Глава 42
Song: Zombie – the Cranberries
Тео Диас
— Вы так смотрите на меня, наверное, так и думаете, что я – дура какая-то. — Сказала женщина.
Я приподнял бровь и прищурился. Женщина посмеялась.
— Почему мне про вас так думать? — Спросил я настороженно.
— Я рассказываю всякую ерунду. — Улыбнулась женщина и поджала губы.
— Не обесценивайте свои проблемы, вы пришли сюда именно за их разрешением. Вы, не поверите, но, вашими словами "ерунда", мне крайне интересна.
Женщина улыбнулась и кивнула.
— Анна, понимаете, через два месяца я уезжаю надолго в Лондон, и мне не хотелось бы оставлять наше лечение незаконченным. Я договорюсь со своей знакомой – психологом сеньорой Алмейда. Не переживайте, она – очень хороший специалист.
Женщина грустно посмотрела на меня.
— Но, Тео, я так хотела продолжить лечение именно с вами. — С сожалением сказала та.
Мне приходилось часто переезжать. Переезды, путешествия, новые страны уже стали частью моей грешной жизни. В каждой стране у меня оставались мои самые любимые и обожаемые клиенты. Для меня психолог – это вовсе, даже близко не работа, это про состояние души, про призвание. Выбрать такую жизнь – моё самое лучшее решение. Каждый мой клиент становится мне другом. И расставание с ним такое же как с близким человеком.
— Анна, мне тоже не хочется терять нашего общения с вами, но мне необходимо уехать на обучение в Лондон, это часть моей жизни. Но мы же всё так же останемся на связи? Вы будете писать мне о своих достижениях, а я буду радоваться за вас, идёт?
Я улыбнулся и протянул ей руку, женщина быстро поднялась с места и пожала мне её. Фланелевое платье в горошек поднималось то в одну, то в другую сторону.
— Сеньор Тео, но я могу замучить вас своими сообщениями, если их будет много..
— Я на это надеюсь, Анна.
Женщина рассмеялась тихим смехом и встала со стула.
— Спасибо вам, вы – самый лучший мужчина в моей жизни.
Теперь уже посмеялся я и проводил её из до приёмной.
Телефон завибрировал, и пришло несколько уведомлений. Они были от моей соседки. Сеньора Кавальера.
"Тео, сынок, возле твоей квартиры лежит какая-то девушка. Мне вызвать полицию"
— Черт, — выругался я, взял пиджак и вышел из кабинета, — Оливия, отмени все консультации на сегодня.
Девушка спохватилась и побежала за мной.
— Сеньор Тео, что-то случилось? Я могу чем-то помочь? — Я остановился и выдохнул. — Прямо всё отменить?
— Да, Оливия, кое-что случилось. Перенеси всё на завтра, пожалуйста.
Я уже отошел от неё, как она опять принялась идти за мной.
— Может мне пойти с вами?
— Не стоит, не беспокойтесь, Оливия.
Катрин наняла свою копию? Или Оливия просто такой заботливый, переживающий и сердобольный человек? Ладно.
Я надел шлем и сел на мотоцикл. Что опять произошло с Кайлой, что она пошла на такие отчаянные меры и даже не позвонила. Я в пять минут доехал до дома и поднялся на свой этаж. Возле двери меня ждала брюнетка. Она, конечно же, не была пьяная. У неё есть принцип – не напиваться в одиночестве. Кайла говорит, если она будет и пить одна, то люди ей совсем не будут нужны, и она совсем сойдет с ума. А напивается она всегда со мной.
— Какая встреча, — сказал я и открыл входную дверь.
Девушка ничего не сказала, взяла свой кожаный рюкзак и зашла в квартиру. Но мне не привыкать к тому, что она ничего не будет объяснять по крайней мере на трезвую голову.
— Я останусь у тебя.
Я закрыл дверь и зашёл в квартиру. Девушка легла на кровать, достала свой ноутбук и уже начала работать.
— Что опять случилось? — Спросил я, облокотившись на дверной проем.
— Меня затопили. Какое-то время поживу у тебя. — Даже не смотря на меня, безразлично сказала та.
— Ты не любишь жить с кем-то. — Усмехнулся я.
