Эпизод 13: Спой мне!
Два непохоже-похожих ворона переминались с ноги на ногу, бросали друг на друга многозначительные взгляды и поглядывали на Урику.
- Ну что? - тяжело вздохнула демония и закатила глаза так сильно, что казалось, она сама уже увидела и Небо, и путь к нему...
Мужчины подскочили с громким "кр-ра!":
- Госпожа! Госпожа... такое дело... - запричитал Хугин, - дело такооое...
- В общем, Госпожа, - отодвинул рукой его Мунин и сделал шаг вперёд. - Вы раньше не пользовались колодцами.
- Понятно... - устало вздохнула Урика и почесала когтем за ухом. - И что?
- И всё! - в унисон заключили братья.
Урика фыркнула молча и качнула головой.
– Одежду снять не забудьте! - закивал бурно Хугин.
- Ну и про нас не говорите там никому, - коротко кивнул Мунин.
- А вот про жирдяя можно и рассказать! - кивал Хугин без остановки.
- А колодец нашли сами случайно, - деловито проговорил Мунин разглядывая пальцы в перчатках.
- А одежду спёрли у кого! - замахал руками Хугин.
- Обычное дело в Среднем, - согласно кивнул Мунин.
Урика переводила взгляд с одного на другого и устало вздохнула.
- В общем придумаете чего-нибудь! - подытожили оба ворона.
- Супер! - вздохнула Урика и огляделась. - Дальше что?
- А дальше просто ныряйте! - закивал вновь Хугин.
- Прям вон туда, - кивнул Мунин и улыбнулся уголком губ. - В ту туманную дыру! Мы будем ждать нашей встречи, Госпожа.
- В нетерпении!! - каркнул Хугин.
Рогатая тепло улыбнулась им и сделала шаг.
- Увидимся, когда увидимся! - махнула она им на прощанье и исчезла.
Словно в воду упала, что обтекала её бережно и осторожно, демония двигалась в неизвестности. То ли вверх, то ли вниз... Долгое, тягучее, но притом парадоксально быстрое мгновение - и Урика едва успела затормозить на самом краю воды, и не упасть в бурный, темный поток.
Она выругалась, попятилась назад. Под ногами хрустели мелкие, острые камешки, серо-черные, сизые вперемешку. Перед ней простиралась река, такая широкая, что сразу охватить взглядом не получалось. Темная вода словно кипела, и по ее поверхности летели белые клочья пены. Урика огляделась - за ее спиной высились черные скалы, такие же темнели далеко там, за рекой. Безжизненные, мрачные, как бастионы крепостей двух враждующих королевств. А между ними будто кто пустил бесконечно богатый, бешеный табун чёрных коней с белыми гривами, что то и дело выныривают и утопают в волнах снова.
Рогатая склонилась, разглядывая себя в изломанном отражении. Идеально гладкие чёрные волосы лежали на одном плече. Идеальные черты лица, не замутненные бесконечными войнами. Демония аж сама себе понравилась.
Она осторожно провела подушечками пальцев по рогам, чувствуя их шероховатость, выбоины и ребристость. Острые... опасно острые на конце. И даже этот, в первые секунды колючий, ворот бежевой водолазки, так здорово подчеркивал фарфор ее лица. И вся такая нежная и ладная... Рогатое... чудовище? Нет! Красотка! Строгая, требовательная, но мягкая и снисходительная. "Да, я вообще такая!" - решила Урика, улыбнулась своему отражению, и разогнулась.
"Какая ж я Госпожа? Нашли королевишну! Главнокомандующая волчьей стаи и... всё", - с досадой опустила она ресницы и вновь подняла.
Тихий, едва заметный шорох, не слышимый ушами, но ощущаемый где-то внутри, в самых глубинах военной выучки, заставил её обернуться и подобраться, готовой к любой неожиданности.
Широкая улыбка сама растянула ее губы. Эр неспешно брел навстречу, хмуро разглядывая мелкие камни под ногами. Он не сразу ее заметил.
Урика задержала дыхание, с детским удовольствием ожидая, когда будет "поймана".
Эр, наконец, заметил ее, резко встал,изумленно взметнул вверх брови:
- Блядь... - только и выдохнул он, с обалдевшим лицом.
Улыбка неспешно сползла с лица демонии, превращаясь в детское "плак-плак". Она шмыгнула носом, дуя губы и пробурчала через пелену обиды:
– И тебе привет... - помолчала немного и через паузу добавила: - Блядь.
