Кровь и тьма
Когда пыль осела, а зловещие тени, оставленные врагами, вновь затянулись в черный лес, герои оказались в тишине, которая была наполнена не только эхом их дыхания, но и тенью того, что только что произошло. Перед ними лежали тела, которые когда-то были врагами, суетливыми и агрессивными, но теперь — просто мертвыми. Кровь, смешиваясь с грязью земли, напоминала о том, насколько хрупка жизнь и как внезапно меняется все. Макс, стоя среди опустошенной поляны, глубоко вздохнул и огляделся. Его ранее яркие глаза потускнели, и теплая энергия, что охватывала его, сменилась холодом и зябкостью.
— Мы сделали это, — произнес он, но голос его был полон нежелания.
— Это была необходимость, — ответила Ая, опуская плечи, стараясь убрать волосы с обочины. Ей было тяжело глядеть на то, что произошло.
— Неизбежность, — согласился Денис, но его голос дрожал. Он смотрел на бесформенные тела и на свежие следы боя, запечатленные в их воспоминаниях. Он довел до ума свои действия, которые только что свершил, и стыд сжимал его сердце.
— Не думай о том, что произошло. Мы не должны сожалеть. Они были угрозой, — поспешно произнесла Ая, стараясь сохранить спокойствие. Но даже она знала, что это невозможно, что слова не могут загладить ту жажду, с которой они были вынуждены сразиться. Вокруг них развивалась ненавязчивая тишина, словно весь мир замер в ожидании их дальнейших шагов. Прошлая битва оставила неизгладимый след в их душах. Как будто они сами стали частью крови и тьмы, которые оставались с ними, повергнув всю уверенность в том, что они правы.
— Знаю, что это невыносимо, — вдруг произнес Денис, стараясь собрать свои мысли. — Но как мы можем понять, что добра? У нас появилось право лишать жизней?
— Это не было правом, а необходимостью, — завизжала Ая. — Мы сражались за свою жизнь!
— Но это не делает нас лучше, — произнес он с явным затруднением. Каждый удар, каждое проклятие и каждый крик о помощи звучали в его памяти, повсюду отражаясь, он ощущал, как эти голоса требуют оправдания.
— Они не оставили нам выбора! — закричал Макс, его голос оказался полон ярости и боли. Он не мог поверить, что защищал себя так, как его противники. Сделал ли он то, что должен, или же впал в ту же пучину безумия, в которую его враги?
Слова несли тяжелое бремя, и он поднялся, но его нога уперлась в землю, как будто та тоже не желала отпустить его.
— Мы сражались за свою жизнь, но каким образом это повлияло на нас? Как мы можем быть уверенными, что наши действия были правильными? — произнес Денис с сомнением.
В глубинах каждого из них росла неопределенность. Каждый вопрос, каждое сомнение грызло их сердца, как будто они втянулись в неведомый шторм.
— Мы должны понять, что жизнь — это не только черное и белое, — добавила Ая, теперь с покойным тоном. — Мы можем оставаться на стороне света, даже когда наш выбор приводит нас ко тьме. Но Денис не был уверен. Он хотел верить, что они делают правильно, но в сердце его закрадывалось чувство, что прощение будет недостижимо. Как можно забыть то, что произошло? Как перенести груз, который они взвалили на свои плечи?
— Давайте просто уйдем отсюда, — сказал он, его голос звучал устало.
— Не знаю, что делать дальше, но не могу оставаться здесь.
Макс кивнул, убежденный, что им не следует оставаться под этой тенью. Они шли вдоль полян, где земля была пропитана тяжелым воздухом.
— Мы должны помнить, что такое зло, — произнес он, пытаясь заблокировать хрупкость внутри себя. Это была первая настоящая битва, которую они провели не ради себя, а за оппонентов. Но даже если они резко оттолкнули друг друга, это колесо судьбы больше не остановить. Кровь и тьма, из которых они восстали, стали частью их существования, меняя их, и никто не знал, последует ли за этим еще одна битва, снова требующая той же решимости и силы.
— Вперед. — произнесла Ая, подавая им знак, чтобы они следовали за ней. Измученные, но решительные, они шагнули в неизвестное будущее, полные вопросов, ведь у них не было выбора — только надежда.