Топорик в маятнике
Профессор Перро долго прибывал вместе с другими учёными Пути в лаборатории. Все вместе они изучали тело, которое в один миг лишил жизни Джек-Потрошитель.
- Нашли что-нибудь? – спросил Редманд, когда все учёные вышли из лаборатории.
- Нет, - покачал головой Сэмюель. – Он лишь несколько раз полоснул его по горлу, да и бросил лежать на земле. Но при одном взгляде на труп мы поняли, что убийца торопился. Очень торопился! Эта жертва нужна была ему лишь для того, чтобы оставить послание.
- Как жестоко… - пробормотала Маргарет. – У этого человека даже семьи не было, так что оплакивать его кроме меня и ещё нескольких бродяг будет некому. Мы организуем ему похороны на общем кладбище.
- Маргарет, но только чтобы всё прошло тихо. – сказал Редманд
- Разумеется, общественность об этом не узнает. – ответила она, тяжело вздохнув.
В этот момент подбежал дежурный внешней деревни, который выглядел довольно взволнованно. Поклонившись, он быстро доложил:
- Только что во внешнюю деревню прибыл довольно пожилой мужчина, он заявил, что желает видеть всех предводителей, а представился он как «Готие Кантуэлл».
В этот момент взгляды всех присутствующих стали пронзать дежурного.
- Как? Как он представился? – настороженно спросил Сэмюель.
- Готие Кантуэлл, - вновь повторил дежурный. – Мне кажется…это и есть тот самый пропавший Готие, только вот вид его оставляет желать лучшего.
Редманд и остальные переглянулись между собой, но после секундого молчания, профессор сказал Маргарет:
- Позови пожалуйста госпожу Элизу, поднимемся к нему все вместе, а уж в пещеры точно больше не впустим!
Перед взором троих предводителей предстал довольно пожилой мужчина, который тяжело опирался на свою трость. Одежда его была не столь богата, но всё же прилежна для людей высокого положения. Вены на его лице довольно уродливо выделялись, сеть артерий была хорошо выделена на правой стороне лица, также ему было тяжело и неприятно шевелить одним глазом, а всё потому что оттуда была наружу вывалена вена. Волос на его голове почти не осталось, лишь тонкие седы пряди свисали до его плеч. На самой голове также было выделено множество артерий. Пальцы на его руках были тонкие, но очень морщинисты, и на них также сильно выделялись кровеносные сосуды. Вдобавок ко всему он был сильно сгорблен и из-за этого тяжело поднял голову на предводителей.
- Возможно вы ещё помните меня. – прохрипел он.
Предводители молча смотрели на него, в их глазах можно было прочесть отвращение.
- Готие Кантуэлл, - вновь сказал он. – Так меня зовут и именно я много лет назад проник в ваши пещеры вместе с Гаретом.
- Не обязательно напоминать нам события минувших дней, чего вам здесь надо?! – грозно спросила Элиза.
Готие перевёл на неё взгляд, а потом медленно на Редманда. На губах его мелькала хитрая улыбка.
- Я и не думал, что демон наподобие меня станет предводителем самого Тёмного Пути. – сказал Готие.
- Не сравнивай меня с собой. – ответил холодно он.
- Посмотри на меня, это всё последствия организации, а не будь этого, я был бы ещё молод, ведь я не так стар, как кажется. Какое же чудо тебя спасло от подобной участи, Редманд?
- Зачем вы явились сюда? Показать нам себя?
- О нет…вовсе не за этим, - вздохнул Готие, а потом продолжил: - Сначала один человек воспользовался моим доверием и дружелюбием. Я впустил его в свой дом, отвечал на всего его вопросы и даже сам давал советы, предостерегал его во многом. Казалось, мы неплохо поладили, но в один день он бесследно исчез. Исчез ограбив меня…Половина моего имущества пропало. В этой жизни всё возвращается, правда?
Предводители молчали и строго наблюдали за ним.
- Я лишь трачу своё бесценное время… - пробормотал профессор Перро и хотел было уйти обратно в пещеры, как слова Готие остановили его.
- Но знаете кем являлся это человек? Это был будущий Джек-Потрошитель.
