Глава 6. Жизнь продолжается
Когда Чеён исполнилось двадцать лет, она поехала в Сеул поступать в университет. Большинство обид и желаний прошлого были забыты, и она сейчас — с гордо расправленными плечами и высоко поднятой головой, — ехала в Сеул на машине брата.
— Я надеюсь, ты не сделаешь никаких необдуманных поступков, — говорил себе под нос Чонгук. — Не заводи себе там пока парня, рано ещё.
— Но оппа, я уже взрослая девушка! — сказала младшая сестра.
— Актриса, вот же...
Чеён ехала поступать на актёрское мастерство. В школе ей часто говорили, что из неё что-то путное выйдет, и направили учиться в Сеул, что было очень приятно. Чонгук тоже решил обосноваться в столице — купил на двоих квартиру, подыскивал работу татуировщиком.
Но из девичьей головы не шёл образ молодого айдола Пак Чимина. Он стал настолько популярным, что поклонницы всегда визжали, когда видели похожего парня. Сам Чимин жил скрытно, совсем перестал общаться с Чонгуком и сейчас состоял в дуэте с рэпером Ким Нам Джуном.
Как ни странно, Чеён приняли на факультет актёрского мастерства. Посмотрев на баллы по вступительному экзамену, на её фигуру и лицо, женщина, принимающая документы, сказала:
— Личико смазливое. Сгодитесь. Только сегодня же сходите к диетологу, чтобы вам назначили диету, и обновите гардероб. Надеюсь, вы в этом не придёте на занятия?
А что плохого в мужской толстовке, рваных джинсах и кедах? Неужели надо притворяться куколкой и надевать платья и юбки? Чеён не сможет — слишком вросла в одежду своего брата.
— Вам надо купить блузки с коротким рукавом, юбки любой длины, а также туфли. Вы же будущая актриса, так ещё и девушка, как вы можете носить такие большие и растянутые вещи? Они вам совершенно не идут!
Если Чеён будет носить слишком короткие юбки, то сразу полезут вопросы про мелкие шрамы на её коленях. Видно же по ним, что они свежие. Но рискнуть и сказать, что она просто упала с велосипеда, а не попала под машину, стоит.
— Ждём вас второго марта, Чон Чеён, занятия начинаются в девять утра.
Девушка поклонилась и вышла. Чонгук открыл дверцу машины, и они поехали в их новый дом. По пути пришлось заехать в кафе и взять еду на вынос. Поели они только тогда, когда перенесли сумки со своими вещами и наконец-таки оказались дома.
— Ну что ж, с новосельем, — Гук размешал соус и лапшу. — У твоего университета есть какая-нибудь форма?
— Мне сказали не приходить в джинсах и толстовке, а прийти в блузе и юбке, — девушка вздохнула. — У меня это есть, но как я объясню все свои шрамы?
— Если не спросят — не объясняй, — сказал Чонгук. — Вообще лучше ничего не говорить. Просто советую.
Чеён кивнула. Лучше уж молчать и ничего не говорить. Однажды она такого наговорила, что её бросили. Девушка не хотела, чтобы всё это повторилось.
Лучше вообще ни к кому не привязываться, чтобы не делать кому-то больно. А первоочерёдно — себе.
— Ты чего нос повесила, сестрёнка? — Чонгук улыбнулся.
— Ничего, всё хорошо, — Чеён улыбнулась.
Вскоре родственники заснули на новом месте. Девушке снился сон о том, что она была на съёмках фильма... и рядом находился Чимин. Он сидел за партой, смотря на Чеён, улыбался своей обычной улыбкой, а потом подошёл к ней, сидящей рядом с окном, и сказал:
— Я скучал.
Чимин и не представлял, как скучала его бывшая девушка. Она целыми днями думала только о нём, хотела быть с ним, но почему-то всё против того, чтобы они были вместе. А прежде всего против её язык — орган, который отказался верно служить.
— Солнце сегодня так ярко светит... — голос Чимина слышался будто сквозь вату. — Как думаешь, что будет, если оно перестанет светить?
— Не знаю... — Чеён смущённо улыбнулась.
— Светить будешь ты, — Чимин улыбнулся и подставил лицо лучам солнца. — Ты моё маленькое солнце.
И Чон проснулась, оставив в своей памяти улыбку Чимина, такую нежную и солнечную.
— Тебя довезти до университета? — спросил Чонгук, когда младшая сестра появилась на кухне, уже одетая в юбку и блузу. — Садись за стол.
Брат не особо славился своими кулинарными способностями, но иногда готовил. Простые блюда он всяк мог сделать. Например, сегодня он пожарил яичницу с беконом.
— Приятного аппетита, моя принцесса, — улыбнулся он.
Вскоре молодые люди уже сидели в машине, довольные и сытые. Чеён предвкушала первую встречу со своими одногруппниками. Ей не терпелось сделать ещё один шаг в новой жизни, которую она будет строить в новом городе. Ей хотелось повстречать такого человека, который был бы для неё тем же, что и Чимин. Только немного... лучше?
— Доброе утро, первокурсники, — женщина лет под сорок изящно поправила волосы. — Позвольте мне представить вам нашего замечательного президента студенческого совета — Ким СокДжина!
Как только Чеён, сидя на общем собрании, увидела Ким СокДжина, то поняла, что он будет для её курса кем-то большим, чем простым президентом студсовета. У этого парня было природное обаяние, и он яро его использовал, улыбаясь. Он настолько милый и красивый, что девушка даже потеряла дар речи.
— Также мы назначим стипендию тому студенту, кто согласится стать старостой своего курса. Этот староста отличается тем, что следит не только за своей группой, но и за первокурсниками в целом, нужен очень ответственный человек, — продолжала женщина. — Работа тяжёлая, предупреждаю сразу, но кто откажется от денег?
— У меня родители богатые, пф, зачем мне деньги? — послышались шепотки. — Это только бедным студентам надо.
— Эй, — голоса замерли, когда СокДжин подошёл к Чеён, которая, сжав плечи, сидела на первом ряду, — как тебя зовут?
— Чон Чеён, — проговорила девушка.
— Отлично, Чон Чеён согласилась стать моей помощницей, — Джин повернулся к остальным, немало шокируя Чон. — Давайте поприветствуем мою помощницу!
Жизнь продолжалась. И Чеён понимала, что скоро случится что-то хорошее, что-то такое, что перевернёт всю её жизнь кверху ногами. А пока добрая улыбка СокДжина заставляла девушку улыбаться и верить в себя.