На расстоянии выстрела

Телефон издал неприятный звук, и Мейлин проснулась, сбрасывая с себя одеяло и увидев в сообщении призыв к действиям. Сегодняшней ночью она снова наденет платье, главное, чтобы этот Хичоль не напоил её, как Йесон, потому что девушка абсолютно не будет соображать, а ей надо было ещё и цель свою убить.

Без свидетелей.

Как всегда.

Мей проспала практически целый день — очень плохо переносила алкоголь, даже от пива с собственными подругами, что остались в Японии, вечно отказывалась. А ведь стыдно сказать, что у неё дикая непереносимость и последствия, которые потом придётся расхлёбывать не только ей.

Приготовив себе перекусить, девушка уставилась в окно. Буквально через стенку от неё был мужчина, который заинтересовал её, но ничем не впечатлил, кроме хорошего вина. Он не стоил совершенно никакого внимания, потому Мей, поев, сразу же припустила в комнату, натягивая вчерашнее платье и наводя простой марафет.

Выходя из квартиры, которую нельзя было назвать своей, и попутно вызывая такси, девушка оглянулась на дверь, из которой выходила ночью. Такие мужчины, как Йесон, ей осточертели — получив тело, они сразу делались незаинтересованными в дальнейшей жизни так называемых жертв, и потому Мейлин покачала головой, вызывая лифт. Нечего думать о нём, о том, кто даже не закрыл за ней дверь.

Сегодня будет кончено с очередным человеком, смерть которого выгодна.

* * *

Шивон сидел на коленях, убирая всё нужное в спортивную сумку. Чонсу в это время старательно убирал вещи всех троих в рюкзаки — взято всегда с собой всё самое необходимое, потому сборы никогда не занимали больше получаса. Один только Йесон неторопливо надевал удобный костюм и поправлял кепку на голове. Из мыслей всё не выходила сегодняшняя жертва: он с этим человеком говорил совершенно недавно, и да, хоть он показался тем ещё говнюком, вроде не плохой.

По крайней мере, он не из той породы ублюдков, которых обычно убивает Йесон.

— Чонун, ты готов? — Чонсу выглядел немного взволнованным. — Ты за весь день ничего не сказал, только...

Мужчина весь день только и занимался, что изучением досье, построением планов и вливанием в себя кофе. Казалось, от стольких кружек ободряющего напитка сердце вполне себе может попрощаться с владельцем, но Йесону хоть бы что — просто встряхнулся и стал чертить свои схемы дальше.

— Пойдёмте. Билеты на самолёт у нас есть? — мужчина не обратил никакого внимания на слова старшего, просто схватил подготовленную Шивоном спортивную сумку и устремился к выходу из квартиры. Больше в эти помещения они не возвратятся.

— Конечно.

Вроде бы и обычные слова, но Йесон заметно нервничал, потирал руки и оглядывался, будто не хотел кого-то видеть и о приближении этого кого-то хотел знать. Ни Шивон, ни тем более Итук не знали, в чём причина столь нервного поведения, но Чонун только кивнул, заходя в кабину лифта. Он хотел, чтобы этот день как можно быстрее кончился, потому что слишком уж сильно что-то внутри него билось.

И нет, явно не сердце, которое глотнуло сегодня слишком много кофеина.

У мужчин был свой ритуал перед «делом». Они работали бок о бок уже много лет, потому разработали даже такое. Как говорил Шивон, практичность в этом ритуале была точно такая же, как и в мочении против ветра, — нулевая, но добавляла что-то особенное во взаимоотношения всех троих.

Скрещенные пальцы всех троих соприкоснулись, а потом Шивон «разбил удачу на троих», как он это называл, — просто ударил кулаком по скрещенным пальцам и потряс рукой, будто ушиб её. После этого трое мужчин сели в машину и поехали к пункту назначения.

Йесон, как всегда, был за рулём, сжимал его. В машине царило гнетущее молчание, ощущение, что скоро произойдёт что-то непоправимое. Именно водитель почему-то сжимался внутри, будто не мог сдержаться, включить холодность. Нет, волнение было всегда, это считалось нормальным, но не сейчас.

— Хёны, я думаю, как только мы прилетим в ту страну, куда у нас билеты, вы просто обязаны угостить меня пивом, потому что кое-кто, — и тут Шивон весьма красноречиво посмотрел на молчаливого водителя, — не дал мне развлечься с девочкой.