Элиза сделала к нему несколько шагов вперёд, взгляд её был суров.
- Тебе, я чувствую, известны подробности происходящего? – спросила она.
- Увы, да. К сожалению, я не смог остановить его, и жажда мести затмила его рассудок и некогда доброе сердце. – ответил Готие. – Вам ещё ничего неизвестно? Он отправлял вам послания?
- Что тебе известно? Говори! – потребовал Редманд.
- Конечно-конечно, - кивнул он. – Но я искал Тёмный Путь целый день и довольно устал с дороги, а рассказ мой будет долгим и бесценным для вас.
- Про пещеры можешь забыть, присядь на стулья и немедленно говори всё что тебе известно! – сказал Редманд.
- Сначала позовите сюда ту, которая породила на этот свет виновницу всех происходящих убийств. – сказал Готие.
- Ты ещё смеешь кого-то обвинять? – резко спросила Элиза.
- Нет, но она тоже несёт этот тяжкий грех вместе с Потрошителем. А именно это Гвинет Листон. Но мне нужно видеть её мать нежели саму девчонку.
Услышав имя дочери Аддолины, Редманд невольно вздрогнул.
- Клевета…Гвинет не имеет к происходящему никакого отношения! – возразил Редманд. – Да и как мы можем верить тебе?
- Верить или нет, это ваше дело. Но я должен рассказать всё что знаю.
- Уже поздно, мы никого не будем звать. Говори или иди прочь! – воскликнул профессор Перро.
- Помните, как двадцать один год назад две девушки под именами Хелен и Маргарет проникли в замок организации демонов? Там они узнали, что у вашего врага Чада Харриса есть малолетний сын. Этому не придали особого значения, а зря. Этот мальчик очень любил отца, для него он был словно Бог. Мальчик не знал кем является его отец, он не знал и того как он, рискуя собственной жизнью, лёг под скальпель, чтобы стать демоном. Чудом Чад выжил, и мальчик вновь мог его видеть. Он редко его видел, но каждый раз для него было огромным счастьем прибытие отца. Когда я проник в ваши владения, я украл несколько красивых камней, которые есть только в ваших пещерах и передал несколько Чаду, дабы тот подарил их своему сыну. Добрый, светлый, но задумчивый и грустный ребёнок рос под присмотром сестры Чада, которая тоже не знала о проделках своего брата. Хм…весьма грустная история семьи. Время шло, мальчик рос. В один день он повстречал в парке одну девочку, которая была младше него. Он подружился с ней, девочка в свою очередь обещала показать ему волшебный мир, который скрыт от глаз простого человека. Мальчик не знал, что мать его подруги, это убийца его обожаемого отца. Вскоре их встречи прекратились, потому что взрослые узнали о происхождении этого ребёнка, да и девочка росла, а ведь негоже юноше и девушке встречаться наедине! Но вопреки всем запретам, девочка летала в Лондон, и они вновь продолжили свою дружбу. Девочка докладывала мальчику обо всех тайнах колдовства, рассказывала ему абсолютно всё! Но в один день, она сама того не зная допустила страшную ошибку. Она рассказала ему про историю войны Тёмного Пути и организации демонов во всех подробностях! Именно так мальчик и узнал про то, куда пропал его отец. Он узнал всю правду о своём отце. Мальчик сошёл с ума. Его психическое здоровье сильно пошатнулось. Он сбежал из дома, наврав своей тёте и подруге – единственным людям, которые имели для него немалое значение в жизни. Он сразу понял, что я жив, стоит признать он довольно умён. Он разыскал меня и рассказал кто он. А я сразу принял его и приютил у себя, рассказывал ему уже от себя всю историю: про отца, про войну, про мать его загадочной подруги. Он тоже многое мне поведал. Он говорил, что желает восстановить организацию в память об отце, но я сразу же стал его отговаривать. Как видите, он меня не послушал. Но при этом он сам поражался силе Тёмного Пути, в один день он рассказывал мне про одни планы на жизнь, а на следующий уже совсем про другие, которые противоречили предыдущим. Я начинал путаться, но не переставал отговаривать его от пути Матфея и Чада. Он то соглашался, то спорил и порой сам не понимал себя. Он продолжал всем сердцем любить свою подругу, а иногда