Ручная

Моя дальнейшая жизнь походила на кошмар. Хотелось напиться и не выходить из запоя, пока я не надоем Катерине. Увы, она быстро просекла фишку, используя это в свою пользу. Когда я пару раз проснулся на ее хладном теле, полностью обнаженным, я завязал с выпивкой раз и навсегда.

Конечно, она прекрасна. Мечта любого нормального парня. Рыжая, страстная бестия. Круглые бедра, высокие груди, походка хищницы. Прекрасно готовит. Делает дорогие подарки, не требует ничего взамен, кроме ночей любви. Есть один большой минус.
Очень большой минус.
Она - труп.
Холодный, но красивый труп.
Как если бы больному ребенку подарили щенка, задушенного розовым бантиком. Рад только первые секунды, пока не поймешь.
Хотя ее безумная жажда убивать всех, кто на меня косо посмотрит, прошла.
Пока.
Поднимаясь домой после магазина, я остановился. Не для того, чтобы перевести дыхание, а потому что не хотел идти в родной дом, где все пропахло ее духами. Я даже думать не смел ее прогнать. Она порвет меня. Сломает пополам, если я разобью... Хотя у нее нет сердца... Если я наплюю на ее гордость. Где это видано, чтобы «вещь» прогоняла тебя из дома? Вас когда-нибудь прогонял ваш телефон из вашей комнаты? И не важно, что это не ваша комната.
- Ух, шалава! Еще раз увижу тебя у своей двери, пакли твои рыжие вырву!
Голос я узнал. Конечно, ведь это голос соседки, что постоянно называет меня наркоманом.
- А вас не смущает, что ваша дверь рядом с дверью, где я живу?
От холодного голоса Кати я похолодел.
- Ты здесь не живешь, ведьма! Оставь Сережу в покое! Ишь, села на шею и кровь пьет! Упырица!
- К... Как ты меня назвала, пилотка драная?! - зашипела Катерина.
Я поспешил спасти соседку, кашлянув на весь подъезд. Катя замолкла.
Поднявшись на свой этаж, я очень красноречиво намекнул рыжей зайти в дом, но соседка схватила меня за локоть. А ведь раньше ее воротило при виде моей рожи.
- Ты осторожней с ней. Холодная она и бледная, как смерть. 
- Спасибо.
Я был потрясен, ибо она говорила это с заботой, как мать. Будто боялась за меня.
- Катя, - войдя за вампиршей, позвал я, - поклянись, что и пальцем ее не тронешь! Ни ты, ни твои дружки!
Рыжая вампирша обиженно надула губки, качнув бедрами.
- Клянусь. Она же тебя не обидела. Только меня.
- Катя.
- Да не трону я ее. Но что ты мне дашь взамен? - Она красноречиво стрельнула глазками мне на брюки.
Посмотрев на дверь, я закрыл ее на замок. Вздохнул, как жертва палача, и дал ей то, что она и просит. Прямо в коридоре.

Проснулся я рывком посреди ночи у себя в кровати. Слепо потер глаза, пытаясь нащупать рядом Катю, но она стояла у окна, где орали сирены. Почуяв неладное, я вскочил с кровати, и встал рядом с ней. Во дворе дома стояла карета скорой помощи. Из подъезда как раз выносили тело вперед ногами, в котором я узнал мою соседку.
Катя довольно улыбалась.
- Ты клялась!
- Я не нарушила своего слова. Пальцем не тронула и клыком. Просто заглянула к ней, чтобы она извинилась... через окно. Видел бы ты ее глаза, когда она стала задыхаться от ужаса! Умора.
Катя зловеще улыбнулась.
- Сука.
- Сережа! Ну что опять не так?!
Она издевается?!
Схватив со стула брюки, я покинул собственную квартиру, даже не потрудившись взять с собой ключи. Катя так и осталась стоять у окна, хлопая своими большими глазами.

