Терато

Лана, в который раз приподняла рукав лёгкого осеннего тренча, обнажая наручные часы и бросив беглый взгляд на циферблат, совершенно не запомнила, который час, но Иво точно опаздывал.

«Он не придёт!»

Лана поймала себя на мысли, что всегда ждёт парня как в последний раз. Она уныло облокотилась о фонарный столб, но, не простояв и минуты, принялась ходить из стороны в сторону.

Осень сегодня была особенно прекрасна. Весь день лил дождь, тротуары и улочки скользили от мокрых листьев, чей запах густился в воздухе. Город начинал мерцать вечерними огнями. Асфальт лоснился от влаги и света.

Лана пребывала в озабоченности, вызванной не то погодой, не то непредсказуемостью её характера. Она была постоянно занята размышлениями, отчего никогда не расслаблялась. Ещё и Нина Степановна не давала ей покоя, крайне недовольная тем, что Лана стала часто отсутствовать по выходным. Девушка жалела мать, понимая, что та никому не нужна и целыми днями сидит одна, но ведь и ей нужно было устраивать свою жизнь. Поддавшись сочувственности, Лана всё же хотела перенести встречу с Иво на следующую неделю и уделить внимание матери, но, вернувшись с работы днём ранее, обнаружила то, от чего просто опешила на несколько секунд, а потом твёрдо решила, что мать нужно заново приучать к самостоятельности.

Недаром говорят, что чем старше пожилой человек, тем больше он начинает походить на младенца. Чтобы насолить Лане, мать испражнилась прямо посреди своей комнаты. И без того спёртый воздух в никогда не проветриваемом помещении за целый день наполнился такой отвратительной вонью, что Лана чуть не добавила к фекалиям содержимое своего желудка. Убрав столь экзотический «подарок», она была так зла и расстроена, что не хотела даже говорить с Ниной Степановной. Но винить было некого, девушка сама разбаловала её, придётся самой и ставить на место. Всю жизнь Лана была кроткой овцой и теперь абсолютно не понимала, откуда в ней взялись силы сопротивляться.

Кто-то сзади закрыл её глаза ладонями. Витающая в своих тяжёлых мыслях Лана вздрогнула и грубо отбросила их. Она ненавидела, когда к ней неожиданно подкрадываются.

— Ты чего так перепугалась, как будто я нож к тебе приставил?

— Не делай так больше, и я безумно рада видеть тебя! — расстроенная и, казалось, обиженная на весь мир Лана неожиданно обняла Иво за шею. От него очень вкусно пахло каким-то средством, смешавшимся с его собственным запахом. Они замерли на довольно долгий промежуток времени, Лане стало тепло и спокойно. Она могла простоять так целую вечность, никогда не отпуская парня. Иво первым разорвал этот контакт, аккуратно убрав её руки. Лана отступила, сгорая от стыда. Но Иво улыбнулся в ответ.

— Соскучилась за неделю?

Лана едва заметно кивнула.

Сегодня Иво был разительно красив, надев куртку бомбер цвета хаки и классические синие джинсы. Волосы его как всегда были небрежно растрёпаны, только в свете уходящего солнца приобрели тёмный, неподвижный оттенок.

Сумерки всё сгущались. Иво жестом пригласил Лану пройти внутрь парка, чьи решетчатые ворота были всегда распахнуты. Вокруг не было ни души, как будто вечер был создан для них двоих. Этот безлюдный парк на окраине города. Всё располагало. Находясь рядом с парнем, Лана чувствовала себя будто в другом измерении. Понять же чувства Иво не представлялось возможным. Он насупился, засунув руки в карманы куртки.

Никто не начинал разговора, наслаждаясь волшебством парка, блестящего от влаги, и обществом друг друга. Медленно они уходили всё дальше в чащу. Все освещённые, облагороженные улочки остались позади, аллея сгущалась, превращаясь в настоящий тёмный лес. Деревья как стражи обступили их во всех сторон, иногда с их раскатистых веток падали капли, оставшиеся после ливня. Одна из них, сорвавшись, попала Лане за шиворот. Она вздрогнула от холода и будто пришла в себя, тревога не отпускала девушку.

Иво заметил заросшую кустом заброшенную лавочку и стремительно направился в её сторону, так неожиданно, что Лана подумала, что он хочет уйти. Лучше так бы и случилось. Но парень снял бомбер и расстелил на влажном дереве, чтобы Лана могла сесть.

— Не нужно, ты же замёрзнешь.

— Посиди со мной. Как тут хорошо, вдали от суеты. Знаешь, не люблю толпу — не могу думать, когда шумно, — проигнорировал её протест парень.

Как они похожи. Иво и не подозревал, что стал оазисом для Ланы. От этого ей становилось не по себе. Как может чувство быть таким сильным? Это была всего лишь третья их встреча, но девушка понимала, что больше не сможет без Иво. За то короткое время, что они виделись, Лана испытала весь спектр положительных эмоций, что удивлялась, как окончательно не сошла с ума от счастья.

