Эпизод 10: Сердце пополам
Скетч влюбленышей: Анна Синицкая.
Эр не побежал за Урикой, нет. Он знал, что так можно легко сделать еще хуже. Всегда, всегда может быть страшнее. Всегда есть куда, и нет этому никакого предела. Уж он-то, как пыточник, это прекрасно знал.
Прежде всего, офицер унял первые логичные порывы мчаться за ней, хватать, утешать, сдерживать. Затем внимательно осмотрел небольшой замкнутый двор. Если б хотела сбежать, помчалась бы обратно на проспект, откуда пришли. Но она занырнула в узкую трещину между домами. Хорошо. Знак того, что все-таки хочет быть найденной.
Он аккуратно и неслышно, но быстро ввинтился следом за ней, слегка оцарапавшись об острые углы сбитых кирпичей.
И оказался внутри покинутого здания. Холодного, разоренного, осуждающе глядящего выбитыми окнами.
Эр остановился и быстро пробежался цепким взглядом по острым, точно зубы драконов, стеклам. Нет, слишком мало места, она б ни в одно не поместилась. Значит, искать демонию надо именно здесь.
Чтож, хотя бы это точно совпадает с поведением Ур в его приступах "черной воды". Когда ему заливает сознание рваными волнами бреда, претензия наползает на претензию: как все охуели, особенно, конечно же, Эр.
Эр тихо вздохнул, и потер плечо, особенно жестоко сломанное в последний такой злобный порыв Ур, когда тот избивал юного любовника, вопя от боли и ужаса.
Эр не обиделся и вообще никакого особого значения перелому не придал. Ур гораздо хуже, чего уж там... Ур сам невыносим, потому что ему невыносимо.
Эр сделал три коротких, осторожных шага, прикидывая примерную линию, куда б демония могла метнуться, где спрятаться. Тишина стояла идеальная, если отбросить городской шум со стороны улицы. Затаилась, не дает себя почувствовать... "Эх, если бы на ней была моя руна", пролетела шальная мыслишка. Но как Ур не мог бы поставить свою руну на самом Эр, так и Эр не смог бы отметить Урику своей по закону. С руной ее было бы легко найти в любую секунду! С руной она точно любила бы меня...
Догадаться логически, куда Урику могло понести, не выходило, и Эр отдался на волю интуиции. Шаг по битому кирпичу, еще один... Не поранься, моя любимая, ты ведь босая!
Да, но будто она тебя уже не любит, даже и без руны...
Он тихо двинулся вдоль темной, в выщербинах, стены.
"Ты меня не любишь, пизда ты лживая!" - раздавались, словно из дальних комнат памяти, выкрики Ур. Ага, типа я могу НЕ ЛЮБИТЬ, когда ты сам же заставил, думал тогда Эр и не возражал. Какой смысл спорить с безумием?
Но сам Ур никогда не говорит, что любит. Только все ждет, чтобы Эр это сказал. Но кому нужны слова, если можно просто остаться и выдержать самые ужасные моменты вместе?
Наконец, сквозь ладонь, которой он вел по стене, кольнуло ощущение - она здесь.
- Урика! - тихо, но уверенно позвал офицер. Он набрал воздуха, подбирая слова, но произнес первые, что пришли на язык: - Мне все равно, я бы любил тебя и эльфом... Где ты, рогатая?
Он спросил это, чтобы показать ей - я тебя ищу, не убегай снова! Но уже знал - вот она, здесь. И правда, заглянув за угол, нашел ее в маленьком, темном закутке. Урика тихо плакала, спрятав лицо в колени. Эр болезненно сжался изнутри. Как же чудовищно безумие... Ничего нет, что могло бы причинять страдания. Ни ран, ни крови. Невидимая, черт ее знает, чем причиненная боль, самая что ни на есть, настоящая. Он протянул руку и мягко, бережно погладил демонию по шелковой голове. Она только чуть слышно вздрагивала, беззвучно рыдая. Оттого только больнее терзая сердце серафима. Если б она ревела коровой, размазывала по щекам слезы, жалобилась, было бы проще.
- Да какая разница? - с ласковой горечью проговорил он, сам не очень понимая, зачем. - Будь ты хоть из говна и палок, ты сама говорила. Мне пофиг!
Он говорил все, что само говорится, зная, что смысл не важен, важна интонация. Она не услышит, "что" он говорит, только "как".
- Заканчивай, чё как эта... - пробормотал Эр, коротким маленьким шажком перемещаясь так, чтобы если она задумает вскочить и снова попытаться сбежать, не дать ей этого сделать. И не позволить себя обезвредить, успеть схватить в железный захват, удержать в безопасности для нее и для себя. Замкнул ее в стратегически выверенную клетку из боевого офицера.
Но какой же пошлой чушью была последняя фраза!