— Черти что у тебя в мозгах: выпивка заменяется девочками и наоборот, — Итук покачал головой. — Моя роль в плане, Йесон?

Дорога была какой-то длинной, даже непривычно, хотя Ли Хичоль жил достаточно близко. Чонун задумался; он рассказал всё только Шивону, который был непривычно серьёзным в тот момент. Он будто чувствовал, что этот случай — какой-то новый в их практике.

— Хён, ты будешь ждать нас в машине на водительском месте. Шивон, после дела ты заскакиваешь вместе с оружием на заднее сидение, я же сажусь спереди, и мы едем в Инчхон, — рассказал всё Йесон. Вообще, по части планов у него всё хромало — именно поэтому почти всегда Чонсу сидел до поздней ночи, делал всё, чем был занят Чонун.

— Хорошо, положимся в этот раз на тебя.

А Йесон только сжимал руль руками, да так, что побелели костяшки.

* * *

— Тут жарко, господин Ли, — девушка улыбнулась, не спешила подпускать порядком опьяневшего мужчину к себе, а потом играла, немного его распаляя. Пришлось самостоятельно раскрыть балкон нараспашку, а затем почувствовать грубые мужские руки на талии.

— Тебе хозяин за молчание платит или за что? — раздался раздражённый вопрос.

— За сопровождение и секс с незнакомыми людьми в крайнем случае.

Ей, правда, платили за убийства людей, но лучше эти подробности опустить.

Мей поклялась себе, что не покажет сейчас свою правую неоголённую ногу: именно там находилась кобура пистолета. Девушка проворачивала эту схему уже несколько раз, и осечек не было никогда. Все мужчины, которых ей давали, являлись доверчивыми козлами, знающими только то, что такое деньги и секс.

Через несколько минут мозги этого господина, Ли Хичоля, будут разбросаны по всей комнате. И это не Мейлин так решила — пистолет за неё всё решил.

— И как ты предпочитаешь — жёстко или нежно? — мужчина проходился пальцами по обнажённым плечам девушки, а она только податливо откинула голову назад, будто дожидаясь поцелуя.

— Как господину хочется, так я и сделаю, — проговорила Мей, улыбаясь.

А мужчину, что был не особо разборчив в связях, лишь бы была прелестная мордашка, повалил девушку, за которую отвалил нехилую такую сумму, на незастеленную кровать, что пахла дорогими женскими духами. Это было странно: Мей говорили, что он практически ни одну представительницу прекрасного пола не приводил к себе в дом, в то время как в спальне явно чувствовалась женская рука.

Домработница, что ли, время от времени лежит под ним?

А вообще, вроде говорили, что убийство заказала его девушка, которая устала от систематических измен. Посылать женщину на это задание было достаточно опрометчиво.

План летел к чертям собачьим, когда Хичоль сжал Мей в объятиях, не давая даже двинуться, не то что протянуть руку к пистолету. Он шептал что-то непотребное, расстёгивая штаны и мерзко хохоча, а потом развёл колени девушки в сторону, неожиданно замечая кобуру.

— Красавица, ты поклонница острых ощущений? — он провёл пальцами по гладкой икре, и Мейлин взялась за кобуру, вынимая пистолет. — Ну тогда поворачивайся спиной ко мне, даже с предохранителя сниму, раз так хочешь, чтобы не только я тебя трахал.

— Боже мой, ну и дерьмо из твоего рта льётся, — дежавю почему-то дало о себе знать, ударив под дых, и Мей сняла с предохранителя оружие, улыбаясь. — Ну ладно.

Раздался выстрел, и руки и лицо девушки вновь обагрила кровь.

Мей, брезгливо отпихнув от себя ещё дёргающееся в конвульсиях тело, направилась в ванную умываться. Вот оно — то, что в своей работе девушка не любила. Багровая жидкость, которая после очередного убийства покрывала лицо, руки и одежду. Только вот хорошо, что в гардеробе было полным-полно тёмных вещей, на которых кровь совершенно незаметна.

Но придётся сейчас действовать быстро.

Йесон как-то занимался альпинизмом, но совершенно не ожидал буквально влететь в раскрытое окно, валясь на пол и сбивая пару цветочных горшков. Увидев тело мужчины с раной прямо на лбу, мужчина нахмурился. Босс говорил, что тщательно отбирает заказы, так почему же этот Ли Хичоль оказался убит?