Идти мне было некуда. Мои друзья давно уже не мои друзья. Девушка моя мертва. Денег на отель нет. Надеюсь, хоть на вокзале меня не прогонят.
Прогнали, даже слушать не стали, оставив на улице. Хорошо, хоть не побили.
Ночь оказалась прохладной, а я, идиот, даже куртки с собой не взял. Ну и ладно, ну и пусть. Все равно у меня никого не осталось, чтобы беречь здоровье. Не для этой упырицы же его беречь!
Сел на лавку, сжался весь, как воробей на морозе, и попытался уснуть. Хорошо, хоть дождя нет.
На улице тихо, только иногда проезжали машины вдалеке, да раздавались крики людей. Обычные крики, а не предсмертные. Так кричат люди пьяные, люди веселые. Смех и гитарный перезвон. Вот бы к ним сейчас.
Но...
Кому я нужен?
Стук каблучков по тротуару заставил меня замереть. Хоть бы не Катя! Хоть бы не Катя!
Девушка, увидев меня издалека, замедлила ход. Я ее понимаю. Приняла за пьяного или вообще бомжа, что может и напасть и обидеть. Чтобы не пугать еще больше, я уткнулся глазами себе под ноги. Так она поймет, что я не желаю ей зла и пройдет мимо.
Но она не прошла.
Подойдя ближе, остановилась рядом, вглядываясь мне в лицо. В нос ударило цветочным ароматом духов и какими-то лекарствами.
- Горев? Сергей?
Я поднял на нее глаза, и пораженно замер. На меня смотрел ангел, настороженно улыбаясь.
- Я что, умер? - На миг я даже испугался.
- Неужели я так плохо выгляжу, что похожа на смерть? - засмеялась ангел.
- Нет, наоборот. Небесно.
Щеки ангела заалели, и она смущенно отвела глаза. Это была Надя - медсестра из больницы.
- Что вы здесь делаете, Горев? Еще и без нормальной одежды.
Мне стало стыдно.
- С девушкой поссорился.
Она кивнула. Жаль, она не понимает, что причина ссоры гораздо страшнее.
- Вам негде ночевать? - Я кивнул. - Может..., ну я не знаю..., у меня переночуете? У меня диван есть.
Я неверующе поднял на нее глаза.
- У вас?
- Не подумайте, Сергей, что я привожу к себе домой едва знакомых личностей. Просто мне надо, чтобы меня проводили до дома. Да и бросать человека на морозе я не могу. Не выглядите вы как человек, что может держать нож за пазухой. Но, с другой стороны, если вы боитесь, что я пущу вас на органы, можете отказаться.
Впервые удача глянула на меня и улыбнулась. Всю жизнь я смотрел на ее филейную часть, не зная этого прекрасного лица. А тут, будто и правда на меня не все равно, мне предлагают помощь. Да и какая была вероятность, что я прикорну на лавке, рядом с дорожкой, по которой пойдет Надя?
- Конечно, я иду! Я не помешаю вам, обещаю. Утром я сразу же уйду!
- Вот и отлично. Не отставайте, я хожу быстро.
«Быстро ходят только одинокие люди», - подумал я про себя.
Квартира Нади была на втором этаже. Маленькая, чистая, светлая. И пустая. Нет, мебель здесь была, но никто не встречал нас на пороге. Даже кот. В общем, чему я удивлен, если меня дома тоже никто, кроме трупа ходящего, не ждет?
Она быстро переоделась в домашний халат, нарезала бутерброды. Засвистел чайник, и мы сели за стол. Надя молчала, я тоже. Смотрел только за ее движениями рук, ее задумчивым лицом. Рядом с ней тепло. Она живая. Она дышит, сердце ее бьется.
Обратив внимание на то, что я не пью чай, а просто неприлично пялюсь, она неловко поправила прядь волос. Похоже, жалеет, что позвала меня к себе. Я ведь ей никто. Просто пациент, который бежал из палаты, размахивая кровавыми руками.
- Что-то не так?
- Простите. Я не хотел вас пугать. Просто вы такая теплая и живая.
- Живая? - она удивленно распахнула глаза.
Я подавился. Что за бред я несу? Зачем я это вообще сказал!? Если в больнице это можно свалить на действие обезболивающего, то сейчас оправданий я уже найти не смог бы. 
- Ну, не кукла. Вы - настоящая.
Она снова замолкла.
Ну вот, сейчас она укажет мне на дверь и скажет убраться вон. Что поделать, не вечно же мне смотреть в лицо удачи.
Пока она меня не прогнала прочь, я встал из-за стола.
- Простите, я все же пойду. Я пугаю вас.
- Сергей, стой. Ты меня не пугаешь. Некуда тебе идти. Часы поздние. Оставайся. Сейчас я приготовлю тебе диван. Ешь пока.
Она усадила меня обратно за стол и пошла куда-то в гостиную. Я пораженно уставился в кружку. Вдруг она работает на вампиров? Нет, бред. Но почему она так стремится помочь мне?
Оставив кружку, я пошел следом. Встав в пикантную позу, она пыталась поправить простыню. Сердце бешено забилось. Из-под домашнего халата было видно почти все. Покраснев, как мальчишка, я отвел глаза.
- Может, я помогу чем-то?
Она подпрыгнула на месте, упав на диван. Оглянулась. Задумалась.
- Можешь гвоздь забить? Давно мечтала повешать зеркало в прихожей.
Гвоздь забить? Это я могу.
- Хорошо.
Продолжая лежать на диване, она неожиданно для меня потянула за бантик халата и тот раскрылся. Оставшись в одном белье, она тяжело задышала, смотря на меня таким знакомым взглядом.
У меня крыша поехала, и я пошел к ней. Наши губы встретились в жарком поцелуе. Она не отстранилась, потянувшись ко мне всем телом. Мы слились в порыве, став единым целом.

