Смерть человека, рождение вампира

Чонгук: Лиса, пожалуйста, останься со мной!

Мои дрожащие руки лихорадочно обводят контуры ее лица. Я склонился над ней, умоляя открыть глаза. Готов сам отдать жизнь, но она не может уйти... Секунды кажутся вечностью. Мне кажется ее бесчувственное тело больше никогда не придет в движение... Я не слышу ее! Но веки дрогнули и ресницы очень медленно разомкнулись.

Лиса: Чонгук... Но... Что?..

Чонгук: Лиса!

Господи, она жива! Я сжал ее в объятиях с безмерным облегчением. Готов начать молиться и благодарить кого угодно за это чудо.

Чонгук: Я думал, что ты мертва! Я думал... что убил тебя!

Говорю я в ее волосы, поглаживая по голове.

Лиса: Все в порядке... Мне просто немного... холодно.

Чонгук: Нет, не в порядке! Я же говорил тебе, что это рискованно!

Я понимаю, что теперь могу ее задушить и ослабил объятия. Она жива и говорит со мной. Черт, как же я этому рад! Постепенно страх за ее жизнь утихает и я возвращаюсь в реальность к своим ощущениям. Внезапно понимаю, что не чувствую тепла ее тела, как обычно.

Чонгук: Черт! Ты ледяная!

Я быстро накрыл ее тёплым одеялом. Из-за большой потери крови ей даже согреться тяжело! А все из-за меня! Из-за того, что я не смог вовремя остановиться. Мне всего лишь нужно было прекратить! Я так зол на себя, что встал и со всей силы ударил кулаком в стену. На штукатурке тут же появились трещины. Меня это не заботит, я хочу заглушить боль, которая внутри, физической, но это не получается.

Чонгук: Черт, я же самый настоящий монстр!

Несколько раз я разбиваю руку в кровь, но она заживает, будто ничего небыло.

Лиса: Успокойся... Нет смысла злиться.

Я отвернулся от осыпавшейся стены и увидел, как она завернулась в одеяло и идет ко мне, но тут же опасно пошатнулась. В мгновения я оказался рядом и поддержал ее.

Чонгук: Тебе сейчас нельзя вставать. Не хочу, чтобы ты потеряла сознание.

Я прислушался к сердцебиению. Слабое, но ритмичное, это хорошо.

Лиса: Можешь остаться со мной?

Я отвел ее к кровати и снова уложил. Я чувствую, насколько она слаба. Ей даже на ногах стоять тяжело. Сев на край я закрыл лицо руками.

Чонгук: Мы не должны были этого делать...

Я начинаю в полной мере понимать какую ошибку совершил.

Лиса: Мы же только попробовали... Я никогда не чувствовала ничего подобного! Это было прекрасно!

Я посмотрел на нее. Наверное она не до конца пришла в себя и вампирское обольщение еще на нее действует. Иначе я не могу найти объяснение такому безрассудству.

Чонгук: Прекрасно?! Лиса, черт возьми! Если бы ты умерла, все равно считала бы это прекрасным?

Постепенно я даже раздражаюсь ее беспечности.

Лиса: Не стоит говорить со мной в таком тоне... Я потрясена так же, как и ты, если не больше...

Конечно, она понимает, что чуть не умерла, это видно. Она сбита с толку и находится в шоковом состоянии. И в этом виноват я. Пришлось отвести глаза потому, что у меня нет сил смотреть на любимое лицо, когда я так облажался.

Лиса: Мне скоро станет лучше.

Она пожимает плечами, будто это повседневная мелочь. Я же полностью опустошен случившимся.

Чонгук: Лиса, ты не понимаешь. Ты хоть представляешь, каково мне было бы жить с твоей смертью на совести?! Подумай о последствиях!

Она опустила глаза.

Чонгук: Нашей семье пришлось бы бежать из города. Ты не забыла, что меня и так уже подозревают в исчезновении Розэ!

Это бы не сошло с рук. Клан ведьм и так нас презирает, а люди шепчатся о бедной исчезнувшей без вести девушке. Она положила руку мне на плечо.

Лиса: Прости, я не понимала, как это тяжело для тебя. Мне не стоило настаивать...

Я горько усмехнулся нашей беспечности.