- Утешитель, блядь, - проворчал он в сторону, легонько почесывая ее макушку меж рожек.
Урика вздрогнула и ощетинилась. Мягкость, нежность, сострадания... За всем этим всегда мчались боль и наказания без причин. Эр офицер, дознаватель... Может он и не был на поле боя, но военные порядки везде одинаковые. Демония осторожно утёрла нос:
– Лучше не знать кто ты... Лучше... - она вскользь взглянула на любимого и снова спрятала заплаканное лицо. — Гварнул вымещал на мне свою злость. Я умерла и конец! - мотнула головой, укрывая себя завесой смоляных волос. - Зачем тогда он дал мне жизнь? Харт...
Судорога сомкнула горло, Урика впилась когтями в колени до крови, удерживая себя на месте, не давая снова провалиться в ужас. Досчитала мысленно до трех и опасливо подняла вверх голову. В золотых глазах ангела плескалось сожаление. "Ему жаль, вот как?! Думает, я слабая?" - с каким-то даже изумлением подумала демония.
— Я должна найти его и... - начала она тихим, глухим голосом, и зубы сжались так, что речь оборвалась. Бледное лицо пугающе искажала злоба.
Ненависть к разбившейся мечте о спокойной жизни в небытие разливалась волнами, заполняла океаны глаз чернотой и снова отступала.
Эр не опускал рук, аккуратно, бережно поглаживая волосы и макушку Урики. Да, это то же самое, что с Ур. Глаза чернеют. Только у того линяют снова в голубые медленно, дня через два-три, а у демонии быстро, как сигнальные огни - проглянет синий, снова черный, и опять в синеву. Ну, своего рода, повезло - хотя бы не впервой, плавали, знаем!
Рогатая прикрыла синие, с огромными зрачками глаза, и опустила голову. "Эр не виноват... И нечего вымещать свою злость на нем!" - виновато покачала рожками она.
"Слабость - первая причина того, что о тебя вытрут ноги. Запомни это! Слабой ты можешь быть лишь тогда, когда чувствуешь себя в полной безопасности!" - затек в сознание вновь незнакомый, но пленительно родной голос. Глубокий, явно мужской. Будь он сладостью, в одно мгновение растаял бы на языке. "Чушь это всё! Слабой быть не вариант! Кто это поймёт вообще?!" - огрызнулась она, скрывая мысль от офицера.
"Не про страх к собственной слабости я говорю, глупая! Про доверие", - мягко откликнулся в её сознании пленительный голос.
Тёплая, с крупицами льда, ладонь легла точно между лопаток. Как на яву, пробираясь негой к израненому сердцу демонии. На коже, что удачно укрывал лоскут рваного худи, проявился золотой след ладони и тут же исчез.
"Не глупи, дурочка. Быть слабой при любимом тебе существе не зазорно", - стало ответом на немой вопрос рогатой.
Урика всхлипнула и вновь спрятала лицо в колени. "Кто бы ты ни был, отвалил бы подальше от меня!" - оскалила она острые зубы, сидя в своём укрытии. Воспоминания, голоса, чувства... Будто мало было и без этого! Жутко бесит... Так и хочется выдернуть все эти распушённые хвосты и бросить в огненный чан! Но тем не менее... Этот голос давал незримую надежду и грел, укутывая в уютный плед под ночным, полным звёзд, небе. Воспоминания утихли так же мирно, как и накатили волной.
"А кто сказал, что он меня будет любить любой?!" - надула она губы, покосившись из-под стены смоляных волос на Эр и замотала головой.
По чёрным остриям рогов промчались едва заметные изумрудные нити, словно крошечные бледные молнии, в пасмурном небе.
Эр заметил и быстро перебрал в уме, что это может значить. С шелестом мелькали страницы учебников, любой офицер знал их наизусть, но ничего подобного не находилось. Рога замшевые, рога хитиновые, рожки мягкие... ни слова о рогах светящихся. В раздумьях, он запустил руку ей в волосы и что-то царапнуло палец. Он очень осторожно выпутал находку и с замиранием сердца, понял - драгоценный зуб! Горячая радость разлилась в его груди. Она его носит, не потеряла!
- Я тебе помогу, - тихо, но твердо сказал он. Ему так захотелось немедленно обнять её, крепко-крепко, выразить всю признательность, всю любовь! Но он сдержался. Интуитивно казалось - нет, рано.
- Найти не проблема, - деловито добавил он.
Урика вскинула голову и посмотрела на Эр вопросительно-колючим взглядом. "Ишь ты, офицер! Всё ему не проблема! А как найдёт-то, когда сам говорил, что никакого такого Гварнула не знает и в помине?!" - разозлилась ни с чего рогатая. "Ну и пусть себе делает, что хочет!" - надулась маленькой обиженной колючкой демонийка, прижимая колени к груди сильней: - "Бу-бу-бу!"