Но Эр не стремился ей отвечать. Он помолчал, насупив брови и жуя губу.
На его лице одновременно рисовались два состояния:
"Какого хрена, я ж тебя с Небес подальше увел, хренли ты здесь делаешь!!"
И "господи, как же я счастлив тебя видеть!"
Наконец, второе победило, и он одной рукой крепко обнял любимую за талию, а второй почесал ее за ушком, как кошечку. Заглянул в ее лицо и глаза его сияли обожанием.
- Я сьебал со службы, кстати... - промурлыкал он. Задавать дурацких вопросов, что да откуда, как она его нашла, он не стал. И так понятно, Со всегда найдут друг друга, это ж очевидно!
Надутые губы неспешно сдулись под натиском нежных почесываний за ухом и она довольно муркнула, подаваясь любимому. Вдруг осознала сказанное Эр и уставила на него огромные глаза:
– Сам съебал?!
- Ну, да, есть такой ход,- просто делаешь вид, что еще не закончил. И остаешься, с запасом.
Он потянул рогатую за собой в сторону высокой черной стены скал.
- Я здесь люблю бывать, когда мне надо подумать, с мыслями собраться. Хотел, вот знаешь, пораскинуть мозгами, че там с нами дальше...
О том, как Ур не хотел его оставлять, тащил "домой", и как пришлось замысловато подбирать причину, зачем Эр надо еще остаться, он рассказывать демонии не стал.
Урика остановилась, вгрызаясь пятками в землю. Заглянула в лицо своего офицера, что и уголками губ кривилось, и в глубине глаз прятало мрачные тени.
- Что случилось? - едва дыша, осторожно спросила она.
Эр набрал воздуха полную грудь и со злостью выпалил, сжимая кулаки:
- Ур случился, блядь. Три года назад. Да так и не отслучился обратно! Ты сама как? Не ела?
Он озабоченно осмотрел ее лицо:
- Не ела! Умница! Пойдем, покажу одно тут место.
"Ур с ним случился... - скрывая от него мысль, подумала она, - а со мной что случилось? Неинтересно тебе, да?!" - сжала она кулаки и опустила плечи. "Не королевишна же, какое тебе дело может быть до меня вообще, да?"
Эр попытался взять ее за руку, но Урика не разжала ладонь в ответ, молча глядя под ноги. Она ждала логичной реакции - мол, что такое, расскажи? Но вместо этого, офицер просто сжал ее запястье и потянул за собой, узкой тропкой, что терялась в скалах, вверх-вверх, хорошо протоптанной лесенкой.
- Я уж не знаю, как тебе еще объяснять, что Небо не для девушек с рогами, если ты еще не знала, - ворчал Эр по дороге. - Сидела б в Среднем, нет, вот надо...
Он внезапно остановился и повернулся к ней, быстро лизнул в нос:
- Ну, конечно, надо, да и в целом, ладно, здесь навряд ли кто найдет, но блядь... гарантий нет, одни надежды на твою везучесть, пока неплохо выручала, а где сработало три раза, там уже статистика на пользу, так что, может снова проканает, ну вот мне хотелось бы, беспечная ты рогатка...
На каждый шаг сыпалось его бу-бу-бу, пока они не остановились на вершине. Плоская, как тарелка, площадка, поросшая серой, полумертвой травой, встретила тихим, прохладным ветром, будто здесь присела отдохнуть осень и так и осталась. Далеко внизу неслась река, вылизывая берега черными волнам, а вокруг - лишь воздух, и пустое выцветшее небо.
Эр присел на край и похлопал с собой рядом.
Урика недоверчиво подошла и опустилась рядом с Эр. Свесила ноги вниз и устало вздохнула. Огляделась кругом, вкушая осенние нотки и жмурясь от удовольствия. Как стало тихо, когда "бу-бу-бу" её ангела разлетелось прахом, мешаясь в воздухе с запахом жухлой листвы.
– А тебе нравится, ну... Наслаждаться моментом молча? - болтала она ножками, вкушая удовольствие тишины после Среднего мира.
Эр замотал головой:
- Не хочу молчать! Может я петь хочу!
Урика удивлённо вытаращила глаза на ангела:
- Петь?
- Думаешь, я плохой певец? - брови Эр обиженно вскинулись вверх. - У меня противный голос?
- Нет, - тепло посмеялась демония, качая головой. - Просто не слышала как ты поешь. Споешь мне?
Эр круто развернулся к ней:
- Вообще-то, я серафим, если ты упустила! Не рассыпешься?
