Полукровка

Светало. Темный город вампиров, Арканн, покидала родная тьма, уступая место редкому солнцу. Его лучи скользили по острым готическим крышам и чистым камням тротуара. Пролетарий - отбросы среди вампиров, сторонились солнца, и здешние маньяки, выискивающие человеческие жертвы, или более слабых вампиров, расходились по своим закоулкам. Измотанные в поисках хоть какой-либо пищи, эти вампиры были теми, кто опасался солнца, в то время, как более высокие статусом свободно начинали свою дневную жизнь. Тем, кто закрепил свой титул в вампирском обществе, как Джек, или Фауст, не стоило бояться голода: они имели вес перед одним из правителей города, Робертом, или Дэвидом, которые снабжали всю "аристократию" кровью.

Джек наблюдал с балкона за тем, как улицы очищаются от незадачливых маньяков. Он сам не успел восстановить силы после ночного опыта над Адамом. Поэтому при малейшем контакте с солнцем, его кожа начинала шипеть. Даже тот факт, что он почти полностью выпил своего подопытного, не давал ему гарантии свободного передвижения. "Вот чем отличается почти бесполезная кровь человека от крови полукровки." Вот зачем Дэвид собирал этих изгоняемых отовсюду существ. Джек обернулся на Адама. Мальчик был бледен, и почти обескровлен. Кровь полукровки ему не приживалась, тело покрылось пятнами. Адам закатывал глаза и часто вздрагивал. Нужны были срочно дорогие лекарства с Эроса, иначе мальчик умрет. Джек хладнокровно наблюдал за ним.

«-Умоляю, спасите мою дочь! - кричал бедно одетый мужчина, который понятия не имел, что Джек вампир, и в те времена даже не был врачом.

Презрительно посмотрев на невероятной красоты девушку, он щёлкнул клыками и ушёл. Ему не нужна больная кровь.

Это было несколько столетий назад, во времена полной анархии, когда ещё не существовало самого понятия "мира", "полукровизма", "человека"... Были лишь вампиры, возомнившие себя хищниками и загнивающее людское племя в качестве не очень хорошей пищи. Дэвид был успешным правителем процветающего Арканна, у которого почти не было приближенных, и до тех пор, пока к власти спустя некоторое время не пришёл Роберт, а с ним и появилась первая в мире полукровка, понятия аристократии в мире хаоса и крови не было.

В то время в бедном, деревянном, но чистом и ухоженном домике со смертью боролась человеческая девушка, дочь мельника. Может быть, соломенные волосы, голубые глаза, чистая кожа и худое, благородное лицо что-то, да зацепили в душе бесчувственного хищника, а может быть, из-за того, что больная кровь не годилась для питания, Джек сидел на крыше дома напротив и наблюдал в окне за дрожащим пламенем свечи.

Желудок урчал от голода, а силы почти иссякли, чтобы прорываться через закрытые дома. Хотя, стояла темень, время вампиров было на исходе: горизонт потихоньку озарялся солнцем. Простояв пару часов перед домом умирающей, Джек медленно поплелся на родину, чувствуя себя отвратительно.

Дэвид скалился, осматривая свой город хищников.

- Великая империя. - довольно протянул он. - Посмотри, Роберт, сколько вампиров вокруг.

Роберт, будучи очень молодым вампиром, равнодушно посмотрел в окно. Он помнил ещё те времена, до переворота, когда цвело человеческое племя, кругом были дворцы и уютные улицы. Сейчас же полуозверевшие вампиры громили остатки прошлого мира, и называли себя богами.

Дэвид сидел на грязной куче людских сооружений, и, нужно отдать ему должное: с блеском в глазах, он был чем-то похож на короля. Помойного короля, царствующего в хаосе.

- Я не вижу ничего красивого в грязи. - тускло ответил Роберт. - Твоя империя построена на крови, а этот ресурс исчерпаем...

Дэвид, казалось, перестал дышать от нахлынувшего на него бешенства. Будучи крупнее Роберта, он показывал свою силу очень грязным, не вампирским способом.

- Как ты смеешь говорить такое?! Вампиры - великая нация!!!

Дэвид схватил Роберта за грудки и силой кинул его о стену. У самого Дэвида, как у короля вампиров, было много здоровой человеческой крови, в то время, как Роберт, являясь лишь его приятелем, был истощен. Дэвид прижал Роберта к стене.

- Посмотри до каких зверей опустилась "великая нация". - сипло проговорил Роберт. - И посмотри на людей, великий король.

Дэвид швырнул приятеля на пол и, сложив руки, развернулся к окну.

- В деревнях кончается чистая кровь, из-за пртеснения вампиров люди живут плохо, болеют и умирают. Женщины не рожают, мужчин становится все меньше. Посмотри правде в глаза, вот наша еда - перед тобой. Вот чем мы питаемся и слабеем с каждым днем в собственных глазах, великий король. Задумайся, прошу тебя. Вымрет людское племя, умрём и мы.