Они как будто инстинктивно уходили в уединённые места. И одержимость Ланы скрытыми подтекстами, имеющая параноидальный характер, всё настойчивее напоминала о себе. Она будто лишилась нервов, и вместо них внутри бушевал комок противоречий. А виновник этого переворота сидел рядом и внимательно вглядывался в темноту, пробивающуюся сквозь листву.

— Что лучше, быть умным или везучим? — Глаза Иво блеснули.

— В каком смысле?

— Мой куратор в колледже обвиняет меня в том, что я недостаточно стараюсь и чаще надеюсь на везение.

— Ну, это правильно. Лучше точно знать все ответы, чем надеяться на то, что тебе попадётся единственный, который выучил. Я в своё время подолгу сидела в библиотеке. — Лана улыбнулась, прежде чем продолжить. — Нынешняя молодёжь совершенно не эрудированна, а всё потому, что интернет избавил вас от необходимости носить информацию в голове.

— Ой, бабушка Лана! Пришлось отложить вязание, чтобы встретиться со мной? — Иво легко толкнул Лану в плечо.

Уже совсем стемнело, где-то жалобно завыла собака. Приближалось полнолуние, блестящим пятном зияющее в толще беззвёздного неба. Они будто переместились в сказочный мир. Лана так и видела, как деревья расступаются и из закатной дымки на полном скаку появляется какой-нибудь всадник без головы*.

— Здесь как будто портал в другой мир.

Иво буквально транслировал мысли девушки.

— Да. — Ей захотелось взять руку парня, почувствовать всеми рецепторами его кожу.

«Лана, ты больная! Он же ещё совсем молоденький! На что ты надеешься? Что скажут твои родные? Неужели ты не способна найти ровесника? Ты боишься! Ты до смерти напугана! Да?»

Лана положила пальцы на виски и начала массировать их по часовой стрелке. Надо будет снова посетить психиатра. Она чувствовала, что волна мыслей о прошлом, которое она хотела забыть, неизбежно накатывает из недр памяти. Лана скрывала ото всех, что лежала в психиатрической лечебнице. Знали только мать и сестра. Лежала она один раз, после буйного припадка истерии, но наблюдалась давно. Девушке даже понравилось там, в какой-то мере. Во всяком случае, там можно было быть собой и не скрывать свои травмы.

Кажется, Лана всегда была уверена, что ей нет места в этом мире людей, которые доселе причиняли ей только боль, а тех, кто не причинял, она находила любопытными созданиями, но с трудом понимала.

Иво резко встал с места.

— У тебя что-то случилось? Вид у тебя убитый.

Лана невольно улыбнулась так верно подобранному слову.

— Я просто устала. Расскажи лучше о чём-нибудь?

— Я тоже чертовски устал. На учёбе меня взяли на мушку.

— Друзья помогут тебе, я уверена.

— Если бы. Они друзья только тогда, когда мой дом свободен для гулянок. А на учёбе это полный провал, знаешь, когда молчишь, а тебя уже неправильно поняли? Меня считают трудным студентом. Но дело в том, что я ничего не делал для этого.

— Если я могу чем-то помочь...Не хочу, чтобы у тебя были проблемы.

— Я сам одна сплошная проблема.

Иво сказал это с безысходностью заключённого в камере смертника. Молодые люди обладают удивительной способностью видеть бытовые проблемы взглядом обречённости. Казалось бы, жизнь только открывает перед ними двери, а они уже страдают от пережитого.

— Просто отнесись серьёзно к экзаменам, и всё будет хорошо. Не забивай голову лишней ерундой.

— Легко сказать. Но в голове у меня вовсе не ерунда, да и не учёба, по правде говоря.

— Что же тогда?

Иво повернулся к Лане и взял её руку в свою. Нежно поглаживая пальцами её кожу, он вплотную приблизился к её лицу, глаза его горели влажными огнями. Свободной рукой он обнял Лану и подтолкнул ближе к себе, с лаской кота пытаясь прильнуть к её груди.

— От дождя очень влажно. Позволь мне...

— Иво, становится прохладно, давай пройдёмся.

На этот раз Лана высвободилась из его объятий и, сгорая, будто в пламени, направилась в сторону благоустроенной части парка.

«Почему ты спасовала? Не этого ли ты хотела? Но хотела чего?»

Девушке стало плохо, и она снова помассировала виски и лобные доли. Это помогало немного расслабиться.

Иво шёл впереди и не проронил ни слова, пока они не вышли к небольшой сцене для уличных выступлений. Сцена ярко освещалась прожекторами, но по-прежнему вокруг не было ни души. Кому придёт в голову гулять после дождя, как ни двум людям, нашедшим друг друга.

— В детстве я бывал здесь. Дедушка приводил меня на джазовый фестиваль. Сколько людей танцевали тут, он присоединялся к ним, а я ел карамельные яблоки. Такое яркое воспоминание, кажется, вкус карамели проступил на губах.

