16 глава. Первая встреча с кадзу.
Кафетерий был почти пуст. За окном шел моросящий дождь, воздух снаружи будто намеренно охлаждал город, погружая его в ленивую полудрёму. Кимико сидела у окна, согрев ладони о картонный стакан с кофе, который в этот день казался особенно горьким. У неё было тридцать минут до следующей лекции, и ни одной мысли в голове, кроме разрозненных медицинских терминов.
Она перелистывала конспект, когда рядом, за столик напротив, сел парень. Не из её группы — лицо незнакомое, но почему-то... не отталкивающее.
Он не сказал ни слова, просто откинулся на спинку стула, выдохнул, и его дыхание запотело холодное стекло у окна. На нём осталась полоса, будто вздох, нарисованный на прозрачности этого дня.
Кимико мельком посмотрела на него. Светлая рубашка под серым халатом, тёмные волосы, чуть влажные от дождя. Спокойные, внимательные глаза. На его подносе был только зелёный чай и пачка печенья.
Он заметил её взгляд и коротко улыбнулся. Не настойчиво. Почти рассеянно, будто между прочим.
Она кивнула в ответ, и снова уткнулась в записи.
— У тебя анатомия?
спросил он, не поднимая глаз от своего чая.
Голос был ровный, без напора. Просто чтобы заполнить пустоту.
Кимико кивнула.
— Через двадцать минут. А ты?
— Уже сдал
отозвался он.
— Я на курсе старше.
Он ничего не добавил. И она тоже не спросила имени. Имён не всегда нужно знать, чтобы на секунду почувствовать присутствие кого-то понятного.
Некоторое время они просто сидели в тишине. Он читал что-то в телефоне, она делала вид, что вникает в термины, хотя чувствовала на себе его редкие взгляды. Не настойчивые — скорее, изучающие. Словно он пытался запомнить её так, как запоминают короткие эпизоды: запах дождя, тёплый кофе, хрупкую фигуру за столиком у окна.
Через несколько минут он встал. Забрал поднос, медленно отступил от стола. На прощание бросил короткое, почти неуловимое:
— Удачи на анатомии.
Кимико подняла глаза, и на секунду их взгляды пересеклись. В них не было ничего судьбоносного. Просто тепло.
Он ушёл.
Она даже не знала его имени. Но почему-то, спустя время, всё ещё помнила вкус того кофе и ощущение, будто кто-то увидел её — пусть даже на мгновение.
А Кадзу, проходя мимо регистратуры, поймал себя на мысли: «У неё руки дрожали от холода. Но глаза — будто у тех, кто в будущем точно кого-то спасёт».