Несокрушима

Мелисса

К горлу подкатывает паника и тошнота. Я начинаю слышать свое дыхание и колотящееся сердце. Ледяная дрожь разносится по моей коже, впиваясь острыми иглами внутрь меня.
Нет...
Не может быть.
Я закрываю глаза. Это неправда. Это не может быть правдой. Может я уснула?
Я открываю глаза, но Мейсон не исчезает. Его рука сильнее стискивает мою шею, острый взгляд вонзается в меня.
Мейсон, наверное, единственный человек, который вселяет в меня такой ужас. Хотя... Теперь в этот список входит и Эвелин. Но к ней я испытываю больше ненависти, чем ужаса. Да, были моменты, когда мне было страшно находиться рядом с темным силуэтом, но Мейсон... После всего, что он со мной сделал, я до сих пор не могу отойти.
Мне снятся кошмары, меня преследуют воспоминания. И почти в каждом таком кошмаре есть он. Мейсон. Его садистская улыбка, изогнувшая губы. Его карие глаза, полные ненависти и противного удовольствия.
Перед глазами пролетает воспоминание и мне становится по настоящему страшно.

🤍Воспоминание🤍

Талию обвивают его большие руки. Мое тело вздрагивает от неожиданности. Я поворачиваю голову набок и встречаюсь с его пронзительными карими глазами. Мейсон смотрит на меня, словно волк на свою только что пойманную жертву. Я не буду сравнивать себя с беспомощным зайцем, потому что я всегда пытаюсь дать отпор. Но даже если я сравню с себя с лисицей, то волк все равно будет сильнее меня. И он запросто перегрызет мне горло, несмотря на все мои сопротивления.
Его руки касаются шеи, когда он убирает мои волнистые волосы назад.
— Здесь не хватает детали, — он застёгивает цепочку с подвеской из алого рубина.
Я смотрю на нас в отражении зеркала, по телу пробегает дрожь. Его шершавая рука задерживается на моем оголенном плече. Дыхание перехватывает, когда Мейсон резким движением разворачивает меня.
— Я ведь могу использовать тебя, глупышка, — его рука запутывается в моих волосах. — Я могу сделать с тобой все, что захочу. И ты просто не сможешь мне помешать.
Я тяжело сглатываю.
— Потому что я тебя создал, Мелисса. И мое внушение будет всегда сильнее тебя, — его зрачки расширяются.
Я не могу отвести свой взгляд. По рукам пробегают холодные мурашки, внутри все сжимается.
— Прошу... — мои губы соленые от слез.
Уголок его рта приподнимается.
Я открываю рот, чтобы закричать, но его большая ладонь прижимается к моим распухшим губам.
— Ты перестанешь сопротивляться, Мелисса, — его зрачки расширяются.
Я начинаю слышать его голос у себя в голове. У себя в мыслях.
По моим щекам текут слезы, потому что я знаю, что будет дальше. Знаю, что Мейсон получит свое, а я не смогу сделать ничего, чтобы помочь себе. Я бессильна против его внушения. И сейчас меня никто не спасет.