Роберт поднялся, отряхнулся от грязи и прямо, как на равного, посмотрел в спину Дэвида.

- Сгинь с глаз моих. И не попадался мне никогда. - выплюнул Дэвид.

Роберт фыркнул и ушёл гордо умирать в мире анархии под правительством Дэвида.

На исходе следующего дня, когда из здоровой еды были только младенцы, Дэвид собрал свою полуголодную шайку бандитов - большинством таких же тщеславных хищников. Дэвид, ходя по комнате, пытался здраво рассуждать.

- Роберт прав только в одном: нам не хватает еды. И мы ходим в обмотках. Нужно отбирать у людей ещё больше земли и ресурсов.

Роберт, тоже присутствовавший на собрании, недоверчиво махнул головой, и посмел высказать свое слово.

- Мы должны пробовать размножаться человеческим способом.

Дэвид опешил.

- Это крайняя ситуация. Вся живность, иначе, вымрет, и будет плюсом, если получится передать ребёнку наши гены. - объяснил Роберт. Дэвид начал истошно хохотать.

- Связь вампира со своей едой невозможен!

- Можно попробовать. - сказал Джек, будучи тоже на собрании. Они встретились взглядом с Дэвидом, Джек был серьёзен.

- В прошлой жизни он был врачом. - добавил Роберт. - Надо попробовать.

Дэвид помолчал.

- Хорошо. Пусть наши вампиры ходят в человеческую деревню. Начинайте лечить людей.

-Земли тоже придётся сократить. - сказал Роберт. Дэвид подошёл к нему вплотную.

- когда женщины начнут рожать, тогда и сократим.

Джек начал вспоминать свои навыки медицины, с тех пор, как был человеком. Приходилось ходить по разрушенным библиотекам и среди пыли искать нужные книги. Через голод это было тяжело сделать, но выбора не было.

В один из таких солнечных дней, сидя за столом с книгой, Джек не заметил тихие шаги.

Та самая больная девушка без страха подошла к стеллажу и с интересом и некой настороженностью уставилась на Джека. Голодный вампир, чувствуя мерзкий запах, испытывал только отвращение к больной девушке. Но на изможденном лице внезапно появилась улыбка.

- Можно присесть?

Джек молчал, и девушка, не дожидаясь ответа, похромала к нему. В руке у неё было яблоко. Девушка вздохнула и с улыбкой откинуоась назад, без страха открыв шею и посмотрела на потолок.

- Я любила это место ещё раньше, когда оно было целым. Мы с мамой сюда часто ходили, и я знаю почти каждый уголок в этой библиотеке.

- Вот как... - вздохнул Джек, радуясь любой компании.

Они помолчали, затем девушка с интересом заглянула в книгу.

- Гематология?.. Что-то про кровь.

- Да. - удивился Джек. - ты интересуешься медициной?

- Немного читала про неё. Тут много таких книжек.

Они снова помолчали.

- Знаешь, я была бы рада помочь тебе. Хотя бы где-то я буду не бесполезной.

Целые дни проходили в поисках нужной литературы на разных языках, и Уна - так звали девушку, много помогала Джеку, разьясняя ему давно забытый человеческий жаргон и устаревшие термины.

- Знаешь, ты не так уж и бесполезна. - выдал Джек однажды.

Применяемые самодельные препараты Уна позволяла использовать на себе. Она мило ойкала, но совсем не боялась много разовых шприцов. Со временем Джек понял, что раз и навсегда влюбился в неё.

- Приходи ещё, доктор. - улыбался её отец. С тех пор Джек стал желанным гостем в Эросе.

Но однажды все изменилось. Из леса в деревню стали приходить могущественные существа, обменные вампирами, и вскоре Эрос погряз в хаосе...»

- Как сейчас помню. - говорил Эрнальд, сидя у постели Адама. - Всё пылало огнём, дом Уны завалило обломками. Если бы лечение, которое я назначил, помогло ей, она могла бы встать и убежать вместе со мной.

«- Уна! Дочка! - надрывался папаша, пытаясь поднять тощую девушку. Кругом трещал огонь. Было невыносимо жарко, в доме стоял густой дым.

На пороге возник Джек. Прикрывая нос рукавом, он пробился в комнату Уны.

- Выбирайтесь отсюда! - орал он. С диким треском деревянная стена, вмиг вспыхнувшая огнём, обвалилась на Джека. Вампир гнулся под её тяжестью, с начала лечения он так и не испил ровно никакой крови.

Уна улыбнулась, и произнесла свои последние слова так, чтобы их слышал только Джек.

- Ты был лучшим, что у меня было в жизни.

Отец кричал, пытаясь обессилившими руками поднять дочь. Но сам едва ли не погибал от дыма. У Джека потекли слезы.