- Ты про то, что голос ангела, его оружие? - склонила она голову на бок. - Кажется, где-то было, что от песен ангелов трескается кожа... Но демонов разве это касается? Проверим? - хитро прищурилась она.
Эр поглядел вниз и с улыбочкой хмыкнул:
- Да не, я не хочу тебя рассыпать. Вот выебать... другое дело. "Как выебать демона поудачнее", учебник в трех частях, читала?
- Но я хочу, чтобы ты... Чего?! - уставилась, густо краснеея Урика на Эр.
- Чего? - с самым наивным лицом уставился на нее он. - Так и написано. Я все три тома прочитал.
Оба помолчали, одинаково кусая губы и в один момент, синхронно прыснули со смеху, едва удержав друг друга на краю утеса.
Эр внезапно погрустнел и глядя вдаль перед собой, бережно взял руку Урики в свои ладони и положил себе на бедро:
- Как бы я хотел тебя... двадцать первой, - тихо, с надломом, проговорил он, поглаживая ее кисть: - Не прятать. не скрывать. Все бы знали... вы бы смеялись у костра вечерами... я бы смотрел со стороны. И все бы мне завидовали.
Тяжелый, горький вздох вырвался из его груди.
Урика задумчиво рассматривала профиль офицера. "Двадцать первой... Это, то есть... быть в его подчинении? Кхм... - улыбнулась она коротко уголком губ, - скорее ты моим станешь... подопечным!"
Лукавая улыбка пролетела по лицу ангела. Он выпрямился, развернулся к ней и склонил голову:
– Госпожа офицер Урика. Какие будут распоряжения?
- Повелеваю тебе петь, офицер Эр! - скомандовала Урика без единой запинки.
- Вода, вода, в темном море,
Принеси мне мою рыбку,
Любимую рыбку, золотую!
Самую ясную, самую вкусную...
Голос у него и правда оказался приятным, чутка грубоватым, что только добавляло удовольствия ушам, из тех небольших и вроде бы, ничем непримечательных голосов, но которые почему-то хочется слушать и слушать.
Эр прикрыл глаза и обнял ее за плечи, коснувшись виском ее виска. И тихо, печально продолжил петь, покачивая любимую в руках:
- Идёт пизда рогатая,
За малыми котятами...
Демония тихо захихикала, пряча свою радость в ладошку.
- И котятам всем пиздец... - нравоучительным тоном закончил Эр, открыл глаза и широко ей улыбнулся.
- Конечно... - сверкнула глазами демония, - один уже попался.
- На рога, - охотно кивнул Эр. - Пиздатые рога.
Урика осторожно положила его руку себе на рога и лёгкие бабочки - мурашки пролетели по её телу.
Эр окинул ее взглядом и хмыкнул, отмечая ее дрожь:
- А чего ты их не используешь?
- Сейчас? Они не для того, о чем ты подумал, скорее...всего, - принялась мять пальцы рогатая.
- Не для секса?! - вскричал Эр, распахивая глаза: - Я пошел тогда!
- Иди, - пожала коротко плечами Урика, убирая руку офицера от своих рогов.
Вместо исполнения угрозы, Эр схватил её поперек талии и нагло лизнул нос:
- Да ща. Попробуй, прогони!
Рогатая оценивающе посмотрела на него и вздохнула.
Эр сделал козью морду и закатил глаза:
- Чего опять?
Он искренне не понял, что сделал не так, она в его руках вся стала жесткая и напряженная. И чтоб вернуть ее расположение, зарылся лицом в ее волосы, и зафырчал лисой-подлизой на ухо:
- Фыр-фыр-фыр! Так а для чего рога? Хочешь, скажу, как нас учили?
- Скажи, - без особого интереса отозвалась она.
- Рога - это связь демона с другими, - охотно взялся обьяснять Эр, - как у нас поперечная полая кость. Вот тут!
Он постучал себя костяшками по затылку.
Урика задумчиво посмотрела, куда он указывал.
- Сквозь мозг проходит, - продолжал Эр, пытливо изучая ее взглядом - все еще сердита, или удалось отвлечь? - Это правда? Про рога!
- А дракону зачем рога? - словно вопрос с подвохом, уточнила она.
- Накапливают свет солнца и превращают в огонь, - Эр оседлал коня, которого знал лучше, чем свои пять пальцев - сведения из учебников: - Он идёт по своду черепа а оттуда в пасть! Схожие функции выполняют рога солярных существ - сюда относятся скарабеи, некоторые виды аггелов, которые демоны... кстати.