🤍Воспоминание обрывается🤍

Я прихожу в себя, и мои глаза наливаются ненавистью.
— Давно не виделись, глупышка, — его губы искривляются в улыбке, после чего он со всей силой вжимает меня в кровать.
Его грубые руки впиваются в мои предплечья, его кулак чуть не сталкивается с моим лицом. Я успеваю увернуться и спрыгнуть с кровати.
— Почему за Трейси пришла не Эвелин? — моя грудь судорожно вздымается, я пытаюсь отдышаться.
Пытаюсь выиграть время, чтобы придумать, как мне дальше действовать.
Уголок его рта приподнимается в усмешке, когда он делает шаг в мою сторону. Мне хочется сжаться. Хочется исчезнуть. Посторонние звуки заглушаются, я слышу свое быстрое дыхание. Его улыбка вселяет в меня ужас. Страх. Бессилие. Тревогу. Панику.
   Я стискиваю челюсти, чтобы хоть немного прийти в себя. Я сжимаю и разжимаю руки. Впиваюсь ногтями в кожу, расцарапывая ее до крови.
— Ответь, Мейсон, — я медленно перемещаю свой взгляд за него.
На скомканное одеяло, под которым лежит серебряный нож. Я его выронила.
— Я думал увидеть здесь Трейси, — его лицо свирепеет. — А тут опять ты, Мелисса. Каждый раз ты лезешь туда, куда тебя не просят.
Мои желваки сжимаются. Мне отчаянно хочется врезать ему, но его рука успевает сомкнуться на моем горле.
На глазах вот-вот проступят слёзы.
— Перестань, — хрипя, выдавливаю я. — Я не позволю снова сделать это со мной, — по моей щеке стекает соленая капля.
С его губ слетает смех.
— Ты мне и в прошлый раз так говорила, глупышка, — его глаза сверкают. — Я тебя создал, Мелисса. И я всегда буду сильнее тебя.
Моя рука обхватывает прозрачный бутылек, который я спрятала в кармане.
— Я ведь могу заставить тебя сделать все, что мне захочется. Тебе напомнить, Мелисса, что раньше сходило мне с рук?
Я отрицательно киваю, в горле встает ком.
— Сейчас ты сделаешь все так, как я скажу. Посмотри мне в глаза, Мелисса, — его шершавая ладонь стискивает мой подбородок.
— Я никогда больше не буду твоей марионеткой, — мои глаза вспыхивают серебром, я подношу бутылек к трясущимся губам.
Я делаю большой глоток. Горло обжигает так сильно, что из глаз прыскают слезы. Огненный жар опаляет мой рот, после чего начинает спускаться по моему горлу. На лбу выступают капли холодного пота, ноги сводят колючие судороги.
— Думал спросить, что ты отхлебнула, но потом понял по твоему искривленному лицу. Вербена? Серьезно, глупышка? Да она убьет тебя быстрее, чем это сделал бы я.
Живот начинает гореть изнутри.
— Мне лучше умереть от вербены, чем еще раз посмотреть в твои садистские глаза, — кряхтя, выпаливаю я.
Мой голос заметно сел и теперь еле слышен.
Я пытаюсь незаметно дотянуться до тумбочки. Его рука стискивает мой подбородок, после чего он больно впечатывает меня в стену.
— Тебе напомнить тот день, Мелисса? — его голос касается моей шеи. — То алое платье... — его клыки задевают кожу. — Те духи, с запахом вишни...
Стиснув зубы, я ударяю стеклянной вазой по его голове. Стекло разлетается на осколки.
Я пытаюсь выбежать из угла, в который он меня зажал.
— Сучка! — Мейсон свирепеет.
   Он хватает меня за талию и кидает на кровать. Оказавшись надо мной, он вдавливает меня в мягкую поверхность. Мейсон начинает душить меня. Мои глаза пронзает серебряный свет. Я хватаю Мейсона за руку и пытаюсь ее отодвинуть. У меня получается немного ослабить хватку и вдохнуть свежего воздуха.
— Как ты выжил? — я откашливаюсь.
— Кейтлин ошиблась, — рычит парень, сверкнув клыками. — Она вонзила нож не до конца.
Моя бровь приподнимается в удивлении.
— Падение с такой высоты должно было убить тебя, — я пытаюсь его заговорить, чтобы незаметно продвинуть вверх руку с ножом.
С его губ слетает смешок.
— Я тут, Мелисса. У меня получилось восстановиться.