Лана инстинктивно дотронулась до своих губ. Она постаралась вспомнить хоть одно воспоминание из своего детства, но видела только Иво. Она и не заметила, как парень обошёл её и положил руку на плечо.

— Тебе определённо нужно домой, выпить чего-то горячего и поспать. Ты сегодня сама не своя. — Иво помахал ладонью перед лицом Ланы. — Эй! Спустись на землю!

— Знаешь, я, кажется, совсем запуталась. В жизни всегда все сходится к «если».

— Ну, хватит! Тебе надо развеяться. Я бы позвал тебя на следующей неделе к себе — мы с друзьями хотим основательно напиться, но подозреваю, что это плохая идея.

Лана ничего не сказала, а Иво медленно побрёл вдоль зелёной изгороди. Видимо мысли о предстоящей гулянке заставили его воспрянуть духом.

Лана совсем поникла. Кого она обманывает? Комок подступил к горлу, защипало в глазах. Нет сомнений, что для Иво это просто мимолётное приключение, как цикл времени года. Ничего не видя перед собой, девушка не заметила, как перед ней вырос зияющий проход — кирпичная арка. Парк действительно огромен, в этой его части ей не приходилось бывать. Иво тоже залюбовался ковром плюща, спускающимся над проходом.

Лана, наконец, решилась. Сейчас тот самый момент, чтобы уйти. Навсегда. Поступить правильно и забыть обо всём как о сне, оставившем приятное послевкусие. Уже внутри арки она остановилась в желании разорвать их отношения, но, увидев лицо Иво, не смогла связать и трёх слов. У неё перехватило дыхание, а Иво, казалось в забытьи, схватил её чуть выше локтя и притянул к себе. Сколько в нём оказалось силы, Лана даже не подозревала. Она ощутила на своём лице судорожное дыхание парня, а он, видимо сообразив, что Лана готова закричать от неожиданности, зажал ей рот рукой и прижал к сырой кирпичной стене, заросшей мхом.

— Не бойся. Всё хорошо.

Лана не узнала хриплый голос Иво. Навалившись на её обмякшее тело всем своим весом, парень схватил её за подбородок и впился в её губы. Лана слабо оттолкнула его, но Иво был необузданно силён. Путей к бегству не оставалось. Иво провёл языком по губам Ланы, таким сладким и влажным от перемешавшейся слюны, тонкой ниточкой теперь соединявшей их тела. Лана плотно зажала губы, абсолютно не зная, как ей поступить. Она застонала, пытаясь высвободиться, но через какое-то время всё-таки не смогла пересилить ни Иво, ни себя, впустив настырный язык парня в свой рот, который был огненно горяч. Иво упивался поцелуем, своей храбростью и достижением желанной цели. Он плотно прижался тазом к Лане, входя во вкус с каждой секундой всё жарче. Лана постепенно ощущала то же самое, уже не так рьяно предпринимая попытки остановить это сладкое безумие. Она осторожно отвечала на страстные порывы парня. Иво запустил руку в её волосы, запрокидывая голову Ланы.

— Я настырный?

Лана ощущала себя пьяной, как от излишне выпитого вина.

Иво резко обхватил зубами её нижнюю губу и, сжав их, прокусил нежную кожу. Лана дёрнулась от жгучей боли. Укус был довольно сильным, губа запульсировала, а во рту проступил железный вкус.

— Сунь свои руки мне в штаны...пожалуйста...

Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы с противоположного входа арки не послышались шаги. В искусственном свете мелькнули силуэты молодой пары, идущей под руку, освещающей себе путь фонариком. Увидев Иво, который повернулся в их сторону, улыбаясь кровавой улыбкой, девушка ахнула, и влюблённые поспешили удалиться, видимо выбрав обходной путь.

Чувство боли отрезвило Лану, воспользовавшись моментом, девушка оттолкнула Иво и бросилась бежать что есть мочи. Конечно, он мог с лёгкостью догнать её, но не стал, больше занятый своим мокрым пахом.

Девушка выдохнула только тогда, когда оказалась в автобусе. Тяжело дыша, она плюхнулась на одно из сидений. Подбородок стянуло от засохшей крови, и, посмотревшись в карманное зеркальце, Лана пришла в ужас. Губа распухла и побагровела, налившись синяком, будто её хорошенько приложили кулаком. Вытерев влажной салфеткой остатки крови, она поняла, что такая метка будет заживать долго. Плоды страсти не забываются быстро.

«Что это было?!»

Лана сгорела будто свеча — стремительно. Как животные, они просто выпустили наружу свой инстинкт. Подобно морской волне, бьющийся о скалы здравого смысла.

Девушка чувствовала себя отравленной и грязной. Такой завязки их любви она точно не хотела и боялась больше всего.

*Персонаж ирландской мифологии.