Он запнулся, вспоминая, что вообще-то слово "демон" считается оскорбительным, корректно называть их "аггелы", но Урика ни разу не жаловалась, да и в целом ему "демония" нравилось, было в этом что-то вкусное и пошлое... Она смотрела на него с любопытством, ожидая, что еще он скажет и Эр продолжил:
- Только скарабеи отдают накопленные силы не через рот, они жгут огонь как мы, на кончиках пальцев. Еще рогами наделены саламандры, притом как ночные, то есть, лунные, так и дневные виды... хм, кстати. Саламандры.
Он снова замолчал, решая, говорить или нет? Но решил пока повременить. С наскока можно снова нарваться на ее обиду, а если ей захочется сейчас от него дернуться, она же попросту с утеса упадет!
-Хвост хочешь? - нашелся он с переключением темы. - Чуть не забыл, мы же собирались!
Урика хмыкнула, капризно повела глазами и всё-таки азартно выпалила:
- А давай!
Взгляд Эр переменился, став предельно серьезным:
- Только это больно. Регенерация...
Демония наклонила голову набок и игриво замурчала:
- Какое заманчивое приглашение..
- Не такая боль, не мурчи! - строго нахмурился офицер.
Рогатая наигранно-удивленно округлила глаза, все еще играясь.
Эр на это погрозил ей пальцем:
- Я серьезно!
- Больней чем заживлять бедро? - с ехидцей уточнила она.
- Больней всего на свете, - с нажимом произнес он. - Заживление... это другое.
- И как отращивать? - скрестила она руки на груди.
Эр молча встал и протянул ей руку. Она не уверенно поднялась вслед за ним. Он отвел ее подальше от края, за высокий камень, с очень удачной выемкой, будто для них укромное местечко приготовила сама природа.
- Заставь меня плакать! Я поплачу тебе на хвост, ты скорчишься и потеряешь сознание. Я буду петь, и держать тебя.
Он говорил это все так деловито и так уверенно, будто список дел на день, важных, но в целом, рутинных.
- Это ещё зачем?! - свела она брови, словно ребёнок ей рассказывал глупую сказку.
Эр едва растянул уголки губ, и притянув Урику к себе, накрыл руками жесткий шрам срезанного хвоста.
- Правда, придется тебе снять твои эти прелестные штанцы... Когда очнешься, хвост будет тут, чесаться и бесить. Потом пройдет!
- Ясно, - деловито кивнула она в ответ.
– У меня соски так выросли. И пальцы. И скулы и ребра и лоскуты с плеч... - мрачновато перечислил он. - Ну что, сделаем? Время есть. Если да, тогда надо, чтобы я заревел, как сучка. Колыбельная смерти. Знаешь же? Все знают!
– Мы не местные, так-то, - пожала Урика плечами и почесала затылок.
– Все живые знают, - изогнул брови Эр и вдруг отскочил от нее: - А так ты же мертвая! Блядь!!
И он принялся хвататься то за ее плечо, то за свое лицо, взбудораженный:
- А сработает?! А может, так даже лучше? Вдруг, это ещё лучше, ну! Мощнее! Значит, я обрыдаюсь тогда до соплей! Попробуй!!
Урика смотрела на Эр, кривя лицо. "Он вообще меня слышит или где?" - спросила она сама у себя и с грустью вздохнула.
– Тогда я буду петь, а ты слушай, и чувствуй, - энергично кивнул Эр, и сжал ее плечо: - Ты ее найдёшь, эту песню, она в тебе. Ее все без исключения знают, ну не будет такого, чтобы ты нет! Закрой глазки, слушай сказки... Мне страшно... - шепотом добавил он и судорожно куснул губу.
– Не страшно тебе вовсе, - качнула головой и премило замурчала демония, стягивая обтягивающую бёдра ткань вниз. - Долой то, что помешает? - глупо хохотнула она, глядя ровно в глаза ангела.
– Ладно, - глубоко вдохнув, кивнул Эр и поцеловал два пальца, затем коснулся ими солнечного сплетения в небесном знаке самоблагословения. - Не страшно. Давай!
Офицер затих, весь торжественный и немного печальный.
Он уселся в выемке на камне, укладывая послушную демонию себе на колени.
Урика поерзала на костлявом ангеле, укладываясь поудобнее. Мослы, мослы... откормить бы этого красавца! Тонкий флёр аромата жасмина нежно коснулся её носа. Она жадно схватила его, укрывая и пряча в недрах своего обоняния. "Мой, мой, мой...!!" - жадно заплясало в голове. Урика даже забылась зачем они здесь.