гневался на неё. Бывало он говорил страшные вещи. Я начал беспокоиться за него и когда он прочувствовал это, то обокрал меня ночью, когда я спал. Будучи ещё участником организации, я припрятал своё наследство в одном из банков, а когда всей этой войне пришёл конец, то решил распорядится им и отстроил небольшой особняк и завёл несколько слуг. А этот мальчик украл все мои сбережения и пропал, я не стал обращаться в Скотленд-Ярд, ибо простым смертным в этой истории не место. Но положение моё ухудшилось, вслед за ним меня начала покидать и прислуга, платить-то было нечем! И сейчас я живу довольно скудно и еле содержу всего лишь двоих слуг. Когда в начале сентября начали печатать газеты с этими новостями, то я сразу понял чьих рук это дело. Как я погляжу мальчик всё же начал действовать. Он намеревался начать действовать во владениях той самой Маргарет. Некогда его отец – Джон Эмерсон, взял себе псевдоним Чад Харрис, а теперь его сын – Норман Эмерсон, взял себе прозвище Джек-Потрошитель. Он не успокоиться, пока не добудет сердце Гвинет Листон живьём.
Повисла напряжённая тишина и предводители начали сопоставлять происходящие события, а также припоминать жалобы Бернарда о том, что его дочь подолгу совершает свои полёты над внешней деревней и поздно возвращается домой.
Сэмюель и Элиза не могли поверить услышанному и всё переглядывались между собой, а Редманд вовсе не удивился. И его реакция поразила его же самого. На удивление, главный предводитель был спокоен.
Он приказал временно обустроить Готие в одном из домиков внешней деревни, а всем остальным отправляться по своим комнатам.
Уже будучи у себя дома в пещере, Редманд сел у камина и перебирая позолоченную ракушку в руках, погрузился в серьёзные думы. Он сам не заметил того, как наступило утро и первым делом он позвал к себе Аддолину и Бернарда.
- Необходимо чтобы вы поднялись во внешнею деревню, боюсь, нам предстоит неприятный разговор. – сказал Редманд, когда муж и жена пришли в домик совета.
- Что-то произошло, Редманд? – спросила Аддолина.
Предводитель промолчал и глаза его были довольно опечалены.
Вскоре Редманд, Аддолина и Бернард, Сэмюель и Элиза поднялись в деревню. В домике с фиолетовой дверью, они обнаружили Готие, которого довольно неплохо обустроили, даже преподнесли нескудный завтрак.
- Кто это? – шёпотом спросил Бернард у профессора Перро.
Тот неловок промолчал, переминаясь с ноги на ногу.
Не успел Редманд объявить о причине встречи, как в домик ворвалась Маргарет, которая только-только прибыла во внешнюю деревню на метле и от этого её волосы стали растрёпанными во все стороны.
- О! Как я рада что вы все собрались именно здесь! У меня жуткие новости… - выпалила она на одном дыхании.
- Отдышись, дитя. – сказал профессор Перро.
- Сегодня было собрание «Комитета Бдительности», - начала она. – Что я могу сказать? Этот Потрошитель, дрянь такая, осмелел. В центральное агентство новостей прибыло очередное послание. Сей раз он решил заявить о себе и общественности. Председатель нашего комитета Джордж Ласк лично видел это послание.
- Что?! Агентство новостей? В то время как мы направляем все силы, чтобы скрыть это от людей, он сам даёт о себе знать… - отчаянно проговорил Редманд.
- Что там говорилось на этот раз? Очередная угроза? – спросил Бернард.
- Письмо начинается со слов: «Дорогой начальник…». В нём он откровенно смеётся над всеми попытками поймать его. Он дал понять, что Скотленд-Ярд, наш комитет, мои подручные люди и участники Пути глупы и никогда не смогут найти его. Он писал, что его последняя жертва не успела и звука подать, он назвал это «шикарной работой» и будь у него скорейшая возможность, он вновь возьмёт в руки свой прекрасный острый нож. Также он заявил, что в следующий раз пошлёт полиции уши своей жертвы, просто ради забавы! На протяжении всего письма он смеялся над нами и слухами, которые зарождаются по всему Лондону со стремительной силой. Что ж…со дня на день вновь прогремит очередной коварное преступление. – закончила Маргарет.
