑то повлиять на ситуацию. Но решение никак не приходило.

Уже направляясь к кабинету, Лайза чувствовала, что у неё не осталось ни сил, ни желания думать. Тем не менее мысли продолжали крутиться в голове. Виски ныли от напряжения, и, чтобы унять тянущую боль, она коснулась их холодными пальцами, медленно массируя сначала по часовой стрелке, затем против. У самой двери, уже собираясь войти в кабинет, Лайза вдруг ощутила, как в сознание проникла идея.

- Пострадавших трое... - тихо пробормотала она себе под нос. - ...Один из них - одарённый.

Мысль отозвалась теплом внутри, вселяя искру надежды. Лайза резко развернулась и поспешила к Виктории. Секретарша как раз надевала пальто и, заметив стремительно приближающуюся леди, замерла на месте.

- Виктория, найди мне информацию по одному человеку, - твёрдо сказала Лайза.

Секретарша похлопала пушистыми ресницами, явно растерявшись.

- О‑о ком вы хотите узнать? - запинаясь, спросила она.

- Алексис Боун, - чётко произнесла вампирша. - Найди всё: когда родился, кто родители, где жил и учился. Собери любые сведения, что о нём известны. Я хочу понять, почему столь талантливый и сильный одарённый не состоит на учёте. Ты поняла?

- Д‑да, - неуверенно ответила Виктория. На её лице читались растерянность и лёгкая грусть.

Потемнело рано. Где-то далеко последние лучи касались крыш домов, отбрасывая золотистый блеск. Лайза смотрела, как ночь накрывает город, а последние лучи растворялись в ее покрывале. Было тихо. Слишком тихо. И вдруг, подобно ножу, она почувствовала это. Сначала было незначительное покалывание в висках, отдающее в десны. Казалось, что по нервным связям проникали крохотные иглы, что кололи разные места. Лайза провела языком по деснам. Боль стала сильнее. Она чувствовала, как клыки сверху и снизу кололи губы, не давая челюсти нормально закрыться. В горле ужасно пересохло. Казалось, глотку сдавливало железной проволокой, и каждый вздох ощущался раскаленной лавой.

Лайза отпрыгнула от окна. Мышцы напряглись настолько, что больно было двигаться. Всем телом вампирша прижалась к стене и широкими, но медленными шагами брела к небольшому холодильнику.

"Должен был остаться один".

Дыхание стало учащаться, лишь в воздухе завитал теплый металлический аромат. Кто-то живой приближался к кабинету. Лайза старалась идти быстрее, но нос, как назло, жадно вдыхал этот дурманящий запах. Она слышала пульс. Четкий, ровный и находящийся все ближе. Облокотившись о невысокую тумбу, Лайза прижала к лицу руку, прикрывая нос и рот, и тут же послышался звук открывающейся двери.

Виктория зашла спокойно, без волнения, держа в руках свежераспечатанные документы. Она нахмурилась и быстро замотала головой. Завидев силуэт Бринаджи, секретарша ахнула и потянулась к выключателю.

- Нет! – будто не своим голосом скомандовала вампирша. – Не нужно.

- Вам плохо? Я принесу вам контейнер. – взволнованно проговорила девушка.

- Нет нужды. – снова повторила Лайза. – Оставь бумаги и уходи. Живо!

Она все еще сидела спиной к секретарю, прижавшись к столику всем телом.

Виктория быстро подошла к столу, бросила на него документы и вышла, бросив на вампиршу настороженный взгляд. Лайза дождалась, пока шаги затихнут в коридоре, и только тогда позволила себе упасть на пол. Девушка обхватила свои плечи руками, унимая дикую дрожь. Она потянулась к маленькому холодильнику, стоящему возле тумбы. В глаза ударил яркий свет. Судорожной рукой она потянулась к пакету с кровью и с диким желанием прокусила его насквозь. Кровь потекла по подбородку, оставляя алые следы в декольте. Она сжимала его с такой жадностью, будто его хотели отобрать. Словно все века она не пила, не ела, а только существовала. Глотала большими порциями, что даже поперхнулась.

Испив содержимое до конца, вампирша опустила разорванный пакет. Теперь, умытая кровью, испачкав свою одежду, она ощущала блаженное желание. Чувствуя легкость, Бринаджи упала на прохладный паркет, смотря в тьму потолка. Жажда отступила, оставив лишь гул в ушах и легкую дрожь. Обжигающая боль в спине вернула Лайзу в реальность. Резкая, пульсирующая, она заставила её подняться.

Вампирша побрела к письменному столу, слегка пошатываясь. Ноги были ватными, в кончиках пальцев ощущалось покалывание, будто кровь только-только возвращалась в онемевшие конечности. Опершись руками о стол, она нащупала выключатель. Яркий свет ударил в глаза. Лайза невольно зажмурилась, провела подушечками пальцев по векам, затем по лицу. Ощутив липкую влагу, она замерла и, взглянув на пальцы, увидела кровь. Глубоко выдохнув, вампирша отыскала в ящике пачку влажных салфеток и принялась энергично вытирать лицо и шею.

Она рухнула в кресло. Боль в спине вновь нахлынула, отдаваясь пульсацией в висках. Лайза села на край сиденья и подтянула к себе ещё тёплые документы. Вампирша читала их, попутно стирая остатки алой жидкости с кожи. В досье не было ничего необычного: обычный мальчик из неполной семьи. Отца не было. В детстве никаких странностей, рос как все. Мать умерла, когда ему исполнилось пятнадцать лет. После он переехал к дяде и жил у него. Также в документах упоминалась ещё одна пострадавшая, к сожалению, уже погибшая Хелен Улару. Всё указывало на то, что речь идёт о незаурядном студенте университета, которому по злой судьбе суждено было стать одарённым.

"Мог ли дар пробудиться так поздно?" - мысленно спросила себя Лайза, будто в глубине души могли таиться ответы.

Листая досье, она заметила, как из-за двух последних страниц что-то выскользнуло. Фотография. Лайза наклонилась, подняла её и поднесла к свету лампы. На снимке застыл образ юноши у подножия здания. Казалось бы, обыденная картина, ничем не примечательная, но сердце вампирши, смотревшей на него, пропустило глухой удар.

- О, Верховные! - вырвался у неё лишь сдавленный шёпот. - Это не может быть...

Сминая тонкую бумагу, она отбросила фотографию на край стола, в тень. Дрожащие пальцы Лайзы, охваченные волнением, скользили по холодной цепочке на её шее, лаская узор витых звеньев, прикасаясь к висевшему на ней кольцу.

"Нет, это просто ужасное совпадение, ничего больше. Темпус не станет так безжалостно играть с судьбами своих детей." - убеждала она себя, стараясь отвести взгляд от фото. Но оно вновь и вновь приковывало её взор, не давая покоя.

[1]- умная девочка;

[2]- моя красавица.