Эр не нашел ничего лучше, чем натянуть ей на рожки капюшон, скрывая как в шалашике:
- Плятався, - шутливо пролепетал он.
Урика глупо хихикнула, натягивая капюшон ниже. Лучше укрытия, чем одеяло и глубокий капюшон - не найти! Это даже понадежнее драконьей шкуры!
Она вновь покосилась на своего любимого. "Какой же он всё-таки красивый... Нежный и стойкий..." - улыбнулась она скрытно уголком губ.
– Эр... - протянула она руку к своему холодному солнышку. Чернота боролась с синевой в глазах, не давая Эр понять, чего ожидать дальше.
- М? - отозвался он, приподнимая бровки и заворачивая губы внутрь. Взял её прохладную ладошку.
Урика притянула Эр к себе. Жадно и нежно одновременно. На лице демонии смешались воедино животный гнев и необузданная нежность.
Эр чуть качнул головой, отмечая ещё один знакомый признак безумия, опустился с нею рядом и обнял одной рукой за плечи:
- Ну, чё ты расклеилась, всё мы сделаем, - ободряюще проворчал он. - Подумаешь, злодеи, пхах!
Урика положила голову Эр на плечо и чуть слышно замурчала. Согревая холодную кожу ангела, забираясь под неё, проникая в его тайные, потаённые уголки, что заледенели от напастей.
- Не таких пиздили, - утешительно, проговорил он, поглаживая её волосы.
- А я на часть ебобонь, - невпопад заявила Урика и нервно хохотнула.
- И чё? - усмехнулся Эр: - А я на часть смерть!
Рогатая задумалась на мгновение и расплылась в довольной улыбке:
– Сожжем всех нахуй? - предложила она так, словно под худи залезть позвала.
Эр с глубокой, согревающей нежностью посмотрел ей в лицо:
- Обязательно, любимая! Именно это огненные офицеры серафы делают.
И тихо, задумчиво прошептал, не отрывая взгляда:
- Кто бы мне сказал, что я такое однажды скажу... Любимая. Женский род... Пиздец, да?
Демония тихо хмыкнула, пытливо посмотрела в золотые глаза и потянулась к губам ангела:
- Можно? - скорее как приказ прозвучал тихий шёпот Главнокомандующей.
Эр приоткрыл заманчиво покусанные губы и прошептал:
- Да уж теперь чего нельзя...
Урика тихо рассмеялась и едва касаясь, поцеловала желанные губы.
Эр замер в замешательстве, лишь глаза широко распахнулись. Так можно, что-ли? Без укусов?
Урика хитро улыбнулась, разглядывая своего офицера. Неспешно оседлала ангелочка, завораживающе медленно повела кончиками пальцев по его форме от ремня на штанах, по животу и груди вверх. Синие океаны её глаз вспыхнули:
- Я голодная...
"Ну вот, Ур тоже хочет всегда, как дикий, когда отпускает ебобо", вскользь подумалось Эр.
- Хочешь мою печень, рогатая? - лукаво предложил он: - Но не сегодня...
И поморщился, вздыхая:
- Завтра надо быть в бою. Я ещё руны не ставил никому...
Демония премило покачала рожками, прижимаясь жарким лбом к чуть холодному лбу офицера.
– Я не так голодная... - обворожительно понизив голос, проговорила она и горячие вишневые губы жадно впились в прохладные бледно-розовые.
- Ммм, - промычал Эр сквозь поцелуй, самую малость упираясь.
Урика едва слышно прошептала:
- Сейчас отпущу...
Но руки её жадно взяли Эр за лицо, не отпуская.
- Да похуй, на рассвете поставлю! - выдохнул Эр и скользнул языком между вишневых створок. Зубки Урики мгновенно завладели им, легко прокусывая, наполняя поцелуй привкусом сладковатой с горчинкой крови.
Между ними стремительно разгорался неукротимый пожар, противиться становилось просто бесполезно. Да никто из них и не хотел, и не пытался!
Коготки демонии проникли между пуговичек формы серафима, с ласковой жестокостью царапая упругую ягодку соска. Эр заурчал, словно поймавший мышку кот, крепко ухватил демонию за талию и перевернул на спину. Он знал, что под ними нет острых камней, битого стекла, успевая следить за важными мелочами даже полуслепым от страсти!
Урика ахнула, под лопатками хрустнул камешек, но не больно. Она игриво повела ресницами, изучая своего ангелочка. Того, кто смело ринулся в бой с ней, захватив в плен любовных чар! "Какой ты в бою? А чей это дом? А магия ведь запрещена на Небе, чего ты ей пользуешься?!" - все вопросы смешались уродливым комом в её голове. Урика отбросила этот комок прочь, сейчас единственно важным было лишь единение с ангелом. Они вдвоём и большего ей желать не хотелось!