Время поджимало, в ванной шумела вода, и мужчина с винтовкой наперевес бросился прямо туда, отцепив себя от троса. Наверху его ждал Шивон, который контролировал время и всё остальное, и сейчас надо было действовать быстро. Потому Йесон и толкнул дверь в ванную комнату ногой, на ходу прицеливаясь в человека, чья сгорбленная фигура оказалась около небольшого рукомойника.

— Ты?! — Йесон раскрыл рот, совершенно не ожидая тут увидеть Мей — ту самую девочку из эскорта, только на этот раз с красными от крови руками и перепачканным лицом. — Какого чёрта?!

— Думаешь, до того, как полиция приедет, мы успеем переговорить? — нервно спросила девушка. Рядом с её ногой валялся пистолет, как же неосмотрительно, но Йесон только и мог думать о том, что эта хрупкая юница только что убила его цель.

— Не успеем, тем более мне сказали действовать без свидетелей, — глушитель сработал без осечек, только вот рот девушки исказился, когда в её ногу вошёл патрон, а сама она упала на колено. — Ничего личного, просто работа, Мей.

Лин внезапно потянулась к дулу, прислоняя его к своему лбу. Оба были холодны, но обоих пробивала дрожь. Йесон отбился от графика на двадцать секунд, сирены полицейских уже визжали, подгоняя, а Мейлин неожиданно широко улыбнулась.

— Стреляй, придурок. Иначе заложу полиции и придумаю сказочку о том, как я хотела спасти своего любовника.

— И всё-таки ты тайный агент.

— А ты всё-таки наёмный киллер.

И Йесон, закрыв глаза, выстрелил. Это был первый и последний раз, когда он убил женщину.

Как только тело Мей упало на пол, забрызгивая кафель багровой кровью, мужчина развернулся и ринулся прочь, обматывая себя тросами и дёргая, чтобы Шивон помог подняться. Заминка всего лишь на долю секунды, но она нужна была, чтобы перевести дух и попытаться стереть из собственного воспалённого сознания сцену, которая развернулась совершенно недавно.

Шивон резко убрал все инструменты в спортивную сумку, туда же была уложена винтовка, а потом мужчины бросились к пожарной лестнице, спускаясь с неё максимально быстро, насколько позволяла военная подготовка, а потом спрыгивая, подгибая колени. Йесон чуть не упал, но всё равно шустро скакнул за младшим к машине.

— Вы совсем офонарели?! Копы на хвосте, едем!

Чонсу гнал как ненормальный, буквально крича на Шивона и Чонуна, что слышал всё словно через вакуум. Он молчал с того момента, как сказал напарнику о том, что убил женщину, а потом просто стёк по сидению вниз, хватаясь за виски.

Это всё было странно.

Весь день странный.

— Бросаем машину и бежим, — мужчины еле выхватили собственные сумки и ринулись в здание аэропорта, где царило спокойствие.

Это должно было быть обычной рутиной: приехал, выследил, убил, но Йесон для себя решил — никогда, чёрт побери, больше не ходить с Шивоном в клубы и не брать заказы, в которых сказано, что тот или иной человек любит время от времени ходить в клубы.

Женщин убивать он больше совершенно не хотел. Да и вообще убивать.

Пора на пенсию.

Сидя в аэропорту и чиркая зажигалкой, что позаимствовал у Шивона, Йесон думал. Да, однозначно, его это всё зацепило. Привык работать без свидетелей — привыкни, что случаются какие-то накладки. Из-за чего? Да потому что два человека хапнули один и тот же заказ, а заказчик ничего не сказал, будто не знал, что делать в таких случаях.

— Молодой человек, пожалуйста, не курите здесь, — молодая работница аэропорта обеспокоенно посмотрела на Йесона, что с отсутствующим видом смотрел в окно, на взлётную полосу. Через двадцать минут объявят посадку на рейс, что увезёт его в Париж.

— ...и только язычок пламени от зажигалки покажет ей путь, который надо пройти к небу, — пробормотал мужчина, лохматя чёлку. Эта девушка, которую он убил, любила курить. Совершенно неженское занятие.

— Что-что? — женщина не поняла слов странного парня, но он отмахнулся.

— Извините, задумался, — о ком? О Мей.