Эр, словно настраивающий инструмент музыкант, плавно повел рукой вдоль изгиба ее тела, прикрыл глаза. И тихо-тихо начал петь, не размыкая губ. Шершавый, гулкий звук сочился, казалось, сквозь все его существо. Слов в этой песне нет, есть только гул ветра в могильных крестах осенней ночью. Только тьма и пустота. Крики воронов. Шёпот любимых губ. Мурчание кошки. Касание льда по губам. Шорох паутины на ветру. И тоска Черной Матери о судьбе всех тысяч и тысяч ее детей...
"Ты слышишь, Урика? Чувствуешь? Узнаешь? Ты ее знаешь..." - обратился он к любимой, и это был уже не только он - офицер Эдема Эр, а древнейшее божество, словно сама Смерть заговорила с ней, как могла бы говорить с первым живым существом во вселенной, чей час пришел... как с любимым ребенком жизни, чье время умирать пришло, как никому никогда еще не приходилось... мудрость и несправедливость, смирение и отчаяние, горе и покой текли сквозь этот голос.
Урика затихла, отбрасывая наконец, все шуточки в сторону. Ощущая, как слёзы сами бегут по щекам, переполняя душу и переливаясь через край ее ресниц...
В его голосе - вой ангела смерти, что забирает детей. Прямо из рук матери. Прямо из ее матки. В песне Эр тающее тепло любимых глаз. Остатки прикосновений. Осыпающиеся в Бездну минуты...
– Любимая, пой со мной, - прошептал Эр, вместе с тем, чьим дыханием пропитан был его голос и нежно, но крепко сжал ее руку.
Демония слышит зов Архангела Смерти. Она слышит голос неизбежности... Он поет о том, как повторяется снова и снова и снова эта песня везде и всюду. Как ее слышат все девять миров Вселенной. Как склоняются перед ней головы рогатые, златоволосые, темные, кудрявые, покрытые чешуей. Она всюду... Как медленно истончает и замедляет эта песня каждое сердце вокруг Мирового Древа. И как тают они от отчаяния, перед Неизбежным, не в силах принять его...
Урика тихо без слов запела за Эр, украшая его песню.
- Умница... - прошелестели губы ангела над ее ухом.
И его слезы, горячие, словно расплавленное стекло, что срывается с инструмента неловкого стеклодува, закапали ей на висок.
- Продолжай и ложись на живот, - чуть слышно подсказал ей серафим.
Демония послушно перевернулась на живот, утирая ангельскую слезу с виска. Словно каплю святой воды, что не берёт демона. Наверное, ей надо было ощущать что-то... а что? Ей было больно от его песни, в груди словно резало кривыми ножами, но не более. Она глубоко вдохнула и приготовилась - вероятно, это не конец, дальше будет обещанное им что-то страшное?
- Умница, - повторяет Эр: - Теперь я буду тебя держать. Можешь кричать, можешь меня бить. Я не отпущу. Теперь будет больно. Готова?
Рогатая молча, коротко кивнула, краем глаз наблюдая за Эр. Она вся подобралась и задержала дыхание.
Слезы ангела медленно, как во сне, сползли по его лицу и наконец, коснулись остатка ее хвоста.
Урика стиснула зубы до треска и глухо застонала. Вот о чем он говорил?! Словно жидкий металл, вдобавок, полный разъяренных пчел, растекся и въелся в ее шрам, утекая вверх, сжирая каждый позвонок!
Эр крепко сжал ее в руках, удерживая, не позволяя извиваться.
- Прости...
И снова капнул своим раскаленным железом, на этот раз, напичканным крошечных сюрикенов, что охотно разнесли на мелкие ошметки нутро.
Демония сдавленно зарычала, волчий хрип вырвался из её глотки. Да лучше б она сгорела живьем еще разок!! Неужели нельзя поменять эту казнь на другую, уже известную?!
- Постепенно будет ещё хуже, - тихо сказал ей на ухо Эр и коснулся мочки губами: - Прости. Но раз тебе больно, значит работает...
Рогатая силилась молчать, но всё же чувствуя как срывается в бездну отчаяния, пронзительно, как раздираемый хищником зверь, закричала.
- Держись!! - попросил ее Эр и на миг отпустив ее одной рукой, собрал слезы с лица и втер в ее шрам.
Длинные чёрные когти демонии, которым было всё нипочем, хоть меч ими точи, внезапно хрустнули и сломались, так остервенело вгрызалась она в камни.