Эр навис над ней, и всю осмотрел, с жадностью и предвкушением цепляясь взглядом за прорехи на её одежке. Белая кожа нежно просвечивала, соблазняя ещё сильнее, придавая ещё большей желанности ненадежно прикрытому телу.
- Кстати! - воскликнул он вдруг и в азарте даже чуть встряхнул демонию: - Померяемся шрамами?
Урика хохотнула и посмотрела горящими глазами в золотые.
Эр весело и грубо рассмеялся, отпуская её и садясь.
Демония едва приоткрыла спину, задрав рваное худи, беспечно смеясь:
- А давай!
Эр приоткрыв рот, словно ребенок, что нашёл карту сокровищ, провёл подушечками пальцев по тоненьким бледным линиям на фарфоровой спине. Такие необычные рисунки он ещё не видел никогда, а он-то повидал все варианты, что можно оставить на коже! Но здесь, будто потрескалась прекрасная и дорогая ваза. Он быстро глянул на демонию - да чем же можно было нанести такие повреждения? Невероятно... Но спрашивать, конечно же, не стал. Интуиция заперла вопрос глубоко в горле, подсказала - до добра не доведет, молчи.
Эр быстро стянул свою рубашку через голову и развел руки:
- Зацени-ка! Мне однажды соски срезали. Как тебе новые? Немного не такие, как были. Эти темнее. Ну, так вроде тоже ничего, ага?
Урика внезапно лизнула сосок Эр:
- Сладкий... Те были ещё слаще? - муркнула она, зажмурившись довольно. Эр часто, будто кусочек льда приложили к нежной части, задышал:
- Видимо, да. Срезали и сожрали...
Ему всё больше нравилась эта игра. Хотя немного глупо и опасно, вдруг демонию не стоит наводить на разные воспоминания. Но будь уже что будет, он был готов поймать и утешить её снова, если будет надо.
Рогатая вновь накрыла сосочек ангела губами. Принялась играть с ним кончиком языка и осторожно покусывать, не причиняя боли:
- Вкусный... - мурчала она от удовольствия, распаляясь сильней.
Как же приятно растекалась по коже её слюна! Горячая, тягучая, с чудесным розовым запахом, как роскошный бальзам! В ней хотелось полностью искупаться. Горячие мурашки множились в животе от мыслей, где ещё язык демонии может скоро оказаться. И Эр ловко раскрыл застёжки на штанах, подсказывая ей:
- Смотри, вот тут, на животе! Дальше хочешь глянуть? - лукаво прикусил губу он, обводя размытый треугольник после наконечника стрелы, что почти уже исчез.
Урика нежно облизнула шрам на животе Эр, словно мама кошка. Едва слышно прошептала:
- Покажи... Хочу залечить все твои шрамы...
Эр поджал и без того впалый живот и пискнул, как девчонка:
- Щекотно...
И подтянув к себе колени, он сноровисто расшнуровал и сбросил сапоги.
Урика спешно, дрожащими от предвкушения руками, помогала своему офицеру избавиться от кандалов одежды.
Он ухватил край её рваного худи, торопясь урвать своё у грубой жизни, пока не отобрали. И наконец, раздеть демонию по-настоящему! Сейчас, когда есть что снять, этот момент предстал по-настоящему лакомым!
Рогатая вдруг замешкалась, глядя на Эр с просьбой в глазах.
Эр насторожился, не отпуская края худи:
- Зачем остановилась? Что мешает?
- А меня... не ослепит ангельским светом? - со смешком пролепетала она.
- Проверь, - напряженно ответил Эр. - Ослепнешь - значит, я Архангел!
Урика настороженно потянула штаны Эр вниз, усыпая мелкими поцелуями его живот и ниже, ниже...
Томительно медленно приближаясь к самому сладкому месту ангела.
Эр сладко встрепенулся - ну, давай же! Она подняла голову, положила его руку себе на колено и плавно повела выше:
- А кстати, как тебе моё новое бедро?
- Шелковое, - пробормотал Эр, голодным взглядом впиваясь в место, где сходились упругие, стройные конечности девчонки. Она замерла, рука её поверх руки Эр дрогнула.
- Испугалась? - грубо рассмеялся ангел. И быстро, требовательно, уже не спрашивая, поднял её руки вверх и вынул всю её из худи. Вздох облегчения вырвался из его груди - ну, наконец-то! Он любовно огладил её шею, грудь, живот и облизав губы, поглядел в её лицо.
— Я ж демоноебобонь! - рассмеялась она бархатистым смехом, смешанным со звонкими льдинками, - куда уж страшнее?
- Попался демоноебобоне... - пробормотал Эр, откидываясь на локтях назад. - Тебе помочь?
И не дожидаясь ответа, выпутался из штанов окончательно. Притянул демонию к себе ложась на спину и укладывая её сверху:
- Учти, ангелу должно быть больно, иначе не получится... - прошептал он ей на ухо, сминая на затылке её тяжелые, шелковые волосы. Аромат роз дурманил, лукаво играл с сознанием, словно нежный дым. - Используй свои клыки!