- О нет… - прошептала Элиза.
- Более того Джордж Ласк заявил, что Скотленд-Ярд распечатает письмо в местных газетах.
- Зачем?! – вскрикнул Редманд.
- Полиция настолько отчаялась, что надеется на то, что может быть кто-нибудь узнает убийцу по почерку. Ведь им может быть кто угодно. – ответила Маргарет.
- Да…кто угодно… - пробормотал Готие. – Я вижу, что мальчику нравятся его забавы.
Тут Маргарет обратила свой взор на Готие, которого не замечала до его реплики.
- Ой…а вы кто? – спросила она.
- Выживший Готие Кантуэлл. – сказал Редманд. – Как вам удалось прожить до сегодняшнего после таких экспериментов?
- У Матфея были разработаны несложные ритуалы для поддержания здоровья, некоторые из них я помню наизусть, но внешний вид мой они не сумели спасти. – ответил он.
Маргарет, Аддолина и Бернард изумлённо смотрели на Готие и к своему ужасу, они действительно узнали в нём того самого демона, что проник в их пещеры.
- Я же говорю вам, он жаждет вырезать сердце своей обожаемой подруги. – вновь добавил Готие.
- Объясните, что происходит? – спросила Аддолина.
Готие перевёл на неё свой взгляд.
- А я вас помню, вы изменились с годами, мисс Аддолина. – сказал он.
В этот момент в домик вошли Анна и Равен, в руках они держали плетённые корзинки для цветов. Две ведьмы о чём-то мирно и весело беседовали, но при виде столь напряжённых лиц улыбки их сразу же исчезли.
- Что такое? – спросила Анна.
- Я вот тоже хотел бы это знать. – ответил Бернард.
Готие вновь начал свой рассказ, он говорил выдержанно и спокойно, не упуская и малейшей детали. На протяжении всего рассказа у Аддолины подкашивались ноги, и она скорее села на кресло неподалёку, Бернарда же охватывали ярость и недоумение с каждым словом Готие. У Маргарет же глаза расширялись на протяжении всего рассказа. У Анны сердце начинало сжиматься от ужаса, а Равен чувствовала, как напряжение и неподдельный страх за сестру растёт всё больше и больше, она чувствовала, как столь любимый ею когда-то домик, начинал на неё давить своими стенами с каждой секундой всё сильнее.
Под конец рассказа, Аддолина сложив руки, понимала, что уже довольно давно подозревала в отношении младшей дочери нечто нечистое, но она просто не желала в этом признаваться сама себе, но за неё это сделал Готие. С сегодняшнего дня все её опасения вмиг подтвердились.
Бернард же напротив не желал признавать вину Гвинет.
- Клевета! Как вы можете после совершённого вами вновь прийти сюда и принижать мою дочь? Неужели у вас совсем нет совести?! – кричал Бернард. – Коварный вы человек! Но вас и человеком назвать нельзя, вы демон во плоти. Никто не смеет обвинять моего ребёнка в преступлениях, совершаемых в трущобах!
В этот момент Равен стало очень жаль своего отца, который так искренне защищал Гвинет и не желал верить в происходящее. Он искренне верил в её невиновность.
- Я никого не обвиняю, маркиз Бернард, - отвечал Готие. – Пробудите чутьё и убедитесь сами.
- Моя дочь чиста! – кричал Бернард.
- К слову…Норман говорил ещё о том, что он знает каждый шаг Гвинет, где бы она ни была – он видит всё. Так что, если девочка отправится в Лондон, он мигом найдёт её. – добавил Готие. – Это длится на протяжении многих лет, но я сам не знаю, как он это делает.