- Ты тоже. - тихо проговорил он. В следующую минуту стена обрушилась, унеся жизнь его любимой. Из последних вампирских и человеческих сил, Джек схватил отца Уны и выскочил из горящего дома».

Эрнальд вздохнул и поджал губы. В руке он сжимал холодную ладонь Адама.

- Её отец не выдержал такого удара. Спустя некоторое время, он покончил собой.

В голове всплыло воспоминание. "Решившись выразить соболезнование, Джек пошел через лес из города вампиров. В руках он держал маки и гладиолусы - несочетаемые цветы с лесной поляны, где любили находиться влюбленные. Тоскливо смотря на цветы, Джек перебирал ногами сырую после дождя землю, как внезапно услышал треск деревьев. На ветру шаталось тело, Джек узнал его изгибы, и, со временем, к цветам на могиле Уны добавилась медицинская книга её отца.

- Существа, пришедшие из леса, были во много сильнее нас. - продолжал рассказывать Эрнальд. Должно быть, своим вампирским тщеславием мы разозлили их. Самая первая полукровка, которая получилась от Дэвида и людской женщины, была настолько могущественна, что одним своим дыханием могла сравнять мир людей и мир вампиров с землёй. Прародительница грифоннов, будущая покровительница и божество ведьм, она получила имя Арканн, в честь которой назовут в будущем город, который создаст Роберт... Арканн встала против нас всех. Это был страшный враг, которого было не победить силой. Увидев, что ситуация ухудшается, Дэвид сбежал. И на престол пришлось вступить Роберту- тогда ещё очень молодому и не погрязшему в грехах вампиру... Тогда всем убмйцам и маньякам пришлось принять альянс с людским родом. И чудо: спустя какое-то время, Эрос начал разрастаться, люди стали сильнее и вместе с вампирами начали побеждать жителей лесов. Кругом пела природа, город вампиров ушёл обратно в свои готическим замки, оставив разрушенную промышленность людям, которые сумели отстроитьься, завести животных и невольно найти корм для своих вампиров - друзей. Жизнь начала улучшаться, стали создаваться различные союзы, возросла медицина, и, вскоре, болезнь, от которой умерла Уна, стала легко лечиться.

Первая полукровка с появлением мира, бесследно исчезла раз и навсегда, оставив свое имя городу вампиров.

И по сей день осматривая Арканн, стоящий на грани войны только потому, что Дэвид решил вновь вернуться и завладеть землями, Эрнальд думал, что все могло легко решиться. Решение, спасшее и Эрос, и Арканн несколько столетий назад, состояло в том, что вместо анархии нужно было применить, хотя бы, солидарность с Эросом, чтобы не голодать самим вампирам.

Выпрыгнув из повозки, Эрнальд бежал в ближайшую аптеку Эроса, буквально сгорая под палящим солнцем. Полуобгорелое под дымчатым пальто тело сильно напугало продавца, несмотря на то, что кожа генерировала, пока Эрнальд со спокойной улыбкой говорил, что ему было нужно.

- Знаешь в чем состояла моя ошибка в лечении Уны? - спрашивал Джек, наблюдая, как оголяется от заходящего солнца ладонь. Пальто на нем было растрепано, в длинных волосах застряли ветки. - У меня не было тех умений и лекарств, что есть сейчас, а Уна не была так же молода и здорова, как и ты.

Глаза вампира-медика сияли, хотя, лицо было спокойно. Он положил руку на ладонь Адама.

- Будь уверен, ты будешь жить.

Адам был бледен, цвет кожи менялся от чёрного до красного, с глазами непонятно что творилось, тело пытались во что-то трансформироваться.

Едва стукнула глубокая ночь, и у малородных вампиров появилась возможность свободно передвигаться по улицам, Джек, взяв свой кейс, вышел из дома.

Прямо и целенаправленно идя по улице, он пробрался по закоулкам на территории ОПВСВ, где ошивались третьесортные вампиры. Натянув серый котелок почти на глаза, Джек спускался все ниже по улице, уходя во все более оживленные и тёмные уголки Арканна.

- Слава Дэвиду! - кричали опьяненные запретными веществами полуголые, потерявший всякий страх, вампиры. Джек, не обращая внимания на полупьяных девиц, лезущих к нему, все двигался по секретному маршруту, известному только приближенным Дэвида.

"А, ведь, он чему-то смог научиться у Роберта, раз уж смог дорасти до целой преступной индустрии" - думал Джек. Раньше Дэвид действовал один, и все, что у него было - обломки прошлого величия государства. А тут даже кричат его имя во славу его дешёвого авторитета...

К Джеку прицепилась странного вида девушка. Хрупкая, в коротких вызывающих шортиках, она была укутана в дорогущий, по меркам редкости лесных животных, мех. Перекинув руку через плечо Джека, девушка зашипела пьяным голосом ему прямо в лицо.