Урика оглядела поле страсти. Живот, ребра, грудь так и просили об укусах... Она заурчала, давая волю клыкам. Всё в нём было таким бесконечно вкусным!
Эр изгибался под ней и шипел кошкой, скользкий, мокрый от крови, цепляясь за её волосы. Ему казалось, если отпустить, она исчезнет, или он, или случится что-нибудь ещё!
- Какая же ты пиздятина... - вырвалось сквозь сжатые зубы ангела.
Урика громко замурчала, кровь офицера текла с её губ, язык жадно слизывал тёмные дорожки. Впуская наслаждение глубже, рогатая прокусила плечо Эр, впилась когтями в спину.
Чувствуя, как близка сладостная пропасть, Эр схватил её руку и облизал пальцы, царапаясь языком о когти:
- Давай! - потребовал он. - Сейчас!
И опустил её руку вниз. Остановиться на краю желанной пропасти было бы преступно - ведь если он сейчас же не взлетит от наслаждения, то просто разобьётся.
- Пиздец... Черт... - жаркими толчками с дыханием выплёскивались слова. - Покажи мне дракона!
Урика зарычала зверем и впилась в желанную плоть Эр клыками.
- Не могу... Как хорошо. Эр... Прошу... – желая получить ещё больше своего любимого, демония подняла полные красного тумана глаза к офицеру.
- Ты меня раскрываешь! - выпалил Эр, едва противясь урагану, что сметал его сознание. Но и здесь ему надо было проследить, во всём убедиться: - Умеешь имя тянуть? Давай! Открой рот...
Урика послушно приоткрыла рот.
В глазах Эр мгновенно потемнело, во тьме вспыхнули звезды, всё ярче, ярче... он схватил её за лицо и притянул к себе.
Демония едва держась за единственный камушек, что не давал ей сорваться вниз, вонзила когти в плечи Эр. Жадно, самозабвенно требуя всё, что в нём есть, отдать ей немедленно!
Тот самый ураган внутри Эр порвал последние путы и вырвался. Глубокий, утробный, долгий и протяжный выдох полился изо рта в рот.
Урика широко распахнула глаза, принимая сладкий выдох ангела и вздрагивая вместе с ним.
Эр оторвался от её губ, не выпуская её лица из хватки. Всё его тело сотряслось крупной волной. Он буйно тряхнул головой и выкрикнул:
- Ебучий ты эльф, Урика!!! Чтоб я сдох...
Испугавшись, что опять что-то не то натворила, рогатая чуть дыша прошелестела:
- Что такое!?
Эр испуганно прикрыл ей рот рукой:
- Нет, нет, держи! Впитывай! Иначе сломается, - с тревожной таинственностью проговорил он: - Чувствуешь?
Демония дрожала всем телом в унисон с ангелом, словно они два воробья, сидят на одном проводе, что качает от порывов ветра. Она не сводила с него алых глаз, полных и наслаждения, и страха, и желания получить ещё... Не шевелясь, она ощущала как что-то тёплое, словно молоко с медом и специями, растекается внутри неё.
- Заебись, да? - внезапно веселея, спросил Эр:- Скажи...
И рассмеялся, весь какой-то дурной и шальной.
— Дааа... горячо... - согласно прошептала она, накрывая губы пальцами. - Это...
- Охуенно это! - взял её за плечи и легко встряхнул серафим. Затем порывисто прижал к себе и спрятал её лицо у себя на груди, жадно поглаживая её спину и волосы. - Я теперь твой! Кому попало имя не выдают. Теперь ты мне тайное имя отдашь! Я научу!
Демония опешив, уставилась на офицера:
– Ты его только так можешь узнать?!
- Так и узнаю, ну а ты думала? - покивал он. - Только смотри, душу держи а имя отдай.
- Душу держать? — захлопала она ресницами, склоняя голову к плечу. "Что еще за чушь?"
- Ты поймёшь, что это она. Я как бы всё сразу буду тянуть. Но ты душу не отдавай! Только имя, - деловито разьяснил Эр.
Демония ничего не поняла, дурачась, вскинула брови и вернула руку туда, куда так хотела:
— Ваше изуверское величество! - театрально воскликнула она. - Я готова учиться под Вашим чутким чле... Кхм. Руководством!
Эр хмыкнул, прищурился и пошлая улыбочка прошлась по его губам:
- Найдешь член, меня зови!
Урика захихикала, получая желанное - ловко орудая пальчиками в разгорячённом месте.
- Это по-твоему, на член похоже?
Она приложила палец к губам и прошептала с хитрицой:
— Тссс... А-то спугнешь! — сверкнули алые глаза Урики, пальцы пытливо играли с разбухшей горошинкой ангела.
