Ручная

Есть у Кати небольшой плюс, который может покорить любого мужчину. Готовила она прекрасно. Была здесь и яичница с луком, и борщ на плите, и пюре с котлетами. Бери, что хочешь. Тосты с джемом, пирожки с капустой, пельмени ручной лепки. Кофе, кампот, чай на травах. Похоже, Катя все это стряпает, пока я сплю.
Так как с утра я голоден, нос воротить от всего этого я не стал. Накинулся на еду, как волк. Едва успевал жевать, стараясь проглотить все. Не сдержался, рыгнул некрасиво. Катя, сидящая напротив, дернула уголком рта.
- Не за что, дорогой.
- Прости, Надь. Все очень вкусно.
И сам не заметил, как оговорился. Понял только по лицу вампирши.
- "Надь"? Какая "Надь"?
Я замер с вилкой у рта.
- Я не говорил "Надь", я говорил "Кать".
Врать я не умел.
- Кто эта Надя?
- Кать, ты чего? Не знаю я никакой Нади.
- Кто она? Это у нее ты ночевал, да?
- Я ночевал в гостинице.
- У тебя глаза бегают. Ты мне врешь. Кто такая эта Надя?
Я молчал, смотря сквозь нее. Что я могу сказать? Скажу, и она убьет ее. Лучше меня, чем ее. Ну, хоть поел вкусно.
- Та, кого я люблю. Прекрасная и добрая девушка.
Лицо Кати было каменным, как у статуи. Я ожидал удара в шею, по лицу, но она даже не шевелилась. Не дышала, хоть и так не дышит. От напряжения заискрился воздух на кухне.
Внезапно в дверь позвонили. Стало даже легче дышать, когда вампирша отвела свой взгляд в сторону.
- Пойду открою, - отложив вилку, я встал из-за стола. Даже не глянув в глазок, открыл дверь. Мне уже нечего бояться, даже если полиция.
- Здравствуй, Сергей.
Я ошибался. Мне есть чего бояться. Ужас сковал меня, превратил в камень, будто я взглянул в глаза Медузы Горгоны.
- Ты забыл часы. Думаю, они тебе дороги, - стоящая на пороге Надя осторожно протянула мне часы. Я даже не помню, что они были при мне тогда, но да, они мои.
- К-как ты узнала, г-где я живу?
- Твой адрес есть в базе данных больницы, - поправив прядь волос, призналась Надя. - Я пыталась позвонить, но твой номер указан с ошибкой. 
- Тебе нужно уходить.
Надя посмотрела на меня.
- Прости. Просто я не могла оставить твои часы себе.
Я оглянулся. Катя стояла в проходе кухни. И принюхивалась. Запах духов она узнала. Она поняла, с кем я был в ту ночь.
- Уходи, прошу тебя.
Глаза ангела наполнились слезами.
- Прости, но...
- Просто уходи.
- Я не хочу уходить.
Я тоже не хотел ее отпускать.
Глянув на Катю, я схватил куртку с вешалки и обулся.
- Я провожу.
Я знал, что вампирша за мной не пойдет. Даже сквозь шторы я вижу солнечный свет. Но есть еще Тина, чью машину с темными стеклами я видел не раз даже средь бела дня.
Чтобы не рисковать лишний раз, я усадил Надю в машину. Она удивленно посмотрела на кожаный салон, поправила волосы в зеркале, и пристегнулась.
Сказать ей о вампирах? Поверит? Примет за психа?
Я завел машину. Движок заревел зверем. 
- Ты знаешь о вампирах? - все же спросил я, выезжая со двора. Машины Тины не наблюдалось.
- Это те, что пьют кровь?
- Да.
- Ну, фильмы смотрела. Подруга вампиров любит. Рассказывала, что видела одного голубоглазого, что спас ее от падения с крыши. Вроде как он хороший. А почему ты спрашиваешь?
- Катя, что живет у меня...
- Твоя девушка?
- Она вампир.
Надя улыбнулась.
- Сосет? Или кровь пьет?
Я усмехнулся. Не верит.
- Настоящий. Мою кровь не пьет. Она от меня без ума. Как ручная. Вот только она как ручной крокодил в ванной. Меня не трогает, а других жрет. Она убила мою бывшую, моего начальника, моего бывшего лучшего друга, соседку...
- Ты какие-то ужасы рассказываешь.
-... она убьет и тебя. Тебе нужно спрятаться. Уехать из города. Нет, это не поможет. Уйти в монастырь. Там кресты и святая земля.
- Не пойду я в монастырь! Ты смеешься надо мной?
И правда. Что я несу? Как мне защитить Надю? Как? Ее можно было еще спрятать, если бы Катя не видела ее, не чуяла ее запах, но проклятые часы, что я забыл у нее, теперь могут ее погубить.
Может пойти на сделку? Согласиться стать вампиром, чтобы Надя жила? Опыт показал, что Катя легко обходит условия договора. Она вполне сможет устроить так, чтобы я сам убил Надю. Условия тогда не нарушатся.
В полицию?
Меня запрут в психушке.
Охотники?
Я задумался. Охотники на вампиров. Убить Катю. Но ведь еще ее свита есть. Навести на логово? Я помню, где это. Я видел обстановку комнат. Я могу!
Не могу. Я не знаю, где искать охотников на вампиров.
- Что ты бормочешь? Мы не туда едем.
- Я везу тебя к метро.
- К моему дому метро нет.
- Нужно замести следы.
- Ты псих. Только парень понравился, а он псих. Ладно. Спокойно, Надя, спокойно. Не провоцируй его резкими движениями...
- Я тебя не трону. Я хочу тебя уберечь. Я люблю тебя. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Я не переживу. Прости. Просто поверь. Я не враг и не псих.