- Все хорошо, - утешительно прошептал серафим. - Скоро ты потеряешь сознание. Потерпи! Потерпи...
Рогатая болезненно отпустила последний вскрик, утопая в клокочущей волнами боли Бездне.
Она обмякла в руках Эр и он испустил глубокий вздох облегчения, как существо, что осилило сложное, важное дело. Коснулся горячими от жуткой работы губами ее мокрого, в испарине виска, и бережно перевернул ее поудобнее. Бледная, тихая Урика, словно ватная куколка с фарфоровой рогатой головкой, чуть дышала, беззащитная в его руках. Эр склонился над ней, растроганно улыбаясь. Осторожно утер рукавом рубашки слезы с ее лица, промокнул набежавшую слюну в уголках вишневых губ. И покачивая ее на руках, принялся терпеливо ждать. Ему даже нравилось, какая она горячая, мягкая, мирная сейчас. Столько котячьей, девчоночьей нежности в ее мордашке, словно ей снится что-то очень хорошее... И столько безоговорочного доверия, к нему, к Эр! "Я никогда тебя не предам!!" - запальчиво решил он в этот момент. "Да, я толком не знаю, что это такое, меня не научили, я не видел настоящей честности, но я никогда тебя не предам! Для тебя я сделаю все!"
Бровки Урики дрогнули и на губах мелькнула чуть уловимая улыбка. Будто она могла его слышать, блуждая где-то в потьмах бессознания... А может, именно сейчас и могла! Когда разум ей не мешает и не искажает истинных смыслов того, что Эр сказал ей всем сердцем, а не словами.
- Хочешь сказку? - пробормотал он, и невесело рассмеялся: - Конечно, хочешь. Не отвечай. Жил-был котенок. Тупое начало, но у всех одинаковое. Из говна и палок создала его Черная мать. И сказала - пиздуй. Я приготовила тебе заебись судьбу. Ты слушаешь, любимая? А, да, куда ты денешься. Котенок думал - я ж воин бога, я очень важен для Неба! Ан нет! Оказался в Резерве. Так сказать, про запас. Сиди и жди, когда кто сдохнет в регулярной армии и тебя заберут. Дождался. Был просто день как день и пошел через пиздень. Собирайся, внезапно сказали ему. А??? Мне же рано, испугался котенок. Да всем похуй. Ты нужен Господу и точка. Классно, да? Чё сразу я? - подумал котенок, но взял плащ и поплелся на выход.
Рогатая котейка медленно приходила в себя, позволяя голосу ангела словно потоки ветра, вливаться в её сознание и слушая его сказочку на ночь, ничем не выдавая себя.
- Другие котята Резерва аж завыли! - продолжал Эр, уже громче. - Чё сразу он, возмутились они. А им отвечают - потому что Эр! Все понятно, да. Норм. Эр такой Эр, это все объясняет. Эо едва не сдох от радости - избавился от такой мрази! А что Наставник сказал? "Потому что Эр самая злая тварь из вас, и сейчас нужен именно он, он выживет, вы сдохнете!" И отвел меня за ворота Резерва. Я брел и ноги заплетались. Ар меня встретил первым. В глаза посмотрел заценил - подходит! А потом, суп с котом! И пирог с котятами, ага. Вылез из своей змеиной дыры... Та-дам!!! Наш драгоценнейший, схватил меня за плечо, осмотрел как лошадь на базаре - сколько лет? - четырнадцать. Он только кивнул, молча увел с собой. Ар ему сказал в спину: "Ур, давай без твоих приколов, война!" Тот хмыкнул. Потом я такой стою перед ним. А он - и че стоишь? Инициация, и вперёд, драконы совсем охуели. Я на него смотрю, он плащ бросил и вышел. Темнота... смертная и шепот Шахат. "Не бойся!" Ага, блядь, будто это возможно. "Ты офицер Огня, Гордость Смерти, а не тряпка! Ага, ну да, совсем нет! Ну и инициация, короче. После нее реально уже не страшно ничего, уже просто похуй...
И тут он заметил, как размякшее тельце демонии напряглось в его объятьях.
- О, ты очнулась. Ну как? Приятные ощущения?
Урика медленно, словно ей железные прутики приклеили, подняла ресницы и посмотрела на Эр с сожалением.
– Только не говори... - спохватился он куснул себя за язык: - Ой, бляяяяя...
Демония молча обвила тело Эр своим и тихо, тепло замурчала.