— Ты – не другие. С тобой я могу жить.
Сказала она, посмотрев мне в глаза, лишь на минутку отвлекшись от работы, а потом опять продолжила печатать что-то в ноутбуке.
— Почему не позвонила? А, забыл, ты же – Кайла Виейра, тебя нельзя понять. — Выдохнул я и пошёл на кухню.
— Да хватит тебе, Тео, ты всегда меня понимаешь! — Крикнула из спальни девушка. — Иначе бы вышвырнул ещё в самый первый день!
Я поставил турку на плиту и вернулся к ней в комнату, поморщившись.
— Ты про наш первый день?
Удивился я, а девушка убрала от себя компьютер и пожала плечами. Она придала к себе колени и обняла их.
— Не знаю, профессор, просто вот так вспомнилось что-то. — Поежилась она.
— Никакого потопа не было? — Спросил я, и та покачала головой.
Я присел рядом и обнял её. Девушка прижалась лицом к моей груди и молча о чём-то думала. Она впервые за очень-очень долгое время вспомнила ту ночь, которая перешла утро. Та ночь, которая напрочь изменила две жизни. Каждый раз от воспоминаний о ней идут мурашки.
— Кайла.., — позвал её я, она лишь подняла глаза, — можно вспомнить тот день?
— Угу. Я уже начала вспоминать.
«Тринадцать лет назад.
Осенняя холодная ночь. Очередная ссора с отцом. Ветер охлаждал мою душу, но даже он не способен потушить разгоревшийся огонь моей души. Это пламя, сжигавшее всё вокруг, но в первую очередь меня самого.
Руки дрожали. В последнее время я часто чувствую тремор правой руки. Может это всё от нервов? Боюсь даже представить, что устроит отец, если я расскажу ему об этой проблеме. Он и так подозревает, что у него родился не сын, а девчонка, да ещё и не от него. Как можно быть таким отвратительным? Мать так любит его, а он так обижает её. Чудовище, которое является моим отцом. Но я прощу его, всегда прощаю.
Я пинал камни на асфальте. Жизнь такая сложная. Мне всего семнадцать, а я не знаю, что будет дальше. Даже не подозреваю, кем я хочу стать. Неужели прийдется пойти на поводу у отца? Но ведь это моя жизнь, как он может решить её за меня?
Луна сегодня была полная и большая. Она будто опустилась на одно из дальних зданий, прилегла отдохнуть. Я всегда уходил на Ривейру. Этот район был самым лучшим во всём Порту. Здесь шла жизнь, люди здесь как будто были счастливее. Но я знал, что это не так. Все вокруг притворялись. Как же это всё надоело. Фальшь, ложь, притворство, безграничная глупость повсюду, унижения, самоутверждения за счет других, предательства, отсутствие воспитания. Повсюду было столько грязи, хотя всё отполировано до блеска. Внутреннюю желчь, уродство невозможно скрыть ничем.
Я поднял голову к нему. Казалось, только оно одно совершенно и не имеет изъянов. Но я увидел то, чего похоже не должен был видеть. Девушка стояла на крыше одного из зданий. Я в смутном сознании, не помню себя, забрался на эту крышу. Я видел лишь её очертания, которые позволила разглядеть владычица ночи. Во мне в один момент что-то переключилось.
— Слушай, — я подошел к ней, а она испуганно и, дрожа, обернулась.
Никогда не забуду этих карих больших глаз, смотрящих на меня с пылающим, сжигающим изнутри огнем.
— Тебе, выходит, уже ни к чему деньги? Сколько у тебя есть?
— Отойди от меня! Я всё равно прыгну. — Крикнула неистовым голосом девушка. Я лишь посмеялся, она ещё более странно посмотрела на меня.
— Да мне только деньги нужны. Не хотелось бы потом копаться и искать деньги, драгоценности там. Всё перемещается, будет в крови, кишки разлетятся по асфальту. Фу! — Я поморщился, но потом ещё улыбнулся. — Слушай, а давай переспим?
Девушка раскрыла глаза и рот. Она задумалась о чём-то, скорее всего о кишках и асфальте, по которому они разлетятся.