Аддолина призадумалась: в тот день Гвинет вновь отпросилась полетать над внешней деревней, а после возвратилась вся испуганная и с глубокой царапиной на щеке, а после в письме Потрошитель сказал, что оставил предателю след на лице…Сомнений нет: её дочь виделась с ним лицом к лицу.
От этих мыслей у неё сжалось сердце, но она предчувствовала нехорошее.
- Также он вроде упоминал, что про их дружбу знает одна из сестёр Гвинет… - вновь сказал Готие.
Все взгляды перешли на Равен, которая дрожала как осиновый лист.
- Клянусь вам! Я ничего не знала! – отчаянно воскликнула она, глаза её начинали слезиться, а сама она тяжело дышать.
Ещё немного и она разревётся.
- Значит это была Дженна? А может Джули? – спросила Элиза.
- Нет! – тут же воскликнула Равен, но поздно осеклась. – Они не знали…и я не знала…никто не знал!
Бернард резко встал со стула и воскликнул:
- Никто не посмеет клеветать и очернять репутацию моих детей! Если будет необходимо, то я сам лично заставлю вас замолчать, Готие. Мне не нужно чутьё, чтобы убеждаться в их чистоте! Я не желаю больше слышать подобный вздор! Равен, пойдём.
И подойдя к Равен, Бернард взял её за руку и уверенно увёл в пещеры. Негодование кипело в нём.
Лицо ведьмы уже покраснело от слёз, ещё немного у неё начнётся истерика.
Когда отец и дочь спустились в пещеры, Бернард обернулся к ней.
- Это ведь неправда, так?
Равен тяжело дышала, глаза её растерянно метались, казалось она вот-вот лишиться сознания.
- Отец… - тяжело промолвила она, глядя ему в глаза. – Прости нас…
С этими словами рыдания сдавили её грудь и Бернард скорее обнял её, чтобы успокоить. Но этими словами она дала понять, что всё сказанное Готие, это правда.
Эту сцену увидели Дженна, Мартин, Рэндал, Кельвин, Остин и Элли, которые всерьёз обеспокоились.
- Что произошло? - волнуясь спросил Мартин, когда они подошли ближе.
Не выдержав, Равен скорее выдернулась из объятий отца и побежала со всех ног к себе в пещерку, чтобы переместиться в особняк.
Она устала врать, устала копить это страшное чувство вины перед родителями и все её переживания, скопленные с годами, выходили через слёзы. Все её чувства, которые она хранила в себе выливались через сдавленные рыдания. И когда она добралась до особняка, то упав к себе на постель, начала во весь голос рыдать в подушку.
На шум скорее прибежала Гвинет и стала выяснить причину такой истерики, которую она ещё никогда не наблюдала у своей сестры.
- Они всё узнали…они всё знают, Гвинет!!! – кричала Равен. – Они узнали всё о Нормане и тебе! Отец только не верил, но я не могла больше врать…У меня нет больше сил!
Равен кое-как сквозь слёзы сумела поведать Гвинет о том, что произошло. Тяжело отдышавшись, она добавила дрожащим голосом:
- Также Норман всё знает…он знает каждый твой шаг, наблюдает за тобой на протяжении многих лет, он всё видит…Но как он это делает? Никто не знает…Он вновь убьёт людей, пока ты сама не явишься к нему, но он и тебя лишит жизни! Ах, а как же хорошо мы раньше жили!
Гвинет молча выпрямилась и медленно встав, подошла к окну. Деревянный голубь продолжал смотреть в небо и солнечные лучи мягко касались его вырезанных пёрышек.
На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина и нарушали её только всхлипывания Равен. Наконец, сквозь тяжёлый ком в горле, Равен вновь выговорила:
- Нормана рано или поздно поймают, но вот что же будет с нами? Как смотреть в глаза предводителей? Матери? Отца? Остальным участникам Пути? Сколько бы я не отговаривала тебя, ты всё продолжала выдавать ему наши секреты. Норман оказался совсем не тем человеком, которому можно было…
Не успела Равен окончить, как Гвинет со всей силы швырнула вазу на пол. Множество осколков разлетелись по всей комнате и заставили Равен подпрыгнуть от неожиданности.