— Ненадолго, — я ударяю серебряным ножом ему в грудь, прорывая одежду. — Я намерена вонзить нож до конца, — двумя руками я давлю на рукоять ножа.
Лезвие немного прорывает кожу, а затем он перехватывает мое запястье. Я чувствую сильное сопротивление, но я не останавливаюсь. Я должна покончить с этим. Должна покончить с ним. После всего того, что он со мной сделал, смерть для него будет проявлением милосердия. От сильного сопротивления из меня вырывается рычание. Мои глаза пылают серебром, удлинившиеся клыки царапают нижнюю губу. Я продвигаю нож выше, на кровать капают темные капли. Мейсон крепко сжимает мое запястье, мои руки вот-вот разожмутся от боли. Злость расцарапывает меня изнутри, пытаясь прорваться наружу. Я стискиваю челюсти, поток темных капель увеличивается.
Нож выскальзывает из моих рук, серебряный свет в моих глазах потухает.
— Не вовремя ты решила заглотнуть вербену, глупышка.
Легкие начинают болеть от жара, скопившегося в животе. Перед глазами все расплывается, веки становятся тяжелыми. Я начинаю кашлять. Точнее давиться кашлем.
Мейсон сидит на моих бёдрах, лишив возможности встать. Мне начинает болеть рана на животе. Ещё немного и швы начнут расходиться.
— Что с твоими глазами, Мейсон? — мой голос хрипит. — И когда твоя кровь стала полностью чёрной? — я пытаюсь отвлечь его, чтобы придумать, как выкрутиться.
Мейсон игнорирует мой вопрос.
— Какого знать, что у неё есть все, чего всегда хотел ты? — я дотрагиваюсь до его руки. — Что у нее есть та власть, которую всегда жаждал ты, Мейсон? Какого быть марионеткой Эвелин?
— Кого? — переспрашивает он.
— Эвелин.
   Я получаю смешок.
— Не беспокойся, глупышка. Меня вполне это устраивает, — он касается моей скулы, но я отворачиваюсь.
— На тебя это не похоже. Она ведь тоже может тобой управлять? Также, как и Алексом?
Мейсон молчит, а затем резко вздрагивает. Его белки наливаются чёрным.
— Что с тобой? — спрашиваю я, но парень не слышит.
В его глазах лишь темная пустота.
«— Ты должен уйти, Мейсон. Твоей целью была Трейси, а не Мелисса, — приказывает Мейсону голос Эвелин.»
Мейсон молча встаёт с кровати. Словно очарованный, он направляется к выходу. Я смотрю на него с непониманием. А потом догадываюсь, что произошло.
— Мейсон! — рявкаю я, но он не реагирует. — Знаешь... А я ожидала, что ты причинишь мне боль. Ожидала, что ты будешь бить меня, пока я не забуду своего имени. Ты делал так раньше, — я ненадолго замолкаю. — Какого это беспрекословно выполнять приказы Эвелин? — парень замирает в проходе.
Я жду, что он что-нибудь мне скажет. Мейсон молчит. А затем растворяется в ночной темноте.
Если у Эвелин получилось сделать это с Мейсоном, то мы в полнейшем дерьме. Если она может подчинять любого вампира, то и я могу стать такой, как они. По моему телу пробегают мурашки.
Моя спина прижимается к спинке кровати, мое тело охватывает ледяная дрожь. Я обхватываю колени руками и прижимаюсь к ним. Моя спина сотрясается от кашля.
Мейсон.
Мейсон.
Он жив.
Я закрываю глаза и вижу его лицо. Я дёргаю руками, но они скованы. На лице Мейсона хищная улыбка, его рот перепачкан моей кровью.
Я открываю глаза. Я все также нахожусь в комнате Трейси.

🤍Воспоминание🤍

Музыка останавливается, и танец заканчивается. Я отрываюсь от Алекса, мой взгляд устремлен на него.
— Лисёнок, — Алекс дотрагивается тыльной стороной руки до моей щеки.
Я начинаю пятиться назад.
    Помоги... Помоги... Помоги... Помоги... Помоги...
Мой взгляд падает вниз. Мне становится стыдно.
   Почему это происходит со мной?
   Помоги... Помоги мне... Пожалуйста...
Помоги мне!
Алекс...
   Спаси меня... Спаси меня от него....
Умоляю!
Спаси меня от Мейсона...

🤍Воспоминание обрывается🤍