- Дэвид наше будущее. Ты согласен с этим?

Девушка начала водить рукой по груди Джека, цепляясь за пуговицы, спускаясь к паху.

Джек помолчал, ожидая, когда группка вампиров, проходящих мимо, оставила их наедине.

- Знаешь, я могу сделать этот мир ещё лучше. - протягивала девушка, продолжая грязно двигать рукой. Искоса наблюдая за удаляющейся группой, Джек дождался, пока смолкнут их голоса.

- Знаешь, я согласен с тем, что Дэвид - это будущее.

- Это власть и былая слава вампирам... - с азартом прошептала девушка в сомкнутые губы.

Джек резко развернулся и рывком свернул барышне шею.

- Только оно ведёт к голоду и бесславии.

Девушка бездыханно опустилась на тротуар. Пешка Дэвида. Хладнокровно посмотрев на неё, Джек пихнул тело ногой в канаву, а сам, немного постояв, убедился в отсутствии слежки. Немного погодя, он продолжил свой путь.

Контора Дэвида, гордо называемая "штабом" при лунном свете, была не больше, чем притоном. Джек поднялся через дурманящмй дым на верхний, отстроенный этаж, где было много прекрасных женщин самого разного вида, возраста и расы. Вампирские шлюхи, редкие виды полукровок, русалки, нимфы, эльфы, людские женщины, подростки, дети, взрослые - все одурманенные травой стояли в прикроватной зале Дэвида, могуче восседающего на троне. Среди этого розового дыма, в полутьме, Джек прошёл через женщин и подошёл прямо к Дэвиду.

Завидев его, Дэвид, сохраняя величественный вид, встал, и, хлопнув в ладоши, разогнал дым. Вскоре, все женщины, улыбаясь и виляя бёдрами, разошлись, и зал опустел.

Дэвид лениво подошёл к трону и взяв рубашку, начал накидывать ее на свои плечи , стоя к Джеку спиной.

- Надеюсь, у тебя была веская причина прервать меня. - раздался его грубый голос.

Джек поклонился.

- О да, ваше величество. Я достал то, что вы просили.

Дэвид резко развернулся.

- Ты достал кровь той полукровки?

- Лучше. Я достал саму полукровку.

Дэвид воссиял. Развернувшись, он поднял голову к витражному потолку. Лунные лучи упали на бледную шею, полурасстегнутую рубашку, широкую грудь.

- Наконец-то... Это мой ребёнок... - Дэвид начал кружиться. Волосы кружилась вместе с ним, подчёркиваю статус настоящего короля. Казалось, вся комната кружилась вместе с ним.

- Где она?.. Где она? Полукровка, мой ребёнок, где он?

- У меня дома. Мне пришлось применить силу, ведь его не хотели отдавать.

- Как его зовут? - приблизился Дэвид.

- Адам. - уверенно сказал Джек. - Это та самая полукровка, которая тебе нужна.

Дэвид развернулся. Чувствуя невероятное ощущение в преддверии всецелого могущества, он пошёл босыми ногами прямо по лунной дороге, ведущей к витражному окну.

- Мы победили Роберта... Джек, мы победили.

Долго длилось молчание.

"- Я соврал о том, что все знают про Кайлу. - говорил Джек Адаму."

Дэвид не знает. Дэвид не знает имени, возраста и пола своего собственного ребёнка. А кровь, которую Джек перелил Адаму, была кровью первой полукровки, каким-то чудом сохранившейся у Роберта.

- Но знаешь, Джек... - внезапно остановился Дэвид. Джек поднял голову и встретился взглядом с Дэвидом.

- Мне не нужны люди, которые имели какую-то связь с этим отбросом...

Резким движением, Дэвид разрезал лезвием воздух. Полоса крови брызнула из горла опешившего Джека.

- Эпоха Роберта ушла. - сказал Дэвид, снова развернувшись к окну. - теперь вампиры будут вампирами.

Джек, издыхая, повалился на бок. Котелок свалился на пол, и ему чудилось, что его окружают маки и гладиолусы.

Хриплый смех раздался эхом по большой разрушенной библиотеке. Улыбка и ясные голубые глаза, которые болезнь так и не смогла потушить и его, Джека, смесь непонимания, радости и,... человечества. Всё это всплыло в его памяти сейчас, все моменты, которые они провели вместе, как будто это и была вся его жизнь.

"Уна... Я хочу сохранить мир, в котором ты жила. - думал Джек. - Прости, что так и не спас тебя и твоего отца. Я ухожу к вам... Прощайте, ребята. Прощай, Эрос. Спасибо за все, Адам. Спаси этот прекрасный мир."

Свет потух в глазах вампира. И дважды мертвый человек сейчас умер в третий и последний раз.