Глава 33.
Я вернулась в комнату после завтрака. Камилы здесь не оказалось. Я очень долгое время находилась в столовой, пытаясь переварить всю информацию которая находилась в моей голове, начиная с сегодняшней ночи.
Прыгнув на кровать лицом, я заплакала. Не просто заплакала. Зарыдала. Все эмоции, которыми я хоть как-то пыталась совладать сегодня, в один момент просто выплеснулись самостоятельно. Появилась какая-то необъяснимая тяжесть: на груди, на плечах, в голове.
Когда случается что-то плохое, ты окунаешься в те дни, когда тебе было очень хорошо, и начинаешь их по-настоящему ценить, ведь не делала это в полной мере тогда.
Сейчас я казалась, маленьким котенком, который был зажат в очень тесный угол и не знала, куда идти. Казалось, что куда не пойдешь - везде ждет череда неудач и плохие моменты.
Захотелось к папе, от которого всегда пахло вишней, табаком и не резким, его любимым одеколоном. Он прочтет мне свою любимую книгу и всегда даст какой-нибудь важный совет. Успокоит и крепко обнимет, когда все начнет уходить у тебя из-под ног: земля, эмоции, контроль над собой.
Мне захотелось к маме, с которой можно посмотреть любую мелодраму и быть уверенной в том, что впоследствии вы обе будете рыдать, и не реагировать на папины: «Девочки, это же просто фильм!». Мама всегда сделает горячее какао и предложит посидеть на оборудованном нами подоконнике, чтобы посмотреть на дождь за окном.
Мне впервые так сильно захотелось домой...
***
Наступил вечер. Я то и делала, что спала, лежала, спала. На плечах был очень тяжелый груз, который неимоверно хотелось быстро скинуть с себя, но не знала как.
Я посмотрела на свой шкаф, а затем еле подошла к нему. М-да, «ничегонеделание» очень сильно сказывается на моем организме и состояние. Найдя спортивный комплект, состоящий из черных штанов и такой же толстовки, надеваю его и выхожу из комнаты, предварительно взглянув в окно и оценив погоду.
Она была не из лучших. Не люблю сырость после дождя. Я невольно задумалась: а стоит ли мне идти бегать в такую погоду? Не хотелось потом лежать со скрюченным телом в больнице Академии.
Но я спихнула это все на свою внутреннюю лень, которая никогда и никуда не хочет идти, только дай ей волю. Но я пошла. Нужно наконец-то брать себя в руки.
Улица встретила меня дуновением холодного, пронизывающего до костей ветра. Мерзость. Самые два ненавистных для меня сезона - это осень и зима. Сразу нападает какая-то хандра, грусть, депрессия, скука за теплыми, солнечными деньками.
Так как стадиона у нас на территории Академии не было, желающие бегали вокруг нее. Уже на половине круга можно было выплюнуть свои легкие, ибо масштабы школы были неописуемы-огромны.
Проверив кроссовком скользкость каменной кладки, я немного успокоилась и начала свой марафон. Даже не могу представить, насколько меня хватит.
Бегать в обычном, человеческом темпе - было невозможно раздражающе. Все так медленно, каждое приземление ноги чувствуешь с отдачей. Когда же бегаешь в силу своего вида, ноги будто летят вперед тебя, а потом уже догоняешь их сама.
Когда я добегала круг (ничего себе!), я очень пожалела о том, что не взяла с собой в Академию плеер, сейчас бы мне не было так скучно. Слушать ветер и топот собственного тела - такое себе развлечение.
Меня хватило на три круга. Точнее, почти на три круга. Я почти - что подбегала к главным дверям Академии, и засмотрелась на окно первого этажа. На миг мне показалось, что там стоит Лейла. Она была неподвижна, ее кожа обрела мертвый оттенок, и не было видно зрачков, но я чувствовала, что она смотрела на меня. Моргнув, - девушка пропала.
А затем... Камень под ногами.
Приземление было не из приятных. Я попыталась тут же встать с сырой травы, но боль в районе коленки дала о себе знать мерзопакостной вибрацией.
- Черт! - зашипела я. - Это что, кровь?
На коленной чашечке, под штанами просочилось красное пятно. Я провела по нему. На пальцах была алая кровь. Обтерев пальцы о траву, умудрилась и об нее еще порезаться.
- Господи, мисс неудача - точно мое призвание... - сказала я, вновь попытавшись встать.
На горизонте появился силуэт, он так быстро приближался ко мне, но я все никак не могла разглядеть кто это был.
- Ты в порядке?