- Он больше не Норман! Нету такого человека! Слышишь? Нету!! Он мёртв, а вместо него пришёл Джек-Потрошитель, которого я совсем не знаю! Не называй его больше Норманом, забудь это имя! – прокричала со всей силы Гвинет.
Подойдя к огромному шкафу, она яростно раскрыла его и принялась как можно скорее переодеваться. Равен в недоумении наблюдала за ней, но молчала и мельком поглядывала на осколки разбитой вазы.
Собрав волосы, надев скорее тёмно-коричневый плащ и перчатки, и взяв метлу, Гвинет покинула комнату хлопнув дверью. Равен как можно скорее выбежала за ней.
- Сестра! Куда ты? – восклицала она, но не получала ответа.
Гвинет уверенным и быстрым шагом направилась в комнату родителей. У Равен ещё сильнее забилось сердце.
Осмотревшись по сторонам, Гвинет скорее подошла к стене где висел любимый меч её матери: Скарборо.
Огромный, с разноцветными рубинами на золотой рукояти, он готов был пуститься в бой сею секунду.
Дрожащими руками Гвинет осторожно сняла его со стены и осмотрела. Даже будучи маленькой девочкой она всегда любовалась им и желала взять в руки, мать позволяла ей, но только под её строгим контролем.
«Настало моё время им попользоваться!» - подумала она и ловко прицепила его к поясу.
- Гвинет, ты чего? Оставь Скарборо, мать запрещала его трогать! – произнесла Равен. – Сама Смерть подарила его ей.
Гвинет грубо оттолкнула Равен и резко произнесла:
- Дальше я сама разберусь, ты уже выполнила своё дело признавшись во всём!
Равен поражённо на неё глядела, а ведь сколько времени она хранила её тайну!
- Действительно, что же теперь будет? Редманд изгонит меня с позором из пещер! Наверняка уже все всё прознали! Я подставила свою семью перед Тёмным Путём. И признаюсь: я страшусь реакции родителей и остальных близких мне людей! Это дело никто не оставит безнаказанным. – продолжала Гвинет. – Не останавливай меня больше!
Гвинет хотела было выйти из комнаты, но Равен вновь схватила её за руку и произнесла уже более гневно:
- Ты намереваешься лететь в Лондон? – спросила она. – Ты хочешь ухудшить положение своей смертью? Чего ты добьёшься своими действиями?!
И тут Гвинет, будучи под властью эмоций, сказала то, что никто не смел говорить в их родовом клане:
- Ты не являешься мне родной кровью, Равен. Поэтому не тебе давать мне советы.
Равен медленно разжала её руку и продолжала смотреть на Гвинет своими большими глазами, переполненными болью, будучи воспитанной в любви этой семьи много лет, Равен даже позабыла о том, что её приютили. И сейчас самый близкий ей человек напомнил об этом. Равен почувствовала будто в груди что-то разбилось на множество болезненный осколков, прямо как та самая ваза в спальне Гвинет.
Она осталась молча продолжать стоять в комнате, а Гвинет тем временем вышла, не теряя времени она направилась в пещеры. Сейчас ей необходим мощный колдовской амулет, что прибавляет силы и усиливает защиту.
Окружив себя Объятиями Тишины, она осторожно приоткрыла дверь своей пещерки и крадясь, стала направляться в сторону огромной каменной лестницы, которая вела в пещеры ритуалов, обрядов, или же там часто собирались участники и наставники Пути и распевали песнопения. Там же находилась и маленькая деревянная лавка одной ведьмы, которая была уже совсем немолодой.
Кто-то поговаривал что старуха сошла с ума, кто-то отмечал что она явно не от мира сего, некоторое утверждали, что она в ясном уме и с ней вполне можно найти общий язык. Но несмотря на слухи, в Тёмном Пути таких уважали, ибо ведала она многое и бывало далеко наперёд предсказывала будущее и могла с огромной точностью выдать прошлое прибывшего к ней человека. Никто не видел, чтобы она была чем-то огорчена, напротив, ведьма всегда была в приподнятом настроении и распевала своим хрипловатым голосом множество песен.