Чонгук: Ты искусила меня, но я прекрасно знал, что делаю, и, как всегда, принял неверное решение.

Лиса: Все зашло слишком далеко, но в следующий раз...

Я отшатнулся в сторону.

Чонгук: В следующий раз? Ты, наверное, шутишь?

Я просто не могу поверить своим ушам. Ее лицо принимает упрямое выражение, которое, как я уже знаю, практически не возможно переспорить.

Лиса: В следующий раз мы будем осторожнее.

После того, как она побывала на грани смерти, она думает о следующем разе?! Если для нее эта мысль допустима, то для меня исключено. Я бы себя не простил. До нее убитые мной были всего лишь... носителями еды, но она... я бы больше не смог существовать с грузом такой смерти.

Чонгук: Следующего раза не будет! Я больше не стану подвергать тебя опасности!

Лиса: Успокойся. Мы должны посмотреть на вещи под другим ракурсом...

Я всмотрелся в глубину глаз и увидел веру, которую видел до этого. И даже поверил в нее, но это не изменит того факта, кто я есть. Сегодняшняя ночь лучшее тому доказательство.

Чонгук: Я это уже сделал!

Лиса: Чонгук, дай нам немного времени!

Я не тот, кто совершает дважды одни ошибки. Она должна понять, что больше такого не повторится.

Чонгук: Лис, я больше никогда не стану подвергать тебя опасности!

Я встал и начал одеваться.

Лиса: Ты злишься на меня?

Злость не самое подходящее описание. Тем более, что бы она не говорила, это я не сдержался. Терпеть не могу ощущение слабости.

Чонгук: Я чувствую себя виноватым!

Я подобрал с пола футболку.

Лиса: Чонгук... Что бы ты ни решил, знай, что с тобой я пережила один из самых прекрасных моментов в своей жизни.

После такого она должна меня ненавидеть. Но нежность в ее голосе, заставляет мое сердце сжаться.

Чонгук: Не говори так...

Я смотрю, как она поднимается, все еще в одеяле, и кладёт руки мне на шею с обоих сторон. Не выносимо смотреть в любимые глаза и чувствовать себя таким беспомощным. Мне было бы намного легче, если бы она рассердилась и ударила меня. Я бы не сопротивлялся, я заслужил.

Лиса: Я не хочу потерять тебя...

Воздух наполняется аппетитным запахом крови. Я наклонился к шее посмотреть.

Чонгук: Рана снова начинает кровоточить. Ты должна отойти от меня.

Говоря это я не могу оторвать взгляд от тонкой красной струйки, медленно ползушей по светлой коже. Ничего не стоит подобрать ее языком. Я почти чувствую этот вкус... Некоторое время я сопротивляюсь давлению ее рук в свою грудь, но потом все таки отрываю взгляд от раны. Клыки царапают губы, а сладкий запах щекочет ноздри. Я сдерживаю свои движения, что бы снова не наброситься на нее, но это сложно. Все во мне взывает к крови. Я вижу, как ее руки снова тянуться ко мне. Опасно близко. Мне хочется сказать об этом, но я боюсь, что если открою рот заговорить, то снова укушу ее. Она обхватила мое лицо ладонями и встряхнула.

Лиса: Сохраняй дистанцию. Мне нужно одеться...

Как только она отошла, я смог вдохнуть более чистый воздух, уже не с таким содержанием в нем крови. Нужно прекратить кровотечение.

Чонгук: Следует позаботиться о твоей ране...

Где-то в комоде я видел аптечку.

Лиса: Что ты делаешь?

Чонгук: Ищу компрессы и антисептик, чтобы обработать твою рану...

Открыв следующий ящик я нашёл то, что нужно.

Лиса: Я же сказала, что со мной все хорошо. Я лишь чувствую небольшую слабость.

Взяв все собой я подошёл к ней стараясь меньше дышать.

Чонгук: Небольшую слабость?.. Лиса, я чуть не обескровил тебя.

Быстро протерев антисептиком кровь вокруг, я накрыл рану специальным пластырем, но даже вид вызывает во мне жажду и я снова вижу все с красным фильтром. Ничего не сделать с тем фактом, что я не могу контролировать это в ее присутствии. Она слишком желанна для меня.

Чонгук: Возможно, мне и правда следовало держаться от тебя подальше. Было глупо думать, что у нас есть шанс!