- Ладно, Ван Хельсинг. Что планируешь делать?
Я остановился на светофоре, посмотрел по сторонам. По спине побежал холодный пот. Рядом со мной стояла машина, а оттуда мне махала Тина.
Стараясь не пугать Надю, я вцепился в руль, смотря вперед. И что мне теперь делать? За мной слежка. Снова скосил глаза на Тину. Она как раз делала селфи.
- Я не знаю. В церковь?
- Венчаться? - засмеялась девушка.
- Спрятать.
- Не буду я прятаться. Примем бой! - улыбнулась Надя. - Что нужно? Святая вода? Крест? Чеснок?
- Солнце. Они прячутся от солнца.
- Солнце есть.
- Есть зеркало?
Она порылась в сумочке и вынула маленькое зеркальце. Открыв окно машины, я выставил руку и пустил солнечного зайчика прямо в окно Тины. Стекло, может, и затонированное, но Тина все равно заметно дернулась. Телефон выпал из руки, и исчез где-то меж сидений. Вампирша одарила меня злым взглядом, и принялась искать потерю. В этот момент загорелся зеленый, и машины за ней принялись яростно сигналить, подгоняя блондинку. Что было дальше я не видел, быстро меняя маршрут, пока Тина отвлеклась.
- Там... Тоже была вампир? - догадалась Надя.
- Ее зовут Тина. Она всегда за мной следит.
- М-да. Что им надо от тебя?
- Чтобы я стал их собратом.
- Ужас. Но это же вечная жизнь, почему отказался?
- Потому что неудачнику вечная жизнь - наказание. Единственный светлый лучик, что случился со мной за последнюю жизнь - это ты. Но, если этим я смогу тебя спасти, то я готов принять этот "дар". - Я заехал во двор, убедился, что слежки нет, и остановил машину.
- Не надо.
- Что?
- Ради меня не надо... Это... неправильно, - Надя осторожно коснулась моей щеки. - Пусть я умру, но не надо.
- Что ты такое говоришь?!
- Мы примем бой. Поклянись, что не сдашься. Поклянись, что сохранишь свою душу. Ибо это сродни самоубийству. Я видела самоубийц. Не хочу видеть тебя мертвым. Ибо для меня этот лучик надежды - ты. Клянешься?
Я смотрел на нее, не веря, что действительно это слышу. Мы знакомы совсем мало, а чувство, что всю жизнь. Родной человек.
- Клянусь. Я не сдамся. Ради тебя.
Мы поцеловались. Не хотелось ее отпускать. Теплая, живая, настоящая. Надя - это та самая, с которой нужно жить всю жизнь, растить детей, воспитывать внуков. Гулять по парку, обнявшись. Выгуливать собаку. Можно завести кота, чтобы зимними вечерами он пел нам песни.
- Я выйду здесь. Поймаю такси. Машину я запомнила, если что позвоню в полицию. Удачи. Все будет хорошо.
Не хотелось отпускать. Но она должна идти.
Я не спешил трогать машину. Сидел, смотрел на то, как ее фигура медленно исчезает в незнакомых дворах. Моя умница старалась держаться солнца, не подходя к теням. Вскоре я потерял ее из виду.
Домой не спешил возвращаться. Ждал, когда гнев ходячего трупа сойдет на нет. Ближе к вечеру все же приехал. Нерешительно потоптался у двери, вошел в дом. С кухни пахло аппетитно мясом. Толи курицей, то-ли говядиной, не пойму. Скорее всего свинина. Значит ли это, что она уже не злится?
- Ты вернулся! А я ждала. - Катя появилась в пороге, обтирая руки о фартук. - А я тебе сюрприз приготовила.
- Ты не злишься? - осторожно спросил я, не спеша закрывать входную дверь.
- На что? Ну погулял. Домой то ты все равно ко мне вернулся. Иди кушать, а то остынет. Голодный поди.
Она сейчас походила на добрую матушку. И вела себя как матушка. Того гляди, сядет за сериал, позвонит подружке, поболтает час-другой.
Нет, Катя не такая. Что-то тут не так.
Я помыл руки с дороги, сел за стол. Катя поставила передо мной бокал вина. Я осторожно отпил.
Мясо она накрыла колпаком, как в хорошем ресторане, чтобы еда не остыла. Сейчас она торжественно поставила его передо мной, встав рядом. У меня слюни потекли от запаха.
Я открыл колпак и...
На тарелке, украшенной листочками укропа и помидорами, лежала кисть женской руки, приготовленная в духовке.
Меня мгновенно вырвало на пол, и я сам чуть не свалился со стула, но Катя мне не дала уйти, схватив за руку.
Я посмотрел на нее.
- Ты явно не понял, чему я тебя учила, Сережа? ТЫ МОЙ! Никакая Надя, Галя, Марина не станет мне преградой! Ты можешь сколько угодно играться с ними, но итог всегда будет один! Каждая, - повторю, - КАЖДАЯ окажется на тарелке перед тобой! Ты меня понял?!
- Н-н-надя...
- Да, угадал. Ответь, чем пахло, когда ты пришел?... Молчишь? Пахло дохлой шл*хой!
Тарелка с рукой улетела в стену. Я сидел, как истукан, смотря на пустой стол. В тот краткий миг я вспоминал другой запах. Запах цветочных духов. Запах живого ангела. Той, которую представлял своей женой...
- Ладно, не будем ругаться. Все хорошо. Ты дома. Со мной.
Холодные пальцы поиграли с моими волосами.
- Любовь моя, никто не встанет между нами. Мы будем вместе. Вечно. Ты слышишь? Вечно.