Утром мы проснулись вместе, обнимаясь. Было приятно чувствовать под своим боком живую девушку. Она спала на моей руке, используя ее вместо подушки, и я не спешил убирать руку, хоть она и затекла. Надя открыла глаза, улыбнулась. Я, полный нежности, чмокнул ее в кончик носа. Она, как девочка, покраснела, прикрыв глаза. Я снова чмокнул, но уже в губы.
Внезапно она будто опомнилась, вскакивая с дивана.
- Ох, прости! Я не должна была! У тебя же девушка есть!
- Надь, подожди!
Но она уже убежала в ванную, где закрылась.
- Надь?
- Уходи. Не хочу, чтобы ты меня видел.
- Надь. Я ее не люблю, Надь. Мне ты нужна, ангел.
Она ничего не ответила, только послышался шум воды и легкие всхлипы.
Ох, что я наделал. Я расстроил ее.
На улице уже встало солнце, поэтому я надел свои вещи и вышел из квартиры, прикрыв дверь. вот тебе и удача. Чувствую себя полным дерьмом. Даже когда меня Настя бросила, я не чувствовал себя таким ничтожеством.
Домой я пришел в таком же мрачном настроении. Ожидалось, что Катерина спит, прячась от солнца, но она меня ждала на пороге, видно услышав в подъезде мои шаги. Рыжая подозрительно принюхалась, стоило мне переступить порог.
- Я не знаю эти духи.
Мое сердце бешено забилось.
Глаза вампирши сузились, а изо рта показались клыки.
- Конечно, я же ночевал в гостинице. Там одна баба так надушилась в лифте, что я весь пропах. Хочу отмыть этот запах, ты не против? - сделав каменное лицо, я скрылся в ванной.
Поверила, нет? Вроде лицо ее при моих словах смягчилось. Главное, чтобы она не узнала о Наде. Хотя, как она узнает? Сомневаюсь, что ангел со мной заговорит после этого.
Схватившись за голову, я сел у двери.

* Te amo (исп.) - я тебя люблю