Эр выгнулся в талии назад, удобней подставляясь ей. Жар разгорался всё сильнее, не успев еще потухнуть после первой ласки. Это было так легко... Обильной от желания слюной увлажнить свою ладошку и приласкать её в ответ, точно так же, как это делала сейчас она. Туманная, полная искр тьма застилала ему глаза снова, так быстро, слишком быстро, что он только успевал прерывисто подсказывать:
- Рот... Открыть... Не забудь... Ах... Блядь! - вскрикнул он, когда подушечки пальцев словно кто куснул. Не то, чтоб больно, но так странно неожиданно. Он приоткрыл глаза, ускоряясь, чувствуя, как плотные, упругие, шелковистые кольца ритмично обхватывают его пальцы. Как мощные волны ходят внутри неё, он ярко чувствовал это через её кожу, через всю плоть, похожие на потоки ослепительного солнечного света, так же, как ходят волны в раскалённом воздухе пустыни. И как они готовы перелиться через край её губ, и вынести из тела её душу, слишком дикие буйные!
- Черт!! - выкрикнул он, страшась, что неопытная демония не совладает с бешеным потоком: - Душу держи, говорил же!!
Урика непонимающе уставилась огромными глаза на Эр.
И это испугало его ещё сильнее, ведь начавшийся поток закрыть уже нельзя, это ужасно вредно, легко покалечить раскрытую душу!
- Чё ты остановилась? - с досадой воскликнул он. - Просто продолжай!
Тогда она прикрыла глаза и будь что будет, раз он так требует! Вцепилась когтями в тело ангела, переливая в его рот, словно большую полную чашу кипящего, пьянящего вина.
Эр выгибаясь к ней и крепко держа за затылок, добавил ещё пару пальцев, позволяя ей всё сделать самой, двигаться к вершине так, как она сама хочет. Перемешивая шепот стонами сквозь зубы, он повторял:
- Ещё, ещё... Чувствую твоё имя... Еще... да! Выдыхай!
Демония сливала драгоценному ангелу всю себя без остатка. Одновременно чувствуя и собственную душу и как отделяется частичка от неё, словно от сияющего слитка золота откалывается маленькая, бесценная чешуйка, плавится и звонким, бархатистым туманом стекает с вишнёвых губ.
Эр порывисто приник к любимой, склоняя голову ей на плечо. Всё его существо торжествовало, каждая частичка словно танцевала, в ни с чем не сравнимом, ослепительнейшем счастье! Это состоялось между ними...
Урика дрожа всем телом, старалась не обмякнуть, не размазаться в лужу, стекая на Эр жгучими каплями.
Эр жадно, словно хотел языком захватить её рот в плен, облизал её губы и клыки:
- Сссладко...
Урика едва слышно заурчала, закрыв рот рукой. Посмотрела большими глазами на Эр, без сил сползая с него.
- Как... Блядь, не знаю, как что. Ни на что не похоже, - пробормотал он и судорога наслаждения прокатилась по всему его телу, клацнули ангельские зубы. Он встряхнулся, рыкнув, весь купаясь в ощущенье сладостного обновления, будто каждая косточка, каждый кусочек его плоти пропитался солнцем.
Урика мягко опустилась рядом с офицером, подтянула к себе колени. Чуть слышно прошептала, разглядывая его:
- Эр?
- М? - отозвался он, рассеянно нашаривая в полутьме штаны.
- Почему ни на что? - напряжённо уточнила она. Имя похожее ни на что это вообще нормально? Или нет?
- Хорошее имя у тебя, - пробормотал он, натягивая штаны. - Не знаю, мне не много сладкого доставалось!
Урика встревоженно, пытливо глядела на офицера. Эр взял её руку и положил себе на солнечное сплетение:
- Вот тут оно теперь. Чувствуешь? А моё тут!
И его ладонь легла в ложбинку меж её грудей.
Урика закрыла глаза, чувствуя тепло. Длинные реснички поднялись вверх и синие океаны её глаз встретились с золотыми озерами Эр.
- Приятно, да? - понизив голос, пробормотал он.
- Пиздец как... - чуть дыша, чтобы не спугнуть, прошептала она и улыбнулась.
Эр поднял голову к потолку и весело рассмеялся:
- Ха-ха, ну ты точно моё имя сьела! Ты теперь немножко я, оно и видно. Пиздятина! - он потянулся к демонии и жадно впился в её губы снова. Обхватил её затылок обеими руками, уткнулся лбом в её лоб и запальчиво пообещал:
- Я никому не позволю тебя обижать. Ты моя!
- Теперь ваше имя под надёжной защитой, - проговорила уверенно Главнокомандующая, - господин сладкий офицер!
Лукаво-пошлая усмешка изогнула кошачьей линией его рот:
- Ну все, теперь знаете, как ангелов трахать... Пользуйтесь, мадемуазель.