Она открыла рот в изумлении. Мне самому трудно в это поверить, но только так, в дали от меня, она останется жить. А это самое важное.

Лиса: Что?

Каждое слово даётся с трудом. Я напоминаю себе, что она из света, а я из тьмы и мое место здесь.

Чонгук: Мы слишком разные. Это было предопределено.

Лиса: Нет... Подожди... Что?..

Чонгук: Ты меня прекрасно поняла...

Пожалуйста, не заставляй произносить это вслух! Я отвернулся не в силах смотреть на мою... Нет, я должен отказаться от этой мысли. Она не моя, но жива. Я цепляюсь за это убеждение, как за спасение.

Лиса: Хочешь закончить наши отношения вот так?! Что касается твоего сегодняшнего промаха, я могла бы запаниковать, закричать или осудить тебя, но я решила доверять тебе. И теперь ты говоришь, что жалеешь об этом! Ты издевается?!

Я уже борюсь с собой и не смогу противостоять еще и ей. Достаточно с меня опрометчивых поступков, больше я не совершу ошибки, а сделаю правильно.

Чонгук: Лиса, я МОНСТР! Если мы останемся вместе, я точно убью тебя.

Я смотрю в родное для меня лицо и запоминаю каждую дорогую мне черту. Ее губы начинают дрожать. Одна часть меня, та человечность, которую она во мне пробудила, больше всего хочет броситься навстречу и утешить ее, обнять, осыпать поцелуями и сказать, как я ее люблю. Все, что я чувствую идет и через нее, а ощущать это в умноженной проекции... Это слишком больно, но я жалею, что не могу забрать ее страдания себе. Все, что мне остаётся, делать над собой усилие не сдвинуться с места. В больших глазах собирается влага, я сжал кулаки, зная, что причина этому я и от не возможности это предотвратить. Я погиб с ее слезами.

Лиса: Но... я люблю тебя...

Я тоже. Больше всего на свете.

Чонгук: Если...мы расстанемся, ты будешь в безопасности...

Это самое сложное для меня решение, я не могу произнести твёрдо, сам слышу, как дрогнул мой голос.

Лиса: И это все, что ты можешь мне сказать?

Ее интонация была равносильна пощёчине. Я прикрыл глаза. Уверен, если бы она не была настолько слаба, то послала бы меня в нокаут магией. Я настолько чувствую себя виноватым...

Чонгук: Со временем ты поймёшь, что я поступил правильно...

Я отвернулся не в силах смотреть на такую сильную печаль любимого лица и посмотрел в ночь за окном.

Чонгук: Нам следует держаться от друг друга как можно дальше.

Чем быстрее она это поймёт, тем быстрее забудет меня. Теперь правильно будет уйти. Я быстро открыл окно и выпрыгнул наружу.

Я бежал прочь, как можно быстрее. Боль, которую я ей только что причинил, ошибку, которую я чуть было не совершил... Нет, совершил! Не нужно было даже пытаться. Я идиот! На сверх скорости мой кулак ударился о ствол дерева и разломил его пополам. Ну, конечно, я ведь на человеческой крови! Не просто человека, а ведьмы, ее-моей крошки, которую я почти убил... Меня разрывает изнутри. Не нужна мне такая сила, не такой ценой. Я хочу избавиться от нее. Валун, возможно старше меня, покрытый мхом, рассыпается на части под моими ударами, кости дробятся вместе с камнем, но я не чувствую большей боли, чем та, что у меня внутри. Дикий крик вырвался изнутри меня и продолжался до тех пор, пока не закончился воздух в лёгких, полностью меня опустошив. Колени подкосились и я оказался на лесном настиле. У меня нет слез, я не могу излить в них душу. Эту способность я утратил вместе с жизнью. Только сухие рыдания сдавливают грудь. У меня не может кружиться голова, но я чувствую внутреннюю пульсацию. Будь проклято это тело убийцы! Оно не способно чувствовать боль, я заточен в нем и мои эмоции вынуждены душить изнутри без шанса выйти наружу. Я не хочу дышать, не хочу так жить, ни с чем, без нее. В полной тишине мои всхлипы должно быть слышно далеко, но меня это не заботит. Я сжимаю в кулак и разжимаю руку лежащую передо мной, загребая землю и сухие листья. Рука кровоточит должно быть от заноз в коже, мне все равно. Я чувствую силу, которую почти забыл и проклинаю себя за это. Я мёртвый монстр, почему я тогда дышу и чувствую такую потерю?! Где я настолько согрешил, чтобы быть вынужденным ходить по земле без возможности любить? Я не хочу дышать. Раз мне не дано единственное, что мне нужно, то все остальное не имеет значения. Я замер и закрыл глаза в надежде покинуть этот мир, хотя и понимал, что так этого не случится. Почва подо мной была влажная и холодная. Ветер шелестел листьями. Где-то послышались первые утренние птицы. Спазм начал сжимать лёгкие, но я упорно не хотел делать следующий вдох.