В пещерах ей позволили открыть свою лавку, в которой она продавала множество вещиц, сделанных ею вручную. Она могла наспех заговорить товар перед покупателем и любое сотворённое заклятие ведьмы успешно срабатывало.
Гвинет тихо подошла к её лавке и осмотрелась: всё как обычно, над лавкой висела огромная деревянная табличка с выжженными буквами: «Арабелла», так старуху и звали. Под самой табличкой устроилась ведьма и что-то переплетая в своих костлявых пальцах с длинными ногтями, она напевала себе под нос.
- Вижу-вижу я тебя, не бойся. – вдруг сказала Арабелла, покосившись на Гвинет.
Та робко подошла к лавке.
- Зачем явилась? Амулет нужен?
Гвинет и раньше слышала о её способностях, с помощью которых она могла считывать с пространства любые мысли человека, но стоит признать, она всё же была поражена.
Гвинет активно закивала.
- Мисс Арабелла, заговорите что-нибудь на мощную защиту…Я заплачу любую цену!
Арабелла засмеялась и приподнявшись с кресла, начала рыться в своих многочисленных товарах.
- Я знаю от кого ты желаешь обрести защиту, это ведь Джек-Потрошитель не так ли? В таком случае тебе будет полезна совсем иная вещь нежели амулет…
- Все уже знают о моей дружбе с ним? – тихо спросила Гвинет.
- Ещё нет, но скоро эта весть будет известна всем в пещерах. Ты огорчила близких тебе людей, но прошлое не в силах изменить даже верховным предводителям, так что прекрати терзать своё юное сердце.
- Но предводитель Редманд может вынести мне наказание?
Старуха продолжала ловко складывать в руках какой-то механизм со множеством шестерёнок. Сама конструкция напоминала карманные часы. Подняв глаза на Гвинет, она произнесла:
- Я не жажду этого знать, дорогая. Предводитель не вынесет, так сами пещеры это сделают! Но…сила прощения им тоже подвластна, ведь ты искренне желала помочь своему другу.
Однако Гвинет всё же не желала ожидать вердикта Тёмного Пути.
- Держи, - сказала Арабелла и протянула её самые настоящие карманные часы на тонкой цепочке.
- Что это? – спросила она, разглядывая часы.
- Раскрой их. – ответила старуха.
Гвинет сделала как велела колдунья и её взору раскрылся небольшой циферблат, но вместо стрелок был подвешен очень маленький, но довольно острый топорик. Арабелла начала пояснять:
- Некогда старые часы будут исполнять роль маятника для тебя. Так как Джек-Потрошитель может наблюдать за тобой где бы ты ни была, то они же будут давать тебе знать о его приближении. Стоит ему оказаться где-нибудь поблизости, как топорик начнёт раскачиваться в разные стороны. Если же топорик будет неподвижен, то это значит, что Потрошитель далеко и тебе не о чем волноваться.
Гвинет была поражена таким чудным изобретением, которое Арабелла создала всего за пару минут!
- Сколько за них я должна? – спросила Гвинет, не поднимая глаз с топорика.
Арабелла хрипло засмеялась.
- Сколько? Нисколько дорогая! Твои действия в дальнейшем будут итак довольно ценными. Я тебе вот что скажу: никогда и ни в коем случае не стой Потрошителю спиной! А если же это произойдёт, то из-за всех сил сопротивляйся ему и не позволяй наклонять свою голову вправо. Поняла?
- Поняла, мисс Арабелла. Но почему?
- Это он тебе сам скажет, если не дай Боже окажешься в его объятиях. – улыбнулась Арабелла. – Тебе следует идти, сюда идёт Маргарет.
Гвинет низко поклонилась.
- Я безмерно вам благодарна! – сказала она.
Арабелла довольно кивнула и села обратно в своё уютное кресло, вновь принявшись что-то наматывать на свои пальцы и тихо подевать себе под нос, как ни в чём не бывало.