- Желаю трахать только своего сладкого офицера! - блеснули глаза демонии.
Вместо ответа, Эр судорожно вздохнул и погладил её по лицу костяшками.
Рогатая заурчала, закрывая глаза. Прижалась осторожно к его груди, внутри которой бешено билось ангельское сердце.
- Эр? тебя там не убьют за задержку? - подняла она глаза к любимому лицу.
- Неа, - покачал он головой, блаженно поглаживая её плечо. - Главное утром вовремя всех с руной вывести.
- Какая-то руна защиты для солдат? - уточнила она, водя кончиком когтя по белоснежным ключицам ангела.
- Руна пиздюлей, - с циничным смешком, отозвался он. - Означает, что я приду и всем развешу по ебалу, если кто их обидит!
Урика приподнялась, заглядывая в глаза Эр:
- Точно?
- Да! - с жаром выдохнул он. - И за тебя тоже. Любишь меня?
- Люблю! Жалею, что раньше не умерла, чтобы увидеть тебя! - запыльчиво закивала демония.
- И я люблю тебя, пиздятина... - блаженно улыбаясь, ответил Эр. С сожалением, поцеловал в висок, чуть отстранил от себя. Ужасно неохотно натянул на плечи сползшую рубашку. - Вернусь, хвост будем отращивать. Хочу тебя за него тянуть!
- Драконий? - глупо рассмеялась Урика.
- Как скажешь, - с напускной деловитостью свел брови серафим. - Можно и такой. С колокольчиком!
Урика расхохоталась, запрокидывая голову назад.
- Ладно хоть не на шею, как коровам, - покачала она рожками.
- Учти, если я умру... - наставительно начал он. - Каким коровам?
– Только попробуй умереть! - надула демония губы.
- Не попробую, - мотнул он головой. - Мне не нравится. Пробы показали, нахуй надо. Так что там с коровами?
- Коровам на шею вешают, - вздохнула она, с растущей грустью наблюдая, как он медленно, затягивая с расставанием, перебирал мелкие пуговицы формы.
- На лугу пасутся ко, - пробормотал он, - правильно, коровы!
Его тревожило, как же она здесь одна останется? Вдруг, её снова скрутит безумием? И вообще, им бы провести эти двое суток вместе, рядом, любуясь друг другом, позволяя новой связи прочно прорастать, Соединению закрепляться... Но это невозможно, тут и рассуждать нечего! Безопаснее всего ему будет вернутся и играть в полнейшую невинность, изо всех сил стараясь ни малейшей тени правды выдать. А ей лучше всего будет именно здесь, в мире людей. Максимально безопасное для такой, как она, место. Люди страшны только для самих себя, для демона же они милые, бессильные котятки.
Покончив с рубашкой, Эр встал и подал ей руку, помогая подняться. Пока она вставала, сунулся носом в её волосы, поспешно хватая запах роз с нотой фенхеля, огладил всё её упругое, гибкое тело, сладко ухмыльнулься:
- Что тебе с войны принести? - отвлекая её от печалей, спросил он.
- Себя! - продолжала дуть губы демония.
- Ну, не обещаю... - задумчиво проговорил он, заправляя рубашку за ремень штанов. - Но постараюсь.
И добавил тихо, еле слышно:
- Если я умру, тебе будет очень, очень больно.
Ведь надо было ей это сказать. Сказать хоть что-то, о том, что он на самом деле вытворил. Некрасиво будет просто так это оставить. Но вместо того, чтобы найти правильные слова, он проворчал в сторону:
- Не надо было это делать... Поздно. Мы с тобой беззаконные теперь, кстати.
И встряхнув волосами, с преувеличенной радостью, в улыбке показал все зубы:
- Поздравляю!
Глаза его шало, безалаберно сверкали. Он будто стоял не просто на границе двух миров, а на границе самой морали. Качнёшься в ту или иную сторону, и ты либо обычный офицер Эдема, со зловещими, опасными тайнами за душой (а он был уверен, что у каждого какая-нибудь дрянь, да имелась!), или законченный преступник, дезертир, смертник, которому недолго осталось. Обязательно поймают и казнят. И он бы не раздумывал, когда б дело касалось одного его. Но её... Урику, теперь уже его Соединенную, "жену", как сказали бы в Среднем мире, он за собой на эшафот тащить не собирался.
Урика, неуверенно сминала пальцы и смотрела на Эр непонимающе:
- Мне и вправду будет больно... - опустила она глаза вниз. Подняла остатки худи и нехотя влезла в него, перепутав дыру с горловиной, выпуталась, влезла куда нужно. - Или ты о другом?
Эр не ответил, глядя на нее большими, болезненно сверкающими глазами.
Она осторожно взяла руку Эр и облизала каждый его палец по отдельности.