— Да тебе уже всё равно нечего терять. А так хотя бы будет польза людям, ну, точнее мне.
— Ты вообще что ли неадекватный?! — Крикнула мне та, которая стояла на краю крыши.
— Ладно, не хочешь спать сейчас, тогда можешь прыгать как-то с группировкой, чтобы кишки не разлетелись и крови поменьше? Тогда я сам как-нибудь с твоим телом справлюсь, пока оно горячее.
Девушка ещё сильнее поморщилась. Она соскочила с края и ударила меня со всей силы, крича при этом что-то неразборчивое. Я только выдохнул, что было силы и крепко обнял её. Девушка перестала сопротивляться и заплакала. Видимо, только сейчас до неё дошло осознание того, что могло произойти. Я как-то слышал одну фразу выжившего самоубийцы «В моменте, когда ты летишь с крыши, понимаешь, что все проблемы можно решить, кроме той, что ты уже летишь с крыши».
Не знаю, как в мою голову пришло это. До сих пор в голове не укладывается, что я только что остановил самоубийство. Почему я не начал отговаривать её, успокаивать? Почему начал наоборот подстрекать её к самоубийству, требовать денег? Это всё произошло на каком-то подсознательном уровне, было ощущение, что в этот момент так говорила моя душа.
— Ты спас мне жизнь. — Сказала девушка.
Мы спустились с крыши и сели на смотровую площадку. Отсюда открывался красивый вид на весь город и океан.
— Так мы не переспим?
Девушка ударила меня по плечу и рассмеялась. Мы вместе встретили рассвет. Это была одна из тех ночей, которую я не забуду и за несколько жизней. Эти часы невозможно забыть, даже если потерять память.
— Как тебя зовут-то?
— Кайла.. Кайла Виейра. — Сказала девушка, смотря на фиолетово-розовые рассветные лучи, которыми окрасилось небо.
— Я – Тео Диас. Сколько тебе?
— Семнадцать.
— Мне тоже, — сказал я, — ты же пойдешь больше на крышу?
Я посмотрел на её лицо. Оно было такое спокойное и задумчивое. Но больше не походило на лицо самоубийцы. В нём было что-то такое осмысленное, сожалеющее и трогательное.
Девушка повернулась на меня и коснулась моего лица своими карими светлыми глазами.
— Стань хорошим психологом, Диас. — Кинула она мне.
— Не называй меня по фамилии. — Бросил я ей, как будто мы играли в волейбол.
Никогда не нравилось такое произношение. Это всегда выглядело грубо и некультурно.
— Когда станешь психологом, буду звать тебя профессор.
Последнее, что она сказала и ушла. Её длинные черные волосы развевались на ветру. Но мне навсегда запомнились её глаза цвета огня. Она будто была самим воплощением огня. Который почему-то сжигал сам себя».
— Профессор, а ты ведь мой ангел-спаситель, — девушка улыбнулась и взяла меня за руку.
— Ещё какой, Виейра.
— Не называй меня по фамилии. — Она резко выпрямилась, и на её лице играла яркая огненная улыбка. — Тео.
— Что? — Я вопросительно посмотрел на неё с улыбкой.
— Как-то горелым пахнет, чувствуешь?
Кофе! На плите.
Я быстро подорвался на кухню, вся плита была испачкана черной жидкостью и маленькими зернами кофе. И моментально выключил плиту, и открыл окно на полную створку, чтобы выветрить запах гари. Кайла посмеялась с этого, но что-то я не видел повода для смеха. Вся кухня испачкана в кофе. Девушка поставила турку в раковину и включила холодную воду.
Мы пол вечера пытались оттереть черные следы с индукционной плиты. Кайла брызнула на меня холодной водой, а я не смог не ответить на это. В итоге пришлось мыть ещё и пол и сушить мокрую одежду.
— Кайла, может походишь к психологу? Необязательно ко мне, пусть это будет кто-то другой.
Девушка отрицательно покачала головой.
— Это не для меня. Я же сильная, я всегда справляюсь со всем. И сейчас мне нужно мороженое. Сходишь?
Я посмотрел на часы. Уже почти одиннадцать. Хорошо. Как можно отказать Кайле?