Наконец я открыл глаза и обнаружил, что вокруг уже довольно светло. Начинался новый день. Не смотря на то, что мое существование закончилось, жизнь продолжалась-мое проклятие. Я сделал первый вдох без нее. И без того холодное тело убийцы обдало ледяным воздухом изнутри. Так мне и надо. Не сразу сориентировавшись, я сделал первый шаг на встречу к бесполезному существованию, как было до нее. Только теперь еще хуже, теперь не будет никакой радости. Это будет моим наказанием за мои поступки. Обратный путь до домика оказался длиннее. Я решил, что она должна была уйти и не ошибся. Здесь было пусто. Я еще не готов с ней встретиться, это было бы слишком. Я окинул взглядом комнату, задержавшись на разбитой стене, а затем лег на кровать, где совсем недавно была она и сжал одеяло. Это все, что мне осталось. Кажется, я слышу ее голос, смех, вздохи, запах... Но она ушла и так будет лучше. Ей нельзя находиться рядом со мной. Я оказался слаб, не в состоянии контролировать жажду, это я у нее под контролем. Все были правы.

Гробовую тишину нарушает звук моего мобильного. Я не двигаюсь, но звонивший явно настойчивый и выжидает все время. Никого не хочу слышать. Я возвращаюсь к воспоминаниям о ней. С того времени, как она впервые переступила порог особняка, как сама поцеловала меня, как отдалась мне... При мысли, что теперь она вольна делать что угодно, а значит о другом парне рядом с ней, я хищно зарычал. Но одернул себя, ведь это и подразумевает человеческую жизнь. Я не должен этому препятствовать, но эта мысль просто невыносима. Не знаю сколько прошло времени. Периодически из моих мыслей меня возвращает звук мобильного. Я принял решение, что буду находиться рядом, что бы защитить ее от чего угодно, но не достаточно близко, защищая от себя.

Я встаю и наконец беру телефон. Там пропущенные от Нама, Сехуна, Субина и даже сообщение-

Нам: "Где тебя носит?"

Ого, обычно он не пишет, да и не звонит.
Я вышел и закрыл дверь с мыслью, что больше не вернусь сюда.

Едва переступив порог особняка, ко мне направляется Нам. Он разъярен и явно собирается прочесть нотацию, но остановился едва окинув меня взглядом.

Чонгук: Ты был прав.

Намджун: Я видел ее шею. Рана достаточно глубокая.

Я поморщился.

Намджун: О чем ты думал? Ты же знаешь насколько это опасно.

Не смотря на это, его тон уже более ровный. Я знаю, что он прекрасно чувствует мое раскаяние. Я даже не хочу закрывать разум.

Чонгук: Как она?

Он внимательно посмотрел на меня прежде, чем ответить.

Намджун: Утром была сама не своя.

Я глубоко вдохнул, на мгновение закрыл глаза, а потом выпрямил спину и чётко произнёс.

Чонгук: Я знаю, что совершил ошибку и, поверь, никто более наказать меня, чем я сам, не сможет. Будь спокоен, я не приближусь к ней больше. Ты был прав, у нас нет будущего. А сейчас мне нужно переодеться.

После этих слов я начал подниматься наверх, чувствуя на себе его взгляд. Я и сам понимаю, как выгляжу. Первым делом моя грязная и разорванная одежда полетела в мусорку. Я стал под горячие струи воды, что бы хоть как-то согреться. Клубы пара поднимались вокруг, но меня не переставало знобить.

А как бы вы поступили в такой ситуации?
И ждёте ли вы главы?