- Ты не умрёшь, потому что ты мой! - с настоящей угрозой прошептала она.
Эр пригасил ресницами сверкающий взгляд, уравновесил нервы и уже спокойно улыбнулся.
- У нас таким цветы в волосы вплетают и песни поют. Соединенным....
Он опустился на горку кирпичей у стены и подтянув к себе брошенные сапоги, обулся и принялся споро шнуровать их:
- Эх, знал бы, что так будет... - с мечтательным сожалением проговорил он. - Цветы бы принес. Ты бы взяла.
Он мог бы и создать из самого себя другие, просто вынуть как обычно, из волос. Точно так же, как создают руны, просто вообразив, что они существуют, и те появляются на ладони, так же ангелы "выращивают" и свои цветы, что закреплены от рождения и в запахе, и в тайном имени. То имя, что не произносят, которое он назвал ей только что, сокрыто и в цветах жасмина. Если аромат мог быть звуком, то и жасмин и Эр звучало б одинаково. А имя Урики звучало бы совсем необьяснимо, как звон, как ледяная капля, что упала в пустоту. И то не точно, описанию оно вообще не поддавалось.
Но для настоящего Небесного Соединения нужны были цветы специальные. Выращенные в молитве, за три дня поста, без еды и секса. Да что уж теперь...
Урика аккуратно вытянула из волос цветок Эр, что он ей подарил на конюшнях. Даже запах ещё плавился в воздухе. Свежий каким и был тогда.
Эр охнул и медленно поднялся:
- Ого... Погоди...Ты сохранила?! - восклицал он, трогая то свое лицо, то её: - Ну все, я спокоен. Только мне теперь твой нужен.
Урика оглядела себя, помяла рваное худи.
- Эм... - она задумчиво размотала бинт на руке. Достала сухой цветок розы. - Если только так, - подняла она виноватый взгляд к ангелу.
Он протянул руку и так замер, будто не решаясь взять. Возьмёт - и еще один маленький шаг, скрепляющий их еще прочнее, следующая часть ритуала.
- Ого... Вот ты... Ничего себе... - только и сумел сказать он. Решившись, взял и спрятал розу в волосы. Она поблекла, истончаясь, обратилась собственным призраком и исчезла в туго стянутом белом хвосте офицера. Золотистые, шершавые мурашки звонко пробежались по всей его коже. Он взял руки любимой в свои, и поглядел в глаза, сияющими тайной глазами:
- Спасибо...
Рогатая довольно разулыбалась, жмурясь от счастья.
- Я... В общем... - прерывисто залепетал Эр, потирая её руки в своих: - Ты поняла. Я тронут... Но ты не слышала, ладно?
- Ничего не слышала! - отчеканила демония и отдала честь, как в старых гвардиях Среднего мира, раз тайное венчание состоялось здесь, скрашивая тягостный момент расставания.
- Я так на колодце буду до утра стоять с тобой, - тщетно скрывая горькие чувства, проговорил офицер: - Не будешь грустить?
Урика тяжело вздохнула.
- Буду грустить и ждать. Это ты не грусти, мой сладкий офицер! А то клыки не вырастут! - невесело рассмеялась она.
- И пиздень отвалится, - грубовато хмыкнул офицер и глубоко вздохнув, позволил её рукам выскользнуть из его рук. - Ну ладно. Давай. Люблю тебя, рогатая!
И тронул розу в волосах, которую уже никто не видел, и ощущал один лишь он.
- Люблю тебя, господин сладкий офицер! - прошептала она, вплетая обратно в волосы, уже истаивающий туманом, жасмин офицера.
- А! - Эр поднял вверх палец: - Двое суток ничего не ешь. Чуть не забыл. Терпи, вплоть до минуты. Раньше хоть на миг нельзя. Если конечно, не хочешь со мной ослабить связь. А ты не хочешь!
- Не хочу! - покачала Урика головой, с пошлостью в глазах, - я съем тебя потом!
Эр широко, залихватски улыбнулся:
- Я вернусь, не парься!
Демония с нежностью смотрела на Эр. Она приложила ладонь к груди, как скрывают от непогоды хрупкое растение. Чувствуя, как внутри разливается незримое, горячее и яркое, то, что только сейчас начинается между ними!
Эр поцеловал два пальца, поднял их над плечом, прощаясь. Сердце ему словно разрезало напополам, когда он переступил порог дома, где оставил свою Соединенную. Одна часть осталась в заброшенном доме, завернутая в её рваное худи.
Вторую он, решительно, не оборачиваясь нёс к колодцу. Каждый шаг причинял ему боль.
********************************
Любимые спасибо, что вы с нами!
Приходите читать быстрее и больше на бусти!
Это хороший способ избежать трудностей с ваттпад и сохранить доступ к сериалу!
Все новости и ссылки вы найдете в тгк shkola_yas
Особняк Яны Гецеу.