Гвинет же сама не знала куда ей следует идти: оставаться в особняке она не могла, в пещерах ей подавно теперь будут не рады. Лететь в Лондон к дяде Кайлу? Там её тоже быстро найдут. Отправляться в чертоги Джека-Потрошителя? Гвинет готова была отправиться куда угодно лишь бы не смотреть в глаза матери и отца. Ну что ж, значит придётся лететь в трущобы, там она хоть сможет с ним встретиться и уладить дело. Не важно какой конец будет этот иметь этот ад: хороший или плохой, главное лишь то, что он вообще будет его иметь.
С этими мыслями, Гвинет направилась в сторону дороги, что ведёт к внешней деревне. Внезапно к ней навстречу вышла Маргарет. Завидев Гвинет, она скорее подбежала к ней и хотела было что-то сказать, но Гвинет грубо оттолкнула и её.
- Уйди! – крикнула она.
Маргарет будто ледяной водой окатили, она совсем не поняла такой гневной реакции своей крестницы. Скорее обернувшись вслед за ней, Маргарет уже не смогла её найти: Гвинет скрылась за Объятиями Тишины.
- Гвинет! – крикнула она, но было уже поздно.
Гвинет также незаметно сумела пробраться в домик внешней деревни, там краем глаза она заметила в соседней комнате странного старика и сразу догадалась, что это тот самый Готие. Сжав кулаки, она сумела совладеть собой и пройти мимо.
Однако на крыльце Гвинет столкнулась лицом к лицу с…госпожой Элизой! И тут Объятия Тишины рассеялись, а глаза Элизы залились яростью. Этого то и боялась Гвинет.
- Ты… - начала она. – Именно так ты отблагодарила Тёмный Путь за бесценные знания и опыт?! Именно так ты любишь своих родителей что бессовестно лжёшь им на протяжении стольких лет? Кто позволял тебе выдавать наши знания?! Кто позволял приводить его сюда? Кто?! Мы решили оставить сына Чада Харриса в покое, чтобы избежать его наследственного сумасшествия! Но ты всё испортила…
- Волей Судьбы произошла та самая первая встреча в парке, я не знала чей он сын! – воскликнула Гвинет.
Элиза не дала ей больше и слова сказать, как со всей силы ударила по лицу. От неожиданности Гвинет споткнулась и упала прямо на крыльцо.
Не теряя времени, Гвинет быстро поднялась и словно молния взлетела в небо на метле. Может кто-то и заметил их, но это мало волновало ведьму. Сейчас главное улететь как можно дальше.
Как только внешняя деревня скрылась за горизонтом, Гвинет сбавила скорость метлы. В Лондон она летела уже не так быстро, поэтому полёт занял у неё два часа. Всё это время слёзы скатывались у неё по щекам, она совершенно не знала, что теперь с ней будет дальше.
Если бы только можно было вернуться в прошлое! Но чтобы она там сделала? Вновь поведала Норману о его отце? Но если бы кто-нибудь доложил ему об этом более гуманным способом, то возможно он бы всё понял…Но есть ли сейчас смысл раздумывать об этом?
Когда Гвинет пролетала над Лондонским мостом, то она сумела разглядеть на крышах нескольких участников Пути. В приличных районах их было довольно мало, эти места Тёмный Путь поручал Скотланд-Ярду. Более мощные отряды были сконцентрированы в трущобах и теперь задача Гвинет состояла в том, чтобы не попасться там на глаза.
Как бы это не звучало, но сейчас она желала встретить самого Джека-Потрошителя. Спустя столько лет, это встреча теперь оказалось наконец возможной. Только не так она представляла встречу со своим близким другом…
Подлетая к Акру Дьявола, Гвинет остановилась в воздухе и достала часики с топориком вместо циферблата, ими было удобно пользоваться, как компасом. На данный момент топорик был неподвижен и это немного прибавило уверенности Гвинет, несмотря на то, что она желала встретить его.
Небо становилось пасмурным и приближался вечер, а вместе с тем росло и волнение. Внизу слышался топот копыт, грохот повозок, возгласы продавцов и газетчиков, но никакие внешние звуки не могли заглушить её тяжёлых мыслей.
Убрав часики обратно во внутренний карман плаща, Гвинет стала парить над трущобами и временами она вновь поглядывала в них, но топорик был всё неподвижен.
До определённого времени…