О боже, этот сладостный голос, который всегда ласкал мне слух. Я сама себе удивилась, что не узнала его.
- Привет, - произнесла я неловко, продолжая сидеть на траве.
Хантерс подбежал ко мне, и упал рядом на колени, рассматривая меня на получение ран.
- У тебя кровь. - заметил он, проведя пальцем по ткани штанов. - Сможешь встать?
- Пытаюсь уже третий раз.
- Все ясно. - Джейкоб встал с земли и поднял меня на руки легкими движениями. - Обработаем твои раны.
Как же я покраснела в тот момент! Совсем забыв о коленке. Мы обошли Академию, и зашли в какую-то пристройку, которая была сделана не так давно, к тому же, она отличалась от цвета школу. В темноте Джейкоб ногой нащупал сидячее место, и посадил на него меня, а сам руками стал искать включатель источника света.
Найдя включатель, в помещении загорелся свет. Эта комната была похоже на кабинет преподавателей по физкультуре. Большой стол, огромное количество всяких бумаг и журналов. Всякие старинные плакаты с изображениями вампиров и оборотней на каком-то виде спорта. Но все же этот кабинет нуждался в ремонте, что походу было еще в процессе, так как местами где-то стены были покрашены в один цвет, более свежий, а остальные стены - в другой, и в некоторых местах краска облезла.
Джейкоб подошел к рабочему столу и открыв первый ящик, достал оттуда коробку с медикаментами.
- Не нужно, - сказала я. Почему я не сказала этого раньше? Потому что очень хотела почувствовать плотный контакт между нами. - У меня заживают раны сами по себе, только медленнее, чем у других вампиров.
Но Джейкоб услышав это, не убрал аптечку обратно в стол, а наоборот, открыл ее.
- Так заживет еще быстрее. - ухмыльнулся он и начал копаться внутри аптечки. - Как такое произошло?
Ему сказать о том, что я видела мертвую знакомую в окне или прикинуться глупой и не внимательной девчонкой? Очевидно.
- Задумалась о своем... А затем запнулась об камень.
Хантерс хмыкнул, услышав мой ответ. Мужчина сел рядом со мной и засучил штанину. Но она начала сползать по ноге, и поэтому я завернула ее по-своему, это не осталось без внимания мужчины.
- А это что? - он взял меня за руку, на двух пальцах высыхала кровь.
- Трава очень острая. - неловко произнесла я.
- Маленькая мисс неуклюжесть.
- Ну спасибо, - я нахмурила брови, смотря как мужчина достал какую-то неизвестную баночку, на которой не было этикетки. Обмакнув ватку содержимым, Хантерс начал водить ей по моей ране на коленке. - Что это?
- Что-то по типу перекиси. Обеззараживающая жидкость.
- Что-то по типу? - переспросила я, сомневаясь в этом препарате еще больше. Но не думаю, что Хантерс только и хотел причинить мне боль.
- Перекись сделали люди, она обеззараживает всякие ссадины и раны, в которые проникает грязь. А это, - Хантерс потряс баночку в воздухе, - На подобии перекиси, которую сделали ведьмы на основе трав.
Я состроила физиономию по типу: «Ничего себе!».
- Да, кстати в состав этого препарата входит подорожник.
Я усмехнулась.
- Чудодейственное лекарство. - ответила я, на моих глазах рана тут же затягивалась, не оставляя после себя ничего. - Вау! И даже не болит больше.
Джейкоб улыбнулся.
- С пальцами также сделаем?
- Можно я сделаю это сама?
- Конечно можно.
Преподаватель протянул мне баночку и новую ватку. Я обмакнула ее в содержимое и начала протирать маленькие порезики.
- Как ты?
- Тяжело. - сказала я, прекрасно понимая, о чем он говорит. Опять этот мерзопакостный ком в горле.
- Прости, если в очередной раз напомнил. Сам сегодня узнал только с утра.
Я понимающие кивнула. Из моих глаз резко брызнули слезы.
- Эй! Чего ты?
Хантерс подвинулся ближе ко мне и крепко обнял.
- Прости, если ты сейчас плачешь из-за меня. - тихо произнес он, не отпуская меня.
- Нет, это не из-за тебя, Хантерс. Я просто... Чувствую себя сейчас в тупике. Не знаю что делать.
- Тш-ш... Все будет хорошо, не плачь. - продолжал шептать мужчина, в объятиях покачивая меня из стороны в сторону.
Я крепко схватилась за его плечи, и ничуть не стесняясь плакалась ему, в то время как Джейк молчал, и принимал мое нытье, ни капли не возникая.
Наверное, это мой дом.